Глава 13
Роксана.
Марина натягивает улыбку, прислуживая мужу. Раскладывает по столу тарелки, наливает Данилу кофе, ведет себя, как примерная женушка и мамаша. Хотя нет – с «мамашей» я переборщила. На Сашеньку Марина поглядывает со смесью раздражения и тоски. Мне ужасно хочется посмотреть на ее взрослого сына и понять, что с ней не так? Кто она и почему рожала в Чечне? Что делала там? Кажется, я придумала, как мне ее разговорить, а пока…
– Пойду соберу Сашу на прогулку. Марина, вы идите отдыхать, я вернусь и помою посуду, – воркую как ни в чем не бывало.
– Мне тоже пора на работу, – Данил вытирает губы салфеткой и поднимается с места.
– Ничего страшного, Роксана, я в состоянии положить посуду в посудомоечную машину. Идите, не волнуйтесь.
И снова улыбка – нарочито вежливая, добродушная. Как же можно так играть? Как она живет потом – с расколотым ото лжи сердцем?
Кормлю Сашу в детской комнате, одеваю и спускаюсь в прихожую. Данила уже нет – ушел раньше, как мы и договаривались. После ухода мужа Марина тотчас теряет ко всему интерес – варит кофе и разваливается на кресле-качалке возле камина с телефонной трубкой в руках.
Выталкиваю коляску на улицу и топаю по хрустящему снегу. Уже декабрь… Скоро Новый год со сверкающей ароматной елкой, подарками и морем шоколадных конфет. Не представляю, как он пройдет сейчас, когда я нашла Абу-Таира? Подарила своему сыну папу…
– Рокси, – Данил распахивает дверь машины и окрикивает меня. – Сядешь в машину или на улице поговорим?
Красивый мужчина… Высокий, надежный. Я знаю, какие у него широкие плечи, тугие мышцы на груди и густые волосы…
– На улице. Сашенька засыпает, – строго бросаю я. – Таир, я…
– Данил, Рокси… Данил. Привыкай так меня называть. Данил – мое имя при рождении.
– Хорошо, я поняла. Данил, я кое-что узнала о Марине… Я…
– Ты копала под нее, Катя? Зачем? Я же попросил у тебя немного времени? Она скоро обо всем узнает, обещаю, – произносит Данил, называя меня родным именем.
– Прости, Данил. Я не смогла совладать с любопытством. Она… Она рассказала, что ты выкрикиваешь во сне имя Катя. Удивилась, почему ты решил назвать девочку не Катя, а Сашенька.
– Она… Марина все это тебе рассказала? – хмурится он, смахивая снежинки с плеч. – Зачем, не понимаю? Это же… Нормальный человек никогда бы не додумался делать это…
– Вот именно. Делиться такими секретами с приходящей домработницей… Такое себе… Она смотрела на меня так, словно все знает о нас. Провоцировала на эмоции. А я… Я как раз резала мясо и при упоминании своего имени вздрогнула.
– Черт! И что ты узнала? Такого, о чем не знаю я? Она не конторская, Катя. Марина человек со стороны, – недоверчиво качает головой Данил.
– Она рожала первого ребенка в Чечне. Ты знал, что Марина была в Чечне? Что она там делала?
Лицо Таира искажается от застывшего на нем ужаса. Кажется, я наяву слышу, как в его голове крутятся шестеренки… О чем он думает?
– Я не проверял это, – сухо бросает он.
– А я женщина, Данил… И проверила все. Уверена, ты и ее ребёнка ни разу не видел.
– Видел пару раз. Его воспитывает бабушка. Рокси, я идиот… Я ни разу не помыслил, что это выглядит странно. Она же мать… Или кто? Он почти не звонит ей, не приезжает в гости, никак не участвует в нашей жизни. Его как будто нет. И я ни разу не спросил, что послужило причиной такого отношения к сыну? И вообще… Он ли ее сын? Или просто записан на нее?
– Таир, надо заканчивать с тайнами, – качаю головой, плотнее кутаясь в шарф. – Не хочу, чтобы Марина навредила нам. Узнай, как она причастна к событиям в Чечне.
– Ты преувеличиваешь, Рокси. Но я все узнаю. И покончу с тайнами, будь уверена. Ее сын родился намного раньше событий, связавших нас. Я покопаюсь, не сомневайся.
Данил сжимает мою ладонь и не торопится отпускать ее. Гладит кожу шершавыми пальцами и смотрит в глаза. Как мне его не хватает… Моего Таира… Любимого, единственного. Верю, что он порвет любого, кто посмеет нам навредить. Даже Марину…
– Рокси, я так скучаю, – хрипло бормочет он и приближает голову ко мне. Неуклюже целует в щеку, касается губами прохладной шеи и прижимает к груди.
Из меня врывается вздох или всхлип, когда я оказываюсь в загребущих руках Абу-Таира. Вдыхаю любимый аромат, дышу и не могу напиться им.
– Нельзя, Данил. Тут везде камеры, наверное…
– Давай я приеду сегодня? – надломленно произносит он, продолжая касаться моей щеки губами.
– Нельзя. Она не сможет справиться с Сашей. Ты сам это понимаешь…
– Понимаю. Плохая была идея… – он переводит взгляд на милую малышку, так и не высказав гадких слов: «Зря мы ее родили» или в таком же духе.
– Все образуется, Данил. Жду информацию. И… Когда ты приедешь к Ярику?
– Сейчас собирался. Почитаю, поиграю с ним. Хочу больше узнать своего сына, Рокси. Надеюсь, твоя мама не против?
– Нет, конечно. Пойду я, Данил.
«Погуляю, а потом выведу Марину на чистую воду. Расскажу о моем грядущем отпуске в Чечню и посмотрю на ее реакцию».
– И ты не спросишь, почему я не спал по ночам, Катя? И кричал твое имя? – неожиданно произносит он.
– А зачем? Я понимаю все… Если тебя это утешит, я до сих пор просыпаюсь в холодном поту.
Данил.
Провожу девочек тоскливым взглядом и сажусь за руль. Под сиденьем урчит двигатель, пальцы подрагивают от волнения. Что, если Рокси права? Как я мог упустить столь важный факт биографии Марины? Яну даже в голову не пришло проверить, в каком городе родился Андрюша. Нащупываю телефон в кармане, собираясь тотчас набрать Яну сообщение и… застываю. Его контакт стерт из памяти. Единственный контакт, который есть в простеньком телефоне. Значит, Марина рылась в моих вещах. Лазила по карманам, проверяла переписку в основном смартфоне и нашла второй… Лучше бы она с таким же рвением ухаживала за дочерью… А переписку я стираю всегда, особенно компрометирующую.
Благо, номер Яна я помню. Меня можно разбудить среди ночи и я без ошибки назову цифры номера «серого кардинала». Наверняка, Рокси помнит номер своего тайного агента – он есть у каждого из нас.
«– Привет, Ян. Не спишь?»
«– Я не сплю никогда. Что случилось?»
«– Надо проверить Марину. Что-то тут не сходится».
«– Я еще не видел более идеальной биографии, чем у Марины».
«– В том-то и дело. Вылизанная биография, не за что зацепиться, но при этом она родила сына в Чечне. Почему ты не сказал об этом?»
«– Я и не проверял данные сына. Вот я… Идиот. Серьезно в Чечне? Откуда ты узнал об этом»?
«– Роксана сказала. Марина ее провоцировала, рассказала про мои ночные кошмары, про Катю из прошлого. Хотела увидеть ее реакцию. Не знаю, Ян, что мне делать? Я хочу разводиться».
«– Погоди, братуха, ищу. Разводиться надо. Но нужно сделать это не через жопу. Да, Таир, Марина Деникина родила Андрея Деникина восемнадцать лет назад в Грозном».
«– Она была в Чечне. Что ей там понадобилось? Пробей билеты на самолеты, поезда. Почему в строке об отце ребенка прочерк? И мальчика ее пробей. Я видел его всего два раза за время, что мы женаты. Это ненормально».
«– Черт, Таир! Или я никчемный программист и хакер, или этой инфы в помине не было в базе! Ничего не понимаю… Андрей Деникин живет в Чечне. Прописан там же, в поселке Возрождение возле Грозного. Его бабушку зовут Лейла Агаларова и она, судя по всему, мать Марины. Ну, или родственница. Ты знал, что твою тещу так зовут?»
«– Нет. Марина сказала, что ее зовут Ольга Леонидовна и у них сложные взаимоотношения. Не понимаю, к чему это чудовищное вранье? Как мы могли так проколоться, Ян? Мы пробивали Марину Деникину, а я теперь не удивлюсь, если никакая она не Деникина. Ян?»
«– Понял. Я пробивал Марину Николаевну Деникину, Таир. А кто твоя жена я не знаю».
У меня мутится в голове от страшной догадки. Чужая жизнь, чужой паспорт, чужой ребёнок. Что еще она скрывает? И кто она, черт возьми? Ян прав – он пробивал информацию о Марине Деникиной. Вбивал в поисковый запрос паспортные данные и получил в ответ информацию, никак не компрометирующую той самой Марины. Потому что Марина – фантом, биография, искусственно нарисованная чьей-то властной рукой. И Ольга Леонидовна там точно была… И Андрей.
«– Что ты там завис, Абу-Таир? Я понял ход твоих мыслей. Очевидно, я проверял Марину Деникину, не имеющую отношения к твоей жене. Если бы не Андрей и зацепка, которую обнаружила Рокси… Теперь я все больше убеждаюсь, что Марина Деникина – чей-то искусственно созданный проект. Ей придумали биографию, вылизали ее, чтобы ты не смог подкопаться. Такие вот дела. А кто женщина рядом с тобой – вот в чем вопрос?»
«– Ты что-то сказал про Лейлу Агаларову, Ян. Как ты узнал, что она бабушка мальчика? И почему она чеченка, а он русский?»
«– Выскочил документ: доверенность, написанная Мариной Деникиной на имя Агаларовой Лейлы. Она дает ей право решать все вопросы, связанные со здоровьем сына, госпитализацией и вакцинацией».
«– Это не доказывает, что Агаларова бабушка Андрея».
«– Ты думаешь, Марина доверит эти вопросы постороннему человеку? Не думаю. Я сделаю запрос об Агаларовой и ее семье. Пробью еще раз Деникину. Веревочка должна где-то оборваться. Не может биография быть такой гладкой».
«– Может. Если ее сочиняли специально для меня. Я олух, Ян. Я ей поначалу увлекся. Мне даже казалось, что влюбился. Эффектная, умная, уверенная в себе… Не понимаю, откуда она здесь взялась? Марина вообще не из этого города. Хотя меня сюда перевели не так давно. Это Рокси живет здесь пять лет».
«– Из Волгограда, Дан. Мама Деникиной Ольга Леонидовна живет в Волгограде. Придешь сегодня домой, спроси Марину, какие там есть памятники и достопримечательности. Посмотрим, что она ответит».
«– Телефон мне найди Ольги Леонидовны, Ян И я по-прежнему хочу найти отца. Мама мне рассказывала сказки о папе-шпионе, а теперь я думаю, что никакие это не сказки».
«– Не время сейчас ехать, Дан. Ты же не можешь доверять ребенка Марине? Насколько я понял, Марина без Рокси как без рук?»
«– Я и забыл, что ты за нами шпионишь, Ян».
«– Я не шпионю. Просто иногда поглядываю в камеры. Черт, а ведь это мысль… Что твоя жена делает, когда остается одна?»
«– Не торопись, Ян. Жду телефон Ольга Леонидовны. Я позвоню ей. И сам все узнаю. А потом прижму Марину к стенке».
Мы прощаемся. Ян тотчас уничтожает переписку. Полный противоречивых эмоций, я выруливаю на центральную улицу, ведущую к выезду из поселка. Неужели, я снова облажался? Меня во второй обвели вокруг пальца. Теперь я никому не смогу верить… Я и Катю до конца не простил. Понимаю, как ей тяжело пришлось, и не понимаю… Она защищала семью, брата, пошла на сделку с неизвестными агентами. Но обида продолжает меня сжигать изнутри. Она же могла мне все рассказать? Потом, когда мы стали друг другу близки. Об агентах нам тоже предстоит выяснить… Но это потом, а сейчас… Марина. Кто ты, Марина?
Глава 14.
Данил.
Мысли не отпускают. Я так и еду к сыну – подавленный и нагруженный. Нина Фёдоровна встречает меня с улыбкой. В прихожей тепло и пахнет блинами с мясом, из комнаты доносятся звуки компьютерной игры.
– Здравствуй, Данил, проходи, пообедай с нами. У меня лапша и блины, тебе накладывать?
– Спасибо, с удовольствием. Холодно сегодня, да? Скоро Новый год.
«Как будете отмечать?», – хочется спросить, но я оставляю вопрос невысказанным. Первый Новый год, где я отец сразу двоих детей. И первый Новый год, где есть Рокси…
– Ярик, иди сюда! Папа пришел! – не без гордости кричит Нина Федоровна.
– Папа! – мальчишка доверчиво бросается ко мне, обнимает колени и вскидывает полный нежности взгляд. Черт… У меня даже в груди щемит от умиления. Я для него как рыцарь или герой, не иначе. – Папуль, хорошо, что ты вчера позвонил, а то бы меня бабуля в садик отвела. И все тогда!
– Кушать будешь, сынок? А потом фильм посмотрим. Как тебе «Один дома»? Или поболтаем?
– Данил, Роксана в прошлом году купила Ярику огромный конструктор Лего, но мы так ему ума и не дали. Может, соберете? Там авиацентр с вертолётами, самолетами и прочим.
– Конечно, – охотно соглашаюсь.
Ярик с удовольствием ест, глядя на меня, а потом бежит в комнату и пытается вытащить большую коробку с верхней полки.
– Я сам, сынок. Давай попробуем, только ты мне помогай, ладно?
Сам не замечаю, как провожу в гостях у сына добрую половину дня. Мы собираем станцию, а потом я включаю «Гринч – похититель Рождества». Нина Федоровна печет шарлотку с орехами и корицей и угощает меня напоследок чаем. Я мнусь, стоя в прихожей, раздумывая, как спросить о нуждах или проблемах, что мог бы решить? А потом просто вынимаю деньги из портмоне и кладу на туалетный столик в прихожей.
– Здесь много, Данил, не надо… – качает она головой. – У нас сейчас всего хватает, все здоровы. Спасибо, что решил вопрос с Роксаночкиным долгом.
– Пожалуйста. А деньги потратьте по своему усмотрению, Нина Федоровна. Спасибо за обед и ужин. Я пойду.
Целую Ярика, вдыхая аромат детской макушки и выхожу на улицу. Интересно, мы когда-нибудь будем жить все вместе? Я, Рокси, Ярик и Сашенька. Ну и… Нина Федоровна. Она хорошая и неплохо ко мне относится. Я вижу, что Роксана любит мою девочку не из-за денег, а потому что любит меня… Вот и вся арифметика – простая и сложная.
В салоне машины тепло и пахнет древесным освежителем. Пора бы ехать домой и принять вахту у Роксаны. Но сначала Ян… Только я думаю о нем, телефон звонко пиликает от входящего сообщения:
«– Я видел, что ты был у сына. Решил не мешать. Есть телефон Ольги Леонидовны Деникиной. Можешь звонить, только она вряд ли что-то расскажет по телефону. По-хорошему надо бы туда сгонять».
«– Я могу слетать и вернуться в этот же день. Как думаешь? Но как оставить Сашеньку? Если только Роксана согласится взять ее домой, потому что Марина, она…»
«– Да понимаю я, Данил. Надо лететь. Ольга Леонидовна может предоставить тебе фотографии, документы, какие-то неоспоримые доказательства существования Марины Деникиной. И пролить свет на ту, что находится у тебя дома».
«– Согласен с тобой. Тогда покупаю билет и ставлю жену перед фактом. Вряд ли Марина будет против»
«– Боюсь, что Марина будет против отдавать дочку Рокси. Просто из вредности. Если она вас пасет, то знает, кто тебе она».
«– Найду способ ее убедить».
Дом встречает меня ароматами бульона и травяного чая. Наверняка Марина загоняла Рокси с различного рода просьбами. Снимаю куртку, вешаю ее в шкаф и, озираясь по сторонам в поисках моих девочек, бреду в ванную. Мою руки и возвращаюсь в холодную гостиную. Камин погас, а в оконные щели рвется холодный воздух.
– А вот и папа пришел, – слышу за спиной ласковый голосок Рокси. – Папа, скажи, Сашенька потолстела?
– Да, – неожиданно говорю я, замечая пухлые «яблочки» доченьки. – А почему ты спрашиваешь?
– Сашуле скоро месяц, кто ее в поликлинику поведет? Или ты… Я переживаю.
– А ты не переживай, – вздрагиваю от голоса Марины, взявшегося из ниоткуда. – Для переживаний есть родители, да, любимый?
– Прекрати, Марина, – отрезаю, резко разворачиваясь. – Ты за день хотя бы раз взяла дочку в руки?
– Я еще слишком слаба для этого, – фыркает она и замолкает.
– Я завтра уезжаю в командировку. На один день, но могу и задержаться. Предлагаю возложить заботу о Сашеньке на Роксану. Она заберет девочку к себе и, пока я не вернусь, будет о ней заботиться. Сама ты с ней ночью не справишься.
– Согласна, – кивает Марина. – А куда ты едешь?
– В Москву. По работе, – отвечаю и перевожу взгляд на Рокси – похоже, она все понимает без слов…
Данил.
Ян предоставляет мне подробную информацию об Ольге Леонидовне: адрес, номер телефона, место работы, родственники… Марина говорила, что она у матери единственная дочь, а та работает заведующей столовой. Вроде бы пока ее слова не противоречат тому, что обнаружил Ян. Я мог бы не переться в такую даль, а прижать Марину к стенке и вытрясти из нее правду, скажете вы… Ан нет. Не мог. Если она засланный казачок, то опасна. И пока она ни о чем не догадывается, опасность не грозит нам. Да, я решаюсь на многочасовой перелет, чтобы узнать правду и потянуть время. Вы не представляете, какое я испытал облегчение, когда Марина согласилась отдать Сашеньку Роксане домой! Теперь они в безопасности, а я спокоен.
Выхожу из аэропорта и сажусь в первое подъехавшее такси. Называю водителю адрес и звоню моим девчонкам, испытав тихую радость от бодрого голоса Роксаны в динамике:
– Дань, знаешь, как Ярик мне с Сашенькой помогает? Не отходит от сестрички. Спрашивает, может ли она и папа поселиться у нас навсегда?
– Не представляешь, как я хочу этого, Рокси, – вздыхаю я, разглядывая достопримечательности Волгограда из заснеженного окна. – Если только ты примешь, если…
– Меня обижают твои сомнения, Абу-Таир Ибрагимов. Я не думала, что привяжусь к этой крошке так сильно. Береги себя, ладно? И приезжай скорее.
– Приехали, шеф. Вот трест столовых по вашему адресу. Он у нас с советских времён стоит. Сейчас завод работает вполсилы, а раньше здесь очереди были. Кормят тут вкусно, не пожалеете, – не без гордости произносит водила и берет протянутую купюру.
Выхожу под хмурое небо и бреду по засыпанной песком тропинке к входу в столовую. Для начала мне нужно осмотреться. Заказываю котлету с картофельным пюре и сажусь за дальний столик. Ян присылал фотографию Ольга Леонидовны, но ожидаемо в зале ее не будет. Заканчиваю обедать и спрашиваю у милой продавщицы, где кабинет заведующей.
– Да-да, проходите, вы что-то хотели? – вежливо произносит она. Взмахивает ладонью в сторону небольшого потертого дивана.
– Я приехал издалека, Ольга Леонидовна. По делу. Даже не знаю, как начать? – мнусь, как школьник и растираю переносицу. Слишком уж беззаботной выглядит женщина, а я сейчас одним словом сотру с ее лица улыбку.
– Ну уж начните как-нибудь, молодой человек.
– Я муж Марины Деникиной, Ольга Леонидовна, – начинаю я. – Пожалуйста, не прогоняйте меня. Мне важно знать, с кем я живу. Она говорила, что вы ее мать, но…
– Но вы по какой-то причине не верите женщине, на которой женились?
– Да.
– Закройте дверь, молодой человек,
– Данил. Я Данил Апраксин.
– Марина погибла, Данил. Мой муж служил в Чечне, мы жили в поселке недалёко от Грозного. Там она познакомилась с парнем, его звали Ибрагим. Мы люди привычные, всю жизнь по гарнизонам, да и с кавказцами всегда дружили. Они встречались. Родители Ибрагима были против, конечно. Марина же православная девочка. Но они так друг друга любили, вы не представляете! – Ольга Леонидовна промачивает увлажнившиеся глаза носовым платком.
– А как фамилия Ибрагима?
– Агаларов.
Вот оно что… Лейла Агаларова родная бабушка Андрея. Значит, ниточка тянется к Чечне? И та, что сейчас находится в моем доме, не Марина. Тогда кто?
– Что было дальше?
– Мариночка согласилась принять ислам. Ибрагим был счастлив. Родители приняли нашу девочку в семью. Она поселилась в их доме. В нем жили родители Ибрагима и старшая сестра Мадина.
– Кто?
– Мадина Агаларова.
– О боже. Посмотрите, это она? – вынимаю смартфон и протягиваю фото Марины.
Ольга Леонидовна зажимает рот ладонью и сдавленно рыдает.
– Красивая, холеная, на чеченку не похожа. Потом случилось страшное. Выяснилось, что Ибрагим и Мадина террористы. Они готовили бойцов и взрывали точки на рынках, Мадина мотивировала молодых девчонок подрывать себя.
– Господи, я поверить не могу. Что было дальше?
– Была облава на их дом. Русские пограничники обнаружили банду и всех расстреляли. Всех, кроме Мадины. Она выдала себя за мою Мариночку. Выжила только Лейла и Андрей. Хотя он, конечно, не Андрей – я уверена, что мальчику дали другое имя.
Мне выдали труп Марины и документы на имя Мадины Агаларовой. Так я ее и похоронила. Меня запугали. Сказали, если вякну, лишусь жизни. А Мадина уехала из Чечни и начала новую жизнь. Как Марина Деникина. Террористка-смертница стала добропорядочной гражданкой. Мой муж скоро умер… Не выдержал всего этого.
Новость парализует меня. Связывает по рукам и ногам, не позволяя дышать. Как я мог купиться? Как? Все было ложью от начала до конца…
– Гоните ее взашей, Данил. Она опасна.
– А вы подтвердите слова, если я добьюсь суда? – произношу тихонько. – Я возобновлю расследование.
– Я устала бояться, поэтому да.