Глава 10

Виктория Я смотрела на совершенно изумительные розы, которые вручил мне Мэтью, и старалась призвать к порядку воображение, которое тут же начало рисовать картины одна другой радужнее. Самым удивительным было то, что все эти фантазии были из разряда «розовых пони и радужных единорогов», то есть совершенно мне не свойственные. Я никогда не мечтала ни о красивых романах, ни о богатом и перспективном женихе, ни о роскошном свадебном платье, ни о путешествии на яхте куда-нибудь туда, где порхают колибри и цветут удивительные орхидеи. Более того, я даже не знала, есть ли орхидеи там, где обитают шустрые птички, питающиеся нектаром. Я – за исключением веры в чудо – была девушкой на удивление трезвомыслящей и рациональной, прекрасно понимающей, что мы с принцами любых мастей существуем в параллельных вселенных, то есть не пересечёмся никогда. А сейчас я стояла и держала в руках великолепный букет из алых и кремовых роз, роскошный настолько, что становилось не по себе. Мэтью, вручивший мне это чудо флористики, улыбался как-то неуверенно, словно сомневался, понравились ли мне цветы. А что, такая красотища могла кому-нибудь не понравиться?! Что сказать, кроме слов благодарности, я представляла с большим трудом, поэтому просто молчала и улыбалась, с каждой секундой чувствуя себя всё более неловко. Кроме того, у барона стало вдруг такое решительное лицо, словно он сейчас скажет нечто очень важное, на что придётся как-то реагировать. А я к этому вообще не готова, вот абсолютно! Спас меня Марчелло, который, увидев Мэтью, тут же взял его в оборот и начал рассказывать последние новости. Надо отдать барону должное: он сумел ничем не высказать своего отношения к услышанному. Более того, складывалось впечатление, что он всецело всё ободряет и поддерживает. – Ори! – отвлёк меня от размышлений громкий шёпот где-то внизу. – Ну Ори же! Опустив взгляд, я обнаружила Лео и Кари, которые смотрели на меня с непонятным упрёком. – Что не так? – так же шёпотом спросила я. – Всё не так, – сердито прошипел Лео, выглянув из-за моей ноги и убедившись в том, что Мэтью поглощён разговором с Марчелло. – Ты почему себя ведёшь так, словно барон тебе чужой? – В смысле? Я действительно слегка растерялась, так как ожидала от парочки номтов чего угодно, но не этого. – Он тебе цветы подарил, – как дурочке, начал объяснять мне Лео, – в доме жить разрешил, смотрит, как рибусы на рыбу… – А ты даже чаю ему не предложила, – с упрёком присоединилась к Леонтию Кари, – он же так сорвётся с крючка! Мы такого второго можем и не найти, между прочим. Бароны, они, знаешь ли, под деревьями не валяются. Особенно молодые, симпатичные и, главное, неженатые. Соображать же надо! – С какого крючка? Слушайте, я вообще не понимаю, о чём вы говорите! Насчёт чаю вы, конечно, правы, но я просто не успела. А вот всё остальное – это исключительно ваши домыслы, не более того. – Вот ты, Ори, вроде бы умная, но иногда такая… – тут Лео притормозил, наткнувшись на мой сердитый взгляд, – такая недальновидная, ужас просто! – Иди позови его пить чай, – строго сказала мне Кари, – у нас ещё остались пирожки и с хлоппи, и с рыбкой. И букет поставь, а то ведь завянут розы, жалко будет. В кухне есть большая ваза, я видела. И вообще, надо будет привести в порядок гостиную, а то вон как получается: даже букет поставить негде, чтобы красиво было. Я не стала ничего говорить по поводу того, что гробить кучу времени на уборку гостиной ради возможности любоваться в ней цветами я не готова. Понятно же, что малышка Кари говорит это исключительно из лучших побуждений, зачем же её огорчать. – Ори! – позвал меня Марчелло, и я, поставив розы временно в большое ведро с водой, давно стоящее на кухне, вышла во двор. Капитан вместе с бароном и присоединившимся к ним Франко расположились в тени большого раскидистого дерева. – Ори, Марчелло рассказал мне о том, что… – тут Мэтью слегка запнулся, бросил быстрый взгляд на Франко, дождался кивка от капитана Саватти и мужественно продолжил, – что ты появилась в нашем мире из другого… кхм… мира. Нет, я про такое, конечно, читал и слышал, но никогда не предполагал, что встречусь лично, так сказать. – Тебя это смущает? – сквозь непонятную тревогу пробивалось чувство невероятного облегчения от того, что мне не придётся ничего врать и придумывать. Почему-то обманывать симпатягу барона мне ужасно не хотелось. – Совершенно нет, – замахал руками барон, – наоборот, это делает тебя ещё более удивительной и невероятной… – Мэтью, не отвлекайся, – остановил его прячущий улыбку Марчелло, – давай к делу, а то опять явится кто-нибудь голодный, и Ори придётся им заниматься. О том, какая она потрясающая, ты ей потом расскажешь, хорошо? – Извини, – повинился барон и постарался сосредоточиться, – так вот, Ори, ты – баронесса Виктория Хоккинз. – Кто я?! Этого я ожидала меньше всего: какая из меня баронесса? Во мне аристократизма примерно как в Кеше или чуть побольше, если разобраться. – Когда-то давным-давно, как я сам недавно узнал, у первого представителя рода Даттон был партнёр и соратник, Рудольф Хоккинз, который тоже умел разговаривать с животными. Потом род Хоккинзов постепенно стал угасать и в конце концов практически полностью исчез. Насколько я смог выяснить, очень дальние потомки барона Рудольфа до сих пор живут где-то на границе с Равенгардом. В столице они не появлялись уже лет триста, если не больше, но официально о том, что род прекратил своё существование, объявлено не было. – Ну а что, вполне себе хороший вариант, – одобрительно кивнул Марчелло, – я же говорил, что Мэтью непременно что-нибудь придумает, и не ошибся. – А если кто-нибудь из этих Хоккинзов всё же появится в столице? – я потёрла виски, пытаясь справиться с внезапной головной болью. – Вот они удивятся-то внезапной родственнице! У меня ведь ни документов, ничего нет! – Так все твои документы пропали, когда на «Арлеаду» напали пираты, то есть мы, – жизнерадостно заявил Франко, – тебе тогда точно было не до вещей, так что весь твой невеликий багаж отправился на дно вместе со шхуной хитреца Джанкарло. – То есть мне просто поверят на слово? Ну, что я баронесса как-то там? – Почему же только на слово, – довольно ухмыльнулся Марчелло, – в таких случаях достаточно свидетельства двух человек, точнее, двух аристократов. – Я с удовольствием готов свидетельствовать, что ты баронесса Хоккинз, – тут же сказал Мэтью, – могу подтвердить это под присягой. – Ну и я в стороне не останусь, – присоединился к нему Марчелло, – я кайр, то есть коридийский аристократ в демоны знают каком поколении. – Кстати, я тоже на свет не в крестьянской лачуге появился, – неожиданно подмигнул мне Франко, – так что у тебя есть аж три свидетеля. – К тому же… Тут Мэтью отчаянно покраснел, глубоко вздохнул, а потом выпалил: – Я очень надеюсь, что однажды ты согласишься сменить фамилию Хоккинз на Даттон… – В каком смысле? – ошалела я, а сердце, которое явно было сообразительнее остальных частей тела, суматошно заколотилось. – Я рассчитываю, что когда ты узнаешь меня получше… когда я смогу заслужить… вернее… если ты обратишь внимание… Мэтью окончательно сбился, а Марчелло посмотрел на него с каким-то умилением. – Мэтью имеет в виду, что он надеется однажды назвать тебя своей женой, – пояснил веселящийся Франко, – я правильно изложил твою мысль, барон? – Абсолютно так, – решительно заявил пришедший в себя Мэтью, – я очень надеюсь, что когда-нибудь ты ответишь на мои чувства и согласишься стать моей супругой. Что скажешь, Ори? Я растерянно переводила взгляд с одного мужчины на другого, постепенно осознавая, что они не шутят, то есть Мэтью действительно сказал, что хочет на мне жениться. И это было, как бы так поделикатнее выразиться, неожиданно. – Это очень… внезапно, – откашлявшись и попытавшись собрать разбегающиеся мысли, пробормотала я, – мы ведь друг друга пока совершенно не знаем! Тут я увидела, как Кари, незаметно выбравшаяся из дома и наблюдающая за происходящим, страдальчески закатила глазки, а менее воспитанный Лео покрутил пальчиком с острым коготком у виска, мол, ты совсем ненормальная? – Это решаемая проблема, – тут же воспрял духом Мэтью, – главное, что ты ведь не отказываешь мне, правда? – Нет, – я беспомощно посмотрела на подмигнувшего мне Марчелло, – просто я пока не готова к настолько радикальным и серьёзным решениям. Нет, мне очень льстит твоё предложение, Мэтью, – тут Франко поморщился, едва заметно покачал головой, и я поспешила исправиться, – в смысле, я очень тронута и рада, но давай мы отложим решение этого вопроса на те времена, когда в моей жизни наступит хоть какая-то стабильность. – Конечно! – радостно воскликнул барон. – Я ни в коем случае не хочу тебя торопить, Ори! Для меня главное – это то, что ты даёшь мне шанс убедить тебя в том, что именно я – тот, кто сможет сделать тебя счастливой. И я очень-очень постараюсь, чтобы ты мне поверила. – Мои поздравления, Мэтью! Ори… – Марчелло пожал руку довольному барону и слегка приобнял меня. Затем то же самое проделал Франко, а Карло, что-то мастеривший из верёвок и каких-то изогнутых палочек, молча отсалютовал нам флягой с водой, стоявшей рядом с ним. – Итак, обобщим, – вернулся к насущным проблемам капитан, за что я была ему очень признательна, так как ситуация с предложением Мэтью напрочь выбила меня из состояния душевного равновесия. – Происхождение Ори мы придумали, теперь нужно сочинить ей хоть какое-то подобие биографии, причём выглядеть всё должно более чем достоверно. – А вариант с потерей памяти не годится? – робко поинтересовалась я. – Мы вроде что-то такое обсуждали ещё со Шлоссом, разве нет? – Ты не можешь забыть абсолютно всё, – уверенно заявил Марчелло, – потому что тогда ты не помнила бы своё имя. А этого мы допустить не можем, так как тогда нам придётся обращаться в соответствующие инстанции. Это у нас в Коридии с такими вещами проще, а в Энгалии бюрократия та ещё! – Мы говорили, что на «Арлеаду» ты села вместе с… С кем ты могла отправиться в нелегальное путешествие? Мэтью? Что принято в Энгалии в подобных ситуациях? -Франко вопросительно взглянул на Мэтью. – Это был… – барон задумался, но вскоре решительно тряхнул головой, – это была твоя верная горничная, милая старушка, которая не захотела оставлять тебя даже в такой непростой ситуации. – Не жалко пожилую женщину? – усмехнулся Марчелло. – Хотя это будет очень романтично и трогательно. Верная служанка пожертвовала жизнью, защищая честь юной госпожи… Бедная старушка! Как там её, Ори? – Откуда я знаю? Мне с каждой минутой всё больше казалось, что я впутываюсь в очередную авантюру, но при этом я прекрасно понимала, что по-другому не получится. Мне в этом мире жить и, следовательно, нужно начинать как-то к нему адаптироваться. Тем более что у меня совершенно чудесным образом появились друзья, готовые ради меня соврать и рискнуть репутацией. – Пусть будет Лизетта, – предложил барон, и никто не стал с ним спорить. Лизетта так Лизетта, имя ничуть не лучше и не хуже какого-нибудь другого. – А почему мне понадобилось нелегально бежать в Коридию? Я решила принять участив обсуждении собственного прошлого: ведь, случись что, именно мне придётся отвечать на вопросы. – Предлагалась версия, что от старого жениха, – напомнил Марчелло, – но тут есть ряд нюансов. Этого жениха тебе должен был кто-то найти, соответственно, у тебя есть родственники. А где мы их возьмём? Значит, нужно искать другую причину. Я начала лихорадочно вспоминать книги и фильмы, которые мне довелось прочитать и посмотреть, но в голову, как на зло, лезла ерунда в духе мыльных опер с потерянными родителями и внезапно обнаружившимися близнецами. – А может быть, всё-таки потеря памяти, а? Ничего не знаю, ничего не помню, только имя и то по какой-то счастливой случайности. – Можно сказать, что когда мы тебя спасли, ты была без сознания, а потом всё – ничего не помнишь, – согласился Марчелло, правда, без особой охоты, – я видел такой случай, кстати. Мы как-то подобрали на обломке доски в море парня, так вот он, когда в себя пришёл, тоже ничего не мог сказать: ни как оказался в море, ни кто он вообще такой. Мы его потом в порту оставили, правда, целителя к нему вызвали. – И что с ним дальше случилось? – мне действительно было интересно. – Ни малейшего представления, – Марчелло равнодушно пожал плечами, – наверное, устроился в жизни как-нибудь. Даже скромное существование лучше дрейфа на обломке доски. – Хотите моё мнение? Франко внимательно нас слушал и теперь решил высказаться. – Мы можем напридумывать всё что угодно, но отвечать на вопросы и выкручиваться всё равно придётся Ори самой. Так что я за вариант с потерей памяти: тут можно упереться намертво и отвечать одно и то же. Мол, ничего не помню, ничего не знаю, пожалейте меня, мне и так досталось. Поверьте, люди с удовольствием придумают историю сами и охотно в неё поверят. Ну и Мэтью нужно будет по возможности находиться рядом, чтобы в случае опасности переключать внимание на себя. Судя по виду барона, необходимость находиться постоянно рядом со мной его воодушевила чрезвычайно. Во всяком случае, выглядел Мэтью до крайности довольным.