Глава 18. Танцы под луной
Тимур привозит меня в дорогой итальянский ресторан, на который раньше я могла смотреть только проходя мимо. Дорогой мы разговаривали на непринужденные темы, он спрашивал меня о бабушке и Матвее, а я о том, чем он занимался вчера вечером.
— Вы уже определились с заказом? — молодой парень в униформе официанта подходит к нашему столику. Я с таким упоением рассматривала дизайн ресторана, что не успела выбрать блюдо. Раскрываю меню и лихорадочно бегаю взглядом по ассортименту. Названия блюд мне ни о чем не говорят, а цены просто пугают.
— Мне, пожалуйста… Цезарь, — в страхе неправильно произнести название незнакомых блюд, я выбираю то, что хотя бы знаю, как выглядит.
Тимур задерживает взгляд на моем лице. Он очень наблюдательный и улавливает любые изменения в моем настроении, даже когда я пытаюсь делать вид, что все хорошо.
— А вам? — официант учтиво обращается к Тимуру, не снимая с лица улыбки.
— Мясо Миланезе, — Тимур делает небольшую паузу и перелистывает страницу, — И вино Кантина Терлано.
Когда официант уходит, между нами вновь возникает гробовая тишина. Я поверить не могу, что согласилась пойти с ним на свидание и мы сейчас сидим за столиком, как настоящая пара. Нет, все-таки бабушка не права. Я не влюбляюсь в него. Это все лишь потому что я хочу отдать ему долг.
— Я даже не знаю о чем с тобой говорить… — я поднимаю взгляд с пустой тарелки. — Я ведь тебя совсем не знаю.
— Что ты хочешь узнать? — Тимур прожигает своим взглядом мое лицо, заставляя меня покрыться румянцем.
— Было бы неплохо, если бы ты рассказал о своей семье.
— Я вырос в маленьком городе, название которого ты точно не знаешь. Отец рано умер, и поэтому уже с 14 лет я работал, чтобы помочь матери и младшим братьям и сестрам, — он делает небольшую паузу и чуть откидывается на спинку стула, поправляя края пиджака. — Школу я окончил, но высшее образование не смог получить, зато моя семья теперь ни в чем не нуждается.
— У каждого есть своя цена, да? — я отпиваю из стакана с водой.
— Именно, — Тимур смотрит на меня, намекая, что мы понимаем друг друга. Оказывается, мы оба потеряли близких людей, и нас обоих жизнь заставила бороться за существования. У нас больше общего, чем я думала.
Официант незаметно подходит к нашему столу и ставит перед нами тарелки с ароматной едой. Под изучающим взглядом Тимура я тыкаю вилкой в салат, до того времени, пока он не решает выдернуть меня из размышлений.
— О чем ты мечтаешь? — последовал неожиданный и странный вопрос. Я поднимаю глаза и первое, что чувствую — некую неловкость. Тимур так и не притронулся к своей еде, которая уже заметно остыла. Почему он так смотрит? Будто запоминает каждую деталь моего сегодняшнего образа, будто видит меня впервые и изучает мою внешность. Несмотря на тяжесть его пристального взгляда, я почему-то хочу, чтобы он смотрел на меня. Я получаю некоторую дозу эйфории, когда он запоминает каждое мое легкое движение.
— Наверное, чтобы бабушка была здорова, а мой младший брат никогда и ни в чем не нуждался. Чтобы у него была другая жизнь, не похожая на мою, — я отпиваю белое вино из прозрачного бокала, чтобы смочить горло. От такой небольшой фразы во рту почему-то моментально пересохло.
— Нет. Я спросил не о том, что бы ты хотела для своих родных. Я спросил о чем мечтаешь именно ты? — на последнем слове Тимур сделал особенно яркий акцент.
Я долго смотрю на него и вдумываюсь в значение его фразы. Действительно, чего же хочу я? Уже давно я не задумывалась об этом. Мои желания давно перешли на второй план, отдавая предпочтение благополучию семьи.
— Я хочу танцевать в Большом театре, — без всяких сомнений довольно резко выпаливаю я. — В Канаде есть престижная школа национального балета, я бы хотела там учиться. Но знаешь, это что-то за гранью реальности.
Я издаю смешок и вновь отпиваю вино. Боже, оно невероятно вкусное. Никогда еще не чувствовала такого прелестного послевкусия. Тимур едва заметно кивает, продолжая прожигать взглядом мое лицо. В который раз убеждаюсь, насколько сильно ему идет белая рубашка. А еще он красивый. Очень.
— Но я уже далеко не в форме. Балет требует ежедневных тренировок и репетиций. А шест далек от пуантов, — я вновь смеюсь и смотрю на его реакцию. Тимур улыбается и я отмечаю, что довольно редко вижу улыбку на его серьезном лице. Отчего-то так хорошо и легко на душе, мне нравится как мы перешли с постоянной фразы «ненавижу» в диалоге к более важным разговорам.
— Жизнь — интересная штука. Никогда не знаешь, какой сюрприз она тебе преподнесёт.
— Согласна, — я замолкаю лишь на пару секунд, а после задаю встречный вопрос, подпирая ладонью подбородок. — А о чем мечтаешь ты?
— Хочу семью.
Одно слово, которое выбивает почву из-под моих ног. Я выпрямляюсь и заметно напрягаюсь. Я совсем не ожидала такого ответа, ведь Тимур не похож на тех людей, мир которых крутиться вокруг семьи. Еще неделю назад я считала его нахальным мудаком, который не воспринимает отказы и привык все вопросы решать своими деньгами. Но прямо сейчас, сидя напротив него в этом дорогом ресторане, я понимаю, как же сильно я ошибалась. Искренность в его глазах не дает возможности усомниться в правоте его слов.
Я даю себе пару секунд, чтобы представить Тимура рядом с женой и с ребенком на руках. И эта картина вызывает у меня широкую счастливую улыбку. Ему бы так подошло быть отцом.
— Почему ты улыбаешься? — он замечает изменения в моем лице и не оставляет это без внимания.
— К моему удивлению мне не доставило особого труда представить тебя в роли отца, это и вызвало улыбку. Наверное, ты бы был отличным отцом.
— Наверное, — он улыбается. Он опять улыбается.
После того как мы заказали десерт и весь оставшийся вечер беседовали на разные непринужденные темы, я вспомнила, что обещала бабушке быть дома не позже 23:00. Поэтому Тимур попросил счет и мы уже собирались уходить. Пока мы шли к выходу, я замечала пристальные взгляды девушек на моем спутнике. Они смотрели на него и улыбались, а после переводили взгляд на меня. Я могла бы почувствовать себя некомфортно в окружении всех этих роскошных дам, но увидев свое отражение в стекле двери я поняла, что полностью соответствую Тимуру.
Буквально у входа в ресторан, когда Тимур разблокировал машину и уже собирался открыть мне дверь, я услышала приглушенный звук чарующей музыки.
— Постой, — я кладу ладонь на металлическую дверь автомобиля и смотрю по сторонам.
— Что такое?
— Ты слышишь это? Откуда эта музыка?
Тимур начинает смотреть по сторонам и останавливает свой взгляд на конце этой улицы. Я следую его взгляду и неподалеку от ресторана замечаю молодого парня, играющего на гитаре.
— Пойдем, — я тихо захлопываю дверцу автомобиля и беру широкую ладонь Тимура. — Я хочу послушать.
Немо соглашаясь, Тимур позволяет мне вести его в сторону источника прекрасной музыки. Уличный музыкант играет кавер на одну знаменитую мелодию, оригинал который каждое утро играет у меня в наушниках. Вокруг него собралось немного людей: молодая семья с маленькой дочуркой, пожилая пара и еще несколько человек, которые останавливаются лишь на мгновение, а после, полностью потеряв интерес, идут по своим делам.
— Это же «Ride it» Jay Sean, я обожаю эту песню! — я вскрикиваю и тяну Тимура ближе к музыканту.
— Что ты делаешь?
— Хочу, чтобы ты взял меня за талию и закружил в танце.
— Я не умею танцевать, — он резко обрывает, немного нахмурившись.
— Я научу.
Учить и не нужно было, все шло по наитию. Его сильные ладони в эту же секунду оказались на моей талии, немного скомкав шёлковую ткань платья. Я окольцевала руками его шею, прижавшись к нему почти вплотную. Мы начали двигаться в такт музыки, движения шли прямо из самого сердца. Тимур часто наступал на мои туфли, но я совсем не обращала на это внимание и лишь в ответ улыбалась ему.
— Стань моей… Стань моей, — почти шёпотом с неизменной хрипотой Тимур повторял перевод слов припева. Отчего-то прямо сейчас, мое сердце забилось в разы сильнее, дыхание перехватило ожидая чего-то особенного. В этом вечере было прекрасно все: вечный лед в его глаза давно растаял, искренность наших сегодняшних разговоров перевернула мой мир, кончики пальцев покалывало, а его взгляд нежно обводил мое лицо.
Как же легко мы можем выстроить неверное суждение о человеке только по одному первому впечатлению. И с такой же легкостью можем посмотреть на него с другой стороны, узнав все его тайные желания и страхи.
Сегодня восхитительная ночь: невероятная летняя теплота обволакивает кожу, а луна светит так ярко, что не нужны никакие фонари.
Пожилая парочка, глядя на нас, тоже решила присоединиться к танцу под прекрасную музыку. Я положила голову на плечо Тимура и наблюдала за ними. Мечта номер два: в старости танцевать также под уличную музыку с любовью всей своей жизни.
— Поразительно, — слова Тимура заставляют меня поднять голову с его плеча и заглянуть в темные глаза. — Луна танцует со мной под луной.
* * *
Когда на прощание я оставила Тимуру лишь поцелуй и красный отпечаток помады на его губах, я вошла в квартиру с прекрасным настроением и легкостью в груди. Только я сняла туфли, как мне в лицо летит футбольный мяч. Я в последнюю секунду уворачиваюсь и он бьет по дверному косяку, отпрыгнув в сторону. Через мгновение в прихожую вбегает радостный Матвейка, берет мяч в руки и начинает резво прыгать.
— Адель! Адель! Смотри, что у меня есть! — младший брат протягивает мне черно-белый мяч, который недавно чуть не сломал мне нос.
— Ух ты, откуда у тебя такой красивый мячик? — я беру в руки мяч, и мы вместе проходим в гостиную.
— Не знаю, какой-то дядя принес.
Слова Матвея полностью вылетают из моего головы после увиденной картины. На столике в гостиной стоит большая круглая коробка сиреневых кустовых роз с огромным нежно-розовым бантом на упаковке. На диване — парочка подарочных пакетов из дорогих магазинов с фирменным названием.
— Бабушка, это что? — я прохожу мимо разорванной синей упаковки, лежащей на полу. Видимо, Матвей не смог удержаться от неистового интереса.
— У меня к тебе аналогичный вопрос, — бабушка лишь разводит руками, не позволяя себе даже притронуться к подаркам. — Как только ты ушла, в дверь позвонил курьер и выдал доставку на твое имя.
Я подхожу к цветам и аккуратно прикасаюсь пальцами к большим бутонам роз. Достаю оттуда вложенную записку, которая гласит: «Знаю, как остро ты реагируешь на подарки. Просто прими их. Это от чистого сердца. Т.» Рядом с цветами стоит белый пакет, который явно предназначен мне. Просовываю руку внутрь и достаю оттуда коробку от новенького айфона.
— Боже мой! — я прикрываю рот рукой. — Поверить не могу!
— Сколько этот телефон стоит? — голос бабушки за моим плечом заставляет повернуться.
— Больше восьмидесяти тысяч.
— Адель, смотри, как он может! — Матвей включает робота на пульте управления, который начинает издавать громкие звуки и ходить по нашему ковру. Надо же, никогда не видела Матвея таким счастливым.
— А это что? — я вынимаю большую квадратную коробку из другого пакета. — Бабушка, кажется, это тебе.
Бабушка, которая недавно увлеченно наблюдала за Матвеем, теперь смотрит на чайный сервиз, находящийся в моих руках.
— Кажется, это эксклюзивный выпуск, верно?
— Да…
Бабушка ошарашенно продолжает с особым интересом разглядывать упаковку, не решаясь открыть ее. Так бывает, когда ты привык сводить концы с концами и в твои руки попадает вещь, которая стоит как твоя двухмесячная зарплата.
— Смотри, здесь еще кое-что есть, — в мои руки попадает белый прямоугольный лист со знакомым названием. — Это путевка в тот самый санаторий, про который твой кардиолог нам говорил, помнишь?
Из-за проблем со здоровьем, лечащий врач бабушки посоветовал свозит ее в оздоровительный санаторий, про чудесную лечебную программу которой ходят правдивые слухи. Но загвоздка была в том, что это удовольствие было не из дешевых.
— Господи, Адель, кто же это нам все прислал? — бабушка растеряно садится на диван, вновь и вновь вчитываясь в путевку.
— Тимур. Тот самый Тимур.