Глава 28

Анфиса. Вечер, точнее ночь у костра стала для нас обоих поворотным моментом. Он поделился личной трагедией, и хочется верить, рассказал все без утайки и прикрас. Мне было жаль того мальчика, которому пришлось столько пережить, но на взрослого мужчину я все еще была обижена. Его поступки нанесли мне огромные раны, которые только недавно стали затягиваться. Мама права, я не подпускала к себе мужчин все это время. Ни одного. Ушла в учебу, потом в работу. Все ухаживания виделись мне через призму первого опыта, а он оказался печальным и очень болезненным. Петр многого добился, но по факту ко всем девушкам относился потребительски. Удивлена тем, что он все же пытается изменить себя и свои поступки. Неоднократно просил у меня прощения и много раз говорил о втором шансе. – Готова ли я его дать? – раз за разом задавала я себе этот вопрос. Скорее да чем нет. Не смотря на горечь обиды меня к нему тянуло с силой черной дыры в космосе. Симпатия никуда не делась, не говоря уже о реакциях тела. Его мужской аромат, руки и голос "мой личный сорт героина" – как говорил всем известный Эдвард Каллен в фильме "Сумерки". Ни один мужчина или парень не заставляли моё сердце выбивать чечетку в груди. Я едва ли не кожей ощущаю его присутствие рядом. Кажется, он только входит в помещение, а я уже знаю, что это Петр. Завяжи мне глаза, и я найду его по внутреннему компасу. С тревожными мыслями и полным раздраем в душе, я тихо прокралась в комнату и легла спать. Петр. Уезжать совсем не хотелось. Там ждет лишь пустая холостяцкая квартира, а здесь, всего в ста метрах ложиться спать желанная девушка. – Интересно, пижама с авокадо на ней? – пришла мысль, одновременно с картинкой недавней встречи у нее дома. – Хотя разве те посиделки на кухне назовешь свиданием? Точно, нужно организовать нормальные ухаживания. Может это поможет растопить лед между нами, который своими руками я и создал? Просидев в машине пару минут с закрытыми глазами едва не задремал. Все же организм привыкший к режиму протестовал и требовал сна. Медленно отъехал от дома ее родителей и выехав на трассу без лишней спешки вернулся домой. Анфиса. К завтраку мама меня не дозвалась. Я встала лишь к обеду. Папа пристально на меня поглядывал, а мама загадочно улыбалась. Ощущение, что они в курсе где и с кем я была этой ночью не покидало в их компании. Решив, что душевные раны я мало-мальски уже залатала, засобиралась обратно в город. Сумку мне как обычно загрузили продуктами, папа подвез до остановки общественного транспорта и помог сесть в автобус. Махнув на прощание и сев на свободное сидение, увидела входящее смс. – Как спалось? – короткое и лаконичное послание от Пети. Улыбка тут же растянула мои губы. Со времен школы мне никто не писал подобных посланий. – На удивление хорошо. – ответила я и отвернулась к окну. Одна из верхних створок была открыта и меня слегка обдувало легким сквозняком. – Какие планы на сегодня? – оповестил телефон о новом сообщении. – Никаких. Еду в город. – напечатала и отправила сообщение. – Не против если я тебя встречу? Только скажи где и во сколько. – тут же пришел ответ. Сначала я хотела отказаться от столь щедрого предложения. Но глянув на свою ручную кладь решила, что тяжелую сумку тащить самой не так уж и весело. Сообщила место и время прибытия рейсового автобуса Петру. Остаток пути прошел в ожидании. На последнее смс он ничего не ответил, лишь прочел. Я гадала, приедет или нет. Когда мы достигли конечной остановки маршрута и мне пора было выходить, я увидела его. Петр стоял вальяжно привалившись к своей машине. Легкая щетина, солнцезащитные очки и крупное, мускулистое тело, обтянутое белой футболкой. Всем своим видом он источал уверенного в себе мужчину, и я украдкой залюбовалась им. В чувство привели толкнувшие меня пассажиры, стремительно покидающие автобус. Я наклонилась к своей поклаже, и рука ухватила пустое место. Подняв глаза вверх обнаружила улыбающегося Абрамова, который легко держал в руках мой скарб. – Ты что там нагрузила? Кирпичи? – очки уже были на лбу, а он в это время играл бровями. – Юморист. – отозвалась я. – Пойдем, пока нас не увезли в диспетчерский пункт. – прервала я веселье и глазами указала на выход. Петр молча последовал совету, галантно подал руку помогая спуститься по ступеням автобуса. Не выпуская моей ладони повел к стоящей неподалеку машине. Открыл передо мной дверь пассажирского сидения и забросив сумку в багажник сел за руль. – В сумке продукты, а не кирпичи. Вечно говоришь родителям, что у меня есть чем питаться, но их не переспоришь. Проще согласиться. – поделилась я, когда мы тронулись с места. – Замечательные родители, но таскать такие тяжести молодой девушке нельзя. Как там говорят: тебе еще рожать. – усмехнулся он. – Было бы от кого. – буркнула я. Язык мой – враг мой. Однозначно выражение про меня. – Так вот он я. Берите, пользуйтесь. – подмигнул мне Абрамов. – Не отвлекайтесь от дороги, уважаемый. – пожурила я его. Остаток дороги прошел в милой беседе ни о чем. Петр помог занести сумку в квартиру и мялся на пороге то ли желая уйти, то ли остаться. – Пойдем вечером прогуляемся? – предложил он уже собираясь уходить. – Хорошо. – неуверенно согласилась в ответ. Раз решила дать второй шанс, то не стоит отказываться от простого вечернего променада. Договорившись о времени он чуть ли не летящей походкой от счастья покинул мою квартиру.