88

— Не хочу или не могу? Ты беременна?

— Нет, — покачала я головой. — Вроде не должна, — посмотрела я на него с надеждой.

— Не должна, — ответил Адамов. — Но мало ли. Так вроде или нет?

— Нет, — уверенно повторила я.

— Тогда я ничего не понимаю. Тебя что-то беспокоит? Болит?

— Да. Немного, — почти не соврала я.

Живот второй день тянуло. Я ждала, что вот-вот начнутся месячные.

— Ты была у врача?

— Ещё нет.

— Но записалась?

— Да.

— Тебя отвезти?

— Я справлюсь. Справлюсь, — ответила я. И расплакалась.

Слава гладил меня по спине, баюкал, как маленькую, успокаивал.

Он нашёл столько добрых, ободряющих слов, что я просто не могла сказать: «Я ухожу, Слав».

— Мы справимся, — повторил он в сотый раз, когда я немного успокоилась. — Со всем справимся.

— У тебя, — подняла я глаза и неожиданно упёрлась взглядом в синяк. Или не синяк? — Грязь.

Я потёрла пальцем его шею. Но эта грязь не смывалась.

— А, наверно, ремнём безопасности натёр, пойду посмотрю, — встал Слава.

Ремнём — засос? — посмотрела я Адамову вслед.

Словно что-то меня толкнуло, вернулась в прихожую.

Я никогда этого не делала: не лазила по его карманам, не проверяла его сообщения и звонки.

А сейчас полезла.

И нашла другой телефон, номера которого я не знала. Пустую фольгу от презерватива, испачканную красной помадой, словно её зубами открыла баба. И чтобы я, видимо, не сомневалась, какая баба, в том же кармане лежала тонкая цепочка с камешками, что обычно свисала у Филатовой из пупка, словно указывая в направлении лобка.

— Похоже на засос, — беспечно улыбнулась я, когда он вышел, и про свои находки ничего не сказала.

— Ну разве что издалека, — усмехнулся Слава и не стал ни оправдываться, ни меня переубеждать.

— Позвони, как сходишь к врачу, — сказал он мне на следующий день.

— Да, конечно, — ответила я, прощаясь с ним в коридоре.

Но ни к какому врачу в тот день не пошла.

— Сыроежка?! — уставился на меня Валерик, открыв дверь съёмной квартиры, что Вожанский держал специально для поблядушек. Той самой квартиры.

Я знала, что у него девица, не зря же сидела два часа у подъезда. Видела, как он её привёз. Дала им достаточно времени. И только затем поднялась.

— Мне, конечно, чертовски приятно, — зубоскалил он, — но я как-то не готов вот так сразу…

— Заткнись, — перебила я. — Мне нужен доступ к твоей камере, — задрала я голову к потолку, где она предположительно стояла. — Логин и пароль.

— Ок, — видимо, от неожиданности согласился Валерик.

Потянулся куда-то к зеркалу за ручкой. И написал мне прямо на руке.

— И ссылку не забудь, — сжала я руку.

Пока он тыкал в телефон, полотенце с его бёдер упало. Валерик было дёрнулся его придержать, но потом, видимо, подумал, чего я там не видела, и не стал.

— Спасибо, — ответила я, стараясь не думать, с какой радостью отмахнула бы сейчас тесаком для мяса его кривой стручок.

— Да не за что, — хмыкнул он. — Удачи, сыроежка! — сказал он мне вслед. — Если что, я не знаю, как часто они здесь встречаются. Но у Ксюхи есть ключ. И да, камера только в гостиной, записей из спальни нет.

Я проигнорировала его уточнение.

Я вообще не верила, что Адамов с кем-то встречается, а если встречается, то точно не с Осой. Но когда-то я не верила, что бабушка умрёт, Филатова лжёт, а меня могут изнасиловать.

Только всё это произошло.