39. Слушая сердце

Проснувшись, Василиса почувствовала тоску своей драконницы, настолько сильную, что дышать было тяжело. Её Дракоша сильно скучала по медведю, дракону и эльфу. «Девочка моя, ты сошла с ума, за двадцать четыре года ожидания ты решила наверстать и троих истинных присвоить, да?» – говорила Лиса своей драконнице, хотя женщина знала, что истинность нельзя себе заказать или придумать, это притяжение происходит на инстинктах зверей, души. Дракоша начала скулить. – Дракоша, милая моя, не нагнетай, мне тоже тоскливо без них, плыть с земель наших до этих шесть дней, сегодня пятый, завтра – послезавтра прибудут, только почему они плывут, Диран мог бы лететь, да и в облике медведя Бер был бы быстрее? Василиса решила занять себя приготовлением обеда, разгоняя тоску. Дух леса, обучая Эльтарона, вспомнил его деда, очень талантливого целителя, которому не суждено было дойти до конца, видя в его внуке прекрасное продолжение и такой же талант. Рон быстро справлялся со всеми заданиями, залечил ухо медведю, не боясь косолапого, настроил руки и помог зверю снова слышать. Эльф еще мимоходом куст подлечил и поймал несмышленыша – птенца, которой выпал из гнезда. – Молодец, на сегодня ты свободен, я буду с Пармом, ему уверенности в себе не хватает, окунись в озере, сегодня оно особенное, – сказал дух леса и испарился. Василиса прилетела к озеру, села на берегу, неподалеку были новорожденный теленок и его мама – антилопа, звери были заняты своим делом, мать вылизывала кроху. Драконница посмотрела на огромное, мощное, сильное, прекрасное и цветущее дерево жизни, на водную гладь: – Я буду скучать, очень скучать, здесь останется часть моей души, ты подарило мне тишину, и она оказалась самой плодородной почвой, что была мне так нужна, я встретилась с собой, полюбила себя, ты подарило мне себя, спасибо тебе, самое прекрасное озеро, спасибо, малиновое дерево. Драконница закрыла глаза, опустила плечи, разжала челюсть, расслабилась так, будто растеклась и запела земную песню: Родилась мелодия, Есть в которой ты и я Самая красивая песенка моя… И залилась она волшебным светом, И слушали ее и здесь и где-то, И осень слушала листвой одета: О любви, о цветах… О прекрасных мечтах… О желанных глазах… Глазах твоих.. Эльтарон стоял неподалеку, слушая ее, понимая, что она прощается с озером, а он совсем не хотел расставаться с ней, она стала его воздухом, она подарила ему новую жизнь, как озеро подарило Лисе встречу с собой, так Василиса подарила Эльтарону встречу с ним, настоящим. Женщина скинула сарафан и пошла обнаженная в воду, эльф стоял и смотрел за каждым движением драконницы, в воде оставался ярко-малиновый след от ее плавания, это придавало таинства ее движениям. Сделав несколько кругов, Лиса стала выходить, эльф сначала хотел отвернуться, но не смог. Женщина выходила из воды, капли стекали по обнаженному телу, мокрые волосы облепили плечи и грудь, Василиса обхватила их руками, отжала, откинув назад и стала медленно плавно выходить на берег. Мужчина замер, разглядывая безупречное, прекрасное женское тело: молочная кожа, полная грудь с крупными сосками, узкая талия, плоский живот, круглые упругие бедра и лепестки половых губ без единого волоска. У Эльтарона дернулся кадык, эту картину он будет помнить всегда, до последних дней своей жизни. Василиса обернулась и взлетела, Дракоша подозрительно молчала. На ужин Эльтарон пришел с цветами и медом, его угостил медведь за оказанную помощь. Василиса приготовила овощи с мясом, спасибо Шиху – доставил отменный кусок вырезки. За ужином велись обычные беседы, Лиса рассказывала о Земле, эльф о прожитом дне и новых своих умениях. Их час свидания подходил к завершению, Эльтарон вызвался помыть посуду. Лиса знала о его чувствах к ней, она смотрела на его спину, белокурый пучок на голове, большие острые уши, тихо подошла и уткнулась лбом ему между лопатками. Он опустил руки, откинул голову назад, женщина слышала грохот его сердца, тяжелое дыхание, от которого грудь мужчины вздымалась и опускалась. Эльтарон развернулся, от него шел жар, он обхватил лицо Лисы руками, жадно всматриваясь и сказал: – Не прощу себя, если не коснусь тебя, не поцелую. Мужчина жадными горячими губами захватил губы женщины, закрывая глаза от наслаждения, тело драконницы прострелило мелкими иголочками восторга и возбуждения, и она обхватила его шею руками, отвечая на поцелуй, их языки встретились, и они оба протяжно замычали, испытывая дикую потребность не прерывать ни за что поцелуй. Эльтарон не хотел отпускать ее, исследуя ее рот, засасывая язык, переплетая со своим, поглаживая своим по её, он словно занимался сексом языком своим с языком Лисы, совершая им поступательные движения, он отдался чувству настолько, что не смог проконтролировать семяизвержение, тело мужчины дернулось, он обхватил голову Лисы, прижал к своей груди, уткнулся носом в ее макушку, отходя от пережитого оргазма. Василиса подняла на него взгляд, он посмотрел на нее и сказал: – После обучения я приду к тебе, сделаю все, чтобы ты полюбила меня, Василиса. – Я буду ждать. Он крепко ее обнял, как же он хотел эту женщину, и мечтал, чтобы и она хотела его, полюбила его. Время свидания вышло, эльф пошел в лес, а Василиса встала посреди комнаты, закрыла глаза, прислушиваясь к себе: она не хотела быть вдали от Эльтарона, и ей было сложно сказать себе, что и этого мужчину она полюбила, ей было стыдно за это признание, в ее голове были другие нормы и морали поведения, а сердце уже знало ответ.