Глава 25

Оксана

Стоя около детской площадки, я пила горячий кофе из термокружки и смотрела как Катюшка и Арина катаются с горки вместе с соседскими детьми.

– Как ты? – рядом раздался голос Гали, о которой я уже и забыла.

– Хорошо, – обернулась я к девушке, и мои губы разошлись в слегка заметной улыбке. Хотя, когда говорила «хорошо», это было преувеличением. Прошло уже практически две недели после того, как Таир пообещал поговорить с женой о том, что они расходятся. А на следующий день я узнала, что они ждут ребёночка. И если днём я всем улыбалась и показывала хорошее настроение, то по ночам я рыдала в подушку. У меня было дежавю. Уже второй раз судьба нас разводит, несмотря на наши чувства. И от этого было обидно. Но, видимо, оно так и должно было быть. Не всё в жизни происходит так, как мы того желаем.

Когда в первые дни было особо плохо, я хотела плюнуть на всё и уволиться, но по истечении нескольких дней я отмела эту мысль. И пусть это больше похоже на садомазохизм, видеть, как его жена ходит счастливая и беременная, но я с этим смирилась. А больше всего мне не понятно, почему эта женщина в одно мгновение в моём лице нашла себе подругу. Вот никак не могла я этого понять. Она иногда вылавливала меня и ходила со мной на обед, приходила на переменах, чтобы попить чаю и потрепаться о жизни. И как бы я её старательно не пыталась избегать, у меня это плохо получалась.

И если я со всем этим мирилась, то не могла понять Таира, который практически каждый день приезжал ко мне и стоял под окнами дома, но так и не поднимался. Он стоял минут по десять максимум пятнадцать, а потом уезжал. Я это заметила случайно. Как-то ночью я снова не могла уснуть и встала, чтобы попить. Не включая свет, я налила стакан воды и встала у окна. Заметила знакомую машину. Её подфарники тускло горели, и из приоткрытого окна виднелся мерцающий красный огонёк сигареты. Я сперва думала, мне показалось и просто похожая машина, мало ли их ездит, но на следующий день всё повторилось. А ещё через несколько дней, когда я так же ночью подошла к окну, то около машины стоял Таир, облокотившись о капот, и смотрел на окна моей квартиры. В первую очередь появилось желание спуститься к нему, обнять и снова вдохнуть запах желанного мужчины, но я сдержала этот порыв. Не имела я права на это. И отчаянно желала, чтобы он больше не приезжал.

А ещё после открывшейся новости от него стали приходить букеты и подарки, с просьбой простить его, где он говорил, что не сможет бросить жену с ребёнком. Я, конечно же, не принимала эти подарки и отправляла их обратно адресату. Мы практически каждый день сталкивались с Ахмедом в лифте по утрам. У них с Галей всё налаживалось, и я была за них безумно рада. Хоть у кого-то всё будет хорошо. Тем более они этого заслуживают.

Я просила Ахмеда, чтобы он поговорил со своим другом, образумил его не приезжать и не присылать подарки. Ведь Таир этими проявлениями не только себе хуже делает, но и мне. Но не знаю, говорил ли Ахмед с ним или нет, но Таир всё так же и продолжает приезжать, и стоять под окнами. Сейчас он стал это делать реже, но всё равно ездит. Я даже как-то усмехнулась сама про себя, вспоминая, как я тоже к нему ездила и со слезами на глазах просила поговорить со мной. Но он решительно отсылал меня обратно.

– Вы придёте к нам сегодня ёлку наряжать? – спросила я, уже не смотря на Галю.

– Да. Мне нужно дома сделать кое-какие дела, и к вечеру придём.

Катюшка и Арина уговорили нас с Галей нарядить ёлку всем вместе сначала у нас, а потом и у них. Мы не стали отказывать. В последнее время мы с Галей стали как сестры. Практически постоянно вместе, поддерживаем друг друга, отчего мне немного легче.

– Как дела у Ахмеда? Он тоже придёт?

– Нет. Он сегодня на работе задержится. А дела у него прекрасно. Смотри! – подруга протянула ко мне ладонь, показывая пальцы. На безымянном сверкало колечко с огромным камнем.

– Ого! Он что, сделал тебе предложение?! – восторженно произнесла я.

– Ага.

– Поздравляю! Но вы ведь всего – сколько? – месяц знакомы? Не рано ли?

– Знаешь, если бы мы были подростками, то, может быть, это и было бы рано, но мы с ним взрослые люди. У каждого за спиной огромный жизненный багаж, и мы знаем, чего хотим. И я думаю, это в самый раз. Тем более Арина его приняла, и они просто прекрасно общаются. Я тут вообще на днях захожу в детскую, а они знаешь, чем занимались? – Галя засмеялась.

– Чем?

– Включили «Ютюб» и на кукле учились косы плести. Картина маслом. Большой дядька сидит в детском кресле – и как он только его не сломал – за детским столиком, на спине крылья феи и пыхтит над плетением кос. Я от смеха чуть не рухнула.

Представив эту картину, я сама не сдержала улыбки и засмеялась в голос, позавидовав Гале. Завидовала белой завистью. Она смогла найти мужчину, с которым могла вот так вот громко смеяться, как сейчас. И вообще последнее время подруга постоянно смеётся, и с её лица практически не исчезает улыбка. Это ли не счастье?

Когда девчонки вдоволь нагулялись, мы разошлись по своим квартирам, и только ближе к вечеру к нам пришли Галя и Арина. К этому времени нам с дочкой курьер привёз искусственную ёлку и игрушки. Для меня Новый год всегда был самым светлым и любимым праздником. Я с нетерпением его ждала. Я обожала эту сказочную атмосферу, которой пропитан каждый сантиметр воздуха. Любила предновогоднюю суету, покупку подарков. И, конечно же, наряжать ёлку и дом.

Для более праздничной атмосферы я нам с Галей приготовила глинтвейн, девчонкам молочный коктейль и испекла имбирное печенье. Катюшка с Ариной наряжали ёлку, а мы с Галей руководили процессом. С минуты на минуту к нам должен был присоединиться Ахмед. Как ни странно, этого мужчину приняла и Катюшка. Мы пару раз оставляли с Ахмедом девчонок, а сами уходили гулять по магазинам. Я бы ни за что на свете не поверила, если бы мне сказали, что этот большой и с виду грозный дядя, который одним своим взглядом наводит ужас, может быть таким мягким и пушистым.

В квартире раздалась трель дверного звонка.

– О, это Ахмед! Каяться пришёл. Оксан, откроешь ему? – проговорила Галя, стоя на стуле и вешая на макушку ёлки звезду.

– Да, конечно. – Отставив бокал с глинтвейном, я пошла в прихожую и, не спрашивая, кто, отворила дверь. Но моему взору открылся не тот, кого мы ждали. На пороге стол молодой человек с небольшим красивым пакетиком в руках.

– Оксана Георгиевна? – проговорил молодой человек.

– Да.

– Вот это вам. Примите и распишитесь. – Не знаю, зачем я взяла этот пакет. Единственный, кто присылал мне курьеров с подарками, это был Таир, и я всё возвращала обратно, но не сейчас. Приняв подарок, я расписалась в бланке, и, попрощавшись с курьером, снова вернулась в квартиру.

– А где Ахмед? – спросила Галя, когда я снова вернулась в комнату.

– Это был не он, а курьер.

– Опять от Таира?

– Ну а от кого же? Посмотрим, что он подарил. – Девчонки были заняты, чтобы обращать на нас внимание, и я под пристальным взглядом подруги открыла пакет и выудила оттуда бутылку красного вина с запиской.

– «Прости меня. Т.», – прочитала я вслух.

Пока я разглядывала записку, Галя уже взяла бутылку вина в руки и присвистнула:

– А он не поскупился на подарок. Это же коллекционное вино! Редкое. Одна такая бутылка стоит целое состояние.

– Ну что, давай попробуем, сколько стоит этот подарок на вкус? – подмигнула я Гале и пошла на кухню за штопором и фужером. Я налила вино. Налила только себе. Галя отказалась, сказав, что сначала допьёт глинтвейн, а вот мне был и правда интересен вкус этого вина, хотя я не особый любитель красного.

– Ну и как?

– И правда, вкусное. – Я отпила ещё немного и присела на диван возле подруги. В квартире приглушённо играла музыка, девчонки смеялись, рассматривая игрушки на ёлке. Сама ёлка светилась яркими огнями. А у меня вот эти огоньки стали почему-то расплываться. Я перевела взгляд на Галю, которая тоже на меня посмотрела, но её лицо стало смазанным.

– Всё хорошо? – поинтересовалась она, но я не смогла ответить. Горло сдавило, словно удавкой. Из руки выпал фужер, и до слуха донёсся звук бьющегося стекла.

– Оксана! – Галя подскочила ко мне ближе. – Что с тобой?

Я начала ладонями хвататься за горло, хотела сказать хоть слово, но изо рта вырывались только хрипы.

– Мама, мамочка! – где-то вдали услышала тихий голос Катюшки. А в коридоре громко хлопнула дверь.

– Что у вас? – голос Ахмеда донёсся до меня уже приглушённо, а перед глазами всё стало расплываться. – Галя, скорую, живо! – всё, что я успела услышать последним. Я пыталась дышать, но у меня это не получалось. Чувствовала, как холодеют ноги. Слышала плач дочки. Как Галя пытается детей вывести из квартиры. А затем резко наступила тишина и свет начал меркнуть.