Глава 12

«Тогда увидь блядь наконец-то то, как сильно я люблю тебя, дура!»

Слова Артёма до сих пор набатом звучат в голове, словно он произнёс это секунду назад.

Он любит меня.

Любит.

Однако, радость от сказанного перекрывает боль от увиденных снимков и отчётов про Адалин… Не скажу, что признание Артёма сгладило острые углы и я сразу же его простила. Нифига подобного. Если раньше я растеклась бы лужицей перед мужем от восторга, то сейчас смесь ненависти к его бывшей блондинке, боль разочарования и мысли, что всю жизнь я так и буду вынуждена делить рядом находящегося мужчину с другой — затуманивает всё на свете.

Но самое обидное то, что я так и останусь для Князева на втором месте. Запасным вариантом. Той, что заменила любимую и заняла её место.

Чувствую себя грязной.

Но я не уводила его! И первый шаг сама уж точно не делала! Это бандит приковал к себе стальными оковами и отказывался отпускать.

Больно. Безумно больно знать, что Арт волнуется о своей бывшей, пытается её обезопасить. Заботится в какой-то степени. Можно ли считать меня эгоистичной сукой если я не хочу, чтобы он этого делал? Пусть Адалин самостоятельно заботится о своей жизнь. Почему мой муж должен защищать её всю жизнь? А когда она встретит мужчину, выйдет замуж?

Как Артём отреагирует?

Что, если он не позволяет подпускать к девушке мужской пол? Из ревности? Получается у Князева сохранились чувства, как бы он это не пытался отрицать?

Так, Сара. Баста!

Как заезженная пластинка, уже сама себе надоела!

Выдыхаю, отвлекаясь на духовую печь у которой стою. Открываю дверцу и достаю ароматные пышные булочки с джемом внутри, которые испекла для Бетти. Подруга должна приехать с минуты на минуту.

По ощущениям мы не виделись целую вечность и даже не знаю, осталось ли у нас с ней та связь и общие темы для разговоров. Я безумно волнуюсь по этому поводу. Появится ли чувство, что мы стали друг для друга чужими? Не такими близкими, как раньше.

Хоть я и скрывала от соседки по квартире настоящую правду о себе…

Сейчас, я, к сожалению, тоже не могу выложить ей правду на блюдечке с золотой каёмочкой. Особенно об Артёме и его криминальном мире.

Сервирую стол размышляя о чём говорить с подругой, чтобы не выдать лишнюю информацию. Как на минном поле, ей Богу. Вообще, это я позвонила Бетти и позвала в гости, подруга, недолго думая согласилась. Но уточнила, будет ли, где-то поблизости бешеный Артём. М-да, я и сама содрогаюсь при воспоминании о той встрече Арта и Сэма в коридоре квартиры. Представляю, какие чувства у неё вызывает «знакомство».

— Миссис Князева, к вам гостья, — содрогаюсь от басистого мужского тембра.

Голос охранника звучит из встроенных и совершенно невидимых колонок в стенах. Или это не колонки, а какие-то специальные рации. А может домофоны? Господи, я настолько далека от современных гаджетов, что чувствую себя бабулькой, которая кроме сайта «Одноклассники» ничего больше не понимает. Но и это будет ложью. Ведь там я даже никогда не сидела, а только была наслышана от мамы. Поэтому, чудеса техники, которой напичкана квартира удивляют меня каждый раз, как в первый.

— Отлично. Пусть поднимается, — отвечаю просто в пространство не понимая, услышали меня или нет.

Споласкиваю нож, после нарезки ингредиентов для салата и вытираю кухонной салфеткой насухо. Я накрыла небольшой стол на кухне с любимыми блюдами подруги, во главе которых стоит паста карбонара. Бетс просто обожает её. Сделала пару мясных нарезок, фруктовых, испекла выпечку. Мне казалось, что нужно всего и побольше, но, когда взглянула на количество сервированных тарелок поняла, что даже слегка переборщила. Ожидание Бетти в течении дня было просто невыносимо волнительным поэтому я решила занять руки делом. Как итог стол ломится от количества еды на нём.

Откладываю салфетку на столешницу и выхожу из кухни направляясь к дверям, как раз в этот момент на пороге появляется светлая копна волос некогда лучшей подруги.

— Приве-е-е-т, — улыбаюсь, раскрывая объятия и ускоряю шаг навстречу.

— Вот это хоромы, — Бетти присвистывает, осматривая обстановку вокруг и крепко обнимает меня в ответ. — Я бы, знаешь ли, тоже после переезда в такую квартирку забыла предыдущую вместе с соседкой, как страшный сон.

— Я не забывала тебя. Просто столько всего навалилось, — хоть и цокаю укоризненно в ответ, но да, я чувствую себя виноватой, что пропала.

— Понимаю-понимаю, — подруга кивает головой и между нами повисает неловкое молчание.

— Пойдём, я столько всего наготовила, — тяну Бетс за руку, и мы двигаемся на кухню.

— А твоего… хм… мужа дома нет? — уточняет, слегка замявшись и я тоже мешкаюсь от неожиданности вопроса, хотя мы изначально договаривались, что Князева не будет.

— Нет. В это время Артём не бывает дома. Не волнуйся, — пока Бетти усаживается на стул, я беру в руки чайник и набираю в него фильтрованную воду из-под крана для чая. Даже в Америке от меня никуда не делась привычка наслаждаться горячим чаем с кипячённой водой, а не просто подогретой в микроволновке проточной, как это делают американцы. — На самом деле Арт безобидный. Он бы тебе понравился, — поворачиваю голову с добродушным выражением лица.

Семье же моей он понравился, в конце то концов! Да мама и Миша в восторге от новоиспечённого зятя.

Просто они не знают увлекательной истории нашего знакомства и совместного сожительства со всеми вытекающими последствиями.

— Угу, я помню, как безобидно он себя повёл с Сэмом. Дважды.

Выдыхаю, стараясь не реагировать на замечание. По сути, она права. Артём избивал Сэма дважды и тут ему нет оправдания. Но внутри, что-то неприятно щекочет нервы от колких замечаний в сторону моего мужчины.

Так вот, что испытывает Артём, когда со мной, что-то происходит? Желание защитить. Только уверена, у мужа это чувство в разы сильнее. Ведь он сам по себе очень темпераментный мужчина, который не позволяет посягать на его собственность.

— Давай лучше о нас поговорим, — разворачиваюсь, нацепив на лицо лёгкую улыбку, хотя настроение слегка опускается. Ну, а чего ты ожидала? Подобный разговор был бы неизбежен. — Нашла себе новую соседку?

Просто, знать, что твой муж порой не контролирует себя — одно. Но, когда в тебя тыкают этим другие люди — совсем иное.

Но меня радует одно: сейчас Артём изменился и лучше себя контролирует. Это неоспоримый факт.

— Да. Всё пыталась дозвониться до тебя. Помнишь ты говорила, что заберёшь оставшиеся вещи, как я найду другую девочку на подселение? — Бетти отпивает безалкогольный мохито, приготовленный мною самостоятельно днём и предварительно разлитый по стаканам.

— М-м-м, да. Я то теряю телефон, то ломаю. Дурдом, какой-то. Надеюсь этот последний, — киваю головой на лежащий на столешнице гаджет.

Ага, теряю и ломаю.

— Я тоже надеюсь, что нам больше не придётся на такой долгий срок пропадать с радаров друг у друга. Мне не хватает тебя, Сара, — подруга протягивает раскрытую ладонь, и я тянусь своей, сжимая её. — Извини… тогда Сэм заявился по моей вине. Он ужасно долго доставал расспросами куда ты делась, поэтому, когда ты приехала я не выдержала и написала, что ты в квартире. Я сделала это для того, чтобы он угомонился и убедился, что ты жива и здорова.

— Мне тоже жаль, о случившемся. Та ситуация — лютый кошмар. Вы часто видитесь? Мне стыдно перед Сэмом, но он тоже хорош. Ударил Артёма электрошокером, представляешь! На что он блин надеялся? Это глупо и слишком самонадеянно, их силы не равны. — Сэм ударил твоего мужа электрошокером? — Бетс округляет и без того большие глаза, откладывая стакан в сторону. — Обалдеть не встать! Слушай, ну парень не перестаёт удивлять.

— Как он сейчас? — опираюсь локтем о край стола внимательно ожидая ответа и вглядываясь в переменившееся лицо подруги. — Надеюсь в тот вечер он не особо пострадал?

— Ну-у-у, судя по тому, что к вам не заявилась полиция после нанесённых побоев, в больницу Сэмик не ходил, — отвечает нехотя, будто сама наверняка не в курсе.

— Так говоришь, как будто больше не живёте в одном дворе. Сэм переехали или… о Боже… вы перестали общаться из-за нас с Артом? — теперь уже моя очередь удивляться, прикрывая рот ладонью.

Странное незнание всей картины у подруги наводит на подозрительные мысли.

— Он очень сильно отдалился с тех пор. Заблокировал меня везде. Думала, что обиделся и, если честно винила тебя в этом, ведь я потеряла сразу можно сказать двоих друзей, — блондинка отводит глаза в сторону, смотря на панорамное окно. — Мы э-м-м, сблизились после твоего переезда. Не в интимном плане, а как друзья. Начали активно перезваниваться и переписываться, волнуясь о тебе. Это нас сблизило. Разделять переживания с кем-то намного легче, — Бетс нервно проводит рукой по шее. — А потом и он пропал. Мне было очень-очень одиноко.

Становится стыдно, что я бросила подругу одну и даже не выходила на связь. Хотя, как я могла это сделать если постоянно торчала в квартире без телефона?

С Мишей то ты переписывалась.

Почему я так вела себя с подругой? Почему первая отдалилась?

Неужели мне было настолько стыдно перед Бетти, что я решила просто перестать выходить на связь?

Стыдно, что она не единожды была свидетелем отношения Артёма ко мне. Что я врала ей месяцами задолго до встречи с ним.

Много причин…

— Что значит пропал? — опомнившись переспрашиваю, потому что сразу не зацепилась за сказанное, а улетела в свои мысли. — Переехал?

Бедный, ему пришлось съехать из-за меня.

— Если честно, я не знаю, где Сэм. В последние разы, когда я его видела выглядел ужасно. Неухоженный и как будто под чем-то.

— Шутишь? На Сэмюеля это не похоже. Вспомни, он всегда как с иголочки выглядел, — выдвигаю стул и опускаюсь на него, чтобы не упасть от новости.

— Раньше — да. В общем, потом он совсем пропал, несколько недель я его не видела. В итоге не выдержала и пошла по соседям с расспросами, сказали, что его старшая сестра тоже ищет. Сара, оказывается Сэм раньше торчком был, — подруга переходит на шёпот, как будто нас может кто-то услышать, а сказанное страшная тайна.

— Торчком? — повторяю слово пробуя на вкус также шёпотом, хотя прекрасно поняла, что под ним имеется в виду.

— Наркоманом, в смысле, — поясняет, начиная бурный рассказ: —соседская тётка рассказала, что он в завязке несколько лет был. Исправился мол, в завязке был. Работал вон, карьера в гору пошла, другим человеком стал. А потом бах и резко вниз по наклонной… как будто назад его откатило.

— Из-за меня, — опустошённо произношу, смотря невидимым взглядом на белую тканевую скатерть.

— Фактически из-за твоего мужа, — подливает масла в огонь Бетти, добавляя от себя уточнение.

— Это я виновата, Бетти. Не выдумай Сэм себе невесть чего про нас, Артём бы его и пальцем не тронул. Сейчас от него по-прежнему нет никаких новостей? — в ушах стоит звон. Меня словно ледяной водой облили на морозе. Настолько я ошарашена новостями.

Из-за меня Сэми сорвался… какой ужас!

В жизни бы не подумала, что раньше сосед употреблял. Такой хороший, перспективный и приличный парень, казалось бы, без тёмного прошлого…

— Эм, у него ещё и судимость была за хранение наркотиков в прошлом. Один год вроде отсидел, — подруга нервно отпивает ещё коктейля. У меня тоже во рту пересохло, но не могу даже и сдвинуться с места, чтобы смочить горло.

Мы сидим так ещё несколько часов с подругой сменив тему, но осадок остаётся у обеих.

Перед уходом Бетти, мы договариваемся больше не прерывать надолго связь. Не знаю получится ли у меня сдержать обещание. Вдруг на квартиру упадёт летающая тарелка НЛО? Если честно уже ничему не удивлюсь.

Последние два дня творится какой-то кошмар. Я надеялась, что встреча с лучшей подругой поднимет мне моральный настрой после вчерашнего вечера разочарования с Артёмом. Но чувствую себя теперь ещё хуже. Как будто по мне катком проехались.

Убрав кухню после прихода гостьи иду в ванную комнату, чтобы поскорее смыть с себя липкое чувство стыда и вины, за судьбу Сэма.

Где он? Что с ним?

Я испортила человеку жизнь. Сбила с правильного пути вернув на тёмную дорожку. Почему из-за меня постоянно страдают невинные люди?

Встаю перед зеркалом заглядывая в глаза цвета изумруда и разговариваю сама с собой:

— Что ты натворила, Сара? Если бы ты не заявилась тогда ночью в квартиру Сэмюеля, чтобы избавиться от Артёма, то сосед бы не выдумал себе невесть чего и не помешался на тебе окончательно. А судя по всему, именно это он и сделал.

Никогда бы не поверила, что Сэм употреблял наркотики, да ещё и был судим. Вот в жизни бы не поверила, честное слово. Если бы мне это про Арта, я бы даже не удивилась. Но Сэми, милый Сэмик. Что же ты наделал?

Нервно провожу рукой по голове, снимая с волос резинку и швыряю её на раковину. Хочется волком выть, настолько дерьмово себя сейчас ощущаю.

Как робот, бездумно смотря перед собой начинаю расстёгивать ряд пуговиц от груди до самого низа молочного шифонового платья. Пуговичка за пуговичкой, и я улетаю всё дальше в своих размышлениях, сбрасывая с плеч невесомое платье к ногам.

Прохожу к ванне царских размеров, закрываю слив и включаю горячую воду. Пока ёмкость набирается бросаю бомбочку, которая начинает шипеть и пениться, окрашивая жидкость в красный цвет. Закрыв кран, наливаю гель и взбалтываю воду рукой, чтобы появилось побольше пузырьков. Забираюсь в ванну прямо в трусиках и погружаюсь по самое горло закрывая глаза.

Это расслабляет на какое-то время заставляя отключить мозг и насладиться негой, которая сейчас так необходима. После стольких прекрасно прожитых моментов, папка с досье на Адалин и рассказ об исчезновении Сэма словно удар под дых, выбивающий из колеи.

Вокруг стоит такая оглушающая тишина, что я начинаю её слышать. Нужно было включить, что ли хоть музыку спокойную какую-нибудь. А то даже жутковато. В какой-то момент я начинаю ловить себя на мысли, что отрывками мне, что-то снится. Нельзя спать в ванной, это опасно — кричит здравый смысл, но накатившая усталость пересиливает. А после я и вовсе отключаюсь, заснув с откинутой головой на спинку ванны.

— Сара! — топот мужских ног и голос Артёма снятся очень реалистично. Можно подумать, будто он рядом. — Сара! Ты чё натворила?!

Что я натворила? Всего лишь сплю в уже, кстати тёплой воде — хочется возразить, но мне слишком лень этого делать, поэтому не отвечаю отказываясь выныривать из уюта.

— А-а-а! — вскрик вырывается на автомате, когда мужские руки рывком вытаскивают меня из воды. Холодный порыв воздуха на контрасте после тёплой водички заставляет распахнуть глаза продолжая визжать. В то время как Артём с ошарашенными видом осматривает меня всю, задерживая особое внимание на кистях рук. — Ты сума сошёл?! — еле удерживая равновесие вырываюсь, отталкивая Князева от себя. Прикрываю руками обнажённую грудь с тяжело колотящимся сердцем.

— Я сума сошёл? Это чё за хуйня? — гневно кивает головой на ванную и до меня доходит, какая картина предстала перед мужем, когда он пришёл и увидел спящую меня в красной воде.

— Это цветная бомбочка, — опускаюсь на дрожащие колени из-за всплеска адреналина, чтобы прикрыть голое тело. — Ты думал, что я вены перерезала? — не веря собственным словам, исподлобья наблюдаю за гневно вздымающимся телом Арта, что стоит весь в мокрой одежде полубоком ко мне и прикрывает лицо ладонью. И делает он это кажется, чтобы успокоиться.

— Да, Сара! Показалось, что ты, блядь, вскрылась! — проведя рукой по щетине поворачивается впиваясь уничтожающим взглядом.

— Зачем мне это делать? — обиженно прикрываю таким же злым тоном, как и Артём.

— Не знаю, Сара, не знаю! — Князь настолько резко наклоняется, что я даже не успеваю среагировать и отодвинуться. Мужская ладонь обхватывает мою мокрую шею сзади и притягивает к себе, прислоняя наши лбы друг к другу. — Это пиздец, какой-то. Вся жизнь перед глазами пронеслась. Подумал, нахуевертила сдуру.

Сглатываю тяжёлый ком в горле, закрывая глаза. Сердце бешено колотится, ударяясь о грудную клетку, а венка виске пульсирует.

— Я бы никогда так не поступила, — прикладываю ладонь к щеке мужа, чтобы успокоить его. Бандит стоит, наклонившись и тяжело дышит.

— Не вывезу это всё без тебя, Лиса, — голос мужа настолько и опустошённый, мне на секунду даже кажется, что сказанные слова с хрипотцой померещились.

«Тогда увидь блядь наконец-то то, как сильно я люблю тебя, дура!»

Говорят, что поступки громче любых слов. Так вот, в случае Артёма слова всегда совпадают с действиями. Поэтому они имеют одинаковый вес.

Внутри всё ухает вниз от представления, что, если бы на месте Тёмы была я и увидела его в таком состоянии, моё сердце наверняка могло разорваться на части.

Или, когда он увидел меня стоящую в свадебном платье рядом с другим. Готовую выйти замуж за Олега, ради спасения брата. Если бы я приехала на свадьбу, Арта и Деллы даже и фиктивную, обоих бы разнесла к чертям собачьим и никогда не простила. У мужа нервы и терпение ещё железное!..

— Я люблю тебя, — горячие слёзы начинают обжигать щёки, заставляя всхлипывать от переизбытка эмоций и чувств. — Так сильно люблю, Артём… слышишь?

— Маленькая моя, — не говоря больше ни слова, Тёма обхватывает шершавыми ладонями моё лицо и неистово целует. Словно успел потерять и заново обрести. Требовательные губы раскрывают мои, врываясь внутрь языком почти одержимо. На грани безумия. — Больше жизни! — тяжело оторвавшись, чёрные, как ночь глаза заглядывают в самую душу, подтверждая сказанное. А затем губы снова впиваются.

Продолжая яростно терзать губы, муж сбрасывает с себя куртку, а затем под мои возгласы отрывается, но только для того, чтобы снять свитшот, расстегнуть ширинку джинс и снять их вместе с боксёрами.

Мы понимаем друг друга без слов. По взгляду. По мимолётным движениям. По выражению лица. Арт считывает мои желания, а я его.

Безусловно.

Абсолютно.

Целиком и полностью.

Князь забирается в наполненную водой ванную и притягивает трясущееся тело сразу же к себе, усаживая сверху. Я оказываюсь в позе наездницы, прижатая к горячему мужскому телу.

— Затопим соседей снизу? — дерзко ухмыляется, приподнимая мои ягодицы и сразу же насаживая на твёрдый и толстый член. Без прелюдий и ласк. Он знает, что я всегда готова принять его.

Рваный вздох вырывается из приоткрытых губ, когда Арт заполняет меня изнутри, входя во всю длину.

Глаза в глаза.

Тело к телу.

Душа к душе.

— Я хочу сама, — шепчу мужу, прося позволить управлять процессом.

И Артём сдаётся без боя, обвивая руками тонкую талию, пока я начинаю самостоятельно двигать бёдрами на нём. Делать это в полной ванне, не так-то просто. Поначалу я переживаю, наблюдая за выливающейся на пол водой, но, когда мой мужчина велит «забить на это хер», так и делаю.

Я отдаюсь процессу целиком и полностью, забывая обо всём вокруг. Есть только мы, наши переплетённые тела и хлюпающие звуки на фоне. Пальцы крепко сжимают массивные плечи, а внутри постепенно нарастает то самое чувство зарождающегося оргазма. Артём игриво кусает мою шею с пульсирующей венкой, колышущуюся грудь, торчащие соски, облизывает мочку уха посасывая. Я улетаю в космос от переизбытка неконтролируемых эмоций, целый ураган чувств, кажется, ещё чуть-чуть и меня разорвёт на множество частей.

— Да. Вот так. Умничка, девочка. Ты чувствуешь, какой он твёрдый для тебя? Скажи, как он нравится твоей узкой киске? — низкий голос Артёма гипнотизирует, заставляет балансировать на грани экстаза. Параллельно этому длинные пальцы периодически подхватывают скачущую грудь по воде в то время, как я поднимаюсь и опускаюсь во всю длину на вздыбленном члене.

— Нравится… Артём… я больше не могу… хочу кончить, — не выдержав напряжения хнычу, прося о помощи. Муж знал. Знал, что я попрошу. Знал, что смогу достигнуть пика только под его контролем. Но всё равно дал мне самостоятельно управлять процессом.

Тёма приказывает приподняться и отползти к противоположной части ванны повернувшись к нему спиной. Колени неприятно упираются в скользящую поверхность, но желание получить разрядку сильнее…

— Обхвати руками бортики — голос мужа отдаёт вибрациями между ног. Каким образом у него получается так влиять на меня? Может он вампир и внушил подчиняться, реагировать на него настолько сильно и мощно?

Жёсткий толчок и врывающийся член сзади заставляет взвыть от неожиданности. Артём не жалея начинает наращивать темп вдалбливаясь в меня со всей силы. Пальцы затекают, настолько сильно я ухватываюсь за ванную, между ног всё горит от распирающего и мучительно сладкого терзающего чувства.

Шлепки тел.

Прилипшие ко лбу и шее волосы.

Выливающаяся как цунами красная вода.

И взрывное чувство оргазма, заставляющее в буквальном смысле трястись от наслаждения, когда любимый начинает входить под другим углом.

А следом и глухое рычание мужа над ухом, кончившего в меня и заполнившего без остатка.