Глава 16 · Новый поворот

– Проходи Витя. Проходи, садись. Чаю хочешь? Мне тут подарили исключительный китайский чай, с добавками разных трав и цветов. Арома-ат… Закачаешься, – закатив глаза, предложил Григорьев.

Виктор даже насторожился от столь радушного приема. Но от чая отказываться не стал. Особым любителем этого напитка он не был. Чего не сказать о сдобе. И корзинка с одуряюще пахнущей выпечкой, привлекла его внимание. Не еда, а потому что вкусно, отчего-то вновь вспомнилось замечание мальчишки попутчика.

– Признаться, я уж опасаюсь гонять с вами чаи. Еще опять куда ушлете, а мне потом изворачивайся, чтобы не грохнули ненароком, – с улыбкой, произнес Виктор.

– Что такое? Неужто воевать разонравилось? – присаживаясь за столик для чая, и указывая на место напротив, наигранно удивился Григорьев.

– Да вроде нет, – опускаясь на стул, возразил Виктор.

Причем сказал чистую правду. В бою он чувствовал себя… По разному в общем-то чувствовал. То страшно так, что кровь стынет в жилах, и хочется бежать куда подальше. То она огнем струится по венам, и хочется кого-то догнать, порвать, наказать и защитить. Сложно все. Но именно когда все вокруг рвалось, пылало, ревело и гремело, когда он грязный, потный и изнывающий от усталости опускался на дно окопа, мечтая о том, чтобы все это закончилось, он чувствовал небывалый прилив сил. Непонятно? Вот и ему непонятно. Но тихой и мирной жизни отчего-то не хотелось. Похоже все же прав батя, и в нем течет его кровь. Мамка она куда покладистей.

– Тогда не понимаю, чем ты недоволен, – наливая чай в граненый стакан в подстаканнике, пожал плечом полковник.

– И куда на этот раз? Мне казалось, что объявлено перемирие. Не думаю, что проведение боевых операций в условиях прекращения огня будет способствовать мирным переговорам. Мне казалось, что цель как раз обратная.

– Все верно. Наша задача мир, любой ценой. Иначе конфликт растянется на долгие годы, и ни к чему кроме обескровливания обеих сторон не приведет, – согласно кивнул Григорьев, поставил перед Нестеровым стакан, и взялся за второй. – Гоминьдану нужен минимум год, чтобы зализать свои раны и восстановить силы. А после продолжить политику объединения страны.

– Сомнительно, чтобы у него это прошло мирно. Так что, повоевать еще придется, – заметил Виктор.

– Это да. Придется. Но без тебя.

– И куда тогда вы решили меня отправить?

– В Никарагуа.

– Ку-уда-а!? – опешил от подобного оборота Виктор.

Пирожок, на который он нацелился, так и остался недонесенным до рта. Что и говорить, удивляться было чему. Одно дело Китай. Оккупированная агрессивными японцами Манчжурия граничила с республикой. Так что, имело смысл занять самураев чем-либо другим, а заодно дать им по сусалам. Вроде и в войну не влезли, и в то же время, показали превосходство своей армии.

Но Никарагуа… Насколько знал Виктор, в недавней Чакской войне ДВР помогала Парагваю, поставляя вооружение для его армии. Стрелковое оружие, артиллерия, танки и самолеты. Кроме того, продали даже два грузовых дирижабля, грузоподъемностью в двести тонн каждый. Что только способствовало тесным торговым отношениям, ввиду отсутствия у этой страны выхода к морю. Однако это все экономические связи. В конфликте республика не участвовала.

Правда, русские там все же воевали. Но это были эмигранты. Те кто не смог найти себя на чужбине, и не желал возвращаться в Россию, которая в обоих своих ипостасях, уже не была той страной, что жила в их памяти и сердце. Совсем как те бойцы из Русского полка в Шанхае.

– Видишь ли, Витя. Тут такое дело. В Японии все не так просто, как может показаться на первый взгляд. Власть императора не абсолютна. В стране по факту милитаристский строй, и он вынужден балансировать между сильными лобби армии и флота. Которые время от времени начинают тянуть одеяло на себя. Хирохито остается, использовать тактику сдержек и противовесов. Принц Ясухико является представителем армейской фракции. Его пленение и выдвинутые вслед требования, сильно пошатнули их позиции. Условия мира они примут, никуда не денутся. Выход на довоенный статус-кво, в принципе устроит их всех. Но тут такое дело, что факт пленения принца, все одно серьезно бьет по позициям армии. Хотя конечно если бы состоялся суд, то репутационные потери были бы куда значимей.

– И какое это имеет отношение к моей отправке в Никарагуа? Я прекрасно понимаю, что нахожусь на службе, и отправлюсь туда, куда меня пошлет командование. Но хотелось бы понимать, – проглотив очередной кусок пирожка, произнес Виктор.

– А ты думаешь я почему начал этот разговор, – хмыкнул полковник, и отпил глоток горячего чая. – Чтобы объяснить. Дело в том, что армейцы не простят такое фиаско. Они начали охоту на того, кто по их мнению повинен в произошедшем.

– То есть? – не совсем понимая, поинтересовался Виктор.

– На командование ЧВК «Витязь». Что вполне ожидаемо, но мы с Рудаковым без охраны и не катаемся. Только самураи решили прибрать еще и исполнителя. А вот до тебя, Витя, добраться много проще.

– Вы серьезно? Японская разведка станет тратить свои ресурсы на то, чтобы убрать какого-то унтера? Глупость же, – недоверчиво хмыкнул Нестеров, и вновь впился зубами в пирожок.

Кто бы не готовил для полковника, он явно знал в этом толк. Аромат, вкус, все настолько одуряющее, что Виктор едва сдерживался, чтобы есть размеренно, а не жадно глотая.

– Нет, японская разведка тут ни при чем, – наскоро запив свой кусок, возразил полковник. – Инициативу проявили три молодых японских офицера, решивших во славу императора вступиться за его честь. Пока три. Так что, охотиться на тебя будут добровольцы.

– У самураев в армии вообще никакой дисциплины? – недоверчиво спросил Виктор.

– Все у них есть. Только в слегка своеобразной форме. К примеру, никто не станет запрещать молодым оболтусам охотиться на тебя. Таковы реалии. Ну, а если долго мучиться, то что-нибудь получится. Оно тебе надо? – пожал плечами Григорьев.

– Мне? Не надо. Был один придурок, и того пришлось убрать, чтобы не оглядываться. Но при чем тут Никарагуа? – искренне недоумевая поинтересовался Виктор, и сделал глоток чаю.

– Ты в курсе, что там уже несколько лет идет гражданская война?

– Ну-у, так. В общих чертах, – сделал он неопределенный жест стаканом в подстаканнике.

– А не обратил внимание на то, что в последнее время, в нашей прессе этому стали уделять гораздо больше внимания? Как и обвинять США в прямом вмешательстве в дела суверенного государства, – отхлебнув чай, поинтересовался Григорьев.

– Да мне как-то не до газет, – слегка развел руками Нестеров.

– Понятно. Так вот, нашему правительству понравилась идея с ЧВК. Как и результаты, которых удалось добиться с помощью «Витязя». Поэтому создана еще одна, с не менее звучным названием «Варяг». Кстати, ее костяк составит целый ряд офицеров, унтеров и солдат нашей компании, так как у нас намечается серьезное сокращение.

– И зачем нам понадобилось влезать в конфликт у черта на куличках?

– Наше правительство решило, что одного Панамского канала для мировой торговли мало. Поэтому они хотят построить еще один, в Никарагуа. Что никак не устраивает Янки. Они даже выкупили права на его постройку у никарагуанского правительства. Сами правда строить ничего не собираются. Но и другим не дадут.

– Помочь победить Сандино, который потом аннулирует соглашение, как преступное и противоречащее национальным интересам страны. Я правильно понимаю?

– Правильно, Витя. Помимо несомненной экономической выгоды, это позволит нам всерьез закрепиться в Америке. Только янки не станут смотреть на это сквозь пальцы. Они сейчас оказывают поддержку Самосе. Причем не только финансовую, поставками оружия и отправкой инструкторов, но и прямую военную. И не безрезультатно. Сандинистов уже серьезно прижали. Еще немного и додавят. Одних только поставок вооружений и инструкторов в виде добровольцев уже явно недостаточно. Помогать им открыто, значит вступить в войну с США. Чего хотелось бы избежать. Словом, тебе там понравится. Гарантирую.

– Понятно.

– Вот и хорошо. К завтрашнему утру подготовим все необходимые документы, и вечерним дирижаблем отправишься во Владивосток. Сначала в отпуск, а там и к новому месту службы.

– Александр Трифонович, а там я буду служить на БРДМе?

– Хочешь забрать с собой экипаж?

– Я их знаю. Серьезно вложился в их подготовку. Не хотелось бы расставаться. Разумеется, если они сами захотят.

– Я не против. Узнай их мнение. Потом сообщи о принятом решении моему адъютанту. Кстати, за дело с принцем кроме денежной премии всем твоим парням полагается по сто тысяч опыта. Тебе миллион. Отлично сработано. Не смотри так. От палачей опыт уходит в специально сформированный для этого отряд триста один. По сути, полк, усиленный бронетехникой, имеющий обособленную территорию и собственный авиационный отряд. Ну и концентрационный лагерь, язви его душу. Самураи и не подумали отказываться от возможности заработка опыта путем банального убийства. Прошедшие инициацию пленные так же находятся в их ведении. Захваченный же тобою майор был помощником начальника штаба, и характерником при нем. К нему стекался опыт от боевых подразделений. Половина уходила в генеральный штаб, другая оседала у него, затем переправлялась в Японию. Или использовалась по усмотрению командующего. Так что, навести Бережного, получи на себя и весь взвод. Дальше сам распределишь. А вообще, я тебя не понимаю. Н-но, как говорится – хозяин, барин.

Еще перед отправкой взвода в рейд, Григорьеву удалось легализовать свою авантюру с опытом. Как начальник отдельной структуры ДБР, для повышения эффективности и подготовки кадров, он получил возможность относительно свободного оперирования опытом. Это вовсе не означало, что за ним перестали присматривать, и строить ему козни. Но данный шаг серьезно развязывал ему руки и позволял действовать более открыто. Со слов полковника, он получил поддержку не от кого-нибудь, а лично от Песчанина. Такие дела.

Так что, по идее, Виктор только должен был доставить носителя опыта в штаб ЧВК. Слил же его, чисто из соображений сохранности, а по прибытии передал капитану Бережному, характернику, завязанному непосредственно на Григорьева. Кто бы сомневался, что продавливая решение о расширении своих полномочий, товарищ полковник уже позаботился о соответствующих кадрах.

Вообще-то, едва узнав об успехах Александра Трифоновича, Виктор решил было, что эта роль будет уготована ему. Но пронесло. На момент создания ЧВК Бережной еще не прошел необходимую подготовку. Но когда возникла нужда в специалисте, уже был готов к работе.

– Александр Трифонович, я одного не понимаю. Почему ДВР не настучит самураям в морду? Ведь видно же наше превосходство. Даже до реформы и появления новых образцов вооружения, в пограничном конфликте мы их умыли. А сейчас… Я ведь видел в Виноградовске новые образцы вооружения уже прошедшие всесторонние испытания. Да вот, «бардаки» и «мабуты» уже используются в открытую. И много чего еще имеется. Япония нам не соперник. Об этом же говорит и контратака, всего лишь одного полка.

– Контратаковала китайская армия, – возразил полковник.

– Серьезно?

– Витя, я без понятия, что ты там видишь со своей колокольни, но поверь, японцы нам пока не по зубам. Еще вопросы есть?

– Вы обещали помочь со снятием привязки «Аптечек», – не поверив Григорьеву, напомнил Виктор.

– Договорился, – поднимаясь, произнес тот.

Устроился за рабочим столом, и взяв бланк быстро заполнил его. После чего протянул квиток Нестерову.

– Держи. Передашь начальнику автопарка, он выделит машину. Поедешь в нанкинский университет, обратишься к декану господину Усене. Он в курсе, поможет. Только не забудь его отблагодарить.

– Сколько. Мне не жалко, просто не хочется обижать, – уточнил Виктор.

– А сам как думаешь?

– «Аптечку»?

– С наименьшим ресурсом, – подтвердил Григорьев, скорее всего имевший целью дальнейшее сотрудничество с этим самым Усене.

Если опыт по выполнении задания полностью перешел ЧВК, то артефакты, наравне с оружием, считались законными трофеями захвативших их. Единственно, командование могло их выкупить по остаточной стоимости. Н-да. Весьма заниженной, надо сказать. Но с другой стороны, артефакты, даже с изрядно израсходованным ресурсом дорогой товар. Поди еще найди на него покупателя. Так что, проще сдать за вознаграждение в штаб, чем держать при себе.

Впрочем, под излишки подпали только артефакты находившиеся в отдельном саквояже пленного майора. За исключением одной пары «Кинитофонов», которую Нестеров приберег для себя. Он хотел компенсировать взводу их стоимость, но подчиненные отказались, дружно замахав на него руками.

Что до «Аптечек», то Виктор слишком хорошо знал им цену, чтобы разбрасываться. Оно конечно лишний повод для зависти окружающих, но с другой стороны, идут все лесом. Пусть хоть обзавидуются. Имей он больший запас артефактов, глядишь и потери случились бы куда меньше.

А вот с аферой с «Перьями» Виктор едва не сел в лужу. Об этом стало известно Григорьеву. Ох и отчихвостил он его тогда. В результате, артефакты остались у Нестерова. И с учетом того, что подразделение предназначалось для действий в тылу противника, они значились за взводом, как дополнительное снаряжение. Одним словом, обошлось.

Парочка крепких выражений и личное мнение полковника, об умственных способностях некоего унтера, скромная плата за глупость. А ведь тот его предупреждал, что во взводе есть агенты майора Уфимцева. Но, похоже, Нестерову повезло, и стукач, или стукачи особиста погибли в бою при Уцяне.

– Разрешите, товарищ полковник, – заглянул в дверь его адъютант.

– Заходи, – разрешил Григорьев.

Старший унтер подошел к столу, и положил лист бумаги с отпечатанным текстом. После чего получил разрешение и вышел из кабинета.

– Ну вот, Витя, и свершилось, – бросив короткий взгляд на бумагу, произнес Александр Трифонович.

Поднялся, одернул китель. Потом выдвинул верхний ящик стола, и в его руках оказались погоны. В ЧВК, они были не привычными, продольными, а поперечными. В остальном полное соответствие погонам армии ДВР. Вот только в руках полковника были самые обычные, российского образца.

У Виктора даже сердце начало биться через раз. Он уже догадался, что сейчас произойдет. И невольно выпрямился, расправив плечи, хотя и до того не сутулился. Одно непонятно, отчего в руках Григорьева погоны не подпоручика, а поручика. Чего быть не может. Он конечно досрочно получил образование, но не сказать, что с отличием. Неужели Нестеров ошибся, и они предназначаются для кого-то другого!? Радость тут же сменилась обидой.

– Приказом министра обороны Дальневосточной республики, за проявленные героизм, доблесть, и грамотное командование подразделением, старшему унтер-офицеру Нестерову Виктору Антиповичу присваивается внеочередное офицерское звание поручик, – торжественным тоном произнес полковник.

Ободряюще подмигнул и вручив погоны новоявленному офицеру, крепко пожал руку.

– Поздравляю, сынок, – с чувством произнес Григорьев.

– С-служу России, – едва управившись с невесть откуда взявшимся комом в горле, ответил Виктор.

– Вот ты теперь и офицер. И заметь, раньше однокашников и выше на ступень. И не надо на меня так смотреть. Я отправлял ходатайство на присвоение звания подпоручика. Но как видно там кто-то решил, что столь примечательная личность, да еще и кавалер полного банта «Георгиевского креста» достоин большего.

– Так может ошибка? – потускневшим голосом, усомнился Виктор.

– Вот это, – Григорьев положил руку на принесенный адъютантом лист, – не приказ, а подтверждение, на мой запрос. Да ты губу-то не раскатывай. Ну поручик. Все одно, больше взвода тебе давать еще рано, – хлопнул он парня по плечу.

– Спасибо, еще раз поблагодарил Виктор.

– Себя благодари. Заслужил. Ну, что же, подержал? Теперь давай сюда, – протянул полковник руку к погонам.

Виктор непроизвольно сжал их, не желая расставаться. Это его цель! Его мечта! Он офицер! Как это «давай сюда»!? В глазах появилась обида, а глаза вдруг начало щипать. Ну совсем как тогда, на КПП училища.

– Завтра на торжественном построении будет зачитан приказ о присвоении тебе специального звания ЧВК поручик, и будут вручены соответствующие погоны. А это, пока полежит у меня, сынок.

– Д-да, я понимаю, – дернув уголком губ, произнес парень, и отдал погоны полковнику.

– Но ведь я завтра улетаю, – вдруг спохватился Виктор.

– Дирижабль вечером, построение утром. Товарищи офицеры еще успеют тебя накачать по самые брови. А там уж, забросят твою тушку в гондолу, и полетишь ты во Владивосток вольной птицей.

После кабинета начальника ЧВК Нестеров навестил характерника и получил причитающийся опыт. После чего, пребывая в полном раздрае вышел во двор штаба. С одной стороны, хотелось кричать от радости и улыбаться всем встречным. С другой, у него словно отняли победу.

Вроде бы и достиг вершины, и в то же время, не имеет возможности объявить об этом всему белому свету. Надеть на себя парадную форму, и с гордо поднятой головой пройти по улицам Владивостока, ловя на себе восхищенные взгляды горожан. Совсем как в день присяги.

Вот только у него украли эту радость. Да, он стал офицером на полгода раньше других. Да, к моменту выпуска однокурсников он уже будет щеголять одиннадцатой ступенью Сути, оставив их далеко позади.

Но у него не будет торжественного выпуска. Он не сядет с товарищами за праздничным столом. Не выпьет традиционную армейскую кружку водки, вылавливая со дна заветные звездочки. И плевать, что по факту, среди юнкеров у него был только один близкий человек. Именно с ними он делал свои первые шаги в армии. И с ними хотел бы оказаться рядом в этот момент.

Спустившись с крыльца, Виктор поймал в лицо заряд снега, и его передернуло от пронизывающего ветра. Несмотря на то, что температура воздуха в этих краях практически никогда не опускается ниже нуля, снег тут все же выпадает. И вообще, из-за влажного климата достаточно холодно даже привыкшим к трескучим морозам. Впрочем, ему полегче, так как на Амуре ветра в порядке вещей.

Застегнув танкистскую куртку под самое горло, он направился в автопарк. Подумать только, еще три дня назад было хотя и сыро, но все же не так холодно. Вполне хватало парусиновой куртки. Что хорошо, так как в бою зимняя только стесняет движения. Но контраст погоды, все же был непривычен.

Начальник автопарка изучил квиток за подписью начальника ЧВК. Что-то там пробормотал недовольное. И наконец вызвал водителя, приказав готовить ВАЗ-26, и через час быть в расположении взвода специальных операций.

– Ну, что, лежебоки, не устали еще валяться без дела? – войдя в палатку экипажа, поинтересовался Виктор.

– А какие есть варианты, кроме ковыряния в холодном железе? – поднявшись, тут же сделал стойку Ясенев.

– Для начала, насчет холодного железа. Лично я с завтрашнего дня в отпуске и отправляюсь во Владивосток, приказ уже подписан.

– А после? – поняв, что это еще не все, поинтересовался Уткин.

– А после к новому месту службы, в новую ЧВК Варяг.

– И куда?

– В жаркие края. Точнее пока сказать не могу.

– Командир, а это только тебе такое счастье, или и верный экипаж может отправиться с тобой. Не, ну чего вы? – поймав на себе взгляды Уткина и Туникова, развел руками Ясенев. – Притащил сюда, пусть тащит дальше. Китаянки конечно хороши, но я слышал, что в южных странах не только климат жаркий, но и девушки огонь.

– Если есть желание, то можешь отправляться в строевую часть и писать рапорт, – просто ответил Виктор.

– Командир, ты это серьезно? – склонил голову на бок Туников.

– Вполне. Одновременно с набором в «Варяге» в «Витязе» намечается сокращение. Так что, добровольцы только приветствуются. Миша, а ты куда собрался? – глядя на мех-вода, единственного среди них женатого, поинтересовался Нестеров.

– Отпуск ни когда-то там в обозримом будущем, а уже завтра. Да еще и путешествие в экзотическую страну. Когда еще такое счастье обломится. Не. Я с вами, – решительно произнес Уткин, надевая зимнюю куртку.

– Второй вопрос, кто едет со мной в Нанкин? – поинтересовался Виктор.

– И когда обратно? – уточнил Ясенев.

– В городе пробудем минимум три часа, – правильно понял его Нестеров.

– Попасть в бордель не в обозримом будущем, но уже сегодня. Я за, – перефразируя мех-вода, произнес радист.

– Я то же, – поддержал его Туников.

– Если есть вариант остаться, я бы остался. Холодно, – поежившись, отказался Уткин.

– Вы двое, через сорок минут прибудет машина. Так что, одна нога в строевой части другая тут.

Пока парни ходили в штаб Виктор вызвал Ли, и приказал согнать личный состав, для получения премиальных. Вообще-то, это обязанность штабного характерника. Но коль скоро нашлось на кого свалить эту обязанность, так отчего бы и нет. Все же, тридцать с лишним человек.

Виктор едва успел управиться с раздачей опыта, включая и подоспевших членов экипажа «бардака», когда подъехала машина. Оделись потеплее, и направились в армейский легковой внедорожник.

Хорошая машина. Не ломкая, надежная, простая как молоток и проходимость на высоте. А новая модификация, так еще и плавающая. Только летом в ней жарко, а зимой холодно. Печка как бы предусмотрена, и даже неплохо греет, но наставки на двери не обеспечивают хорошего прилегания. Ну и других щелей хватает в которые нещадно задувает. Словом, не запотевает лобовое стекло, и ладно. Впрочем, Виктор к этому был готов, а потому оделся тепло.

С одной стороны, он вроде как убывает. Но с другой, нужно все и всегда доводить до конца. Не дело оставлять не закрытые вопросы. Вот снимет с «Аптечек» привязку, отдаст их Ли, на том и разойдутся.

Себя с экипажем он, к слову, то же не обидел. Каждому из парней выделил по двойной и одинарной «Аптечке». Причем сам проконтролировал, чтобы первые они сделали персональными. А то еще обуяет жадность, и продадут их по случаю. Мало ли, что у них сейчас денег, как у дурака махорки. Это ведь дело такое, легко пришло, легко ушло. Как бы это странно ни звучало.

Пока ехали, решил раскидать опыт. Впрочем, много времени это не заняло. В принципе, все уже давно решено. Просто не было достаточного количества.

Получено 253013 опыта к умению «Наставник-3» – 256000/256000

Получена новая ступень умения «Наставник-4» – 0

Получено 253013 опыта – 1041969/2048000

Свободный опыт – 747066

Отлично. Плюс пять ко всем основным специальностям экипажа обеспечено. На сегодняшний день это теоритический максимум. Просто до величин, когда бы открылась пятая ступень какого-либо Умения еще никто не доходил.

Вообще-то, самоцелью является «Шестое чувство», позволяющее предчувствовать опасность. Умение относящееся к Эфиру, и может быть применено далеко не только в составе экипажа машины. Поднять на четвертую ступень само «Шестое чувство», затем «Винтовку», «Автомат», «Ружье», «Штурмовика», «Стрелка» и «Автоматчика». Как результат получишь видимый эффект и вне брони. Только дорого это. Ох как дорого. Ну и в приоритете у него все же танковые специальности.

Итак, что там следующее на очереди. Мех-вод? Ладно. Поехали.

Получено 256000 опыта к умению «Механик-водитель-3» – 256000/256000

Получена новая ступень умения «Механик-водитель-4» – 0

Получено 256000 опыта – 1297969/2048000

Свободный опыт – 491066

Отлично. Дальше. Радиста без радиодела не поднять. Можно конечно сосредоточить усилия на «Заряжающем». Благо там все в порядке, и это Умение не завязано на других. Но с радио все одно нужно решать.

Получено 256000 опыта к умению «Радиодело-3» – 256000/256000

Получена новая ступень умения «Радиодело-4» – 0

Получено 256000 опыта – 1553969/2048000

Свободный опыт – 235066

А вот этого уже ни на что существенное не хватит. На его счету во Владивостоке имеется семьсот тысяч за кресты, плюс порядка полутора сотен, компенсации за налог, в связи с получением офицерского звания. Н-да. Ну и восемьсот пятьдесят беспроцентного займа. Считай, тютелька, в тютельку. Впрочем, никто ведь не гонит его непременно расплатиться. У него отсрочка начала выплаты на… Уже два с половиной года. Григорьев обеспечил ему более чем выгодные условия.

Имеющегося с избытком хватает чтобы поднять свою Суть на одиннадцатую ступень и упереться в потолок. А тогда уж он начнет нарабатывать избыток, с помощью которого сможет и займ закрыть, и другие Умения подтянуть.

Н-да. Пустые рассуждения. Все уже давно решено. Но, еще разок прогнать в голове все это не помешает. Вогнать опыт не сложно. Только переиграть потом не получится. Тут работает система ниппель. Так что, действовать нужно как в старой русской поговорке – семь раз отмерь, один отрежь.

Следующее на очереди Умение «Пушка». Если его не поднять на должную высоту, то вскоре «Наводчик» упрется в свой потолок, и опыт начнет уходить в пустоту. А так, будет непрерывный рост.

Получено 145001 опыта к умению «Пушка-3» – 256000/256000

Получена новая ступень умения «Пушка-4» – 0

Получено 145001 опыта – 1698970/2048000

Свободный опыт – 90065

Оставшихся девяносто тысяч опыта толком ни на что не хватит. Если только не приподнять менее затратные Умения. Но у него уже были расставлены приоритеты. А потому лучше этот остаток не трогать, и вернуться к перераспределению после посещения банка во Владивостоке.

И вообще. Последние месяцы он практически все время без запаса свободного опыта. Ощущения не из приятных. Куда спокойней себя чувствуешь зная, что у тебя имеются дополнительные резервы. Ситуации они ведь бывают разные. И пару-тройку раз был как нельзя кстати.