Глава 8. Предложение.

Выгляди бы эта ситуация немного иначе, Элизабет бы, наверное, даже посмеялась. Но совпадение на совпадении заставляло ее не на шутку злиться.

Вот почему, когда она не желает никого втягивать – этот кто-то появляется сам?

Зато, когда ей нужен был человек рядом, то никого не было.

Поборов негодование Лизи все-таки сдержала себя и молча стояла, наблюдая за мужчинами.

Блейк был, как и вчера в повседневной одежде – темной футболке, что резко контрастировала с золотистыми волосами и очерчивала худую, но мускулистую фигуру, в темных рванных джинсах и в белоснежных кроссовках.

Дэйтон же сегодня был в черных джинсах, все так же белой футболке и в повседневном пиджаке. Это так контрастировало на фоне обстановки, что первым порывом было сорвать с него пиджак.

Хотя может дело было и не в обстановке?

— Какими судьбами фламинго? – Блейк откровенно смеялся, задавая вопрос в то время, как Дэйтон хмурился.

— Пришла устраиваться на работу, — Элизабет вздернула маленький носик вверх.

Теперь брови обоих мужчин слились с линией волос на лбу.

— Шутишь? – блондин мельком взглянул на друга, а после вернул взгляд на девушку.

— Нет. — Лизи сделала шаг в сторону вставая прямо перед мужчинами и с вызовом спросила: — Какой кастинг?

— Тебе не понравится, — Блейк снова рассмеялся, откидываясь на спинку дивана.

Дэйтон до того молчавший нервно сглотнул, зло посмотрел на друга, а после тихим, вкрадчивым голосом произнес:

— Тебе не за чем тут работать.

Словно в подтверждение его словам к троице подошла девушка в наряде до боли напоминающий пачку балерины, только не пышную, более открытую и пуанты заменяли высоченные каблуки. Брюнетка ловким движением перекинула ногу и уселась на колени к Блейку. Его рука собственнически легла на оголенное бедро девушки, а губы растянулись в хитрой ухмылке.

Девушка что-то прошептала на ухо начальнику, провела языком по шее до того же уха и нарочито медленно встала, подставляя пышный зад практически в самое лицо мужчинам.

Элизабет сморщилась, но быстро взяла себя в руки и приняла нейтральное выражение лица. Дэйтон вымученно закатил глаза и потер переносицу двумя пальцами. А блондин удовлетворенно растекся по дивану, широко раздвинув ноги.

— Так это твой клуб? – спросила Лизи посмотрев на Блейка.

Тот удовлетворительно качнул головой, взял в руки стакан со стола и сказал уже обращаясь к другу:

— Я не знал, что это она придет на собеседование. А от куда кстати тебя знает Мел? – повернулся к Лизи.

— Давняя история, — не замешкалась девушка. – Так как? Что нужно сделать, чтобы тут работать?

— Тебе – ничего, — Блейк снова хитро улыбнулся, обнажая ровные белые зубы.

Белые пряди упали на лоб, когда тот посмотрел на Дэйтона повернув голову и закинув ее на спинку дивана.

— Не смей, — почти прошипел брюнет.

— Лучше пусть работает тут, чем где-нибудь за углом.

— Как благородно с твоей стороны, — синие глаза прожигали дыру в красном платье Элизабет, хоть и говорил он с Блейком.

— Оставь номер телефона на барной стойке в главном зале. Завтра тебе придет СМС с расписанием и номерами. Костюмы у девушек тут есть, но, если будет необходимость я выделю денег.

— Не будет, — на удивление ответил Дэй.

Брюнет встал и не подходя вплотную к Элизабет протянул руку ладонью вверх. Лизи не стала сопротивляться, но и за руку его не взяла, а просто прошла на выход.

Спиной чувствовала взгляд мужчины, но собрала все силы, чтобы не оглядываться на него. У барной стойки ее встретила красивая, совсем юная девушка. Лизи оставила свой номер, как было сказано и поспешила на улицу.

В нос ударил свежий ветер и маленькие хлопья снега. Девушка поежилась, оглаживая голые плечи. Дэйтон без слов снял пиджак с себя и накинул на плечи Элизабет. Девушка благодарно посмотрела на него, но не произнесла ни слова.

Они молча стояли на тротуаре и смотрели на затухающий город. Ночь уже накрыла покрывалом улицы, но снег, рождественские гирлянды, все еще висевшие на фасадах зданий и свет от фар прилично освещали местность.

Каждый думал о своем, но прервал молчание Дэйтон:

— Ушла в пижаме. Неужели не могла разбудить, чтобы я дал тебе нормальную одежду?

— Всю свою я выкинула, а вся твоя на мне смотрится, как пижама. Не велика потеря, — Лизи фыркнула себе под нос.

Брюнет повернул голову на девушку, прикидывая, что еще сказать, чтобы эта встреча не закончилась так быстро.

— Удобная пижама была?

— Вполне, — Элизабет нахмурила брови, пытаясь до конца осознать смысл его слов и посмотрела на Дэйтона. – Хочешь отдам ее тебе сейчас?

— Есть идея получше, — пухлые мужские губы изогнулись в улыбке на один бок. – Как насчет того, чтобы обжиться второй?

Элизабет почти захлебнулась возмущением, когда Дэй понял,чтоон сказал. Резво замахал руками и дополнил свое предложение:

— Просто поедем ко мне и поужинаем. Поговорим.

— Ты готовишь?

— О нет, я отвратительный повар. Но мы можем заказать.

— Моя машина тут, — Лизи кивнула в сторону своей старушки.

— Завтра отвезу тебя, заберешь.

Элизабет колебалась. Предложение Дэйтона было неожиданным, даже дерзким. Ужин в его квартире… Она не знала этого человека достаточно хорошо, чтобы так быстро соглашаться на что-то подобное. Но что-то в его взгляде, смесь напористости и искреннего интереса, заставило ее задуматься.

— Хорошо, — наконец ответила она, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно. – Но только ужин. Никаких «второй обжиться».

Дэйтон расплылся в улыбке.

– Как скажешь. Обещаю вести себя прилично.

Всю дорогу до его дома Элизабет размышляла о своем решении. Она не была уверена, что поступает разумно, но любопытство пересилило осторожность.

Квартира с ее ухода не изменилась, только теперь ее провели прямиком на кухню, вход в которую находился за небольшим выступом стены за диваном, на котором утром спал Дэй.

Кухня была по истине произведением искусства, что даже удивительно: на ней ведь никто не готовил.

Современная, в черных тонах выглядела стильно и элегантно, создавая атмосферу утонченности и минимализма. Стены отделаны матовой черной плиткой. Каждая столешница, стол и стулья были белыми, с бархатной такой же белоснежной обивкой. Казалось, словно тут вообще никто и никогда не находился.

Мягкая подсветка из-под шкафчиков, которая зажглась стоило только Дэйтону провести рукой под ними – согревала. Элизабет так и подбивало подойти и погладить до одури гладкие фасады шкафов.

Но эта безупречность, эта нарочитая стерильность вызывала странное ощущение. Будто все здесь было создано не для жизни, а для глянцевой обложки журнала. Не было ни малейшего намека на хаос, свойственный кулинарным экспериментам, ни пятнышка от пролитого кофе, ни крошки. Даже запаха еды не чувствовалось, лишь легкий аромат дорогого аромадиффузора с нотками сандала и бергамота.

Элизабет провела пальцем по белоснежной столешнице, не обнаружив ни пылинки. Где-то внутри шевельнулось неприятное чувство, похожее на зависть. Кто-то живет в такой идеальной чистоте, а она, Элизабет, вечно в спешке и беспорядке.

Она заглянула в один из шкафчиков. Внутри стояли идеально расставленные белоснежные тарелки разных размеров, словно солдаты на параде. Ни сколов, ни царапин. В другом шкафчике красовались хрустальные бокалы, сияющие под мягким светом. Возникло ощущение, что все это великолепие никогда не использовалось по назначению, что оно существует лишь для того, чтобы радовать глаз.

Лизи уселась на стул у барной стойки, что разделяла рабочую зону и обеденную.

— Ты живешь здесь недавно? – спросила поежившись.

— Купил недавно. Посуду закупала Шерил. Да и бываю тут не часто, — мужчина в ответ мягко улыбнулся. — Клариса, включи музыку, — спокойно сказал Дэй и из ниоткуда и сразу ото всюду заиграла музыка. Не громко, но достаточно слышно. – Какую кухню предпочитаешь?

— Тайскую, — скрывая смущение ответила Элизабет: она никогда не жила в такой роскоши и ей до безумия было любопытнокакэто.

— Поострее? – мужчина усмехнулся, не поднимая взгляда от телефона.

Что—то нажав в смартфоне Дэйтон отложил его и прошел к холодильнику. Открыв две дверцы – от чего у Элизабет открылся рот – он достал стеклянный бутыль с соком и два стакана из морозилки. Налил и протянул один из них Лизи.

— Могу налить покрепче.

— Красного вина? – испытывая зудящее чувство где-то в районе совести спросила она.

Дэй кивнул и достав из одного висящего ящика бутылку налил вина.

Ужин ждали практически молча, изредка перекидываясь незначительными фразами. Когда же курьер привез еду, Элизабет помогала Дэйтону сервировать стол.

С наслаждением отправляя первую ложку острого риса в рот Лизи задумалась, насколько проще была бы ее жизнь, если бы она жила вот так. Даже немного забылось, что Плату нужно, чтобы она следила за Роузом. Точнее за Блейком. За другом человека, который, по сути, спас ее.

Она ненавидела себя. Ненавидела ситуацию. Плата. Весь мир. Но абсолютно точно наслаждалась компанией и местом этого вечера.

— Оставайся тут, — неожиданно для самого себя предложил Дэйт.

Элизабет посмотрела на Дэйтона с удивлением, не ожидая такого предложения. Она знала, что это не только щедрое, но и рискованное предложение, тем более если учитывать на кого она будет работать. И речь не о Блейке. Жизнь с ним, пусть и на короткое время, позволила бы ей забыть о собственных неудачах и о бремени – в виде оплаты квартиры — которое она могла бы сбросить. Но если вспомнить, что они знакомы всего несколько дней – а точнее сутки — то предложение казалось до невозможности смешным.

— Ты серьезно? — спросила она, стараясь скрыть волну надежды, которая зародилась в её сердце. Самообладание было ей необходимо, но мгновение слабости словно окутывало её тёплой вуалью.

— Почему нет? – мужчина продолжил как ни в чем не было, пытаясь скрыть бешено колотящееся сердце. – Тебе нужна помощь, а у меня места хватит.

— Я не нуждаюсь в благотворительности, — Лизи не на шутку разозлилась его словам. Все волны надежды и наслаждения схлынули так же быстро, как и нахлынули.

Каждое слово казалось ей ядом, разъедающим её самообладания. Она крепко сжимала вилку в руке, сжигая в себе желание смягчить отказ. Но гордость была важнее. Она не могла позволить себе стать бременем в чьей-то еще жизни.

— Я справлюсь сама! – выпалила она, сглатывая тяжелый, колючий ком в горле.

Несмотря на её ярость, Дэйтон отложил вилку и заглянул в ее зеленые глаза своими синими, его голос стал мягче:

— Я не предлагаю благотворительность, Элизабет. Я предлагаю дружбу.

Звук открывающегося лифта заставил их прервать зрительный контакт. Дэй закатил глаза откидываясь на спинку стула.

— Ты кого-то ждешь? – девушка нахмурила светлые брови.

— Он приходит, даже если его не ждут.

— Дэй, братишка, ты где? – где-то в районе лестницы послышался голос Деклана.

— На кухне, — чуть повысив голос ответил брюнет.

Деклан влетел как ураган и резко остановился, увидев за столом Элизабет.

— О, знал бы что не один, не пришел бы.

— Да, конечно, я в это точно не поверю, — Дэйтон отмахнулся, посмотрел на Лизи и виновато улыбнулся.

Дек взял один из стульев и развернув спинкой вперед уселся к ним за стол.

— О чем разговариваете? – спроси шатен, ныряя к брату в тарелку его же вилкой.

— Ищем варианты жилья для Элизабет, — завуалировано ответил брюнет.

Лизи же молчала. Было неудобно, за то, что их застали в таком положении, хоть и ничего страшного они не делали.

— О! Шерил ищет соседку, — Деклан весело посмотрел на девушку. – Уверен вы уживетесь.

— У меня пока нет денег, — сделала Лизи упор на последнее слово пристально посмотрев на Дэйтона, — чтобы съезжать.

— Уверен Шер переживет, если еще месяц оплатит аренду сама.

Деклан обнажил ровные зубы в самой доброй улыбке на свете, а Дэйтон удовлетворенно кивнул.

— Если не согласна на мое предложение, то соглашайся хотя бы с этим.

— Я подумаю, — Лизи смущенно уткнулась в тарелку.

— Я сейчас напишу Шерил, что ты согласна, — сказал Деклан и тут же достал телефон, набирая сообщение. – А чем вы ребята тут занимались?

— Глупый вопрос, если учитывать, что ты ешь из моей тарелки, — ответил Дэйтон и усмехнулся в унисон с Элизабет.

— Предлагаю заказать пиццу и посмотреть фильм, — Деклан посмотрел в экран и снова широко улыбнулся. – Шерил безумно рада, что ты будешь ее соседкой. Завтра завезем ей твои вещи.

— Но… зачем? – Элизабет тоже откинулась на спинку стула. – Зачем вы оба это делаете?

— Потому что можем, — и снова белые зубы.