ГЛАВА 46

– Ну, пока. Была рада познакомиться, – Зарина обнимает меня так тепло, словно я ее лучшая подруга. И я не могу не ответить тем же. Хорошая она, нет в ней злобы.

– Я тоже была рада познакомиться. До встречи, – отстраняемся друг от друга и я сажусь в машину, где уже ждёт Делимханов.

Зарина машет нам рукой, посылает воздушные поцелуи.

– Как тебе моя дочь? – спрашивает вдруг Дагир, а я пожимаю плечами.

– Хорошая девочка. Ты ведь и сам знаешь.

– Знаю, – кивает он.

– Тогда зачем за нелюбимого отдаёшь её? Это неправильно. Такая искренняя девушка, как Зарина, не сможет притворяться и делать вид, что всё хорошо. Она не выдержит.

– У нас с отцом её жениха был уговор. Но он действовал ровно до того времени, когда его сын ударил мою дочь. Свадьбы не будет.

– Это хорошо, – наблюдаю за тем, как он ведёт машину. Агрессивно и уверенно, что и выдает его характер. – Зарина заслуживает лучшего.

Я, конечно, не скажу ему, что парень не бил Зарину. Это не моё дело. И вообще я за любовь. А любит она явно не Вахита.

– Давай лучше о нас поговорим, – вдруг тормозит меня Дагир. – Насчет твоего жилья. Мне неудобно ездить каждый раз через весь город. Давай сниму квартиру тебе поближе к центру.

Вот те раз. Опять взираю на него, но теперь уже без сердечек в глазах.

– Мне удобно и менять ничего не хочу, – отвечаю упрямо.

– Кошка, не начинай. Я сейчас серьёзно.

– Я тоже серьёзно! – повышаю на него голос, но ответ получить не успеваю – слышу какие-то хлопки, и машину заносит, но Дагир успевает вырулить и выровнять ход машины. Ругается трёхэтажным матом.

– Суки грёбанные! – это самое приличное, что я сейчас слышу.

– Что это было?.. – выдыхаю испуганно, глядя на дырку в лобовом стекле.

– В нас стреляли, – отвечает он мрачно, но никакого беспокойства я не улавливаю. Словно что-то обыденное сказал.

– Что? Кто?! – до меня начинает доходить и вместе в этим появляется дрожь в руках и ногах.

– Пока не знаю, – отвечает слегка раздражённо он и вдавливает педаль газа. Кого-то набирает в телефоне. – Лан, быстро езжай в заповедник, забери оттуда Зарину. Отвезёшь её домой, даже если будет сопротивляться. В меня стреляли.

Слышу короткий ответ Лана, и прижимаю ладонь к груди, пытаясь унять тахикардию.

Через час мы уже у моего дома, а я всё так же испугана. Дагир глушит мотор, – поворачивается ко мне.

– Испугалась? Не бери в голову. Стреляли, чтобы пошугать, а не убить. Всё нормально. Я найду эту крысу и раздавлю.

Я глотаю комок в горле, мотаю головой. Такие приключения не для меня. Меня к такому не готовили.

– Так, ясно, – Делимханов тянется к бардачку, достаёт оттуда фляжку, открывает и протягивает мне. – Выпей.

Запах спиртного заставляет вздрогнуть.

– Не хочу…

– Пей, сказал! – прикладывает к моим губам горлышко и наклоняет фляжку. Я через силу делаю несколько глотков, грудь мгновенно начинает жечь изнутри. – Всё прошло. Успокойся, – убирает фляжку, обнимает меня за шею и крепко целует в губы.

И меня, наконец, прорывает. Плачу навзрыд, хватаюсь за его рубашку.

– А если они тебя… А если бы…

– Тшшш. Тихо. Давай без истерики, малыш, – вытирает мои слёзы, берет лицо в свои ладони. – Всё хорошо.

Ближайшие полчаса я плачу в рубашку Делимханова, а он меня успокаивает. Когда слёзы заканчиваются, я тихо всхлипываю в его сильное плечо.

– Ну всё. Пойдём, я провожу тебя домой. Лан скоро к тебе вернётся. Будет дежурить у двери, если захочешь, – открывает мне дверь, и я выскакиваю наружу.

– Нет, я не хочу. Я вообще не хочу с тобой встречаться, – отступаюсь от его машины на расстояние вытянутой руки.

– Что ты несёшь? – его глаза темнеют, лицо тут же принимает озадаченный вид. – Мила, давай без истерик, ладно? – обходит машину, приближается ко мне.

– Это не истерика. Это желание. Моё желание. Больше не приезжай, Дагир. Пожалуйста.

Он хватает меня за предплечье, сильно сжимает.

– Уймись, я сказал!

– Убери руки! – вырываюсь из его захвата, но всё зря. Он не отпускает.

– Милена! – рявкает на меня, приблизив своё лицо. – Угомонись! Иначе я прям здесь сниму ремень и выпорю тебя!

Я застываю, увидев свою соседку, опускаю глаза вниз. Делимханов же воспринимает это по-своему и привлекает меня к себе, сильно обнимая.

– Всё. Прости меня. Я идиот. Не бойся. Тебя никто не тронет. Никогда. Я с тобой, малыш.