ГЛАВА 34. ОБЩАЯ ПРОБЛЕМА

Эйден

Я смотрел вслед уходящим Валериану и Злате и не понимал, что чувствовал.

Проклятый Вал!

Это же насколько нужно быть трусом… Он воспользовался сумеречным порталом, чтобы спасти свою шкуру. И приговорил себя к смерти. Какая ирония судьбы.

Двести лет назад Берега Безмолвия постиг рок. Оставшиеся элиар-тени, что в этот момент возвращались с войны в Чёрных землях, позже узнали, что сумеречный портал, которым они пользовались всегда, стал проклятым. Все, кто из них прошёл по нему после, заболевали странной и неизвестной болезнью. Лишались бессмертия и угасали. Сначала их пожирала их же магия, потом всякий недуг косил их, как косарь траву жарким летом.

А ведь способности Вала могли нам пригодиться…

— Был бы у нас хоть один дракон… — задумчиво произнесла Ярослава, вырывая меня из собственных мыслей.

— Боюсь, нам придётся рассчитывать только на собственные силы, — поморщился я в ответ.

Драконы…

Да, они были сильны. Возможно, с их помощью удалось бы и Ванаоров победить. Их огонь был особенным. Даже элиар-тени их страшились. Вот только летающие ящеры остались теперь только в историях, что рассказывают детям, да в воспоминаниях говорящих с драконами, кхаро-таров.

Ярослава промолчала, аккуратно пережёвывая мясо.

Как же ей тяжело. И как она держится. Я даже восхищался принцессой.

— Я думала, что самое страшное осталось в брачных покоях…Но видимо, всё только началось. Димитрий не пощадит меня. Хотя ведь явно хотел на трон сам.

— Мне жаль, что всё так сложилось, — искренне произнёс я.

Принцесса вяло улыбнулась. И в этой улыбке была вся усталость прошедших дней. А может, и десятилетия.

— Вам бы поспать, отдохнуть. Завтра мы вновь выдвигаемся в путь. И кто знает, что ждёт нас в Обители.

Ярослава кивнула: вот только не спешила готовиться ко сну. Она втянула воздух, шумно выдохнула.

— Я до сих пор не верю…что почти дома. Чтобы не произошло дальше…для меня это уже много значит, — она с грустью посмотрела в сторону ушедших Вала и Златы.

И в этом взгляде было что-то ещё, так знакомое мне в этот момент. Ревность… Неужели? Она…влюблялась в элиар-теня…Как и я в Злату. За отсутствие жалости. За способность не лезть в душу. За эту поддержку, что девушка оказала. И как зеркально это у Ярославы.

— Не стоит путать благодарность с чувствами, — тихо произнёс я, наблюдая, как вытягивается и покрывается румянцем смущения лицо девушки.

— Я…вы не так поняли.

Я улыбнулся и помотал головой.

— В какой-то мере даже понимаю. Но…эти двое довольно эгоистичны, — лукаво произнёс я.

Ярослава нервно облизнула губы, подтянула колени к груди и обняла их.

— Он показал мне… — она резко выдохнула, прикрыла глаза, — что я не совсем сломана…Я всё ещё женщина. И моё тело… Простите. Видимо, мне и правда пора отдохнуть.

Принцесса резко поднялась на ноги, накинула плащ, завернулась в него и легла чуть дальше от костра.

Я устало растёр лицо. Что пришлось пережить этой девочке… И как храбро она справлялась с этими трудностями. Десять лет бок о бок с врагами. А потом появился Вал. Естественно, она потянулась к тому, кто хотя бы не уничтожал её морально. Спас. Вытащил из этого дерьмового города.

Раньше я не замечал за Валерианом легкомысленности. С чего вдруг он так обхаживал Злату? Этот неприкрытый флирт. Забота. Он, даже не зная её, просчитал её ходы. Подкараулил, с помощью своего умения общаться с животными, подговорил коня… Всё это очень странно. И не похоже, что он просто хотел, чтобы девушка и дальше украшала нашу компанию своей красотой и непосредственностью.

Расчёт? После того как он узнал о второй стихии в её магии…Он уже обдумывал, как укрепить наши силы?

Или он просто использует её увлечённость им? Что тоже вполне вероятно. Злате понравился похожий с ней элиар-тень. И такая увлечённость свойственна для двадцати лет. Её я вполне мог оправдать. Но она явно не падёт в его объятия слишком быстро. Мне даже стало от этой мысли чуть легче.

Дыхание принцессы стало спокойным, глубоким. Я поддерживал костёр, наблюдая за округой. Хотя вряд ли кто-то забредал в эти края случайно. Ближайшие поселения далеко. Кочевники пустыни могли знать об этом месте. Вот только свободных людей в Элларисе не осталось. А значит, и забрести сюда больше некому.

Послышались шаги, я насторожился. Но это была всего лишь Злата. Расстроенная, взбудораженная. Я поднялся на ноги.

— Что-то случилось? — тихо спросил я, непроизвольно сжимая кулаки.

Девушка словно только заметила меня. Глаза её сверкали лихорадочным огнём. В них были видны слёзы. В свете от костра было заметно…как припухли её губы. Она молчала, словно решая, рассказывать мне или нет.

— Он тебя…обидел? — постарался я подобрать слова, чувствуя, как закипал сам.

Злата прикрыла глаза.

— Скажем так: нет. Но если ты сломаешь ему нос…или что-нибудь другое — я буду тебе премного благодарна, — выпалила она и схватила свой плащ. — А я пока постараюсь поспать.

Она легла и отвернулась, закрываясь от меня. Чтобы я не смог прочитать её эмоции. А я остался стоять. Разрываемый между желанием отправиться на разговор к Валу и необходимостью охранять лагерь и спящих девушек.

Чтобы между нами не происходило, Злата была дорога мне. Как союзница, сестра и возможно что-то большее. И я не хотел, чтобы Вал топтался по её чувствам. Ещё мне бы по-хорошему рассказать ей правду о его недуге. Но не будет ли её влечь к нему ещё больше? Не закроет ли она глаза на все его проступки…Ведь меня она купила из жалости …

Вала всё не было. Я не мог усидеть на месте, ходил рядом с нашим лагерем, вглядывался в темноту. Злата поворочала и всё же уснула.

— Чтобы ты там себе не надумал — всё было не так, — шаги элиар-теня были невесомы, я заметил его, только когда он уже подходил к костру.

— Она попросила сломать тебе нос. Назови хоть одну причину не делать этого? — тихо прорычал я.

Валериан молча приложил руку к кулону, что сейчас был скрыт под рубашкой. Его волосы, как и одежда, были влажными. Он явно только вылез из озера. Мне, конечно, это не помогло успокоиться.

— Ты вдруг вспомнил о погибшей возлюбленной, целуя другую? — приподняв бровь, спросил я прямо.

Уголки губ Вала дрогнули. Он достал кулон из-под рубашки, открыл и посмотрел. В его взгляде была вся боль. Мне стало неуютно, дико стыдно за свою резкость. Я ещё помнил, что с ним было, когда Берега Безмолвия опустели. Как он молил богов о смерти. Как не мог смириться с её смертью.

— Моё имя каждый сокращает на свой лад. Но я двести лет не слышал…Ри. Всё перевернулось внутри…Я так устал, Эйд… Даже радовался, узнав, что проклятье сумеречного портала не обошло меня стороной. Но сейчас…твою ж… Зачем я вообще всё это говорю тебе?! — он провёл рукой по лицу, рвано выдохнул, выругался на родном языке.

Беззащитный. Без своей скорлупы из язвительности. Сломанный. Сломленный. Одинокий. Без надежды.

— Только не говори им ничего о болезни, — пробормотал он в ночную тишину.

— Ты сделаешь ей больно.

— Возможно, уже… — Вал поднял на меня взгляд, взъерошил рукой волосы. — Но это что-то необычное. Другое. Дай мне побыть в сладкой лжи хотя бы перед смертью.

Я прикрыл глаза. Это неправильно. Но все здесь сломаны.

— Хорошо. Но если она ещё раз попросит меня…

— Ты его сломаешь. Обязательно, — вымученно улыбнулся последний элиар-тень.