Глава 9

Через час, преодолев кучу пробок, выехав за город, путь продолжился быстрее. Я перебираю в голове варианты, как мне найти возможность узнать её телефончик.

– Извините за любопытство, и всё-таки, куда вы с такими тяжёлыми сумками? – Я продолжал задорно улыбаться и рассматривать её красивое лицо.

– Так вот, по заявленному адресу.

– А что там?

– Детский дом. Ну это я так, по привычке называю. А если официально, то наш называется центр содействия семейному воспитанию. Слова красивые, но сути не меняет. Детский дом он и есть – детский дом.

– Во, закрутили. А зачем вам туда? – выдыхаю в удивлении.

Никогда не бывал в таких местах и среди моих знакомых тоже не слышал, чтобы кто-то ездил.

– Детям везу вкусняшки.

– Зачем? Их там что, не кормят?

– Ну почему же. Кормят, конечно, – смеётся. – Но сами понимаете, это простая еда, типа каш, супов, рагу. Блюда простые и пресные, не очень вкусные, а мне хочется их побаловать. У меня день рождения был на днях, вот, купила угощения. Хочу угостить своих.

– Своих? – тупой вопрос, но и правда не понимаю, что это значит.

– Ну да. Я тоже воспитанница этого дома в какой-то мере.

Добравшись до места, останавливаю машину у тротуара.

Неожиданно во мне будто включается невидимый таймер. Секундная стрелка в голове начинает свой безжалостный отсчёт: три минуты, две, одна…

Совсем скоро она уйдёт, и наше общение закончится.

– Спасибо, дальше я сама, – её голос звучит твёрдо. Даже возразить не могу. – Здесь я уже пойду несколько метров пешком. Как калитку одну заварили, так и приходится делать круг.

Она резко открывает багажник и с видимым усилием тянется к своим сумкам. Пытается вытащить их, я уже стою рядом, перехватывая ручки.

– Позвольте, – на мои слова в её глазах мелькает настоящее удивление, словно перед ней совершают нечто из ряда вон выходящее.

Девушка замирает на секунду, оценивающе смотрит на меня, затем слегка кивает, отпуская сумки.

Я снова включаю свою самую беззаботную улыбку-ту, что демонстрирует все тридцать два белоснежных зуба, и это срабатывает! Её пальцы разжимаются, передавая мне груз.

В голове тут же начинается странный вопрос: неужели молодые люди в её жизни так редко проявляли элементарную вежливость?

– Понятно. Хорошо, что вам недалеко идти. Но я помогу всё равно.

Ксения достаёт кошелёк, и в её движениях читается привычная деловитость.

– Сколько я вам должна?

– Ничего не должны, – пожимаю плечами, стараясь, чтобы в голосе звучала лёгкость.

У меня нет никакого желания брать с неё деньги, даже несмотря на то, что жизнь моя идёт не по расходу среднестатистической зарплаты российского гражданина и деньги мне необходимы хотя бы на питание.

Я покупаю быструю еду, которой раньше не питался никогда, а это тоже весомый расход, потому что кушаю я много.

По договору с мамой, помощница по дому больше не приезжает ко мне, не привозит продуктов, не готовит, не убирает. А у самого меня руки в этом вопросе растут через одно место и в части готовки я полный профан.

Пару яиц, которые завалялись сбоку на полке холодильника, да мясной рулет с хлебом стал моей пищей за сегодняшний день.

– Как же … – теряется. – Вы не подумайте ничего, пожалуйста! У меня есть деньги! Я про детский дом вам рассказала просто так, потому что заболтались, а не для того, чтобы вы меня жалели! Меня жалеть не надо! – добродушная улыбка сошла с её лица.

– Мысли даже не было! – совершенно честно говорю ей. – Будем считать, что это порыв, жест доброй воли.

– Неудобно как-то, – недоверчиво пожимает плечами.

– Забудьте! Ксюша… а можно мне с вами?

– Куда? – не понимает меня.

– Куда и вы, в детский дом.

– Зачем?

– Ну, сумки донести, и не только. Хочу побывать там, куда вы сейчас идёте. Никогда в таких заведениях не был. И давайте на ты, а то от Выкания стариком себя ощущаю.

– Да, те, кто не рос без родителей, как правило, не думают про такие заведения. Счастливые люди. Артём, – замолкает, – ты, думаю, не очень понимаешь ситуацию. Ты из полной семьи? Мама, папа?

– Да.

– Ну вот, я так и думала. Это не музей, не цирк, не развлечение. Нельзя так относиться… посмотреть ради «посмотреть» – не лучший поступок, – я вижу, как она хмурит брови.

Догадываюсь, она думает, что моё желание пойти с ней за компанию – это просто игра для меня, хотя такой мысли у меня даже не возникло.

– Я, наоборот, из лучших побуждений! Ты заговорила про этих детей, про то, что они не едят ничего слаще морковки… ой, извини, каши и супа, и очень захотелось сделать что-то вместе с тобой для них. Можно я быстро съезжу и куплю что-то вкусное, – оглядываюсь вокруг, ищу глазами какой-нибудь магазин в поле зрения, – и с тобой к ним?

– Ну…Я даже не знаю, – переминается с ноги на ногу, видимо, стесняясь мне отказать. – Как хотите, только покупать ничего не надо, я купила достаточно сегодня.

– Хорошо. Тогда обещаю, в следующий раз с меня сумка с вкусной едой!

Ксюша улыбается и кивает, соглашаясь, видимо, не веря, что следующий раз состоится.

Я, скорее всего, в её глазах выгляжу навязчивым, но мне категорически не хочется её отпускать. И дело даже в споре, а в симпатии, которая возникла к этой девушке.

Пройдя несколько метров, завернувши за здание, подходим к старому дому, огороженному таким же стареньким забором.

Я никогда в таких местах не бывал, даже не представлял, что такие дома бывают.

Меня с самого детства окружали или высотки с дорогой постройкой, или посёлки с элитными домами.

Мой мир – роскошь, убранство, дороговизна, а не такие обшарпанные стены и полуразвалившиеся здания.

Конечно, я был в спальных районах, но, чтобы вокруг было столько старых домов и настолько убогая атмосфера – никогда.

Разбитые дороги, выбоины, ямы, неубранные мусорные контейнеры в двадцати метрах от дома  – всё это предстало неожиданно перед моим взором.

Как жить среди этого каждый день, даже представить страшно.

В момент понимаю, как я благодарен своим родителям за тот мир, который они подарили мне с самого детства.

– А почему тут так бедно? – ляпаю, не подумав, что могу обидеть её.

– Как есть, – с грустью пожимает плечами. – Такие объекты, как наш детский дом неинтересны, инвесторов нет, помочь особо некому. Дом очень старый. Обещали признать аварийным, но только обещаниями кормят. Кругом одно враньё. Деньги иногда выделяет государство, но они, как правило, кончаются очень быстро на стадии текущего ремонта. Залатать новые дыры на крыше, поменять проводку в нескольких местах, и так, по мелочи.

Киваю понимающе, но удивляюсь про себя. Ну ладно чинуши, там всё понятно, но, неужели среди таких, как я, не нашлось людей, которые помогли бы сделать капитальный ремонт, помочь, поддержать?

 И так дети эти судьбой обижены, нет родителей, ещё жить в таких условиях… полный атас!

В этот же момент ловлю себя на понимании, что до встречи с Ксюшей у меня тоже никогда не возникало желания, чтобы помочь, хотя бы купив парочку коробок печенья или конфет для детей, оставшихся без попечения родителей.

Удивительно, возмущаюсь поведением себе подобных в то время тогда, в моей голове ни разу не возникло такой же мысли.