Эпилог

Роберт

С неба срываются первые капли дождя и падают на лобовое стекло. Успеть бы попасть домой до начала ливня, если ориентироваться на тучи, нависшие над городом, времени у меня немного. О себе напоминает мой сотовый телефон, негромко играет мелодия входящего. Не глядя тянусь к приборной панели и жму на тормоз. Если это Рита, то надолго она меня не задержит, скорее всего, любящая жена начнет просить меня не задерживаться.

А если это мой мелкий хулиган, который регулярно крадет у прислуги телефон и звонит мне, то придется провести очередное внушение, что так делать не стоит. Стас не может не шкодить, он слишком любознательный ребенок. Рита старается оградить его от всяких гаджетов, но он уже сейчас разбирается лучше, чем многие взрослые, а ему только четыре года.

Но номер, который определился на дисплее, мне незнаком. Интересно, у кого на этот раз «позаимствовал» телефон мой сын?

— Слушаю, — строгим голосом произношу я, готовый начать делать внушение своему сорванцу.

— Привет, друг! — звучит голос, который я не слышал уже много лет, и рад бы не слышать и дальше.

— Ты мне не друг. И никогда им не был.

Все эти годы он много раз пытался связаться со мной. Я не верил в его раскаяние и слезы, которые он лил на суде. Витал всегда был продуманным хитрожопым говнюком. Тогда он ссылался на то, что ему ревность помутила рассудок. Он, оказывается, прилетал в Питер, чтобы встретиться с Ритой и узнал, что мы живем в одном номере. Вместо того, чтобы выяснить все по-мужски, этот кусок дерьма решил от меня тупо избавиться.

Он пытался заставить меня чувствовать вину. В его голове это я подлец и мерзавец, который увел женщину у лучшего друга.

— Баба друга — табу! — кричал он на очной ставке. — Я бы пустил себе пулю в лоб, но пальцем бы не прикоснулся к твоей женщине! А ты трахал Марго у меня за спиной! Так сладок был запретный плод?! — все это происходило в кабинете следователя, спектакль мастерски был разыгран.

Меня тогда еле оттащили от этого куска дерьма, так хотелось расквасить ему рожу.

— Я звоню сообщить, что вышел на свободу, — врывается его голос в мои воспоминания.

— Ждешь поздравлений? — все-таки его адвокаты трудились не зря. Неужели уже прошло пять лет?

— Нет. Ты можешь мне не верить Гром, но я звоню для того, чтобы сказать «прости». Хочу начать жизнь с нового листа. Забыть ту мерзкую историю. Жизнь в тюрьме многое заставила переосмыслить.

«Да пошел ты!» — хотелось сказать вслух, но я сдержался.

— Ладно, я завтра улетаю в другой город. Вряд ли мы еще встретимся, не держи зла! — не знаю, насколько он искренен, но я кидаю в трубку «Пока!» и завершаю разговор.

Ливень всех гонит по домам, поэтому приходится стоять в пробках. Огромные лужи на асфальте грозят стать реками. Водители нервничают, сигналят, буксуют. Мне тоже не терпится попасть домой, но я спокоен, как удав. Мои мысли постоянно крутятся вокруг Риты и Стаса, а это лучше любого афобазола, персена и всех друг успокоительных средств.

Через два часа мне удается добраться до дома. Рита стоит у огромного окна и смотрит, как я въезжаю в ворота. Я могу с точностью сказать, что с ее лица сходит сейчас напряжение и моя супруга улыбается.

Заехав в гараж, вытаскиваю с заднего сидения букет цветов и огромную коробку конструктора, который я обещал купить Стасу. С пиджака буквально льется вода, это цена моих походов за покупками, но я об этом не жалею.

— Папа, папа! — радостно несется ко мне малыш, ловлю его вытянутыми руками, чтобы он не прижался ко мне. — Ура! Спасибо, папочка! — вырывается Стас и плюхается на пол возле коробки.

— Роберт, ты весь мокрый, — Рита идет ко мне, взгляд, как у строгой училки, очков только не хватает. У меня встал, как по команде. Обожаю этого главного редактора. Это на работе она строгая начальница, дома Рита милая кошечка.

— Как себя чувствуют мои девочки? — прикладываю руку к округлившемуся животу своей малышке.

— Пинается похлеще Стаса на этом сроке.

— Катерина, веди себя хорошо, ты же у нас умница.

— Роберт! — обрывает супруга. — Мы договаривались, что имя дочери придумаю я! — да, я об этом прекрасно помню, но мне нравится, когда моя кошечка выпускает коготки! А у меня в голове уже родился замечательный план. Не одному же мне принимать душ.

— Я не возражаю! Не злись, Рита, — хватаю ее за руку и прижимаю к себе.

— Громов! — вскрикивает она и пытается упереться руками в грудь. От влажной холодной одежды, футболка супруги тут же становится мокрой, а соски превращаются в тугие ягодки.

— Где наша няня?

— Я здесь, — оборачиваюсь на голос и предупреждаю:

— Не оставляйте Стаса без присмотра, — она ответственная, но я привык все держать под контролем.

— Конечно. — подхватив Риту на руки и несу ее в спальню.

— Марина звонила, приглашала на свадьбу, — сообщает мне супруга.

— Скажи, что к предателям не ходим, — я шучу, и она это понимает. На самом деле я рад, что моя помощница наконец-то обрела свое женское счастье.

— Я не хочу идти туда с животом.

— У тебя его практически не видно. И если честно, тебе ужасно идет быть беременной. Никогда не видел женщины более красивой, чем ты.

— Я толстая, — смеется Рита. На самом деле ее фигура совсем не изменилась после первых родов, да и сейчас она у меня стройная, как тростинка.

— Ты видела Марину? Я когда на нее смотрю, боюсь, что она лопнет.

— Так ей уже скоро рожать, поэтому.

Открываю дверь в нашу спальню ногой, захлопываю створку, поворачиваю ключ в замке, чтобы Стас не вбежал на крики мамы. А то, что Рита будет кричать от удовольствия, это неизбежно. Все разговоры остаются за стенами комнаты, тут только мы, наше идеальное притяжение и страсть, которая с каждым годом становится только сильней!

Конец