Глава 5

Первый раз я оказалась на пороге смерти, когда мне исполнилось двенадцать лет. На тот момент спектакль Аширы прилично затянулся.

Некоторые слуги из особняка на самом деле начали считать меня её настоящей дочерью, подмечая внешнее сходство.

А я… Просто хотела заткнуть уши, лишь бы не слышать высокий голос Избранницы. Но, знаете…?

В какой-то момент отчаяние превращается в желание выжить любой ценой. Оно некрасивое. Оно расчётливое. Но единственное верное.

Поэтому я старательно притворялась милой куколкой, улыбаясь Ашире. Та женщина… Была в восторге от моих ужимок.

Нельзя плакать. Можно только улыбаться и со всем соглашаться, кокетливо надувая губки. Иных «детей» вспыльчивая Избранница просто не примет.

В её речи подчас проскакивали любопытные фразы. Так, например, Ашира однажды сказала:

—… Ты такая милая. Вот бы и другая… Была хорошей девочкой.

Я звонко рассмеялась, делая вид, что не понимаю опасного намёка. Закружилась, ногами пиная веточки и пожухлые листья. Главное – показать неподдельную детскую беззаботность. Потому как…

Избранница осознает, что я не её родная дочь, но упорно продолжает играть осточертевшую пьесу. Ашира… Похожа на змею.

Она точно не глупа, но производит впечатление истеричной женщины. Мне казалось подозрительным то, что Избранница способна нести сущий бред, но никогда не касается по-настоящему важных аспектов. Так, она практически не упоминала загадочный клан Софетеон.

Но иногда… Госпожа серого особняка могла поведать мне крупицы правды. Под чёрными слезами.

Ашира становилась более непредсказуемой, принимая их и, чаще всего, закрывалась в спальне, танцуя и запивая галлюциноген крепким пойлом. Но несколько раз она вызывала меня и тогда… Можно было услышать много нового.

Помню… Как едва увернулась от каменной статуэтки. Ашира упала на пол и выла, царапая ковер ногтями, словно бешеная кошка. А потом… Резко замерла.

Казалось, что из её худых лопаток вот-вот вытянутся ломкие крылья летучей мыши. Избранница рассмеялась хрипло, как ворона:

— Кха-ха… Клан… Клан волков и змей. Так сильно любят… Терзать. Бессердечные твари!

Она подскочила, будто не замечала меня вовсе.

— Я отдала ему всю себя! Всю! Но он… Глава Софетеон, как же… Завел шлюх, наплодил отпрысков… А теперь они угрожают мне! Моему статусу! Он… Отправил в этот склеп… Гнить заживо!

Избранница повисла на шторах и расхохоталась. Этот смех заставил меня поспешно заползти под кровать и затаить дыхание. В ладонь впился миниатюрный осколок чашки, но я боялась пошевелиться.

Когда Ашира опомнится… Она и убить может.

Ведь я узнала то, чего знать не следовало.

Госпожа особняка находится в более уязвимом положении, чем можно было себе представить. И клан Софетеон… Похоже, таит истинную опасность.

Ашира, наконец, затихла в углу и только спустя час я смогла медленно выбраться и тихонько убежать из комнаты. Сердце билось, как сумасшедшее.

Полученные знания… Несут ли они хоть какую-то пользу? Хотелось бы в это верить.

Я играла свою роль, отчаянно надеясь выждать правильный момент и сбежать обратно, на светлые земли. К моим родителям…

К беззаботной жизни. Но для этого нужно было постараться.

Однако… После случилось непредвиденное.

Очередное чаепитие с Аширой проходило спустя десяток дней после инцидента с чёрными слезами. Госпожа стала менее агрессивной, но мне всё ещё приходилось несладко рядом с ней.

Попивая чай, я вдруг ощутила незнакомую, усиливающуюся горечь. А потом…

Выплюнула на стол недопитое, вместе со сгустком тёмной крови. Перед глазами всё поплыло. Жар охватил тело, прочно связывая конечности в тугой узел. Я задыхалась, беспомощно повалившись на землю.

Отдельные фразы долетали до слуха…

—… Отравление!

— Маргарет! Сука! Сделай хоть…

— Быстрее!

Все слова теряли свою важность. Я начала бредить, глупо улыбаясь. Перед глазами мелькали образы родных и друзей… Так прекрасно.

Мама. Папа. Патрокл. Принц Клайв… И Лайза.

Чудесный сон продолжился, когда я потеряла сознание. Словно нырнула в тёплые волны… Но ледяная реальность, к сожалению, вернулась, безжалостно ошпарив воспалённый разум.

Всё тот же потолок с трещинами над головой и недовольный взгляд Маргарет по соседству.

— Ты едва не умерла, - сухо процедила женщина сквозь зубы, - из-за тебя госпожа впала в очередное буйство!

— Я… - мои губы едва двигались.

Они потрескались и кровоточили, оставляя железный привкус. Но это было так… Забавно. Маргарет будто всерьез обвиняла жертву отравления.

— Отвратительная ситуация, - фыркнула служанка, а потом с неожиданным весельем добавила, - но теперь ты знаешь, как чувствуют себя настоящие дети Софетеона.

— М-м-м? – я слабо простонала, вопросительно глядя на неё.

Неужели, Маргарет ослабила бдительность?

— Да, их часто пытаются убить до возраста инициации, - поделилась женщина, дёрнув плечом, - такова жизнь. Наёмные убийцы, яды… Хм. Должно быть, дочери Аширы и впрямь повезло. Она скончалась от болезни, это намного проще.

Тогда я не понимала смысла столь сомнительного «везения». И лишь спустя время в полной мере осознала сказанное Маргарет…

***

Яд сильно навредил моему здоровью. Восстановление проходило очень медленно и доставляло истинные страдания.

Горло болело. Я не могла есть ничего твёрдого. Сильная слабость не позволяла подниматься с кровати. Но хуже всего – моральное давление.

Я боялась флигеля. Подчас казалось, будто меня ждёт участь той девочки, которая умерла здесь, так и не получив имени.

Но, с другой стороны… Яд сократил наши встречи с Аширой, что не могло не радовать.

Лишь изредка она вызывала меня в свою спальню, заставляя примерять тяжёлые драгоценности и затягивая корсеты тугих платьев. Как некогда я играла с куклами – так и Избранница играла мной.

— Ты быстро излечиваешься, - смеялась женщина, - и быстро растёшь. Какой красивой ты станешь… Бордели Клигара устроят состязание за такую девочку, верно?

Я неубедительно смеялась, испытывая искреннее омерзение к её словам. Ашира начала чаще принимать чёрные слёзы и теперь почти постоянно находилась в сладком бреду. Для слуг это стало облегчением – Избранница перестала избивать невиновных. И трупы из особняка выносили намного реже.

Однако меня терзало нехорошее предчувствие. Словно катастрофа уже поджидала за углом, разглядывая голодными глазами… Принятый яд заставил быть осторожной и опасливой. В конце концов… Отравитель так и не был найден.

Маргарет сказала, что яд, вернее всего, «прибыл извне». Подарок Софетеон. А их даров стоило опасаться. Ближе к зиме традиционно наступало время, когда госпожа отправлялась в Кровавый Замок. И тогда она становилась особенно беспокойной и буйной…

Словно клан Софетеон побуждал её ввязываться в бесконечную борьбу. Внимательно слушая бредни Аширы во время новых припадков, я уже могла сделать кое-какие выводы.

Избранницы… Жили на подачки от правителя Софетеон. Их жизнь, их смерть – всё было в его руках. Но наличие ребёнка давало некоторую… Неприкосновенность.

По крайней мере, Ашира вела себя столь самоуверенно только из-за рождения дочери. Теперь же… Она скрывает её смерть.

Ибо, в противном случае… Саму Избранницу ожидает лишь мучительная погибель.

Я знала, что она попытается избавиться и от меня. Возможно, это случится, когда разум Аширы будет окончательно поглощён слезами…

Иногда её взгляд становился диким, слишком ненормальным. Помню… Как госпожа вдруг вцепилась мне в шею, во время примерки платья и начала душить, пока я пыталась закричать.

Ашира остановилась лишь тогда, когда ноги мои подкосились, а перед глазами заплясали мутные пятна.

Остановилась, нервно усмехнулась и приказала убираться прочь. Ненавидела ли я эту женщину?

Сложно сказать. Избранница… Была угрозой.

На диких землях нет места состраданию. В конце концов – один умрёт, другой выживет.

Я была лишь ребёнком. Но даже тогда понимала это.

Мне просто хотелось, чтобы все… Исчезли. Серый особняк, госпожа, жестокие слуги… Вот бы их просто не было.

Некоторым желаниям… Свойственно исполняться. И моё тоже… Исполнилось.

***

Синяки на горле ныли, но уже не так сильно. Я забинтовала их, дабы остальные служанки не заметили… Быстрого излечения.

Метка Лунной богини формировалась на правой лопатке. В зеркале можно было разглядеть её очертания… Похожа на тройной полумесяц.

Я мало что знала о предначертанном даре, если честно. На тёмных землях нет никакой возможности раскопать упоминания о светлых богах.

Но исцеление, безусловно, было редким благом. Смогла ли бы я прожить так долго без него? Скорее всего, нет.

В последнее время Маргарет куда-то периодически исчезала, оставляя меня в покое. Не скрою: это позволяло расслабиться, но… Её взгляд стал слишком нервным, крысиным.

А крысы первыми бегут с тонущего корабля.

Отлучки Маргарет я мысленно связывала с кланом Софетеон. Потому что все события вели куда-то туда… В сторону Кровавого Замка.

Мои подозрения окрепли, когда я стала случайной свидетельницей одного разговора с Маргарет.

Отсутствие слежки позволяло выбираться из флигеля, отбрасывая в сторону ненавистные тугие платья, пропахнувшие плесенью. Свободное время я тратила на прогулки в зарослях, или же следила за служанками, подслушивая их беседы.

И вот… В небольшом закутке подле особняка мне удалось услышать кое-что странное.

— Уволиться хочешь? Ты серьёзно?! – в женском голосе прорезались визгливые нотки.

Я узнала её. Это одна из правых служанок. Она занимала привилегированное место в сером особняке и являлась близкой подругой Маргарет.

— Если они начнут… Агон будет катастрофичным…

Слишком неразборчивые слова. И я не могла подойти ближе, опасаясь быть обнаруженной.

— Да начхать мне на него! – в сердцах ответила её собеседница. – Отказываться от злачного места… Не будь дурой.

— Поговорим об этом в другой раз.

После этого мне оставалось лишь трусливо скрыться в зарослях. На душе было неспокойно.

Маргарет весьма циничная женщина, но и очень проницательная. Что же заставило её осторожничать и сомневаться?

Очень сложно сказать… Но оно явно несло серьёзные беды.

Тем не менее, больше ничего странного не происходило. Маргарет пока не стала увольняться, периодически мелькая перед моими глазами.

Но это нисколько не успокаивало. Если бы не рабские оковы… Я бы могла попытаться сбежать.

Минуло ещё десять дней. Мне исполнилось тринадцать лет, а Ашира… Да, она вернулась из Кровавого Замка. И на сей раз не учинила возмутительные буйства.

Зато практически сразу вызвала меня «на ковёр».

— М-матушка! – выпалила я, широко улыбаясь. – Я так скучала!

Главное – добавить побольше лживой сладости в голос. Тогда, возможно… Она не станет вновь меня душить. По губам Избранницы пробежала змеиная усмешка. Госпожа лениво коснулась моих волос и, неожиданно, вцепилась стальной хваткой в запястье.

— Почему на руке моей дочери рабские оковы? – капризно вопрошала женщина у Маргарет. – Это недопустимо!

На мгновение служанка растерялась, а потом неискренне осклабилась:

— Конечно… Если госпожа приказывает.

— Быстрей! До чего унизительно… Мои слуги такие глупые, - высокомерно фыркнула Ашира.

Я не могла поверить в свою удачу. Избавиться от рабских оков – редкий подарок! Без дозволения хозяйки это попросту невозможно…

— И реестр… Я хочу, чтобы проблема с реестром была решена, - в голосе Избранницы полыхнула сталь.

Маргарет сосредоточенно кивнула и тотчас ушла, оставляя нас в окружении молчаливых служанок. Ашира вновь подцепила мой подбородок двумя пальцами и посмотрела в глаза, странно усмехаясь. Будто взвешивала… Своё решение.

— Ну, разве не прекрасные глазки? – рассмеялась она. – Хорошая девочка… Не расстраивай меня впредь. Плохие дети… Плохо заканчивают.

Она явно предостерегала.

«Забудь о побеге» — вот что имела в виду Ашира. Избранница словно готовила меня к худшей, более сложной роли.

— Да, матушка, - глупо улыбаюсь, дабы скрыть очевидные опасения.

Клигарцы не были щедрыми на дары. И за оказанную милость (как правило) приходилось дорого заплатить. Это я уяснила достаточно хорошо.

Избранница удовлетворенно улыбнулась, а потом рассеянно проговорила:

— Платья… Позже купим тебе новые, с более тугими корсетами… Тонкая талия с юных лет – истинное достояние любой женщины.

Легче вовсе вынуть ребра из моего тела.

Благо, Ашире быстро наскучили разговоры с «ребёнком», и она позволила мне в одиночестве вернуться во флигель.

На душе скребли кошки.

Браслет и реестр… Неужели госпожа решила сделать меня «полноценной» дочерью? Но почему?

Пока что я не знала ответов на многочисленные вопросы. И затаилась, в ожидании беды…

Маргарет явилась на следующий день. С собой она принесла странные ножницы, покрытые рунной вязью. От них исходила… Пугающая энергия.

Я невольно отпрянула, будто испуганная зверюшка.

— Не заставляй меня злиться, - устало закатила глаза Маргарет, - сейчас будет очень больно, но я должна избавить тебя от рабского браслета. Так что терпи.

Всё моё естество жадно подалось вперёд. Когда-то… Они сравнили рабов с собаками. Но даже так…

Желание вырваться из ошейника – никуда не делось.

Однако, я не предполагала, что это будет настолько больно. Зачарованные ножницы медленно перерезали браслет, но ощущения такие… Словно мне режут вены. Выкорчевывают из-под кожи… Не щадя ни на секунду.

Я завизжала не своим голосом, чувствуя, что вот-вот лишусь сознания от раздирающей боли.

— Тише! Не ори, дурная! – рычала Маргарет. – Бесишь!

Браслет не торопился слезть с запястья. Раньше он казался почти незаметным, но сейчас… Я в полной мере ощутила, насколько сильной магией пропитана эта проклятая вещь.

«Сломить… Подавить… Уничтожить»

Метка на лопатке горела огнем. Но оковы, наконец, начали распадаться.

И, знаете, что самое пугающее? Чёрные остатки свились невзрачным червяком и зашевелились, уползая под дверь. Я ясно это видела, похолодев от ужаса.

Но Маргарет… Могла ли она заметить проявление тёмной магии? Возможно, нет.

Женщина стерла капельки пота со лба и криво усмехнулась:

— Боготвори госпожу, маленькая идиотка. Теперь ты не бесправная.

Мне хотелось спросить про реестр, но я просто не смогла.

А через три дня… Произошёл жуткий пожар в домике для слуг. Сгорели… Кое-какие документы.

Такова цена нежданной «свободы».