11

* * *

Новый день принёс долгожданные плоды. Первая шкурка хорошо высохла — для верности я дополнительно протёрла мездру* чистой тканью, мех расчесала гребнем с самыми частыми зубчиками и напоследок немного поморозила уже готовое изделие, чтобы избавиться от постороннего запаха. По итогу у меня получился высококлассный для этих мест товар с пушистым ворсом и мягкой основой.

Преисполненная гордости я показала мех единственному близкому человеку в этом мире — бабушке. Кажется, она удивилась моим откуда-то взявшимся навыкам выделки шкур гораздо сильнее, чем фее, чьи слёзы продолжали обеспечивать нас грибами. По крайней мере, её голос звучал очень удивлённо, когда она спрашивала, как мне удалось сохранить податливость шкурки и спрятать неприятный запах. Пришлось лукавить и оправдываться тем, что я подсмотрела, как это делали другие, после чего просто повторила. Помимо этого я решила списать всё на везение — первый раз попробовала, а всё взяло и получилось. Бабушка точно не поверила, но допытываться не стала.

— Какая ты умница, Верити, — похвалила она меня, а затем, полюбовавшись получившимся мехом, с тоской добавила: — Жаль ко мне всё никак не вернутся силы, чтобы хоть немного тебе помочь. Неприятно чувствовать себя обузой…

Глядя на сморщенную руку на сером меху, я хотела уже начать заверять бабушку, что сама со всем справлюсь. Вот только вовремя вспомнила, где нахожусь. Здесь нет телевизора и интернета, нет всех тех благ, что есть на Земле, с помощью которых старики могли бы отвлекаться от дурных мыслей, забывая хоть ненадолго о своём немощном теле. В этом мире пожилые люди привыкли занимать себя делом. Будь то сортировка трав, изготовление впрок свечей, заготовки на зиму, а если позволяет здоровье, то изготовление одежды и многое другое. Потому сказать здесь «просто ничего не делай, я обо всём позабочусь» равносильно тому, чтобы заранее похоронить живого человека.

Удерживая это в памяти, я подала бабушке плошку с супом и, убрав мех, сказала:

— Ну что ты, перестань накручивать себя, — с мягкой улыбкой поправив плед на острых коленях, я добавила: — Сейчас тебе нужен отдых, очень много отдыха. А как только ты полностью поправишься, снова начнёшь мне помогать. Договорились?

На морщинистом лице бабушки тут же расцвела улыбка и она кивнула. Коротко чмокнув в закрытую чепцом макушку, я отправилась отвоевывать у феи свою порцию завтрака, параллельно размышляя на не самые приятные темы.

На самом деле это чудо, что человек преклонного возраста смог пережить Белую Лихорадку. Здесь так называют аналог гриппа, который частенько уносит жизни тех, кому не хватает средств на дорогие лекарства — их цена в Торшильде завышена не потому, что местные фармацевты жадные, просто нишу антибиотиков здесь заняли препараты с магическими свойствами, а такие на конвейер трудно поставить. Вот и приходится платить за редкие микстуры от тяжелых болезней бешеные деньги. Чем, конечно, их создатели точно пользуются.

Надо будет обязательно в будущем разжиться чесноком для его разведения, — следуя за мыслью, принялась рассуждать я. — Всё же природный аналог антибиотиков лишним никогда не будет. Плюс многие блюда становятся вкуснее, если добавить в них эту сушёную приправу. Если же с чесноком возникнут проблемы, то, как вариант можно будет сделать настой из крапивы, что не уступает ему в полезности. Да и вообще крапиву так же можно добавить к некоторым блюдам — обдать кипятком и проблема “жгучести” решена, при этом трава сохранит все полезные качества. А их не мало. Осталось только дождаться тепла, чтобы разбить несколько грядок, где я планирую разводить не самые привычные для местных жителей ингредиенты для блюд.

И да, как раз желание создавать не только вкусную, но и полезную еду натолкнуло меня на мысль о той же таверне. Так у меня всегда будет возможность не только есть качественную пищу самой, но и кормить ей других. При том за достойную плату. Эх, поскорей бы хотя бы начать воплощать эту затею в жизнь.

Предаваясь мечтам я, наспех позавтракав, посвятила всю оставшуюся часть утра вылазке в лес, которая поспешила меня порадовать. Все расставленные силки ждали меня с добычей, и это было странно, ведь рядом с одной из ловушек я видела отчётливые следы не только волчьих лап, но и… чего-то крайне когтистого. При том цепочки следов представляли собой замкнутые круги. Словно голодные хищники вились вокруг почему-то недосягаемой жертвы, от которой их постоянно что-то или кто-то отпугивал. В общем, кролики на этот раз смогли дождаться моего появления в полном комплекте.

Помимо этого меня снова никто не побеспокоил пока я пробиралась через нападавший за ночь снег — делать крюк по уже протоптанному пути мне было лень, да и шлось там не легче и мой способ оказался быстрее. К тому же по нехоженому пути мне посчастливилось наткнуться на почти нетронутый куст калины. Алые ягоды на голых ветвях прятались под снегом, но белоснежная маскировка не спасла их от моего орлиного взора — его пришлось спешно развивать, чтобы хоть как-то выжить в суровых условиях.

Благодаря находке в лесу пришлось задержаться, отчего озябли пальцы не только на руках, но и на ногах. Зато к тушкам кроликов в корзинке прибавились сочные ягоды калины, а также несколько чудом найденных брусничных листьев. Я умудрилась споткнуться и достаточно примять снег, чтобы из-под него выглянула знакомая зелень, которая таковой оставалась даже зимой. Жаль что для ягод уже не сезон. Но, даже листья можно будет заварить и попить душистого чая.

Что, собственно, я и сделала по возвращению домой. Правда, согреться чаем не удалось — времени хватило только на то, чтобы залить сбор кипятком без дальнейшего наслаждения напитком, потому что день неумолимо уходил, а мне ещё надо было в город. Так что пришлось спешить.

Оставив тушки плотно завернутыми в толстую ткань в пристройке, я загрузила лукошко грибами, выделанную шкурку спрятала за пазуху, использовав верхнее платье как карман, и привязав к поясу своё верное оружие, умчалась на встречу с Ирвином. Бабушка только и успела вдогонку посетовать на то, что я ещё толком согрелась. Однако время поджимало — мы с полугномом условились встретиться в полдень, потому греться пришлось уже на бегу.

В этот раз к Ирвину не пришлось пробираться тайком. Мы договорились, что он заберёт “товар” через щель в ограде постоялого двора — такой вариант он сам предложил, видимо используя данный метод торговли постоянно.

— Принесла? — раздалось хриплое между щербатых досок, стоило мне оказаться на нужном месте. Узнав голос Ирвина, поняла, что он наверняка видел, как я шмыгнула в узкий проулок между оградой Неверной Девы и стеной ближайшей к нему оружейной лавки, потому уже дожидался меня.

— Да, вот, — ответила, протягивая ближе к щели лукошко и показывая, что находится под тряпицей. С той стороны послышался одобрительный хмык, затем доска неожиданно отъехала и мозолистая рука утащила в образовавшееся окошко мой товар.

— Стой здесь, сейчас приду, — тихо скомандовал Ирвин, возвращая часть забора на место.

Чувствуя себя торговцем контрабанды, я натянула платок на манер маски, оставляя открытыми только глаза, и закуталась в плащ. Вдруг кому-то приспичит воспользоваться этой тропой, а так меня хотя бы не узнают. Понятия не имею, что там за дела крутят вокруг моего участка, но интуиция мне подсказывает: необходимо прятать все свои действия как можно дольше. Чтобы банально мне не смогли помешать. А что это будут делать, я не сомневалась.

Ждать полугнома долго не пришлось. Ирвин вернулся довольно быстро, так же бесшумно отодвинул доску, возвращая через неё одолженное мне лукошко со словами:

— Будет ещё — приноси, но перед этим оставь сообщение конюху. Он ближе всех к северной калитке двора, так что услышит, если ты позовёшь.

— А звать-то его как? — удивлённо спросила, понимая, что полугном обзавелся своими людьми даже на чужой территории.

— Никаких имён, — последовал короткий ответ, пока тайный ход опять превращался в сплошной забор. — Просто покличь, и он выйдет к тебе.

Не став спорить, пожала плечами на такие тонкости ведения дел и, заглянув в лукошко, обнаружила там два десятка медных монет. Подняла было голову, чтобы поблагодарить полугнома, ведь я рассчитывала на сумму в два раза меньше, но Ирвина уже за забором не оказалось. Поскрипывая снегом под ногами, тот уже спешил вернуться в тепло своей каморки.

Окрылённая неожиданной щедростью я поспешила покинуть сомнительный переулок. Сделка действительно оказалась хорошей, ведь тот же мех удастся сбыть гораздо дешевле, чем чудом оказавшиеся в моём доме грибы. Не удивительно, что впервые в этом мире моё настроение позволило от души улыбаться в платок, пока я с предвкушением размышляла, как поступить дальше.

Прикидывая в уме, сколько стоит сразу отдать ростовщикам, чтобы хотя бы показать свою платежеспособность, быстро шагая, я оказалась на второй по важности улице. При том настолько вовремя, чтобы неожиданно стать свидетелем неприятной сцены.

Недалеко от входа в проулок стояла пара и явно спорила. Крупный мужчина в плаще из дублёной шкуры, что едва не трещал на широких плечах, наступал на девушку, которая тряслась как осиновый лист. Она, к слову, выглядела ещё беднее меня, потому что от холода девушку спасал только старый шерстяной платок, повязанный на манер жилета. Голова и вовсе была ничем не прикрыта. Всё бы ничего, ведь не я одна находилась в бедственном положении, но меня заставил напрячься не внешний вид девушки, а разворачивающееся действо.

Заросший жёсткими волосами, как на голове, так и на подбородке, детина удерживал девушку на месте, используя её собственную косу. Намотав на внушительную лапу смоляной жгут волос той, чьего лица я не видела, мужик, гаденько ухмыляясь, тянул косу на себя, вынуждая лепечущую девушку подаваться ему навстречу. Оставалось буквально полшага, после которых она того и гляди прижмётся к могучей груди.

Вроде бы, что тут такого? Может у парочки игры такие — если обе стороны устраивают правила любовных игр, то остальным нечего вмешиваться — вот только девушка казалась не на шутку испуганной. Она упиралась пятками в притоптанный снег и затравленно вертела головой в поисках помощи.

Пожалуй, надо было просто уйти, пройти мимо как редкие люди и нелюди на этой улице, но… я не смогла. Не так была воспитана. Что точно рано или поздно мне аукнется в этом мире. Но, даже понимая всё это, мне не хватило духу просто остаться в стороне. Иначе, какой я человек после этого?

Повторяя про себя местные законы, чтобы точно не натворить глупостей, я глубоко вдохнула и, стиснув зубы, направилась к спорящей парочке. Точнее несмело спорила только девушка, а вот мужчина от всей души забавлялся ситуацией. Нет, даже не так — он упивался затравленным видом своей жертвы, что меня заставило разозлиться.

Поравнявшись с парой я, неотрывно глядя в маслянистые глаза детины, ухватила его за запястье и сжала. Тем самым мешая охамевшему мужику продолжать тянуть за девичью косу.

— Уважаемый, — холодно обратилась я к тут же возмущённо глянувшему на меня верзиле, — не знаю, в чём тут дело, но руки распускать не стоит.

Моя речь звучала бы внушительнее, если бы не платок, продолжавший закрывать нижнюю часть моего лица. Отодвигать специально не стала, на случай если агрессивный тип окажется очень мстительным. Так моего лица он не увидит, а значит не узнает, кто помешал ему беспредельничать.

— Тебе какое дело, девка? — рыкнул мужик, пытаясь стряхнуть мою руку. Однако держала я крепко, отчего он начал закипать. Вперив в меня недобрый взгляд, мужик угрожающе сказал: — Иди куда шла, тебя это не касается.

— Возможно, — с лёгкостью согласилась, чтобы тут же не дрогнувшим голосом продолжить, — но это касается законов Торшильда. В данный момент вы их нарушаете. Вы так не считаете? Тогда давайте позовём стражу и выясним насколько правомерно так обращаться с девушкой, даже если она приходится вам родственницей.

— Мы вообще не знакомы, — решила подать слабый голос пострадавшая сторона, отчего мне сразу стало легче. Всё же вмешиваться в пустую ссору влюбленных мне не хотелось.

Продолжая не сводить взгляда с ярящегося мужика, чтобы вовремя успеть отреагировать — мало ли что ему в голову взбредёт — краем глаза заметила, как девушка попыталась укрыться за моей спиной, после чего сразу охнула, ведь мужчина не удосужился отпустить её волосы. Звоночек номер два. Всё же моё вмешательство не было лишним и ненужным.

— Слушай сюда, — угрожающе начал детина, горой нависая надо мной, но затем он втянул воздух и, сбившись с мысли, замолчал.

Непроглядно чёрные глаза мужчины почему-то расширились, затем тут же подозрительно сузились. После чего он вдруг во все лёгкие снова вдохнул, при этом едва не уткнувшись мне носом в макушку. Я бы после такого точно отшатнулась, а то и откровенно шарахнулась, но мне мешало то, что коса девушки всё так же была зажата в лапе лохматого мужика. И пока он её не отпустит, я с места не сдвинусь.

Такой уж у меня характер — если что-то начала, то обязательно доведу это дело до конца. Даже если придётся смести всё на своем пути, включая двухметрового мужика больше похожего на викинга, чем на простого обывателя Торшильда.

Уже готовясь дать отпор, но в душе надеясь, что этого не понадобиться, потому что в итоге закон может оказаться не на моей стороне, я вдруг услышала свист. Кто-то очень постарался привлечь наше внимание, от чего звук вышел довольно громким.

Мужик отвлекся от обнюхивания меня и повернулся в сторону звука, чтобы тут же… схлопотать снежком прямо между глаз. И прежде чем я успела осознать произошедшее, за первым комком снега прилетело ещё два, что со снайперской меткостью угодили в то же место, после чего с чувством выполненного долго снежки развалились и брызнули в стороны. Кажется, моя челюсть после такого бессовестно устремилась к земле. Девушка рядом испуганно охнула, а вот пострадавший мужик наоборот подозрительно притих.

Вначале детина неверяще замер, будто пытался убедить себя, что ему показалось. Однако стоило ему скосить глаза на остатки снега между кустистых бровей, осознать всю реальность чьей-то наглости и начало происходить нечто страшное. Мужик резко отпустил косу девушки, тем самым давая мне возможность разжать пальцы на его запястье, после чего взревел так, что слюда в ближайших окнах задребезжала, а редкие дворовые собаки завыли в унисон.

Затыкая уши в попытке уберечь перепонки, я бросила взгляд в ту сторону, откуда прилетел снежок, и заметила знакомую рыжую макушку. Кажется, подозрительно знакомый пацан специально снял шапку, чтобы цель его шалости точно нашла виновника. Мужик между тем раздулся как шарик, затрещал всеми суставами и кажется не только ими, на его коже проступили ручьи из бурого меха, а лицо начало всё меньше походить на человеческое. С опозданием до меня, наконец, дошло с кем я умудрилась связаться.

Да что же мне так везёт на оборотней! Их тут не так много, чтобы каждый день встречать по двуликому!

Услышав новый свист, я ошарашенно посмотрела в сторону Барста и, заметив его безмолвный знак «замри» схватила и сжала руку девушки рядом, не давая той сорваться на бег. До меня с трудом, но дошло, что если мы сейчас побежим, медведь последует именно за нами. Ведь первой кто его разозлил, была именно я.

Медведь, а это оказался именно вербер, поддавшись провокации моего недавнего знакомого, перекинулся в свою свирепую форму, разбрасывая вокруг клочки одежды, и тяжело переваливаясь, помчался на обидчика.

Стоило это увидеть, как моё сердце ухнуло в пятки. Страх за глупого парня вытеснил собственный ужас перед истиной формой двуликого, но мальчишка вдруг поспешил оправдать данное мной звание кота-воришки. Барст дождался, когда медведь будет достаточно близко и только тогда ловко взлетел по сточной трубе дома и шмыгнул на крышу. Раз, и нет уже парня за сугробом у лавки кожевника. А вот тяжелая туша медведя оборотня оказалась не так манёврена. Потому как бы он не пытался затормозить, под визги свидетелей, скрипя когтями по промерзшим булыжникам мостовой, вовремя остановиться он не смог.

Как только бурая махина встретилась со стеной, последовал жуткий грохот, кладка пошла трещинами, а на косматую голову поспешил свалиться весь снег, что лежал на крыше. Вокруг начался настоящий хаос.

Кто-то кричал, призывая стражу, чтобы те навели порядок. Кто-то сокрушался, что оставил дома стрелы с усыпляющими наконечниками. А кто-то открыто смеялся над нестабильностью верберов и бравился, что вот, мол, он, верпард всегда контролирует своего скального кота.

В итоге какофонию голосов смогла прервать только новая порция рёва. Медведь, яростно потрясая головой, выбирался из снега, готовый отыграться на любом, кто окажется слишком близко, что заставило всех тут же притаиться. Однако финал внезапного обращения мне не довелось увидеть.

— Скорее, надо уходить, — пропищала девушка, несмело дергая меня за руку, и в этот раз я была с ней согласна. Теперь внимание медведя переключилось на того самого хвастуна, который спешно пытался унести от невменяемого собрата свои лапы и усы. Так что самое время нам тоже последовать дельному примеру.

Стараясь не совершать резких движений, чтобы медведь не вспомнил о нас, я принялась пятиться и подталкивать девушку к проулку, откуда мне совсем недавно довелось выйти. Сейчас нырнём в него, а затем просто выйдем с той стороны. В нынешней ситуации лучше сделать крюк, чем попасться на налитые кровью глаза бешеной зверюги. Которую, к слову, уже спешат успокоить стражники — вдалеке разнёсся звук труб.

Лишь оказавшись в узком застенье, я оглянулась, чтобы, наконец, посмотреть на жертву внимания медведя-оборотня и… застыла с удивленно распахнутыми глазами. Вот так совпадение.

Рассматривая испачканное сажей миловидное лицо в обрамлении чёрных кудряшек, я неверяще произнесла:

— Аринка?

— Да, — так же удивлённо ответила девушка. — Мы знакомы?

С моих губ сорвался нервный смешок. После которого пришлось сделать пару глубоких вдохов и выдохов, чтобы уже куда спокойнее сказать:

— Нет, но теперь будем. — После чего я, хитро улыбнувшись, добавила: — И надеюсь, обычным знакомством мы не ограничимся.

* * *

Мездра* — кожаная часть шкурки.