Глава 25

Сглотнув, я притихла. Мне было страшно. Будь рядом со мной пожиратель, я была бы куда спокойнее. Но Вьюго маг-стихийник, что он может против рабов тумана.

Передернув плечами, я плотнее прижалась к своему мужчине.

— Не бойся, Лестра, — шепнул северянин, — я куда страшнее их.

Только когда первые чёрные как ком грязи твари поползли на нас, я поняла, о чём говорил мужчина. Тьма, словно щупальца, выползала из его тела и без сожаления нападала на своих жертв. Тени метались, пытаясь забиться обратно, но Вьюго не давал им и шанса.

Нет, он не был пожирателем. Его тьма не поглощала, она уничтожала, разрывала, рассеивала врага.

Я бы испугалась, не будь в нашей семье той, что так же, как и мой мужчина, приняла тьму. Ниори жена вардигана. Она была способна и не на такое. Поэтому я и сидела очень тихо, стараясь не мешать мужчине защищать наши жизни.

Теней становилось всё больше, а тьма Вьюго всё свирепее. Она расползалась, хватая и разрывая всё новые жертвы.

Прикрыв глаза, я невольно вслушивалась в тишину, окутавшую пространство. Битва сопровождалась безмолвием. Даже листва замерла, не смея нарушать его.

Внезапно тени отступили, но не ушли.

Проходили минуты, но они казались часами.

Я смутно чувствовала присутствие чужих, холодных, отравляющих одним своим существованием этот мир тварей. Порывы ветра стали просто ледяными. Я жалась к мужчине и пыталась быть ближе к его тьме. Она обволакивала меня согревая. Словно гигантская тень чёрная магия смерти, подчиняющаяся одному лишь Вьюго, кружила по берегу и обшаривала каждый куст в поисках врага.

Наверное, не знай я, чья это тьма, испугалась бы. Но страха не было, напротив, она вселяла уверенность. Я ощущала её как собственную.

Родную.

Зажмурившись, уткнулась лбом в колени мужчины.

А время всё тянулось, давя на меня неопределённостью. Нападут ли снова или нет?

Повернув голову, наблюдала за непрошенными гостями.

Тени продолжали кружить, но больше не приближались. Всматриваясь, я различала их оскаленные морды. Нет, уже нечеловеческие лица. Всё хорошее, что было когда-то в них, утеряно, поглощено туманом. А может, они уже были грязны задолго до смерти здесь.

Разбойники, убийцы, насильники.

Кто знает, какой сброд забредает в туманную дымку.

Наконец, чужаки удалились.

— Лестра, — несколько раз моргнув, я подняла голову. — Всё хорошо?

— Да, — улыбка сама по себе расползлась по моим губам, — эта та тьма, что, по-твоему мнению, не позволит покинуть границы тумана? — я указала пальцем на стремительно уменьшающуюся тень.

— Ты не напугана увиденным? — Вьюго пристально вглядывался в моё лицо.

— Нет, — разжав руки, я встала. Мне снова вспомнилась некровная родственница. Такую же тень порой я замечала и у Ниори. Медленно моргнув, я сообразила, кто помог ей пройти через туман.

— Красивая моя, ты очень загадочно выглядишь, — шепнул Вьюго.

— Я знаю к кому идти и где помощи просить? — чётко произнеся эти слова, я взглянула на своего мужчину. Догадывалась, что он будет против.

— И к кому же ты собралась, красавица? — прищурился, значит, точно в восторг от моей идеи не придёт.

— Хашасси, — одним словом ответила я.

— Уничтожат меня, как только увидят, — прорычал мужчина и отвернулся.

— Ничего подобного, — сложив руки на груди, я приготовилась к долгому спору. — Я дочь жреца Танука. Это что-то да значит. Они не осмелятся мне отказать.

— Ты безумно смелая и странная женщина, — шепнул он, покачав головой.

— Держись рядом со мной, северянин, и не пропадёшь, — нахмурившись, я всё же ждала его громких возражений. Но ничего, даже как-то странно. — А что этим теням было нужно? — решила я сменить тему. Оглядев поляну, убедилась, что всё спокойно. Огонь, как и прежде, лизал толстые ветви костерка и счастливо потрескивал.

— Ничего, — выдохнул Вьюго, — они просто проходили мимо и учуяли живых.

— А почему не напали?

— Потому что слабее и их мало.

После неожиданной встречи с тёмными я старалась не отходить ни на шаг от своего мужчины. Он посмеивался, глядя, как я хвостом брожу за ним по берегу, но молчал. Казалось, ему это даже нравилось.

Просушив вещи, северянин заставил меня надеть на себя всё, что только было в нашем распоряжении. Он и рубашку свою стянул, но тут я была непреклонна и вернула вещь на его плечи. Кроме того, я ещё и одеяло на него сверху повязала, чтобы не замёрз.

А все его возражения отсекла одной фразой: "Я буду прятаться у тебя под одеялом".

Руководить этим мужчиной становилось всё сложнее. Чем больше мы сближались, тем более деспотичным он делался.

"Пей отвар". "Не ходи туда". "Не трогай это".

Я ощущала себя какой-то рохлей, неспособной позаботиться о себе, и это меня немного злило.

Наконец, когда солнечные лучи пробились через тяжёлую пелену под прямым углом, мы затушили костёр и вошли в туман. Вьюго придерживался строго юга, не отклоняясь от одному ему известному пути ни на шаг. Я спешно семенила рядом, зорко высматривая опасность.

Но туман был спокоен.

По мере продвижения я заметила одну странность. Стоило Вьюго наступить на землю, по которой полз туман, как он мгновенно развеивался и стекал подальше от мужчины. Незаметно для своего спасителя я стала наблюдать за тем, как на него реагирует смертоносная молочная дымка.

— Ты улыбаешься, Лестра, — в какой-то момент услышала я над собой, — происходит что-то интересное?

— Туман, — не стала скрывать я свои наблюдения, — он боится тебя?

— Конечно, — хмыкнул мужчина, — я ведь непросто заражённый. Я подчинил эту тьму, и теперь она играет на моей стороне.

— Но тогда почему ты уверен, что тебе не выбраться из тумана?

— Я пробовал. Стоит отойти немного, как та часть, что сокрыта во мне, тянет обратно. Это выше моих сил.

— Значит, нам точно нужно искать хашасси.

— Нет, Лестра, нам нужно искать твоих родных и возвращать тебя в семью. А дальше ты пойдёшь своей дорогой, а я останусь здесь.

Эти его слова вызвали во мне гнев. Стиснув зубы, я какое-то время шла молча, зорко следя, куда наступаю. Но эмоции брали верх.

— Что во мне не так? Почему ты так отчаянно пытаешься отмахнуться от меня, как от избранной? Чем я для тебя плоха? — эти слова сами прорвались наружу, хотя я и понимала, что не стоит их произносить.

Мужчина остановился и, схватив меня за плечо, развернул к себе. Пару мгновений мы просто смотрели друг на друга. Но я желала услышать ответ. А он, молча, заглядывал в мои глаза. А потом, сжав ладони в кулаки, медленно опустился передо мной на колени.

— Ты лучшее, что я мог бы только пожелать. Я готов любить тебя. Да, моя душа жива. Моё сердце бьётся, но ты не захочешь взять его в дар. Между нами…

Он умолк, опустив взгляд.

— Я сама буду решать, кого хочу, а кого нет, — прорычала я, ничего не понимая.

— Ты не…

— Хватит, — резко перебила я его, — не смей придумывать оправдания. Если я тебе нужна, просто обними и скажи, что твоя. Если нет, то я справлюсь. Я сильная, переживу это как-нибудь.

Поднявшись, он сжал меня в объятьях, да так, что дыхание спёрло.

— Ты моя девочка, — шепнул он, — красивая ранимая малышка. Только моя и я готов носить тебя на руках всю жизнь. Любить до последнего вздоха и после него.

Обняв мужчину за талию, я ощутила его напряжение. Он и вправду чего-то опасался, но сознаваться в сути своего страха не хотел.

— Нет в этой жизни, Вьюго, ничего, что невозможно преодолеть. Всё можно решить, понять и простить.

— Не всё, красивая моя. Есть вещи, которые даже я себе простить неспособен, а ты и тем более не скажешь мне: "Прощаю".

— Вьюго, я сама буду решать, что и кому говорить. Если у тебя есть секреты, то самое время мне о них поведать.

— Нет, я никогда тебе не расскажу о своей тайне и, надеюсь, ты никогда в жизни ничего не узнаешь. И больше мы не будем возвращаться к этому разговору. Если к концу нашего пути ты всё ещё будешь желать видеть меня рядом, я найду хашасси и освобожу себя. Если нет, значит, ты пойдёшь своей дорогой и будешь счастлива.

Разозлившись, я ударила его по плечам. Невозможный мужчина. Упрямец. Осёл!

Тяжело вздохнув, просто больше не находила слов.

Развернувшись, Вьюго молча взял мою ладонь в свою руку, и мы двинулись дальше.

Вокруг нас царила привычная тишина. Только в узелке мужчины изредка позвякивала металлическая кружка.

В моей голове крутилось столько вопросов. Но я упрямо молчала, хотя это и злило. Что с этим мужчиной не так? Откуда такое непрошибаемое упрямство?

Сбоку послышались странные шорохи. Остановившись, Вьюго выпустил мою руку и, схватив за плечо, завёл себе за спину. Хрустнула сухая ветка. Кто-то приближался, только невозможно было четко определить, откуда точно доносятся звуки. Туман искажал действительность.

Северянин не сходил с места. Тихонько стащив с плеча узелок, сунул мне его в руки. Это было словно знак, что добром дело не обернётся. Один за другим прямо перед нами из дымки выскользнули гуроны.

На их лицах на мгновение замерло неподдельное удивление и узнавание.

— Северянин?! — громко шепнул один из них. — Но как? — Его взгляд метнулся в мою сторону — Женщина!

Кажется, до него дошло.

— Она дана была тебе на пару дней, она принадлежит…

— Она моя, — рявкнул Вьюго, — и останется только моей.