Рина

― Представь того, кому ты хочешь отправить послание. Возьмем, к примеру, Милену, ― Этьен щелкнул пальцами, сидя на диване в библиотеке. ― Попроси ее принести нам чай.

С его слов получалось все достаточно просто, но за последние три дня я убедилась в том, что слова и действия ― это совершенно разные вещи. Почему-то с магией у меня не особо ладилось. Вроде и магом я была неслабым, а все у меня было не так.

После неожиданного появления Ена прямо в моей ванной он не отходил от меня ни на шаг, и даже в свое ведомство таскал за собой. Не сказать, чтобы его постоянное присутствие рядом меня раздражало, но все же, это немного напрягало.

– Рина, хватит летать в облаках, сосредоточься!

Когда дело касалось обучения или его работы, Этьен менялся на глазах. Из тихого, спокойного, ласкового и улыбчивого он превращался в вечно хмурого тирана. Кинув на него раздраженный взгляд, я попыталась представить Милену и чашки с чаем. Щелчок пальцами, и ничего.

– Давай еще раз. Не останавливайся, пока у тебя не получится, не забывай, что любому твоему действию требуется маленький магический импульс, – взялся Этьен за очередной документ. ― Продолжай, – кинул он на меня взгляд поверх бумаги, заметив мою заминку.

Я понимала ― магия мне нужна, в этом мире она как воздух, а значит, надо учиться ей пользоваться. Увы, я не могла сделать даже простых вещей. Обучение бытовой магии закончилось сожженными шторами, стенами в яркую разноцветную полоску и небольшим торнадо, прошедшим по прекрасному саду. Садовника было откровенно жаль, мои извинения он выслушал с относительным спокойствием, а вот заверения в том, что я ему обязательно помогу восстановить сад, как только освою магию, существенно пошатнули его душевное равновесие.

После случая с бытовой магией Еном было принято решение косметическую магию пока не изучать.

– Рина! ― громкий окрик Этьена заставил буквально подпрыгнуть на месте. ― Ты опять о чем-то думаешь в то время, как я жду от тебя хоть каких-то результатов!

Сердце стучало как сумасшедшее от испуга и злости. В конце концов, я взрослый человек, а он отчитывает меня, словно школьницу! Результат ему нужен, и неважно, что у меня ничего не получается, как бы я не старалась! Чай ему нужен, да пожалуйста, можно даже с пирожными и, желательно, на голову!

– Не совсем то, чего я ожидал, – он слизнул он крем с губ, – но тоже результат, ― Этьен расплылся в улыбке, а глаза так и лучились смехом. – Кстати, очень вкусно. А где тарелки и чашка? – выгнул он бровь.

Через секунду раздался звон посуды, посыпавшейся на уже пустой диван. Хриплый смех эхом разнесся по всей библиотеке.

– Риночка, ты неподражаема!

Вот ведь гад! Мало того, что посуда не попала в цель, так он уже и от чая с пирожными оттерся. И почему я не додумалась почистить его своей магией? Больше чем уверена, для него это был бы незабываемый опыт.

– Пойдем, – подал мне руку Ен.

– Куда? – даже не шелохнулась я. В душе все так же продолжали клокотать злость и обида. Вот почему я не умею владеть магией так же, как он!?

– Во двор, попробуем боевую. По глазам вижу, что ты хочешь на мне отыграться за мои уроки.

– Может быть, ногами пойдем? – встала я. – А то я до сих пор так толком и не видела твой дом.

– Наш, это наш дом, маленькая, – заключил он меня в объятья. – Прости, у меня никогда не было отношений, я просто не знаю, как себя вести и что делать.

– У тебя что, никогда не было девушки? – да не может такого быть! ― Ты же взрослый мужчина!

– Рина, ну что ты как ребенок? – тепло улыбнулся он. – Мне что, объяснять тебе, кем для меня были они, и кем стала ты? – выгнул бровь этот нахал.

Вот ведь, опять издевается. Почему, когда я рядом с ним, мой мозг напрочь отключается, и я выставляю себя полной дурой?

– Маленькая, не хмурься, тебе не идет, – склонился он надо мной. – Что за мысли крутятся в твоей головке?

Большая теплая ладонь с нажимом прошлась по спине, посылая приятную дрожь по телу. Вот как тут о чем-то думать, когда он так пристально смотрит и поглаживает своими руками. Неудивительно, что мой мозг отказывается работать.

– Ну что, идем, ― потянул меня за руку Ен.

– Ты это специально делаешь? ― процедила я сквозь зубы.

– Конечно, ― рассмеялся он, ― как же ты меня собираешься побить, если не будешь зла?

Последнее время меня все чаще и чаще стала посещать мысль о нашей разнице в возрасте, иногда это чувствовалось особенно остро. Особенно в такие моменты, как сейчас: он всегда все знал и просчитывал наперед. Сколько пройдет времени, прежде чем пройдет новизна отношений, и ему станет со мной скучно? Оставалось надеяться, что татуировки на наших телах действительно что-то значат, и спустя несколько лет мы все так же будем любить друг друга.

Идя по длинным коридорам и огромным залам, я все еще пребывала в раздумьях, не обращая особого внимания ни на мраморные полы и дорогие ковры, ни на богатую обстановку, и даже картины, развешенные на стенах, не затронули моего сердца.

Несколько дней назад появилось какое-то странное ощущение, не проходящее ни на миг. Казалось, оно лишь усиливается с каждым пройденным днем. Как я ни старалась найти для себя определение этому странному чувству, ничего не получалось. Мне просто хотелось встать и бежать. Вот только куда и зачем? А иногда, выходя из комнаты, я чувствовала, как мое тело внезапно охватывает паника, и возникало чувство, будто я только что потеряла нечто очень важное.

Возможно, это был только бред моего больного воображения, но поведение Этьена очень было похоже на мое. Я вспомнила, как однажды, увидев его хмурое и задумчивое выражение лица, я все же решилась расспросить его, не чувствует ли он чего-то странного в последнее время. Но оказалось, что он просто беспокоился за Северена, поскольку не привык к его долгому отсутствию. Так уж повелось, что они были ближе, чем все остальные, и действительно являлись братьями по крови, только двоюродными.

Тогда к моему неспокойному состоянию прибавилось еще и чувство вины. Почему-то я была уверена, что именно я являюсь причиной долгого отсутствия Северена. Еще и эти узоры на теле… Все было совсем не так, как у другой пары, и Ен очень переживал, не зная, чего ожидать. По его словам наш узор мало того, что отличался по цвету, так еще и не сливался с цветом нашей кожи, как это должно было быть. Мы не могли общаться мысленно и чувствовать эмоции друг друга, что тоже было нетипично для связывания жизней.

– Готова? ― раздался голос Ена, вырывая меня из невеселых раздумий.

– Что мне делать? – пожала я плечами – А если опять все пойдет не так?

– Не переживай, все будет хорошо, просто расслабься и атакуй.

– Атаковать что? – непонимающе нахмурилась я, выискивая глазами свою цель.

– Меня, конечно же!

Руки задрожали, ладони мгновенно взмокли. Перед глазами стояла его обожженная грудь, вспомнился весь тот кошмар, который мне пришлось пережить. Как он может быть таким спокойным, предлагая мне нападать, неужели ему не хватило прошлого раза?

– Маленькая, успокойся, – обхватил он ладонями мои щеки. – Неужели ты считаешь меня таким слабым, думая, что я не смогу отразить твою атаку, зная о ней заранее?

– Нет, – замотала я головой, – Я просто не смогу!

– Ну хорошо, – начал отступать от меня Ен с гаденькой улыбкой. – Тогда мне придется тебя заставить!

Едва я собиралась спросить, что он имеет ввиду, как мне по попе прилетел довольно смачный шлепок. От неожиданности я подскочила и, громко ойкнув, развернулась посмотреть, кто это сделал, и в этот момент меня снова шлепнули по тому же месту. Вслед за этим раздался смех Ена.

– Ты такая забавная с этим растерянным лицом!

До меня начало доходить, кто являлся причиной того, что моя попа горела огнем.

– Ен, прекрати, – крикнула я, возмущаясь его поведением.

– И не подумаю, – прислонился он плечом к дереву – Это только начало, давай же атакуй!

Снова шлепок, сильнее предыдущих. Ах так! Я молча села прямо на землю. Ен, ухмыляясь, продолжал стоять шагах в десяти от меня.

Я только сейчас заметила, что уже смеркается, и мы находимся на ровной квадратной площадке позади огромного замка. За спиной Ена огромной темной громадой возвышался густой лес.

Я ухмыльнулась ему в ответ, мол, ну и что ты сделаешь сейчас?

– С ума сошел! – подскочила я, крича во все горло. – Меня же может кто-нибудь увидеть!

– Ну и что, – пожал он плечами.

– Сейчас же верни мою блузку!

– А мне очень нравится, как на тебе смотрится этот корсет, – откровенно потешался он надо мной.

Не успела я как следует возмутиться, как мою многострадальную попу обжег очередной шлепок. В душе волной поднималась злость, но я знала, что как бы сильно ни была зла, не смогу его атаковать.

Я попыталась сосредоточиться и представить под его ногами глубокую лужу, предвкушая зрелище мокрого и злого Этьена. Но жизнь была несправедлива. Он даже не шелохнулся, словно и не стоял в луже, вернее, он стоял прямо на воде и даже не думал проваливаться. Лишь светился, как новогодняя елка.

А в следующий момент я взлетела в воздух, с каждой секундой все сильнее отдаляясь от земли. Сердце стучало как безумное, к горлу подступил комок, и я с безумной скоростью начала падать вниз, громко визжа и размахивая руками, тщетно пыталась хоть за что-то ухватиться.

Мой полет закончился так же неожиданно, как и начался. Хотя нет, еще неожиданней. Меня сшибли прямо на лету, подхватив на руки, и крепко прижали к большой обнаженной груди. В тот момент мне было плевать, кто попался мне под руки, я была безумно рада вцепиться хоть во что-то.

– Ен, какого черта? ― раздался злющий голос Северена.

– Не кипятись, Север, мы просто тренировались, ей абсолютно ничего не грозило, ― Этьен поднял руки вверх, идя к нам.

Я наблюдала за всем происходящим, находясь на руках Северена, намертво вцепившись в его косу. Тело все еще потряхивало от переизбытка адреналина, мозг соображал туго, видимо еще не совсем оправившись от полета. Иначе как еще объяснить то, что я ощущала в тот момент!?

– Почему ты здесь, еще и в таком виде? – Ен подошел практически вплотную к нам, протягивая руки, чтобы забрать меня у Северена.

А я металась между желанием остаться на руках у Северена и оказаться в объятиях Ена. В тот момент, когда меня коснулись руки Этьена, абсолютное счастье накрыло с головой. Мне было так хорошо и уютно находиться в их руках, а, самое главное, было ощущения правильности.

Чувство чистого, ничем не замутненного счастья ударило в грудь, выбивая весь воздух из легких.