Глава 33. Вынужденное сотрудничество

Арнад Томмон, адмирал космофлота Федерации миров галактики Млечного пути

Состояние Элии не поддавалось полному анализу, и это сильно меня тревожило. Через пси-излучения тоже не было понятно, почему ей с каждым днём становится всё труднее переносить чужое присутствие. Какое-то время она ещё могла держать себя в руках, но потом… попросту отказалась выходить из комнаты.

Я чувствовал, что это не прихоть, а реальная потребность организма, поэтому решился на отчаянный шаг. К сожалению, другого выхода я не видел, потому что ни Морф, ни прочие бортовые врачи не смогли найти в её анализах ничего, что бы объясняло такое поведение.

Психологические тесты давали неутешительную картину, и в то же время терапия никак не помогала. Успокаивающая музыка раздражала, массаж надоел уже после второго сеанса, препараты словно и не принимались. По крайней мере, эффекта от них было ноль.

Спасали только мои объятья, в которых она прекращала паниковать и чувствовала себя прекрасно. Но! Невозможно бесконечно лежать в кровати и обниматься. Приятно, не спорю, но непродуктивно.

— Это точно не отсроченные последствия от тыршванкской лихорадки? — дотошно уточнил я у консилиума.

Я собрал всех имеющихся на борту докторов, плюс подключил по видеосвязи семейного врача с Альвы. Он имел на руках все сведения о состоянии наших с Элией организмов и, в отличие от того же Морфа, знал нюансы грат.

— Нет, вы обошлись лёгким испугом, — подтвердил Морфанталь.

Остальные поддержали его резюме.

— Может, дело в беременности? — Не хотелось всё валить на столь приятное событие, но мало ли.

— Слишком сильная и ранняя реакция, — покачала головой Шебба, один из наших штатных врачей Эксалара, которую почему-то невзлюбила Элия. — Гормональный фон, конечно, меняется, но мне трудно делать точные выводы, не зная особенностей расы. Не достаточно данных.

— Я работал на Эрте, — вздохнул Морф, — но с беременностью не сталкивался. Меня вообще тогда допускали только к части данным в силу молодости и секретности проекта.

— Что скажет психолог? — Я повернулся к Велнаро.

— Мне трудно с ней работать по той же самой причине – нехватка данных по эртанам. — Развёл руками энбен. — Сами видите, стандартная терапия не помогает.

— Не всё так плохо, на самом деле, — внёс ноту позитива альвианский врач. — Благодаря связи грат девушка держится на плаву, а не впала в депрессию!

М-да, успокоил.

Нет, я рад, что помогаю своей любимой, но это может оказаться недостаточным. Мало ли, что ещё произойдёт, беременность – дело небыстрое, а для женщины ещё и изматывающее, пусть и очень радостное. Мы когда узнали, что у нас с Элией будет ребёнок, буквально взорвались от эмоций. Удивления особого, правда, не было, итог тех безумств, которые мы вытворяли в больничном изоляторе, был закономерен. Нас затопила какая-то бешеная радость, даже дыхание перехватило. Что уж говорить о желании стиснуть друг друга в объятьях и не разжимать их никогда – ему было невозможно противостоять.

Наша любовь дала первый плод, это ли не чудо? Да, мы оба взрослые люди, я так и вовсе более чем опытен, но всё это ничтожно перед тем простым фактом, что нас теперь будет трое. Был один я и одна Элия, два одиноких существа, которые наконец-то обрели друг друга. А теперь мы соединились и сотворили новую жизнь, продолжение нашей, которая будет одновременно и ей, и мной, и ещё чем-то своим собственным. Невероятно любопытно, а каким он будет – наш ребёнок? Посмотрим, сейчас главное – разобраться с текущими проблемами и дождаться того самого дня, когда мы все друг с другом познакомимся.

— Я понял, значит, придётся идти на крайние меры, — постановил я. — Жаль, не хотелось бы вообще иметь с ними дел, но раз такая ситуация… Совещание окончено, всех сердечно благодарю.

Коротко кивнул, развернулся и вышел вон. Конечно, прежде чем сделать решающий шаг, я связался с одним из адмиралов – мы с ним больше всего понимали друг друга – и изложил ситуацию. Собственно, он подтвердил, что моё решение, каким бы оно ни было тяжёлым, правильное. Поздравил с обретением граты. Удивился, конечно, но в итоге постановил:

— Ты всегда был не в меру удачливым хрогсом, чему тут удивляться?

Я хохотнул, но спорить не стал.

— Подскажешь, на что можно надавить, чтобы прогнуть их под себя? — Помнится, он имел с ними дело, знает, как общаться.

— Да, записывай…

Переговоры шли небыстро. Очень хотелось их ускорить, время играло против нас, и в то же время я стоял на том, чтобы все исследования проводились именно на Эксаларе. Никакого Амрида, где у них расположен головной офис, не говоря уже об Эрте. Не то, чтобы я не смог её оттуда в случае чего выцарапать, но лишнего стресса добавлять не хотелось. К тому же Амрид находится не в моём секторе, правда, курирует его тот самый адмирал, который дал мне парочку дельных советов для переговоров.

К слову, Эксалар не так быстро, как хотелось бы, но верно двигается к Альве. Совсем скоро произойдёт ритуал, возможно, после него ничего больше и не потребуется для стабилизации Элии, но… Я не мог быть в этом уверен до конца, поэтому приходилось переступать через себя и всё-таки идти на некоторые уступки.

— Хорошо, я позволю вести наблюдение за нашим ребёнком, но в разумных пределах, которые мы опишем в контракте. — Элия на этом моменте поморщилась, но промолчала.

Разумеется, я держал её в курсе, она сама настояла на том, чтобы присутствовать на переговорах (без непосредственного участия), и я не смог ей отказать. Изначально я хотел скрыть от неё столь нервозный процесс, но не стал. Помнил её опасения на тему того, что между нами могут возникнуть разногласия из-за каких-нибудь недомолвок. Понимал, что обмани я её в столь важном вопросе, и она посчитает, что я тоже отношу её к недоразвитым.

Нет, ни к чему эти ненужные проблемы.

— Для полноценного анализа объекта нам потребуется много места для оборудования и приличные мощности, вот конкретные цифры, — выдал энбен, отвечавший за переговоры.

К слову, это был уже пятый переговорщик, которого назначили для меня. Все предыдущие не справились. И, судя по тому, что кураторы всё-таки шли на уступки, им явно не хотелось упускать такой лакомый кусок, как Элия. Ещё бы! Мало того, что она с Эрты, так ещё и умудрилась стать гратой альвианцу-полукровке!

Правда, сотрудников альвианского происхождения кураторы подключать не спешили, чтобы избежать конфликта интересов. Знали, что ни один альвианец не устоит перед тем, чтобы помочь паре грат и провалит переговоры. В мою пользу, разумеется.

Впрочем, я и так неплохо шёл.

— Сбрасывайте файл, я передам его своим техникам.

— Скорее всего, объекту понадобится пребывание на свежем воздухе под лучами солнца, как вы предполагаете решить данный вопрос?

— Мы на полпути к Альве, там и будем реализовывать этот нюанс. — Пф, хотели меня на такой мелочи подловить?

Я и так знал, что именно потребуется Элии, помимо их профессиональной помощи. Тут не надо быть большим специалистом по Эрте, чтобы знать настолько очевидные вещи.

— Но от той точки, в которой вы изначально находились, до Амрида лететь было ближе. — Укоризненно покачал верхней парой рук энбен.

— Вы не учитываете брачный ритуал грат, который мы должны пройти как можно скорее, — напомнил я ему о «сущей мелочи».

Да, у альвианца даже вопроса бы такого не возникло.

Вообще, если бы мы использовали врата гиперскоростного перемещения, то достигли бы Альвы куда быстрее, но рисковать не стали. Мало ли, как скажется гиперскорость на состоянии Элии? По идее, она могла бы пережить перегрузки в медицинской капсуле, где можно создать максимально комфортные условия… Если бы нам эти условия передали кураторы… Но они не сделали этого, торгуясь до последнего, мол, им надо всё проверить, лично убедиться, желательно на Амриде…

Твари.

И это их продавливал не только я, но и адмирал центрального сектора галактики, не говоря уже о родителях. Они, используя все свои связи, умудрились ускорить процесс получения гражданства и теперь подали официальный протест об ущемлении прав гражданки Альвы.

В общем, непростая была неделя. Единственное, что безмерно радовало – это наши жаркие ночи.

Наконец, к Эксалару прибыл корабль с оборудованием, медиками и эртанской едой. Пока «гости» обустраивались, Элия напала на продукты. Сварила какую-то странную коричневую крупу под названием «гречка», измельчила парочку оранжевых плодов на электротёрке и добавила туда нечто остро и вкусно пахнущее. Залила соусом. Порезала «щёчки», разложила всё это на большой плоской тарелке и счастливо вздохнула.

— Будешь? — спросила она у меня.

— Конечно, когда я от твоей еды отказывался? — Конечно, запах от сваренной крупы шёл необычный, но мне ли привыкать к её странностям?

Они меня только радуют.

— Сейчас положу! — Элия радостно бросилась доставать ещё одну тарелку, накладывать свою земную снедь и даже принялась что-то напевать.

Слов было не разобрать, хотя по идее в мой чип закачан её язык – скопировал у Элии. Мы вообще много чем занимались, пока сидели в изоляции, не только сексом «где угодно, но только не на грёбаной кровати, напичканной медицинской электроникой».

Это оказалось… странным. Такую крупу я не ел никогда, и не сказать, что она мне понравилась. Но в сочетании с салатом и острым мясом с сальцом было неплохо. Под конец трапезы я даже пришёл к выводу, что без гречки было бы сильно остро, а так она отлично компенсировала.

Но шуба с оливье всё же вкуснее.

На врачей из «Эрта Генезис» Элия косилась с ещё большим подозрением, чем на Шеббу. Раз двадцать она уточнила, что категорически против серьёзных манипуляций со своим организмом, особенно если это касается тех изменений, которые произвели инсектоиды. И я её прекрасно понимал, ведь, как мне рассказал Морф, кураторы придерживаются политики невмешательства в жизнь подопечных, если только это самое вмешательство не назначено по плану.

Элия же в их планы (кроме того, чтобы зачистить следы её присутствия) явно не входила, ибо гением не являлась. Поэтому любые изменения неестественного происхождения, по их правилам, должны были быть исправлены. То есть попади моя грата в их руки без моей защиты, её бы попросту вернули в исходное состояние и отправили обратно на Эрту.

Что ж, мне плевать на их правила, и вы сами знаете, по каким причинам. У меня свои планы на эту женщину, долгосрочные и очень приятные. Если бы не беспокойство о здоровье, я бы их на лазерный выстрел к ней не подпустил. Я и сейчас не отходил от Элии ни на шаг и дотошно следил, чтобы они не сделали ничего лишнего. Но самое главное: я с трудом, но добился, чтобы Морфанталь тоже присутствовал при их обследованиях!

Разумеется, кураторы совершенно не хотели делиться своими профессиональными секретами с посторонними, но в таком разе на Эксалар бы их никто не пустил. Морфу пришлось подписать документы о неразглашении (что вполне понятно), а мне дать гарантии, что я не вышвырну их с крейсера, если вдруг сочту какие-то действия некорректными.

Пф, конечно, я подписал. В конце концов, изолировать их от Элии (или Элию от них – неважно) я и так смогу, без вышвыривания, поэтому пусть действуют аккуратно. Это для них она любопытный пациент, максимум небанальный случай, а для меня – вся будущая жизнь. Без неё я попросту не смогу существовать, по крайней мере, полноценно.

— Имеется ряд нарушений, полученных в результате некорректно проведённой процедуры раскрытия потенциала организма, — выдал спустя пару дней тотальных исследований глава медицинской комиссии.

Смесок церлада и регонианца, он выглядел весьма специфично. Лиловые волосы, лиловая же чешуя и серо-лиловая кожа. Жабры, насколько я понял, рабочие, но это не точно. Сразу вспомнилась та парочка псевдо-звёзд, правда, те чистокровными были, либо процент примесей незначительный. Ну и в плане интеллекта не сравнится, конечно, хотя Морф был о нём невеликого мнения.

— Требуется коррекция, кое-что придётся откатить обратно, иначе организм может не справиться с нагрузкой.

— С какой именно? — насмешливо спросил Морф.

Судя по его тону и позе, не говоря уже о взгляде, он не верил ему ни на грош. Уля, восседавшая на его плече, возмущённо шевелила усиками, явно разделяя позицию своего покровителя. С неё, хвала космосу, никто расписок брать не стал, выгнать тоже не смогли, так как она изрядно способствовала хорошему настроению Элии.

— В первую очередь мозговой. — Прищёлкнул жабрами лиловый эскулап. — Она явно не справляется с потоком информации, поэтому и минимизировала контакты.

— Я вам уже говорил, что до беременности она прекрасно со всем справлялась, на снимках аномалии отсутствуют. Причина не в мозге, — цыкнул Морф. — По крайней мере, не настолько большая, чтобы откатывать его прокачку.

Я нахмурился. Нет, я знал, что гладко не будет, но неужели они играют настолько очевидно? Неужели не замечают, что их ухищрения видны невооружённым взглядом? Сейчас они пытаются залезть ей в мозги, потом официально объявят недоразвитой, а после и вовсе объявят о необходимости депортации обратно? Мол, не буду же я позорить свой адмиральский чин сомнительной женой.

Ну, уж нет, кажется, кто-то заигрался. Не ценит моего доброго отношения…

— Я, конечно, обещал не вышвыривать вас в открытый космос, но на крейсере есть прекрасный изолятор, — выдал им совершенно спокойно, ровно, но неотвратимо. — Со мной лучше не играть, иначе…

Многозначительная пауза, пусть сам додумывает, что я ему в первую очередь откручу.

— Вы оспариваете мою врачебную компетенцию? — возмущённо встопорщил чешую лиловый.

Вот даже по имени его называть не хочу – не достоин!

— Я – нет, а вот доктор Морфанталь мне сразу сказал, что сомневается в ней.

— Компетенция, может, и есть, а вот мотивированность под большим вопросом, — хмыкнул Морф. — Второй день я наблюдаю, как все результаты обследований очень странно интерпретируются. Я, конечно, простой инфекционист, но в силу обширного опыта кое в чём разбираюсь. Так вот, я бы лучше послушал выводы доктора Барнса и доктора Виэллы, если они, конечно, не побоятся высказаться прямо.

Оба упомянутых гуманоида явно смутились. Видимо, получили от руководства определённые указания, которым следовал их непосредственный начальник. Руководитель медицинской группы. Похоже, им требуется мотивационная стимуляция, расставить приоритеты, так сказать.

— Мне странно повторять это вновь, всё прописано в договоре, но я не поленюсь. Я требую максимально объективной информации, без каких-либо передёргиваний и альтернативных интерпретаций. Всё чётко, по делу, без идиотизма о возврате Элии к прежнему состоянию. Имейте в виду, если я не услышу внятного ответа на свои вопросы, то к моей жене вы больше не то, чтобы не подойдёте – не увидите даже издалека. Не говоря уже о том, чтобы наблюдать за течением беременности и последующим развитием ребёнка. Всё понятно?

Церладо-регонианин что-то возмущённо булькнул в стиле «это против правил!», но под моим грозным взглядом затих. Если что, я неплохо умею подавлять, правда, делаю это в экстренных случаях, связанных с военными действиями. Что ж, это тоже война, пусть и в несколько иной плоскости.

Война за мою семью и её благополучие.

И тогда слово взял доктор Барнс – чистокровный регонианец. В отличие от своего начальника, он обладал благородного винного цвета волосами и насыщенно-жёлтой кожей. Впрочем, стоило ему открыть рот, как я совершенно забыл о том, как именно он выглядит.

— Помимо головного мозга, который сейчас лучше вообще не трогать, — острый взгляд на недовольного шефа, — важно сосредоточиться на эндокринной системе. Все вы знаете, что организм беременной женщины работает несколько иначе, чем до и после беременности, но у жительниц Эрты есть свои особенности. В силу множества факторов, главный из которых тот, что их вид находится в активной фазе становления, к ним должен быть особый подход. Мое мнение: на весь период беременности тактика должна быть наблюдательная, и только наблюдательная. Вмешательства исключительно по жизненным показаниям, коих я не вижу.

— Но как же её боязнь социального контакта, которой до недавнего времени не было? — опешил я.

Неужели всё так просто, и мы зря навели панику?

— Поймите, для эртанских женщин нормально испытывать колоссальные изменения в психоэмоциональной сфере во время беременности. И они гораздо сильнее, чем у представительниц уже сформировавшихся и стабилизированных рас. Многие изменения самопроизвольно появляются и исчезают бесследно. Это состояние может быть вариантом нормы.

— Стоп, вы хотите сказать, что беременные эртанки могут не справляться с социальной нагрузкой, и стремятся её избегать? — изумился я. — У нас такого нет, альвианки более спокойно переносят процесс беременности, правда, не сказать, что я в этом большой эксперт.

Я автоматически взглянул на то место, где во время исследований обычно сидит, а чаще всего лежит Элия, и обнаружил, что она… спит. Да так трогательно, подложив руку под щёчку и немного выпятив губы, которые сразу захотелось поцеловать. Интересно, она вообще что-либо слышала из нашей дискуссии, или её настолько утомили бесконечные процедуры, что организм не выдержал?

— И это нормально, многое проходит по окончанию беременности, — поспешил уверить меня доктор Барнс в своей концепции.

М-да, похоже, я перестарался с опекой. Элии и не требуется какая-то особенная помощь, кроме моей поддержки и наблюдения штатных медиков. Впрочем, эта мысль может быть преждевременной, надо выслушать врачей до конца.

— Но как же тогда выводы о некорректности процедуры раскрытия потенциала? — задал я животрепещущий вопрос.

И тут в разговор вступила коллега Барнса – доктор Виэлла. Яркая представительница Ацетры, она сохраняла вселенское спокойствие на зеленоватом лице, и только цвет радужки её выдавал – он был насыщенно оранжевым. В обычное время у рептилоидов глаза лимонно-жёлтые.

— Процедура раскрытия потенциала коры головного мозга не может проходить корректно никогда, это миф. — Она прищёлкнула изящными пальчиками, мелькнув нежно-салатовыми перепонками. — Потому что заложенный потенциал сам по себе неоднороден. Выполняя такую процедуру, нужно быть готовым к тому, что на выходе может возникнуть перекос, не проявлявшийся ранее именно из-за частичного подавления ресурса головного мозга. В случае с Элией Томмон, всё было нормально до беременности.

— А после? После родов всё вернётся, как было? — Я бросил взгляд на Морфа, но тот стоял с нечитаемым выражением лица, а пси-волны излучали сосредоточенное любопытство, не более.

Что ж, тоже показатель, всяко лучше, чем паника или страх. Хотя, паниковать Морф, как мне кажется, не умеет априори, точнее, это состояние у него проявляется бешеной деятельностью, направленной на решение возникшей проблемы. Собственно, в этом мы с ним очень похожи.

— Я не имею привычки быть уверенной в чём-то на основании только лишь умозаключений, — глубокомысленно выдала Виэлла, буквально повторяя любимую фразу Морфа, отчего тот встрепенулся. — Но считаю, что нельзя недооценивать влияние гормонов на мозги у женщины, которая, ко всему прочему, в силу пластичности генома не просто способна зачать и выносить потомство практически от любого существа, но и меняется под своего партнёра.

А это было совсем неожиданно!

— В смысле? — спросили мы с Морфом одновременно.

— В том самом. — Повела плечиком ацтеранка. — У эртан есть такое явление, как «слаживание», когда после многих лет совместной жизни в гармоничных семьях муж и жена становятся похожими друг на друга. В вашем случае Элия подстраивается не просто под вас, но и под вашу расу. Это не значит, что она станет альвианкой или фаргонианкой, но обретёт некоторую схожесть.

Охрогсеть можно! Нет, это о-очень неожиданная новость, которую надо переварить.

— Короче, я всё понял, — подал голос Морфанталь. — Дай своей грате спокойно посидеть в изоляции, раз у неё есть в этом такая потребность. Для перестройки посторонние ей вовсе не нужны, напротив, только мешают процессу. А вот ты со своей моральной и… хм… прочей поддержкой просто радуй её и не грузи левыми заморочками.

Я подошёл к своей девочке и принялся рассматривать её лицо. Неужели она станет похожа на меня? Я бы не хотел этого, она прекрасна в своём облике.

— Не то, чтобы она станет вашей копией, вовсе нет, но в целом она переймёт некоторые характерные нюансы. — Кажется, Виэлла уловила мою мысль без слов и ответила на неё. — Зачатки этого процесса уже отражаются в анализах, но пока незначительно.

Многозначительный взгляд на Морфа, который как раз открыл рот и… тут же его захлопнул. Благодарно кивнул ей, а ещё смотрел с большим уважением. Видимо, она предугадала его вопрос и ответила на него до того, как тот его озвучил. Хм, кажется, у них сложится отличная команда, пожалуй, именно её и оставим, как постоянного врача при Элии со стороны кураторов. Барнс тоже годится, а вот руководитель поедет обратно.

— А ритуал? — Не удержался – положил руку на плечо Элии. Успел соскучиться по её теплу, пока мы тут спорили. — Есть традиционный ритуал грат на Альве, его можно проводить?

В принципе, я и так знал ответ – можно. Раз она такая чуткая и пластичная, ей точно не повредит.

— Знать бы ещё, что он из себя представляет, тогда я бы ответила на ваш вопрос, — Виэлла заговорила тише, явно не желая разбудить Элию.

— Мы соединимся на всевозможных уровнях: энергетика, физиология…

— Вы и так уже неразделимы, а станете ещё больше, — кивнула она. — Да, ритуал не повредит и даже поможет в вынашивании плода.

Она говорила, а до меня наконец-то дошло, почему я, полукровка, всё-таки обрёл грату. Дело в этом самом пластичном геноме и уникальном свойстве эртан «слаживаться», благодаря чему связь грат и стала возможной. По сути, у истинных пар происходит то же самое, просто называется по-другому.

Надо же, какой любопытный термин.