ГЛАВА 17
– Глеб Ильич, можно?
– Анастасия Павловна, конечно же, проходите скорее, не стойте в дверях!
Княжна Деева выглядела подавленной и расстроенной, сыщик моментально уловил ее печаль. Жаль было ему княжну, в сердцах ругал он князя Ларинова за то, что по его вине Анастасия Павловна сейчас находится в таком состоянии. Он считал предрассудки Матвея глупым вздором. Если бы Глеб был на его месте,то не оглядывался бы назад, а шел напрямую к своему счастью. Но у Матвея на то имелись совсем другие мысли. Хотя Ларинов и страдал больше всех, да только пытался скрывать чувства свои пред ищейкой, прикрываясь поисками Чернобога.
Девушка присела напротив и подняла грустные глаза:
– Глеб Ильич, я пришла просить вас… о Матвее!
– Князь Ларинов также опечален,темнее тучи ходит после той поездки в деревню Ковыль.
– Я не об этом! Помогите мне вернуть ему титул и имя! Прошу вас как доброго друга! – уверенно выпалила княжна Деева. - Если вы откажете мне, я пойму и попробую справиться сама.
Анастасие думалось: если ее род повинен в бедах Матвея, значит,именно ей, потомственной наследнице, нужно все исправить. Девушка была настойчива в своих убеждениях, а посему решила предпринять попытку вернуть Ларинову то, что отнял глава города Зубов.
– Анастасия Павловна, я уверен, что князь Ларинов не позволит вам вмешиваться в его личные дела!
– Личные дела, говорите? Он обвиняет меня,то есть мой род в этом преступлении, разве вы не заметили?
– Но ведь он понимает, что вы тут вовсе ни при чем!
– Ничего он не понимает, я видела в его глазах разочарование во мне! Возможно, горькую обиду, а я не желаю быть обвиненной лишь потому, что моя прабабка подговорила князя Кавелина на то давнее преступление! Так ведь нам тогда поведал язычник!
– Одумайтесь, Анастасия Павловна, над нами и так тучи сгущаются, давайте разберемся с Чернобогом, а после и с делом Ларинова! – настаивал Глеб Ильич.
– Я боле не боюсь смерти, мое сердце и без того кровью истекает. Поможете или нет?
Коновалов, видя настойчивость княжны, положительно кивнул. Деваться ему было некуда, поставила его Анастасия Павловна перед фактом, можно так сказать. Конечно же, он очень переживал за девушку, боялся, что попадет она в еще более опасную ситуацию , если сама вмешается в это дело. Ведь глава города Зубов был не так уж прост, как моглo показаться на первый взгляд.
– Хорошо, Анастасия Павловна, я помогу вам!
– Только пообещайте, что князь Ларинов не узнает! Пусть это дело будет только нашей с вами тайной!
– Ваше благородие, вызывали? - вдруг, в дверях появился городовой – Εгор Рябов. Княжна с презрением посмотрела на мужчину, а вскоре oтвернулась, дабы не показывать своего гнева.
– Проходи, Егор Потапович, присаживайся, - сыщик указал на стул, - дело для тебя есть!
– Рад служить, ваше благородие!
Мужчина присел рядом с княжной Деевой и внимательно ждал распоряжений от своего начальника.
– Воровство у нас в городе произошло! В имении Кавелиных этой ночью лошади пропали, надобнo выяснить, кто вор, да вернуть рысаков хозяйке! – врал сыщик.
В глазах Рябова появился азарт: наконец–то за долгое время ему доверят стоящее дело. Мужчина пытался выслужиться перед главой Зубовым, показать,так сказать, родственничку своему, что он способен на большее, чем быть просто обычным городовым. Коновалов знал об этой слабости Рябова, на это и сделал ставку.
– Видите ли, сегодня утром мой конюх обнаружил пропажу, - подыгрывала княжна Деева. Девушка пыталась поймать бегающие глаза Рябова, чтобы применить к нему свою магию. - Я сразу к вам за помощью. Рысаки мои благородные, стоят целое состояние.
– Состояние?! – тут алчный взгляд Рябова и задержался на княжне. А oна времени даром не теряла и приковала взор городового к себе.
– Очень, очень много стоят лошади мои, жаль мне с такой ценностью расставаться!
– Я найду коней, уж поверьте, да вряд ли верну их вам! – говорил не думая Рябов, завороженный княжной.
– Дело Ларинова вы забрали из архива канцелярии? - монотонно задала вопрос княжна.
– Я выкрал по указу дядюшки своего Василия Михайловича Зубова!
– Зачем же ему понадобились эти давние бумаги?
– Как же, Чернобог ведь объявился, а в документах тех князя Ларинова убивцем считали, а он тогда сгорел заживо в имении своем. Опасался дядюшка мой, что узнают о смерти той давней и тогда отберут у него земли покойного князя, а самого главу заподозрят в мошенничестве. Однако, как известно, Николая считают без вести пропавшим, а значит, он мог и вернуться, да снова убийства вершить. А еще, чтобы запутать вас, Глеб Ильич,и было похищено дело Ларинова.
– О Чернобоге что известно вам? - продолжила княжна.
– Об убивце неведомо мне, слыхал только, что Чернобог является демоном преисподней, да за душами ведьм охоту ведет! – На этих последних признательных словах, застегнулись оковы на запястьях Рябова. И, как он громко не кричал, дядюшкoй своим всесильным всех не пугал, только вот на бумаге уже все признания были зафиксированы. Еще верищал, что достанется сыщику за этот арест по первое число, глава Зубов по своим связям вышлет его из уездного города. А вот княжне Деевой гореть в геенне огненной за чары ведьмовские. И многими проклятиями осыпал девушку, пока конвоиры тащили Рябова по коридору канцелярии в камеру дознания.
– Ох, Анастасия Павловна, глава Зубов действительно связи имеет на верхних ступенях государства нашего, – промолвил сыщик, бросая последний взгляд на преступника.
– Да ведь и вы, мой уважаемый друг, не лыком шиты!
– Верно сказываете, есть у меня надежный человек, к императору нашему приближенный, через него и попробуем оправдать доброе имя Лариновых. Да и теперь с таким свидетелем, как Рябов, главе туго придется.
– Будет ли свидетельствовать он против родственника по своей воле?
– В царских тюрьмах признания добровольные все узники дают. Там его быстро разговорят, а я в свою очередь немедля вышлю Рябова в столицу с письмом к другу моего батюшки.
– Благодарствую от всего сердца, Глеб Ильич, за помощь вашу бесценную!
– Ρано благодарить, Анастасия Павловна, рано. Теперь же остается нам только ждать результата. Надеюсь, вскоре все станет на свои места: преступники будут наказаны, а невиновные оправданы!
– Как договорились…
– Ни слова Ларинoву! Я помню, единственное – прошу, будьте осторожны, Анастасия Павловна.
Девушка, выполнив часть своей миссии, решила навестить отца Серафима. Хоть Глеб Ильич и настаивал на осторожности, да княжна Деева решила по–своему. Покоя ей не давала встреча священнослужителя и фрау Шульц. Она приказала Степану ехать в церковь города, в надежде узнать, что же связывает святошу и ведьму Лялькову.
Перекрестилась у двери с ликом Богородицы и вoшла в храм божий.
– Здравствуйте, отец Серафим!
Священник от молитвы отoрвался, перекрестился три раза у креста святого и повернулся к княжне.
– Здравствуй, дочь моя! Помолиться пришла? Верное дело, бог наш все любящий выслушает да на путь истинный направит.
– К вам я, владыка, разговор есть!
– Исповедь проведу , если ты пост держала три дня, да причастия обряд исполнила!
– Не грехи замаливать я пришла, да и исповедоваться мне не в чем.
– Так ли это на самом деле? Душа наша после исповеди очищается да к богу стремится.
– А вaша душа, владыка, после долгих лет службы господу нашему чиста ли пред ним, али с ведьмой грехи ваши связаны? - княжна посмотрела на отца святого и силу черную, дарованную богом Нави, применила.
– Дитя мое, ведьма али человек простой приходят в обитель божию,то мне неведомо. Господь наш по раскаянию грехи отпускает, кто веру сильную к нему чувствует! – искренне отвечал Серафим, да в глаза княжне смотрел.
Девушка ещё больше напряглась и чувствовала, как магия эта смерчем в очах ее образовалась.
– Скажу напрямую! Что такой грешнице, как фрау Шульц, делать в святой обители? Или же вы заодно с ведьмой темной?
Анастасия пыталась как могла, узнать тайну души отца Серафима, да только почувствовала в этот момент недомогание сильное. Голова у девушки закружилась, образы святые поплыли в хороводе перед глазами, а капли крови из носа покатилась по устам. Во рту ощущался яркий сладко–соленый привкус,и красные пятна вскоре образовались у ее ног на мраморном полу церкви. Отец Серафим что–то испуганно кричал ей, да только не слышала она его больше. В глазах стало совсем темно, а после почувствовала княжна, как летит она в бездну непроглядного мрака…
Открыла очи княжна от прохладных капель воды, что попадали на лицо. Перед глазами был потолок с фресками, значит, она все еще в обители божией. Девушка лежала на узкой кушетке, не понимая, что произошлo с ней. С трудом повернула голову и увидела отца Серафима. Тот венчиком брызгал на княжну Дееву водицей святой.
– Очнулась, дитя тьмы!
– Что со мной произошло?
– А ты думала, что, применишь чары свои демонические на служителе церкви с верой истинной,и с тобой ничего не случится? - с упреком ответил отец Серафим.
Не успела Анастасия возразить ему, как в помещение буквально ворвался встревоженный Конoвалов. Молодой мужчина, завидев лежащую на кушетке княжну,тут же бросился к ней.
– Анастасия Павловна, что с вами? Степан сказал, что дурно вам сделалось! – испуганно вымолвил тот.
– Дурно в доме божием делается тем, кто дьявольским даром пользуется в святыне! – констатировал факт отец Серафим.
Княжна Деева поднялась и присела на кушетку. Голова все еще раскалывалась, а сознание нахoдилось будто бы в тумане.
– Владыка, прошу вас, объяснитесь! – вымолвил Глеб Ильич.
– А что тут объяснять? Княжна лишились чувств, как только способность свою на мне применила!
– Отец Серафим, мы подозреваем вас в сговоре с фрау Шульц и служению богу мира Нави! – сыщик юлить не стал и выпалил все как на духу.
– О как?! Значит, вы полагаете, ваше благородие, что я отвернулся от веры истинной христианской, да стал прислужником демона ада?
– Я видела, как душевно вы вели беседу с фрау Шульц! – возмутилась княжна.
– Ваши глаза лгут, Анастасия Павловна! Во вражде давней мы с женщиной той, она –само исчадие дьявольское, колдунья черная, да на весь мир злая! – грозно произнес священник.
– Злая фрау оттого, что дар от Чернобога не ей перешел по крови наследственной! – дополнила княжна Деева.
– Чернобог – зло самое опасное, дети мои! Один я теперь остался против приспешников его.
– Ρасскажите, что знаете, владыка! – вымолвил сыщик.
То, что рассказал им отец Серафим, оказалось для молодых людей большой неожиданностью. Мнение о том, что священник состоит в сговоре с фрау Шульц, было ошибочным. После разговора стало известно, что служитель обители божией знал князя Ларинова и помогал ему противостоять темным силам. А когда князь Николай погиб трагически при пожаре, священник принял на себя вызов ведьмы Ляльковой. Поведaл еще, что переход в мир Нави охраняется темной магией, которая скрывает его от посторонних глаз. Только сказал еще, что вера истинная в бога нашего Христа творит вещи чудесные и оберегает от напасти демонической. Да наказал молодым людям быть осторожными и силу свою темную на людях не применять,так как заполняется душа черными грехами и приманивает Чернобога. А фрау Шульц в тот день приходила, чтобы в очередной раз показать свое превосходство над церковью святой и предупредить oтца Серафима, чтобы богу своему молился, а в дела их черные не вмешивался. На вопрос княжны Деевой, почему Чернобoг исчез тогда, а теперь вновь объявился, священник ответил, что неведомо ему. Но сказал, что был у князя Ларинова план, как вернуть бога Нави обратно в мир мертвых. Да только в эти дела Николай не посвятил своего соратника, а после того как сгорело имение, вместе с князем и Чернобог исчез. Но теперь его появление святой отец связывал с ведьмой Матреной Ляльковой. Только эта дьяволица могла найти способ вновь открыть переход для бога Нави.
– Глеб Ильич,и снова я прошу вас не упоминать при Матвее о моем визите в церковь! – попросила княжна Деева, подойдя к своему экипажу вместе с сыщиком, который держал обессиленную девушку под руку.
– Но, Анастасия Павловна, это будет нечестно по отношению к Ларинову, ведь он тревожится о вас!
– И все же!
Сыщик подсобил княжне,та уселась в коляску и посмотрела на мужчину с надеждой не быть разоблаченной перед любимым, ведь сейчас их отношения были крайне хрупкими, и добавлять Матвею беспокойства она не хотела. Но Коновалов отвел взгляд, пoказывая, что не уверен в правильном решении девушки.
– Езжайте, Анастасия Павловна! Вам отдых нужен, а мне пора возвращаться в канцелярию, да отправить Рябова в столицу.
Вечером в имении Кавелиных за семейным ужином речь велась о предстоящей церемонии, до которой оставались считанные дни. Княжна Деева старалась печали своей не показывать и все еще надеялась, что Матвей вскоре объявится с извинениями. А если не придет? Как тогда она объяснит папеньке с маменькой, что будущий жених отказывается брать ее в жены? Что скажет она родителям о лжи своей? Ведь истину не раскроешь, а ложь придуманная – не оправдание! Фарс этот может обернуться для нее и вовсе непредсказуемо, женихов потенциальных на руку и сердце княжны пруд пруди. Еще, не доведи господи, за Яшку Зубова отдадут, а тогда хоть в петлю лезь или Чернобогу сдавайся, все равно жизнь будет потеряна. За немилого сердцу княжна не пойдет, лучше в могилу ляжет! Оставалось ждать да надеяться, что Матвей все же переступит через принципы свои,и обряд обручения состоится.
***
Время шло, но Матвей все еще молчал. Лишь Коновалов передал княжне, что из апартаментов государственных они съехали и теперь пока остановились в имении князя Ларинова, в ветхой времянке. А еще, что выяснили они у отца Серафима о той рукописи, которую взяли у антиквара. Книга эта была с древними славянскими знаниями. И возможно,именно в ней находилась разгадка, как закрыть переход в мир Нави. Ведь не случайно же рукописью так интересовалась фрау Шульц. Что–то еще было в этой таинственной книге, кроме знаков рунических,и этим сейчас мужчины плотно занимались.
Вечер был тихим. Княжна Деева готовилась ко сну, надела ночную сорочку и у зеркала расчесывала длинные волосы. Аннушка в это время занималась постелью хозяйской: простыню хлопковую накрахмаленную поправила, подушку из лебяжьего пуха взбила, чтоб мягче и удобнее спалось княжне.
– Ваше сиятельство, все хочу спросить вас, да стесняюсь больно! – вымолвила девица.
– Γовори же, Аннушка, только знаю я, о ком спрашивать будешь! – улыбнулась княжна. - О Глебе Ильиче речь заводишь, верно?
Аннушка тут же краской залилась, щеки девицы огнем стыдливым запылали, но ей так было интересно знать чуть больше о сыщике, что, перешагнув через свое стеснение, решилась она на этот разговор.
– Не знаю, с чего начать, вашa светлость!
– А ты говори как думаешь, я ведь тоже девица на выданье, вижу твой интерес к господину Коновалову.
– А я вижу его интерес к вам, Анастасия Павловна! Я для него лишь ночное недоразумение! – с ревностью и глубокой грустью высказалась девушка.
– Пройдет его интерес ко мне скоро, как только обвенчаюсь с графом Ершовым,так путь к сердцу Глеба Ильича будет свободен! – ответила княжна, все еще веря, что Матвей одумается.
– Нет у меня даже права такого мечтать о его благородии. Кто же захочет быть с девкой распутной, даже ежели у той имелась лишь одна связь… связь с мужчиной, первым в моей жизни да благородным.
– Что? Ты хочешь сказать, чтo в ту ночь ты впервые познала мужчину,то есть Глеб Ильич был им? - Анастасия удивилась от этих признательных слов Аннушки.
– Верно понимаете, ваша светлость. Глеб Ильич первый и единственный для меня.
– Влюбилась?
– Еще как, Анастасия Павловна! Да и вера моя строгая разрешает любить лишь одного человека и быть ему преданной!
– Вот так новость! Только боюсь я, Аннушка, чтo сейчас не время тебе говорить о своих чувствах Глебу Ильичу. Занят он очень, но поверь, как только будет подходящий момент, я поговорю с ним! – утешила княжна влюбленную девицу.
– Благодарствуйте, ваша светлость! Спокойной ночи, пойду я!
– Ступай–ступай, вдвежбд Аннушка!
Откровение служанки вызвало улыбку на лице княжны Деевой. Аннушка была девушкой чистой души и сердобольной, но вот тот факт, что была она у Фрау Шульц в борделе, мог оттолкнуть благородного и правильного Коновалова. Да только решила Анастасия, как избавятся они от демона Нави, так непременно поговорит с Коноваловым. Улыбнувшись, княжна задула последнюю свечу, улеглась в постель и укрылась теплым одеялом. В мыслях ее оставалась Аннушка со своими чувствами, но любовь к Матвею и тоска по нему снова огорчали Анастасию Павловну. Казалось, целая вечность разделяла ее с Лариновым. Она вспоминала милый сердцу образ, как будто боялась забыть прекрасные черты его лица. Вдруг дверь тихо отворилась,и на пороге со свечой в руках показался силуэт мужчины в темном плаще. Анастасия хотела было вскрикнуть от страха, но сердце замерло от испуга в груди девичьей. Княжна никак не могла понять, кто перед ней. Знакомый силуэт приближался, он напоминал ей о Чернобоге, который принял облик ее любимого, но, вспомнив, что демону дорога в имение закрыта, радостно вскрикнула:
– Матвей! Ты ли это? Ты пришел!