Глава 29

Уже темнело, когда мы, наконец, выбрались из топей. Впереди виднелись невысокие горы. Под ногами чувствовалась прочная земля.

Теперь идти было проще.

Но, уставшая, я всё равно откровенно тащилась. Мои движения становились медленнее. Я буквально падала от бессилия. Ноги подкашивались и тряслись в коленях. Ещё никогда я не выматывала себя настолько.

Северянин, бодро идущий впереди, в очередной раз обернулся и покачал головой.

— Иди сюда, моя девочка, — в два шага он сам подошёл ко мне и, подхватив ловким движением, закинул меня себе за спину. Ухватившись за мощную шею, я скрестила ноги на его талии. — Так куда легче, правда? Ещё немного и ты сможешь отдохнуть.

— Угу, — невнятно промычав, упёрлась лбом в его плечо, — я только замедляю тебя.

— Лестра, я вперёд иду только ради тебя, — шепнул мужчина, — поэтому ты не можешь меня замедлить.

Улыбнувшись, я коснулась губами его шеи. В ответ он сжал в ладонях мои щиколотки, но промолчал.

Мы двинулись дальше. Вскоре Вьюго отыскал узкую тропинку, ведущую вверх. Сражаясь с дремотой, я лениво осматривала пространство.

Лес становился всё реже, а камней всё больше.

— Пещера, — Вьюго указал куда-то чуть в сторону.

— Мы останемся там на ночь? — в надежде спросила, вглядываясь вперёд. Там виднелся небольшой разлом. Я бы и не заприметила его.

— Думаю не самое плохое место, — кивнул мужчина.

Шумно выдохнув от облегчения, я готова была туда ползком ползти. Уже и голод так не волновал. Всё, что хотела, это лечь, вытянуть ноги, закутаться плотнее в одеяло и просто провалиться в сон.

Но, самое главное, это желание вот-вот должно было сбыться.

Никогда больше я не пойду ни в лес, ни в болота.

Дом, огород, деревенский рынок.

И никаких приключений. И ещё: если кто из мужчин мне скажет, что высовывать нос из дома опасно, значит, я сяду на свой неуёмный зад ровно и не дёрнусь ни вправо, ни влево.

Этот поход я запомню на всю жизнь.

Главное, сейчас сохранить жизнь эту.

Через пару минут я уже лежала на тонком одеяле, а рядом разгорался пока ещё маленький огонёк. Зевая, я даже на сухой творог смотреть не хотела, страшно клонило в сон.

— Здесь безопасно? — вяло шепнула я.

— Пещера довольно глубокая, дальше вроде ещё помещение, но осматриваться уже темно, — услышала я от северянина, в отличие от меня, он неплохо держался на ногах и усталости не выказывал. — Завтра глянем, что тут и как. Но живых я не ощущаю. Даже зверей рядом нет.

— Главное, что комаров нет, — пробормотала я.

— Угу, вот это и странно. Не находишь?

— Я нахожу это прекрасным, — зевнув, я прикрыла рот ладонью.

— Может, поищем другое место, — в голосе Вьюго я слышала нотки сомнения.

— А чем здесь плохо? Сухо, никто не жужжит над ухом, не воняет.

— Не знаю, ощущения нехорошие, — признался мужчина.

Ничего такого я не чувствовала. Место и место. Больно тихое, правда.

— Вот на болоте действительно были нехорошие ощущения, — проворчала я, — а тут прекрасно.

— Ну, хорошо, — выйдя наружу, Вьюго быстро вернулся, волоча за собой толстую ветку. — Наверное, я себя немного накрутил.

— Угу, — промычала я, засыпая.

Я снова парила над лагерем гурон. Рядом со мной метались другие тени, но я мало обращала на них внимания. Моё сердце жгла горечь потери. Я лишилась всего. Семьи, сестёр и…, я метнулась к старому покосившемуся сараю. Он всё ещё сидел там. Мужчина. Густые русые волосы закрывали его лицо, не давая разглядеть как следует.

Мёртвый?

Нет. Я уловила слабый толчок в его груди.

Сердце.

Улыбка тронула мои призрачные губы. Отчего-то очень желала, чтобы он жил. Я внимательно вглядывалась в его поникшую фигуру. Мой палач сидел на краю этой страшной ямы уже третий день и не двигался. Жалость отравляла мою душу. Мне хотелось протянуть ладонь и прикоснуться к нему.

Я понимала, что именно его рука нанесла тот самый удар, что оборвал мою жизнь. Но всего одно его тихое "Прости", и от злости и ненависти не осталось и следа.

Я видела его боль, ощущала её даже сильнее собственной.

Подлетев ближе, я зависла над сараем за его спиной. Он что-то бубнил. Слова казались бессвязными, а могучие плечи подрагивали. Он безмолвно рыдал.

"Лестра очнись" — этот тихий шёпот отвлёк меня от мужчины. Обернувшись, я увидела ещё одну тень. Узнавание накрыло с головой: "Отец".

Вздрогнув, открыла глаза. Вокруг всё ещё было темно. Наш костёр потух. А тлеющие угольки давали слишком мало света. Лёжа в мужских объятиях, я не понимала почему.

Почему спустя три года мне вдруг снится то, что происходило со мной в тумане? К чему это?

Возможно, виною плен и гуроны.

Или моё сознание пытается напомнить мне о чём-то.

Глубоко вздохнув, я уставилась в проход пещеры. Тишина давила.

Ни птиц, ни ветра, ни шума деревьев. Даже насекомые молчали.

Это настораживало.

Что-то пробубнив, Вьюго повернулся во сне набок и сильнее прижал меня к своей груди.

Сон не шёл. Несмотря на усталость, я не могла сомкнуть глаз. Мои мысли возвращались к тому мертвяку из сна. Я пыталась вспомнить его внешность, но образ не шёл. Зато я отчётливо помнила, как он убивал. Без жалости, без сомнений. Словно не людей, а куриц на забой пускал. Как можно испытывать хоть какое-то сострадание или симпатию к такому монстру? Я не понимала себя. Видимо, существование вне тела искажает реальность, и начинаешь воспринимать всё иначе.

По пещере прошёлся лёгкий сквознячок.

Поёжившись, я потянула на себя сползший плед. Прав был Вьюго, нехорошее какое-то место. Но ничего странного не происходило. Постепенно мои глаза сомкнулись.

Я металась по лесу и искала.

Кого?

Сестёр.

Да. Нужно защитить. Предупредить, позвать за собой и отвести к отцу.

Но как? Моё тело бродило неподалёку. Я ощущала его присутствие. Но оно жило своей жизнью. И то, что оно творило… Меня било дрожью от того, что я видела.

Умертвие, злобное, неприкаянное, бродило по лесу.

Я следовала за ним в надежде, что оно выведет меня к дому. И при этом постоянно напоминала себе, что это не я. Это мёртвая оболочка, и я за неё не в ответе.

Это всё делаю не я.

Мертвец, не останавливаясь, шёл туда, куда вела его память. Я тенью спешила следом.

Удар топора. Ещё один.

Кто-то в лесу неподалёку от нас.

Я ощущала живых.

Метнувшись на звук, увидела себя. Моё тело, шатаясь, стояло на краю поляны, а напротив…

Томмали!

"Сестра" — мой шёпот утонул в тумане.

Томма вскинула голову и увидела покойника. Сизая смертоносная дымка всколыхнулась и, отпрянув от неё, я заметила чёрные нити, тянувшиеся к умертвию.

Марионетка.

Неупокоенная заговорила, но я не разбирала слов. Огромная как клякса чёрная тень встала между мной и семьёй. Она тянула ко мне свои щупальца, грозясь поймать.

Вдруг я отчётливо услышала свой собственный голос. Он стыдил сестру, обвинял её в страшных вещах, а я ничего не могла поделать.

"Лестра очнись" — резкий окрик младшей сестры напугал и привёл в чувства одновременно.

Распахнув глаза, я уже воочию уставилась на огромную чёрную тень, нависшую над нами. Её тонкие щупальца, словно иглы, огибая моё тело, впивались в Вьюго. Эта дрянь пила его, присосавшись, как пиявка. Недолго думая, я атаковала. Моя магия, разрастаясь, наполняла пространство ярким светом. Я не жалела сил. Вьюго затрясся, как в припадке, и резко стих.

Тень, посерев, взвилась вверх и исчезла.

Мне было жутко страшно.

— Лестра, — слабо шепнул северянин, — ты причиняешь мне боль.

Опомнившись, я отпустила свою магию и позволила ей угаснуть.

— Ты её видел? — дрожащим голосом спросила я.

— Отчётливо, — хрипя, ответил он, — но что это?

— Без понятия, — я нащупала руку мужчины и сжала, ища поддержки. — Дурное место. Нужно уходить отсюда, — мой взгляд метнулся к выходу. — Кажется, уже рассвет.

— Да, — Вьюго сел и, задрав голову, уставился вверх. Но ничего, кроме каменного свода, там не было.

— Это тень? — прикусив губу, я вглядывалась в каждый тёмный уголок.

— Нет, что-то иное. Древнее.

— Оно впилось в тебя, — опустив голову, я провела рукой по груди мужчины. Ничего. Никаких следов.

— Моя тьма, — Вьюго передёрнул плечами, — оно пыталось её пожрать.

— Уходим, — мой шёпот показался мне жалким.

Мужчина кивнул, но не сдвинулся с места.

— Вьюго?!

— Дай прийти в себя, — как-то неуверенно тихонько пробормотал он.

Я, наконец, заглянула ему в лицо. Бледный, вспотевший. Сейчас он напоминал мне действительно свежее умертвие. Испугавшись, положила ладонь на его грудь. Ответом мне был громкий толчок. Сердце билось в бешеном ритме. Кроме того, Вьюго вспотел, чего я раньше за ним не наблюдала. Улыбнувшись, потянулась и коснулась губами его подбородка.

— Лестра? — растерянно шепнул он.

— Молчи, — скользнув губами по его щеке, обняла крепче, притягивая к себе.

Он не двигался. Казалось, и вовсе дышать перестал. А мне так хотелось сжать его в объятьях. Какая-то щемящая нежность жгла душу. Запустив пальцы в его волосы, я легонько сжала их, чуть дёрнув.

Он вздрогнул. Тёплые ладони скользнули по моим бёдрам, сминая их.

Тихий гортанный рык нарушил царящую здесь тишину, и в следующее мгновение я оказалась лежать под мужчиной. Нависая, он внимательно вглядывался в моё лицо. Будто искал там что-то.

— Поцелуй, — шепнула я.

Его губы уверенно накрыли мои. Я, наконец, ощутила их мягкость и неожиданную нежность.