4. Чужая среди своих

Двадцать четыре года пролетели как миг. Василиса, разглядывая красивую пару молодожёнов, вспомнила, как появилась в этом доме. Она попала в тело красавицы с шикарными каштановыми волосами, синими глазами в обрамлении черных густых ресниц. Весения была стройной драконницей, с красивой высокой грудью, узкой талией, покатыми бедрами. Ее сынок был красивым малышом, правда очень забитым, тихим. Весения плакала несколько недель подряд, и он с ней. Подмену не заметили, сначала был траур по отцу Эррола, который длился три месяца, потом Весению объявили Главой рода на Совете. В доме жил управляющий Ктиран, взрослый дракон, два садовника – оборотня, повара – несколько женщин во главе с орчихой Стехой, несколько служанок Весении и приходящие уборщицы, тоже оборотницы. Василиса быстро привыкла к телу, будто оно и было ее, и уже в первый же вечер полетала в небе, драконница внутри очень просилась. Через полгода наблюдений Весения уволила всех служанок, открыв собеседование на вакантные должности. На собеседование пришли три оборотницы и две ведьмы. Весения наняла на должность помощниц и служанок ведьму Агнию и волчицу Таури. Девушки были честные, трудолюбивые, неробкие, умные, веселые. За двадцать четыре года они стали настоящими подругами, Агния однажды призналась, что еще на собеседовании поняла, что душа у Весении из другого мира, потому что ведьм не жаловали драконы, на работу побаивались брать, ведь они чувствуют ложь, пороки, такую сложно обмануть, еще сложнее подчинить. А Таури была искренняя, преданная, отзывчивая, словом, настоящая подруга. Весения не нашла среди драконниц подруг, сначала избегала, потом вообще престала посещать собрания женщин, на которых устраивались еженедельные балы, и главным развлечением было – похвастаться друг перед другом и обмыть всем кости. Какие только ярлыки ей не были навешаны за эти годы: холодная, злая, странная, дикая, не наша, ведьма и прочие. Эррол вырос среди трех женщин в любви, доброте, заботе. Управляющий Ктиран на трехлетие Эррола произнес: – Весения, я прошу прощения, я сомневался в вас, вы стали настоящей главой рода огненных драконов Виллиусов. – В тяжелые времена, дорогой Ктиран, женщина ради своего ребенка способна из ада вернуться, со дна морского выплыть, поменяться. Когда на Весению нападала злость, хандра, неразрешимая ситуация, отголоски лживой молвы и слухов, она вспоминала земные слова: «Плохо на душе – иди на кухню, займи руки». В такие дни они с Эрролом творили земные блюда, она рассказывала ему о древних цивилизациях майя, затонувшей Атлантиде, инков. Особенно Эррол любил о героях и подвигах, тут спасибо папе Василисы, пригодились знания. Рассказы Эррол запоминал, переспрашивал, восхищался, их ждал, даже записывал. Весения сама с удовольствием и с интересом рассказывала об Александре Македонском, величайшем военачальнике всех времён, который, победил персидского царя Дария III в нескольких сражениях и завоевал огромную Персидскую империю, о Жанне Д,Арк, что изменила ход Столетней войны и была сожжена британскими захватчиками, о Ричарде Львиное Сердце, великом средневековом английском короле, о Петре Великом и Дмитрии Донском, о Христофоре Колумбе, о Кутузове и Суворове, величайших полководцах и об их тактиках и стратегиях ведения боя, о Юлии Цезаре, что превратил республику в империю, о Наполеоне Бонапарте, его поражении, о Юрии Гагарине и Ниле Армстронге и еще о многих героях земной цивилизации. Драконница рассказывала о добрых поступках из жизни, об уважении к старшим, бранила, когда мальчик был высокомерен со слугами, учила его уважению и благодарности, состраданию, эмпатии. Когда Эрролу исполнилось шесть лет, она наняла для сына тренеров спортивных и боевых искусств. Весения не забыла и свой французский язык, который обожала, была им увлечена со школы. Еще в старших классах школы она для себя нашла французскую музыку, кино, язык. Ей нравилось отношение к жизни французов, их легкость, эстетика, стиль. Посмотрев фильм «1+1», где главный герой лишен полноценной жизни физически, она отметила, что даже о такой жизненной трагедии можно рассказать с юмором и с надеждой. И, конечно, Весения пела и на русском, и на французском, чтобы не забыть, потому что это часть ее жизни, часть ее самой. В такие минуты Эррол смотрел на свою маму и улыбался, он восхищался ею, не стеснялся, не сравнивал с другими, а она отличалась от живущих в этом магическом мире женщин и сильно отличалась. Мужчины на нее засматривались, приглашали на свидания, преподносили подарки, но драконница отказывала всем. Многие верили слухам и сами сторонились главу драконьего рода, что дружила со слугами, ходила с ними в лес, на рынок. Мужчины, которым Весения отказывала, тоже стали высказываться о ее холодности, фригидности, распространяя слухи по всему драконьему наделу. Агния иногда пропадала на несколько дней, уходя в страстный загул, приходила счастливая, с влажными и опьяневшими глазами, рассказывая в подробностях о мужчинах, страсти, любви. Особенно в такие дни Весения хотела тоже любви и секса, но самое главное – это договориться с собой, да и не встретился еще тот, на кого она и ее Дракоша откликнулись.