Глава 13. О чем мы знаем и о чем молчим.

Такого рода отношения с Блейком принесли не мало положительных эмоция Элизабет. Ну, во-первых, она весь вечер провела рядом с ним: приносила напитки, бумаги и развлекала беседами. Он оказался не таким уж плохим человеком, хоть и слегка испорченным своей властью. В целом, обычный парень, сын среднестатистических родителей, которым просто однажды повезло купить клуб дешевле, чем он стоил. Но стоит отдать ему должное – перестраивал Роуз его сам.

Во-вторых, в конце рабочей смены он заплатил ей сверху. Как и обещал.

Так что в какой-то момент Лизи стало казаться, что жизнь не так уж плоха. Однако, утром она вспомнила о Плате. Которому пока рассказать было нечего. Она написала ему смс и постаралась забыть этого мужчину как страшный сон. Хотя бы на этот день.

Но ее не покидала печаль. Почему-то задумываясь о том, что она делает с Блейком, в памяти всплывал Дэйтон. Казалось бы, незнакомый парень, но почему-то плотно пустил корни в ее мыслях. Даже ту неделю, что она стажировалась, Элизабет в тайне желала увидеть его за столом с Роузом и заглянуть в бездну синевы его глаз – успокаивающие, умиротворенные. Но надо поаплодировать судьбе: она посадила Роуза и Дэйтона за один стол. Только разговор был не располагающий к любованию глаз и острых черт лица.

К вечеру этого же дня в комнату Элизабет постучалась Шерил и сверкнув белоснежной улыбкой спросила:

— Ты готова?

— Ты скажешь куда мы пойдем? – Лизи уже надела джинсы карго и натянула на обтянутые кожей ребра кружевной топ.

— Хочу познакомить тебя со всеми поближе, — рыжеволосая уже одетая в узкие джинсы и темно-красный бомбер поверх майки, подошла и вцепилась в предплечье Лизи мертвой хваткой. – И ты не сможешь помешать мне.

Ехидно хихикая, потянула девушку на выход. И так резво, что Элизабет только успела прихватить свой худи.

Снег, что выпал не так давно и не так много уже успел растаять, а потому было достаточно тепло на улице. Ночь уже ложилась на город и было невероятно красиво наблюдать за тем, как желтый переходит в красный, красный в темно синий, а синий становится черным. И как вместе с тем загорается тысяча огоньков.

За этой картиной Лизи наблюдала из окна пассажирского, пока Шерил везла ее куда—то за город. Постепенно огни сменились редки фонарями у дороги, а затем и те потухли. Ночная извилистая дорога освещалась лишь светом фар.

— Шерил, скажи, почему вы так добры ко мне? – В одно из мгновений спросила балерина, задумчиво глядя в окно.

— Не в моих правилах вдаваться в подробности личной жизни, — девушка пожала плечами. – Единственное, что тебе нужно знать, что не все богатые детки избалованные засранцы. Ну, если не считать Роуза, — Шерил мягко посмеялась. – Но и у него есть на то причины.

— Это ведь не ответ, — Элизабет повернулась к девушке за рулем и подперла рукой подбородок.

— Что будет для тебя подходящим ответом? — Шерил откинулась на сидушку удобнее устраиваясь, не переставая следить за дорогой.

— Правда.

— Правда в том, что ты человек с проблемой. А мы можем тебе хоть чуточку помочь. Почему бы и нет? Каждый из нас от этого в плюсе. Я помогаю с жильем и при этом сама плачу меньше. Блейк дает тебе работу при этом имея хорошенькую сотрудницу. Деклан просто добряк, ему хочется помогать всем и вся.

— А Дэйтон? – шепотом спросила Лизи, но Шерил все же услышала.

— Я думаю, о Дэйтоне тебе нужно говорить с самим Дэйтоном. Он… — девушка замялась не зная, как правильно сказать. Собравшись с мыслями, договорила: — Дэйтон добрый, но не ко всем. Он – самая темная лошадка среди всех нас. Может с ребятами он другой, но со мной и Хезер не сильно откровенничает. Хотя мы со школы дружим.

Элизабет скривилась на имени девушки, что не осталось незамеченным и вызвало смех у девушки—водителя. Однако спросила блондинка о другом:

— Сколько вам лет?

— Мне, Блейку и Чипу с Дейлом двадцать восемь. Хезер двадцать шесть.

— Значит она с вами не со школы?

— Она переехала сюда не так давно. Пришла на работу к Роузу и у них закрутилось. И поверь, мы все понимаем твою реакцию на нее, — Шерил повернулась к девушке и подмигнула.

В ту же секунду показалось зарево. Сначала Элизабет показалось, что что—то горит, но приглядевшись она увидела огромное поле, длиной в несколько километров — может и больше — на котором ровной дорожкой был выложен асфальт. А на нем десятки машин и очень много людей.

— Это гонки? – Элизабет смотрела на сотни огоньков в ночи с примесью восхищения и опаски.

— Они самые. Нелегальные, дорогие и шикарные гонки, — Шерил довольно улыбнулась.

Черный внедорожник рыжей девушки плавно съехал с асфальтной дороги и выехал на полевую. Еще пара минут и девушки припарковались недалеко от линии старта.

В открытом поле было прохладней, чем в городе, а потому выходя из машины Элизабет одела укороченный худи и дождавшись, пока Шерил обойдет машину пошла следом за ней.

Грациозно лавируя между собравшимися Шерил, привела их к небольшому кругу людей. Почти всех уже знакомых Лизи. Близнецы, одетые в одинаковые черные худи с капюшоном и черные джинсы, Блейк в своей манере в белой футболке на которой теперь поверх была толстовка и Хезер, как обычно в платье и на каблуках. А также двое незнакомцев.

— Каспер! – Деклан подошел к Лизи и обнял ее, а после обнял Шерил.

— Он Чип или Дейл? — спросила Элизабет у Шерил.

Компания из восьми человек дружно рассмеялась. Сквозь смех Шерил ответила:

— Дейл.

— Я же просил не называть нас так! – Взревел Деклан и подлетев к рыжеволосой девушке легко поднял ее на плечо.

Девушка, вереща пыталась спрыгнуть, но тщетно.

— Еще раз так назовешь? – спрашивал Дек шлепая девушку, а сам смеялся.

— Привет, — Блейк улыбнулся на один бок глядя на Лизи.

Та посмотрела в ответ. И на то, как Хезер висела на его руке тоже.

— Привет, — так же по—доброму ответила она.

На удивление не было ни обиды, ни злости. Видимо сказывалось то, что она ничего не чувствовала к этому мужчине. Кроме чувства самосохранения и необходимости находиться рядом.

Элизабет перевела взгляд на Дэйтона который стоял еще с двумя незнакомыми парнями.

— Привет, — с нажимом сказала она, чтобы обратить на себя внимание.

Дэйтон повернулся к ней, мимолетно улыбнулся и кивнул. А после продолжил разговор с собеседниками.

Лизи постаралась сделать вид, будто ее это не задело.

Кому я вру. Конечно задело. Но он в полном праве злиться на меня.

Тем временем Дэйтон всеми силами сдерживался, чтобы не подойти и не заглянуть в зеленый омут глаз, что покорил его в самую первую секунду. Ограждал себя, чтобы не уткнуться носом в макушку, от которой исходил особенный запах, которым он не успел насытиться той ночью возле моста. Потому поспешно отвернулся, отвечая на вопрос, который прослушал.

— Ну что, кто выезжает первый? – вернулись Деклан с потрепанной Шерил. – Я с кем?

— Со мной, — один из собеседников Дэйтона махнул рукой.

— Ну пошли. Скоро начинаем.

Только когда все стали расходиться, а Шерил подхватила ее под руку Лизи заметила, что здесь было даже подобие трибун, от куда было видно витиеватую дорогу, которая шла в круг.

Встав повыше, девушки стали наблюдать. Шерил слишком нервно заминала руки и то и дело покусывала нижнюю губу.

— За Деклана переживаешь? – тихо спросила Элизабет.

— Что? – зеленые глаза в миг расширились. – Нет. Конечно нет.

Блондинка усмехнулась.

Две спортивные и точно дорогие машины выехали к полосе старта. Красивая девушка в коротенькой не по погоде юбке вышла и встала перед ними. Подняла руки и пальцами одной стала вести отсчет. Пять. Четыре. Три. Два. Один. Резкий взмах и автомобили рванули с места поднимая столб пыли и дыма от шин.

Народ взревел. Шерил стоявшая рядом молчала, лишь впиваясь в кожу ладоней ногтями, показывала за кого она болеет. Элизабет завороженно смотрела, как то одна, то другая машина прорывается вперед и когда спустя несколько кругов Деклан первым пересек финишную черту взревела вместе с доброй половиной людей. Рыжеволосая облегченно выдохнула и вымученно улыбнулась, глядя на Элизабет.

— Я никому не скажу, — потрепала Лизи ее по руке ободряюще улыбаясь. Шерил лишь благодарно кивнула.

Машины уехали с полосы, на их место встали другие – незнакомые.

Наблюдать было все еще интересно, но уже не так волнующе. Однако Элизабет не заметила сбоку подходящего Дэйтона и вздрогнула, когда тот коснулся ее руки.

— Прокатишься со мной? – тихо, все тем же манящим и бархатным голосом спросил он.

— Там? – Лизи ошарашенно смотрела на него, указывая на дорогу.

Синие глаза сверкнули, а на лице появилась та самая долгожданная улыбка, доступная только ей.

Дэй молча протянул руку в ожидании, когда она положит свою с тонкими пальцами поверх. Думала всего мгновение. Элизабет аккуратно взяла его за руку, позволяя помочь спуститься с трибун и скрывая улыбку села на переднее пассажирское, когда мужчина открыл дверь.

— Пристегнись, — сказал Дэйтон садясь в машину и запуская двигатель.

— И ты, — блондинка подняла одну бровь, чем вызвала смех у мужчины. Однако он сделал то, о чем попросили.

Стоило машине тронуться на пути к линии старта сердце девушки забилось быстрее. Вибрация мотора пронизывала всё тело, словно барабанная дробь, отзываясь где-то глубоко внутри. Рев малочисленных людей смешивался в один оглушительный гул, но здесь, в коконе спортивного автомобиля, всё ощущалось приглушенно, как сквозь вату.

Адреналин пульсирует в венах, каждая клетка ликует в предвкушении. Лёгкий запах бензина щекотал ноздри вперемешку с парфюмом Дэйтона, и этот аромат возбуждал сильнее любых других духов.

Элизабет почувствовала, как машина вздрагивает, готовая сорваться с места. Мужские руки с пульсирующими венами крепко сжимают руль, а ее пальцы ощущают кожу на подлокотнике сидения. Синие глаза сфокусированы только на девушке впереди.

Пять. Четыре. Три. Два. Один. Резкий рывок и плавное переключение скорости. Казалось бы, сильнее некуда, но сердце было готово выпрыгнуть из груди. Мелькающие от скорости где-то вдалеке деревья, яркие огни, смешивающиеся с темнотой, и полная эйфория от происходящего.

Она засмеялась. Впервые за долгое время громко и искренне засмеялась не в силах сдерживаться, слезы катились по ее щекам, но то были не слезы боли. Так выражалась ее свобода. Пускай и недолгая, мнимая, но свобода.

Элизабет не заметила, когда финишная была пересечена, как и не увидела, что стоило Дэйтону финишировать первому, как он проехал дальше, уезжая дальше от толпы.

Когда машина остановилась Лизи повернулась к мужчине и не думая приникла к его губам своими. Вкус его губ был опьяняющим, словно выдержанное вино, пробуждающее в ней давно забытые чувства. Она обвила руками его шею, углубляя поцелуй, чувствуя, как его руки крепко обнимают ее в ответ.

Его дыхание участилось, и Лизи почувствовала, как между ними вспыхивает искра, разгораясь в пламя страсти. Она отстранилась, глядя в его потемневшие глаза, полные желания. В тишине салона автомобиля слышалось только их сбившееся дыхание.

— Прости, — прошептала Лизи, чувствуя, как краска смущения заливает ее щеки. — Я не должна была…

Мужчина коснулся ее щеки, большим пальцем нежно проводя по коже.

— Не извиняйся, — ответил он, его голос был хриплым. — Я хотел этого. — Он наклонился ближе, и Лизи снова почувствовала его дыхание на своих губах.

Она закрыла глаза, позволяя ему снова завладеть ею. Этот раз поцелуй был более нежным, более осознанным. Он словно спрашивал разрешения, прежде чем углубиться. Лизи ответила на поцелуй, отдаваясь этому моменту, забывая обо всем вокруг. В этот миг существовали только они двое, и магия между ними была неоспорима.

Дэйтон не спешил отстраняться, наслаждаясь ею. Сколько раз он мечтал об этом? Сколько раз фантазировал, как вот так положит руки на ее тонкую талию и вопьется пальцами в тонкую кожу на ее ребрах? Он засыпал с мечтами об этом и просыпался с мыслями о ней. А теперь она сама касалась его. Сама.

Элизабет потянула мужчину за капюшон, вынуждая его нависнуть над ней, но встретилось сопротивление в виде спортивной машины, которая и без того была небольшой. Оба тихо рассмеялись.

— Чего ты прицепился ко мне? – шепотом спросила она, не отпуская мужчину, наглаживая пальцами острые скулы и заглядывая в опьяняющие синие глаза.

— Это ты прицепилась ко мне. Ты не покидаешь мои мысли. Ты днем и ночью тут, — сказал он касаясь пальцем виска. – Думаешь мне легко? – Горько усмехнулся и поцеловал ее в лоб.

Оба отстранились и откинулись на свои сиденья.

В потоке чувств Лизи зажмурилась и пока не передумала тихо выпалила:

— Я должна очень много денег человеку, на которого теперь работаю у Блейка. Он ему зачем-то нужен.

Казалось, будто второй части Дэйтон не слышал.

— Много – это сколько?

— Около миллиона, — тихо выдохнула девушка.

— Отдадим. И больше Плат ничего с тебя не потребует.

Элизабет словно прошибло током.

— Я не говорила, кому должна…