Нисса

Мир моргнул, и я оказалась в той самой заросшей беседке, что находилась в клане Туманных, рядом стоял, довольно улыбаясь, Макер.

Какой же он у меня красивый, особенно когда вот так улыбается.

Поддавшись порыву, провела ладонью по щеке, чувствуя под пальцами неровности и шероховатости шрамов. Как прекрасно было стоять рядом с этим большим и властным мужчиной, иметь возможность прикасаться к нему, ощущая тепло и гладкость сильного натренированного тела. Все во мне тянулось к нему, желая слиться и полностью раствориться в этом потрясающем мужчине.

– Сиали, ты наконец-то приняла меня, – прошептал Макер прямо в губы, едва прикасаясь мимолетной лаской…

Мир снова моргнул, наполняя окружающее пространство светом и легким успокаивающим шумом воды.

Теплый ветерок, играя с выбившимися из косы пепельными прядями, касался кожи приятным холодком, принося с собой тонкий неизвестный аромат.

– Красиво звучит, что значит это слово? – спросила, оторвавшись от его губ.

– Так называют любимую женщину, с которой создают семью, – улыбаясь, объяснил мне Мак. – А теперь, быстро раздевайся, – строгим голосом приказал он мне.

Я, опешив от такой резкой смены настроения, обалдело хлопала глазами в беззвучном возмущении, глядя, как Макер быстро стягивает с себя одежду.

Да, что он…

Да за кого…

Да я…

Не находила я подходящих слов, чтобы выразить свои мысли по поводу его хамского поведения.

Раздевшись, он резко прыгнул в мою сторону, заставив зажмуриться от страха, сейчас зашибет и не заметит, но вместо удара послышался всплеск воды и веселый голос Мака:

– Ну же, Нисса, пошли купаться! – и, видя по моему выражению лица все, что я о нем думаю, весело рассмеялся.

Ах, так значит, решил меня разыграть!

Ну что же, давай поиграем.

Опустив глаза, медленно потянулась руками к завязкам корсета, так же медленно расслабляя шнуровку, провела язычком по своим губам и, услышав шумный вздох, опустила руки, позволяя корсету упасть к ногам.

Сквозь белую блузку просматривались напряженные соски, уже отчетливо было слышно шумное дыхание мужчины.

Протянув руку, спустила блузку с одного плеча, слегка оголяя грудь, а потом, словно передумав, опустила руку к ремню на штанах и услышала разочарованный тихий стон.

Опустила голову еще ниже, чтобы скрыть победную улыбку, наклонилась, чтобы стянуть сапоги, открывая прекрасный вид на мою колышущуюся, грудь.

Отчетливый громкий стон полился бальзамом на мою требующую отмщения душу.

Быстро стянув сапоги и штаны, замерла в нерешительности, словно стесняясь и проверяя, насколько хватит выдержки мужчины.

– Малышка, – раздался хриплый голос. – Иди ко мне.

Вскинув голову и глядя прямо ему в глаза, стянула трусики, оставшись в одной белой блузке едва прикрывающей тело и, опустив руки, нервно комкала ее низ, то слегка поднимая, то снова опуская.

Макер дышал с каждой секундой все тяжелее, в воздухе разлилось напряженное ожидание исходящее от него и волнами растекающееся по моему телу, заставляя соски затвердеть еще сильнее.

От обжигающего взгляда по телу прошла дрожь, зарождая приятное ощущение внизу живота.

Не отпуская моего взгляда, он медленно, плавной походкой хищника, стал приближаться.

Тело трепетало в предвкушении его властных и жарких прикосновений, жар в животе становился сильнее, и я сжала ноги, пытаясь унять этот пожар.

Глаза мужчины расширились, и через мгновение я оказалась в теплой воде, прижатая к обнаженному горячему телу.

Обжигающие губы лишали дыхания, большие нетерпеливые руки сжимали и поглаживали, вырывая всхлипы и стоны.

Глаза плотно закрылись, погружая меня в мир страсти и безумного желания, тело бесконтрольно извивалось, стремясь навстречу наслаждению в одном слаженном ритме, сливаясь в дыханье, растворяясь друг в друге…

– А я все гадала: стекает эта речка со скалы или нет… – пробормотала хриплым от стонов голосом, удобно расположившись на широкой груди.

С высокой скалы по камням стекала прозрачная вода, в нескольких местах разлетаясь миллионами мелких разноцветных брызг, оседая на наших телах, лежащих на теплых камнях и освещенных яркими красками заката.

Буйная зеленая растительность скрывала от посторонних глаз, радуя обилием голубых и белых цветов, которые и источали тот дивный аромат, что я уловила ранее.

В свете заката вода небольшого озера окрасилась во все оттенки красного, создавая иллюзию жидкого огня.

Город по праву носил название красного.