Глава 26

-Я не хочу. Давай здесь останемся. - попросила я, мечтая, чтобы он уговорил меня уехать отсюда. Мне не хотелось выглядеть перед ним напуганной и слабой.

-В туалете? Милая, как только мы выйдем отсюда и ты услышишь, увидишь, унюхаешь что-то, что напомнит тебе день взрыва - у тебя опять будет паническая атака. Тебе это нужно?

-Но не могу же я всю жизнь просидеть за закрытыми дверями в страхе и ужасе! - воскликнула я, признавая правоту Тео, но не показывая этого.

-Нет, конечно, ты не будешь взаперти постоянно. Просто, Беатрис ( он уперто продолжал меня звать именно так), ты еще не совсем здорова, устала. Мы будем постепенно приучать тебя к различным людным местам. А теперь пошли.

Он опять взял меня за руку, а потом и вовсе приобнял.

-Я не поеду к тебе. Это все ничего не значит. Мое мнение не изменилось.

-Нам нужно поговорить, а потом решай, что делать.

Ну что ж, наверное, он прав и нам нужно разобраться с этим и проститься по-дружески. Но я очень не хочу выслушивать его объяснения. Ну зачем мне это. Вообще, если посмотреть на эту ситуацию как положено, то даже то, что я жила у него после больницы - абсурд чистой воды. Как я могла на это согласиться, сама не пойму. Чужой человек в чужом городе ухаживает за мной: побитой, поломанной, больной. Зачем ему это? А теперь еще и какие-то дурацкие разговоры.

Тяжело вздохнув, я села в машину. Эх... поспать бы. Глаза начали закрываться сами собой.

-Не спи, детка. Тебя потом хрен разбудишь, а в машине я сидеть до ночи не хочу.

-Я не сплю - сказала я сонным голосом - Но хочу.

-Вижу - засмеялся Тео. - Мы почти приехали.

Я сама не заметила, как привыкла к тому, что Теодор зовет меня и детка, и милая, и сладкая. Страннее всего то, что мне это начало нравиться.

Когда мы зашли в номер, я сразу побрела к дивану, а Теодор занес мою сумку в свою спальню.

-Эй, неси сюда мои вещи. После разговора я уеду отсюда.

-Тогда и вынесу.

Когда он вышел, на нем были только джинсы и толстовка с капюшоном. Вот жешь черт, а!? Ну почему он так классно выглядит в любых шмотках?

-Итак, ты уже переварила то, что Кьяра не Кьяра.

-Я тебе просто не верю. Она слишком хороша, чтобы быть трансвеститом.

-Но это правда. Ее прооперировали десять лет назад, и за эти десять лет она сделала головокружительную карьеру, и я ей в этом помог.

-Тебе нравятся трансвеститы? Нет, ты не подумай - быстро сказала я, когда Тео с укором во взгляде посмотрел на меня,- Я ничего не имею против. Я очень толерантна. В конце - концов мой лучший друг – гей.

-Мне не нравятся трасвеститы, детка. Эта история началась давно. У меня, как и у тебя, тоже есть друг гей. Его зовут Марко и он живет в Риме. Он обычный банкир, в отличие от Эдуардо - я хмыкнула. - Ну да. Мы знакомы с ним со времен колледжа. Как-то я поехал по делам в Рим и само собой встретился с Марко. Выпили в одном клубе, потом в другом. Пол ночи шлялись по Риму, и в конце концов Марко затащил меня в гей - клуб. Ты бывала в таких заведениях?

-Угу, и часто. У меня там даже друзья есть.

-Ну а я был в первый раз. Открою секрет. Я в тот день так нажрался, что, как говорит Марко, я целовался с каким-то парнем. Но я этого не помню.

-Ох, ни хрена себе. Я бы многое отдала, чтобы на это посмотреть.

-Не ругайся, Беатрис, если не хочешь оказаться подо мной через пару секунд. - я даже закашлялась - Вот - вот - сказал Тео и продолжил. - Ну я пил и пил и в один момент мне стало дурно. В туалете не было никого. Я дернул дверь первой попавшейся кабинки и оттуда вывалился подросток с пеной у рта. Звать кого-то не было смысла. Громкая музыка плюс парень явно умирал от передоза. В общем, повез я его в клинику. Отвалил там кучу денег, чтобы не вызвали полицию. Всю ночь сидел возле его кровати, попутно принимая капельницу для вывода токсинов. Утром Клементе пришел в себя. Он начал кричать, срывать с себя капельницы, говорил, что я сволочь, что не дал ему умереть. Что он не может больше так жить. Я успокоил его, как смог и он рассказал мне о себе. С самого детства он считал, что он девочка. Он никогда не играл машинками и не представлял себя военным. Только актрисой, моделью, женой. Семья его выгнала в тринадцать лет. Он шлялся по улицам, занимался проституцией. Он мечтал сделать операцию по смене пола, но когда узнал, какая сумма нужна для комиссии и самой операции, понял, что этого никогда не будет. И решил покончить с собой. А тут я. Пока Клементе все это рассказывал, он рыдал, как девочка. Все его движения, жесты были женскими. не манерными, а именно женскими. И голос был женским. И тогда я подумал: Я вот здесь сижу, не зная, куда девать деньги, а человек передо мной умирает только потому, что у него этих денег нет. Ну я и предложил помощь. Сначала он подумал, что я от него что-то хочу, но потом с опаской принял мое предложение. Через пол года родилась Кьяра. А еще через год она стала известной. Я ее продюсер. И в Сан-Франциско мы встречались по вопросам бизнеса. Кстати, она знает о тебе.

Я сидела молча. Это все осмыслить не так и просто.

-А если ее узнает бывший клиент?

-Нет. Пластику лица тоже сделали.

-Это хорошо.

-Детка. Ты удивительная. Ты задала вопрос, которого я не ожидал. Я думал, ты спросишь, спал ли я с ней? А ты волнуешься о незнакомом человеке.

-Мне все равно спал или нет, но я думаю, что нет. Ты бы этого не рассказал. И, Теодор, если пресса узнает об этом, не вздумай думать, что это я рассказала.

-Я и не собирался. Вот вся история. Что теперь ты будешь делать?

-Мне нужно подумать и поспать. А потом я решу.