Глава 9. Темнота

Лишь через пятнадцать минут дороги я поняла, куда мы едем – во дворец. Но когда мы прибыли туда, пошли не к основному зданию, а к одному из дальних, боковых. Чем-то оно напоминало башню.

Уже рядом с входом нас ожидал какой-то человек. В полумраке я смогла увидеть лишь то, что он был одет в белые брюки и такого же цвета рубашку. Стоило нам подойти ближе, как мужчина очень низко поклонился.

- Приветствую вас, - голос у него глубокий. Уверенный. Он вообще будто бы целиком и полностью состоял из твердости. Внутренней стали.

- Это Розен, - коротко сказал Жрец, проходя мимо мужчины, а я, растерявшись, остановилась.

В темноте я его не узнала, но о Розене была более чем наслышана. Как десница Жреца он являлся очень значимым и могущественным мужчиной, находящимся за гранью понимания человеческого разума, хоть и не обладал никакими способностями.

Поэтому, лично встретив такого человека, я внутренне оторопела, хоть и постаралась быстро взять себя в руки.

- Рада встречи с вами, десница Розен, - сказала, поклонившись, но Жрец, положив руку мне на предплечье довольно грубо дернул на себя и потащил следом, ясно давая понять, что весь этот официоз я могу приберечь на другой случай.

Когда мы втроем вошли в центральную комнату, Жрец подошел к дивану, упал на него и закрыл глаза.

- С Розеном ты уже знакома. Это Изабель, - он поднял руку и указал куда-то вправо. Там сидела женщина лет шестидесяти, которая тут же поднялась на ноги и поклонилась мне настолько же низко, как и Розен. Так в нашем королевстве поклоняются только королю. – Розен будет отвечать за твой график и официальные встречи. Изабель – твой внешний вид и остальная хрень. На этом все. Разбирайтесь.

Я приподняла бровь, после чего быстро подошла к Жрецу, присела на пол рядом с диваном и, наклонившись к уху парня, очень тихо спросила:

- Насколько сильно я могу раскрываться перед ними? – такая близость с парнем была обусловлена тем, что мне срочно требовалось задать ему личный вопрос, но, стоило мне к нему приблизиться, как щеки закололо румянцем и биение сердца странно участилось. Я почувствовала себя жутко неловко.

Чего нельзя было сказать про Жреца. Он даже бровью не повел.

- Полностью, - ответил он, так и не открыв глаз. – Эти двое – единственные в королевстве, кто будет знать о тебе все, так же, как знают все обо мне. А теперь, будь добра, отвали. Ты вторгаешься в мое личное пространство.

- Разве вы не сказали, что для меня, как для Жреца, не должно существовать личного пространства других людей? – я не могла оторвать взгляда от его лица. Такие длинные, красивые ресницы. И брови у него густые. Но больше мне нравились его светлые, небрежно отросшие волосы. Так и хотелось к ним прикоснуться.

- Меня это не касается. Я терпеть не могу, когда меня тревожат.

- Насколько сильно?

- Еще немного и мы это проверим.

Проверять я не хотела, поэтому быстро отстранилась от него и выпрямилась.

- Верховная Светлость Доми, - ко мне обратился Розен. Причем, обращался он именно, как к Жрецу. – Я ждал встречи с вами. Для меня это честь. С этого момента я ваш десница и покорный слуга, - он вновь поклонился. – Мои руки будут действовать во благо ваших дел. Мои глаза – ваши глаза. Мой голос – ваш голос.

- Я еще не вошла на пост Жреца. Пока что вы не можете быть моей десницей.

- Ситуация диктует немного отступить от правил и Его Верховная Светлость Де Адар приказал уже сейчас служить вам так же, как и ему.

Я посмотрела на спящего парня и еле заметно кивнула. На самом деле, мне от этой ситуации было не по себе. Я все еще не верила в то, что стану Жрецом, а то, что такой человек, как Розен присягал мне в верности, будто бы загоняло в тупик.

В этой ситуации, я ощущала себя мелкой и недостойной. Но так же я понимала, что внутренне пожалею, если разрешу внешне это выказать.

- Я принимаю вас, как десницу и благодарна за верность. Но так же прошу вашей помощи, как более опытного, мудрого человека.

- Для этого я тут, Верховная Светлость, но насколько бы я не был опытен, я не могу назвать себя мудрее вас.

Уголок моих губ дернулся и я хотела возразить, ясно давая понять, что в свои восемнадцать точно не сравнюсь по уму с таким человеком, как он, но вовремя отдернув себя, поняла к чему Розен это говорил.

- Вы имеете ввиду то, что будущий Жрец априори должен быть умнее любого человека?

- Да, - мужчина кивнул. – Заранее прошу прощения за свои следующие слова, так как для меня по отношению вас они являются непозволительной вольностью, но я считаю, что нам в самом начале следует прояснить некоторые моменты.

- Говорите.

- Я изучил вас. Вы умная девушка и крайне перспективная, но еще очень молодая. Через шесть дней вы станете Жрецом и на вас ляжет огромная ответственность. Я не сомневаюсь в вас, но я опасаюсь обычных человеческих ошибок, свойственных вашему юному возрасту. А у Жреца не должно быть ни ошибок, ни возраста. Жрец значительно выше обычных людей. Во всем. Он - божество. И никто, ни в чем не может быть лучше него. Тем более, в способностях разума.

- Я это понимаю. Можете не опасаться ошибок с моей стороны, - я хотела сказать «Я сделаю все, чтобы их не допустить», но поняла, что это будет звучать не совсем уверенно, а у Жреца действительно не должно быть ничего подобного. Из-за этого сказала: - Я их не допущу.

Вообще кто-то на верху хорошенько так подшутил надо мной. Учитывая мои приступы самокопания и временами наплывающие приступы ощущения никчемности, во время которых я чувствовала себя развеивающейся пылью под ногами возвышенных господ, играть роль божества будет не так просто.

Но я решила, что ни за что и никогда не допущу ошибок и возложенную на меня роль сыграю идеально.

Не знаю почему, но главным моим стимулом был Жрец. Мне хотелось, чтобы он меня похвалил.

Следующие три часа мы с Розеном разговаривали о статусе Жреца. Его обязанностях.

Изначально я не могла привыкнуть к Розену. Он был слишком умен, чтобы я могла перед ним так просто открыться. Наоборот, все внутри меня сжималось и я тщательно следила за каждым словом.

Но, странно, я достаточно быстро привыкла к нему. Возможно, потому, что не чувствовала от него и толики опасности. Наоборот, он казался союзником. Действительно, очень разумным. Мужчина, которому и тысяча людей была не ровней.

Изабель, как я поняла, была ответственной за как таковую репутацию Жреца.

- Как я поняла, род Леман ранее очень сильно ограничивал вас. По отношению к вам это не позволительное отношение, но в данном случае, для нас это огромный плюс. Мы проверили ваше прошлое и оно идеально. Вы даже в школе не были замечены ни в каких конфликтах. Так же круг вашего общения был крайне узким. Это способствует вашей недосягаемости.

Изабель еще сказала, что в дальнейшем она возьмет на себя подбор моей одежды.

- После принятия статуса вам нельзя будет носить обычную одежду. Абсолютно никакие бренды. Ни маленькие, ни, тем более, известные. Это будет связывать вас с обычными людьми. По этой причине уже на данный момент для вас подбирают портных, которые будут шить одежду исключительно для вас. Естественно, вся она будет белого цвета, ведь Жрец это в первую очередь чистота.

Я невольно посмотрела на слепого парня, который все так же спал на диване. Вот уж он с чистотой у меня никак не вязался. И называть его следовало не «Ваша Верховная Светлость», а «Ваша Верховная Мрачность, Король Сквернословия».

- Чего пялишься, мокрица? – Жрец открыл глаза.

Он уже проснулся?

Изначально мне хотелось сказать «Я на вас не смотрела», но Розен и Изабель к этому моменту отошли и я почему-то тихо буркнула:

- Влюбилась в вас, - саркастично. Понятно, что это было лишь шуткой, вот только в груди все перевернулось, когда лицо Жреца дернулось, будто от острой зубной боли и он раздраженно изогнул брови. Так, словно я сказала что-то действительно глупое и отторгающее.

Почему-то хотелось спросить: «Почему я так сильно не нравлюсь вам?», но умом понимая, что этот вопрос крайне странный и он вовсе не имел право на существование, решила промолчать.

Вообще, когда речь шла о Жреце, я в последнее время слишком часто мысленно произносила «Почему-то».

Почему-то щеки краснеют.

Почему-то сердце бьется быстрее.

Почему-то я волнуюсь и временами ладони вовсе подрагивают.

Я не была опытной девушкой, но так же не являлась дурой, которая никак не могла понять к чему все это.

Вот только, насколько же тяжело было прямо признаться себе в том, что мне…

Жрец нравился мне, как мужчина.

Стоило этой мысли появиться в сознании, как меня тут же будто бы прострелило. Я еще в больнице начала догадываться об зарождающихся чувствах, но старалась так прямо об этом не думать.

Однако, я умела усложнять себе жизнь. Если и есть человек, которого я вообще не имела права рассматривать, как мужчину, то это Жрец и сейчас я пыталась убедить себя в том, что это лишь мимолетная симпатия. Она скоро пройдет.

- Ты все еще пялишься на меня.

Я поджала губы и отвернулась. Как-то обидно стало от запрета Жреца смотреть на него.

- Я отвернулась. Вам так легче?

На это он ничего не ответил. Сел на диване и еще сильнее ладонью растрепал и без того торчащие во все стороны волосы.

- Розен, я готов работать. Что на сегодня?

- Антуан Верга, Верховная Светлость. Есть обоснованные подозрения в том, что он пытается наладить тайную продажу людей.

- Я зайду к нему, - Жрец встал на ноги и лениво потянулся от чего футболка поднялась и стала видна небольшая полоска кожи над ремнем. Я посмотрела туда, жутко покраснела и тут же отвернулась.

- Верховная Светлость Де Адар, могу ли я забрать Верховную Светлость Доми в свой офис, чтобы примерить платье, которое для нее шьется на королевский бал? – спросила Изабель.

Жрец кивнул.

- После того, как я закончу со своей работой, заеду и заберу ее. И в дальнейшем такие вопросы задавай ей. Она сама решает куда ехать и что делать.

Была уже глубокая ночь, когда мы с Изабель приехали к ее офису, которым оказалось многоэтажное здание. Сюда прибыли только мы вдвоем. Без лишних людей, чтобы быстро закончить с примеркой.

Пока она разговаривала с охранником, я пошла к лифту. Заметив, что женщина еле заметно кивнула, поняла, что мне следует подниматься без нее.

Итак, мне нужен шестнадцатый этаж.

Войдя в лифт, я нажала на нужную кнопку и поехала вверх. Учитывая позднее время, я не ожидала, что в этом здании еще хоть кто-то есть, но на пятом этаже лифт остановился и его двери разъехались в стороны.

И я бы не обратила внимания на своего попутчика, если бы им не оказался Даглас.

Наши взгляды встретились и воздух полыхнул острой неприязнью. С моей стороны ледяной. С его – агрессивной и огненной.

- Господин Тейлор, - процедила, сквозь плотно сжатые зубы.

- Полторашка.

Я еще сильнее стиснула зубы. Так, что даже скулы свело, а Тейлор посмотрел в другую сторону, явно всерьез размышляя над тем, чтобы поехать на другом лифте. Настолько сильно он брезговал находиться рядом со мной.

Но, в итоге, судя по всему, решив, что следующего лифта ждать слишком долго, вошел в этот.

Я отошла к стенке, но постаралась разгладить черты лица. Я только сегодня разговаривала с Розеном касательно того, что для Жреца все роды равны и к Тейлорам я особенно не могу испытывать неприязни, так как, поскольку я буду одной из Леманов, меня могут обвинить в предвзятости.

Вот только, внутренне я так и не простила Дагласу «Полторашку».

Поскольку я стояла позади Тейлора, могла смотреть только на его огромную спину, но когда он входил в лифт, я заметила, что вид у него все еще был помятым. Уже теперь даже более глобально, нежели, когда я видела его в больнице. А ведь только прошла пара дней. Он будто бы гас на глазах, подобно раненному зверю.

Тейлор сам на себя не был похож.

Мы поднялись на два этажа и я убедилась в том, что семь несчастливое число, ведь на седьмом этаже лифт внезапно остановился и свет погас, ввергая это крошечное помещение в темноту.

Я нахмурилась и потянулась к кнопкам, но Даглас это сделал раньше, из-за чего моя ладонь легла на его.

От этого соприкосновения я дернулась и тут же отошла обратно к стене. Если мой крошечный шажок вообще можно была назвать «отойти».

В этом маленьком лифте не было куда деваться.

В полной темноте я слышала то, как Даглас нажимал на кнопки и физически чувствовала его злость от того, что я прикоснулась к нему и то, что он вообще застрял тут со мной.

Наверное, и я и он уже сто раз пожалели о том, что Тейлор все же зашел в этот лифт.

Ничего. Главное, успокоиться. Такие поломки не могут быть длительными. Мы скоро выйдем отсюда.