Глава 39

Вера проработала в доме Арины Сергеевны почти месяц, когда ее сыновья с женами приехали на празднование дня рождения Валида Исмаиловича. Вера, конечно, прекрасно знала, что пришла работать в дом родителей Саида. Когда она попросила Арину Сергеевну о помощи, то надеялась, что та подыщет ей какое-то другое место, и уж никак не рассчитывала, что работать ей придется у Закаевых.

Арина Сергеевна, услышав просьбу Веры, договорилась о встрече с ней, расспросила о маме, задала несколько вопросов по поводу увольнения от Покровских. Вера в подробности не вдавалась, Арина Сергеевна в душу к ней тоже лезть не стала.

– Вы сможете помочь мне? – с надеждой в голосе спросила Вера.

Арина Сергеевна посмотрела на нее серьезно и сказала:

– Тебе бы в университет поступить, профессию получить, а не в домработницах подвязаться.

– Вы же знаете, мне нужно платить за клинику. Не могу же я бросить маму… – губы Веры дрогнули.

Арина Сергеевна протянула руку и сжала ладонь Веры в своей.

– Может, другую работу поищем, а, Верочка? Все-таки неправильно это, что ты в чужих домах прибираешь.

– Арина Сергеевна, ну какая разница, буду ли я горничной или каким-нибудь продавцом-консультантом? Сами понимаете, что я больше ничего не могу. Кому я нужна без образования и соответствующего опыта работы? Да и потом, у Покровских мне очень хорошо платили. Разве официанткой или кассиром я заработала бы больше?

– Так-то оно так, Вера. Жалко мне тебя, – покачала головой Арина Сергеевна.

– Не нужно меня жалеть, – попросила Вера, – но если еще раз поможете с работой, я до конца жизни буду вам благодарна.

– Может, мне мальчишек своих попросить, взяли бы тебя секретаршей? Ты умная, быстро всему научишься. Саид наверняка не откажет…

– Нет! – взвизгнула Вера, подскочив от испуга на диване так, что Арина Сергеевна удивленно уставилась на нее. – Не нужно, не пойду я в секретарши… – опустив полные страха глаза, сказала Вера.

– Ну раз так, то оставайся здесь, – обвела рукой свой дом Арина Сергеевна. – Я как раз подыскивала кого-то в помощь нашей приходящей домработнице.

И Вера осталась. Не хотелось ей работать у родителей Саида, но выбора особо не было. Сменить вид деятельности и пойти в официантки или менеджером на ресепшн в какой-нибудь салон красоты? Может, это и звучит лучше, солиднее, да только вот в богатом доме за уборку она получит гораздо больше. И для Веры это было решающим фактором. Иногда она уставала, отчаивалась, ей было обидно за себя, что вместо хорошего образования, профессии музыканта, о которой она мечтала, она получила грязную посуду, половые тряпки, моющие средства да кипы чужого грязного белья. Но ведь не бросишь маму? В обычной психиатрической клиники таких, как она, не лечат. Либо пускают на самотек, либо пичкают совершенно бесполезными препаратами, от которых человек превращается в овощ. Мама и так будто жила между двумя мирами, и Вера не могла допустить, чтобы ей стало еще хуже. Нет, не хотела она работать у родителей Саида, но восприняла это как еще одно испытание, которым судьба решила в очередной раз проверить ее стойкость.

Работать у Арины Сергеевны было в десятки раз проще, чем у Покровских. Она не держала большого штата прислуги: кухарку тетю Марину, которую все величали домоправительницей, да двух горничных, обе из которых были приходящими. Одна из них как раз уволилась, когда Арине Сергеевне позвонила Вера, поэтому девушка заступила на ее место. Выходных у нее теперь стало больше, свободного времени – тоже, а вот зарплату Арина Сергеевна платила ей даже выше, чем Покровские. Вера понимала, что таким образом женщина ей помогает, ведь вторая домработница получала меньше Веры. Однако, когда она попыталась возразить, Арина Сергеевна ей строго сказала:

– Плачу столько, сколько считаю нужным, и не спорь!

Первое время Вера боялась столкнуться в доме с Саидом, все прислушивалась к шороху подъезжающего автомобиля, чужим голосам из гостиной, но со временем, поняв, что младший сын не такой частый гость в доме родителей, расслабилась. Она, конечно, внутренне была готова к тому, что рано или поздно они все равно встретятся, но вот чего она никак не ожидала, так это появления Вероники Покровской. Вера как раз направлялась в гостиную, чтобы подать девочке Лизе, дочке одного из старших сыновей Арины Сергеевны, сок, когда услышала до боли знакомый голос:

– Знакомьтесь, это Вероника Покровская, моя невеста, – говорил Саид, и от слов этих у Веры будто что-то булькнуло в сердце, будто что-то оторвалось внутри него, и тут же, в одночасье, по телу разлилась парализующая немота.

Девушка на ватных ногах развернулась и поплелась в сторону кухни, где в дверях столкнулась с Зоей, второй домработницей.

– Ты чего? – уставилась та на побледневшую Веру.

Вера, ни слова не говоря, вручила Зое стакан с соком и, развернувшись, скрылась в подсобке, где хранили чистящие и моющие средства.

– Вер, тебе плохо, что ли? – заглянула настырная Зоя и, услышав всхлипывания, ойкнула: – Ой, Верунчик, что же это, а? Ты чего? Плохо, да? Может, водички? – и протянула Вере Лизин вишневый сок.

Вера машинально сделала глоток, а потом осушила стакан до дна и, уже не сдерживаясь, разразилась потоком слез.

– Ой-ой-ой, – запричитала Зоя. – Ты посиди тут, милая, мы с тетей Мариной без тебя управимся, ладно?

Зоя порывисто обняла Веру, чмокнула ее в висок и убежала – пора было подавать на стол. А Вера все плакала и плакала, не хотела реветь, но никак не могла остановиться. Ей было нестерпимо больно оттого, что Саид и Ника теперь вместе, что он ее назвал своей невестой. Понимала она, конечно, что ту ночь, наутро которой все вскрылось, Саид провел в объятиях Ники, что он изменил ей еще до того, как с ней, Верой, все было кончено, но не думала, что вот так быстро у Саида с Никой дойдет до свадьбы… Сердце больно щемило. Вера пыталась рукой, сомкнутой в кулак, заглушить рыдания, но ничегошеньки у нее не получалось.

Так и застала ее, ревущую, Арина Сергеевна, которая пошла на кухню проверить готовность горячих блюд. Сначала женщина не поняла, что за странные звуки раздаются из подсобки, заглянула в помещение, где горела тусклая лампочка, и заметила поникшую фигурку Веры.

– Вера, детка, что с тобой? – опешила Арина Сергеевна.

Вера оторвала руки от заплаканного лица, взглянула на Арину Сергеевну и судорожно всхлипнула.

– Да не реви ты белугой, – мягко, но строго попросила Арина Сергеевна. – Что стряслось-то? С мамой что? – вдруг севшим голосом испуганно спросила она.

– Нет, – замотала головой Вера. – Это не из-за мамы.

– А из-за чего же тогда?

– Там Ника, – глотая слезы, промолвила Вера.

Арина Сергеевна подошла к Вере и начала вытирать ее мокрое от слез лицо.

– Прости, милая, я не знала, что Саид ее приведет. Да я и не подозревала даже, что между ними что-то есть, он был против этого сватовства, а тут – огорошил. Говорит, невеста его она, – растерянно пробормотала Арина Сергеевна.

От ее последних слов Вера вздрогнула, из глаз снова покатились слезы.

– Ну что ты, Верочка, в самом деле, из-за ее приезда так расстраиваться…

И тут Арина Сергеевна поняла, в чем дело. Она села на пластиковый короб, в котором хранили новые кухонные тряпки и губки.

– Значит, вы с Вероникой моего Саида не поделили, – сказала она, всматриваясь в покрасневшие от слез глаза Веры. – Как же так, Верочка?

– Я сама во всем виновата, только я одна…

– А ну-ка хватит реветь, – потребовала Арина Сергеевна. – Давай рассказывай, что между вами произошло. Что-то мне подсказывает, что не одна ты тут виновата. Знаю я своего сыночка…