27

Эльза

В одну секунду Тай сжимает мою ладонь, а в следующую — меня запихивают в огромную машину. Бог свидетель, я пыталась сопротивляться. Боролась, брыкалась, кричала. Но мужчины по своей природе сильнее. Меня просто встряхнули, как тряпичную куклу, ударили по лицу и закрыли в машине. Сердце отбивало нервный ритм о ребра, я так боялась за Тая. А если его ранили? А если убили? Хоть бы все с ним было нормально… Пожалуйста.

Я смотрела на пятерых уродов в масках, с огромными стволами, и внутри была такая ярость. Эти суки разрушили один из самых лучших дней в моей жизни. Они громко переговаривались и ржали, я все никак не могла понять, на каком языке они говорят. Меня с двух сторон прижимали потные тела, я бы хотела отодвинуться, но некуда. Мы гнали по дороге с такой скоростью, что становилось страшно.

Я старалась обернуться, но мне не давали. Дергали за руки и что-то грубо говорили. Ехали мы долго. Очень. До меня наконец-то дошло, что меня… похитили! Кто? Для чего? Почему? Столько вопросов и ни одного ответа! Господи.

Первое время я силилась запоминать дорогу, повороты, но мы ехали слишком долго, я сбилась со счета. Единственное, о чем я могла думать, — чтобы Таймас был жив и нашел меня. По внутренним ощущения прошло больше трех часов, как мы в дороге. У меня затекло все тело и пить хотелось неимоверно, но я не собиралась ничего просить у этих уродов. Меня напрягло, что в какой-то момент они сняли с себя маски и я видела их лица. Это сразу наводило на мысли, что меня похитили не с целью выкупа… Если за этим стоит отец, то я просто не жилец. Но меня и не убили сразу, что странно. Неужели, дражайший родитель хочет сделать это сам? Я не удивлюсь. Закрываю глаза, и перед внутренним взором лицо отца, когда он выстрелил в Марианну. Я всегда знала, что ему на нас наплевать, но, честно, не думала, что он сможет вот так убить… Без каких-либо чувств и эмоций, словно мы мерзкие тараканы, ошибки природы. Сжимаю в тихой ярости кулаки. Клянусь, я убью его. Мое лицо будет последним, что он увидит перед смертью.

Машина наконец затормозила, и меня грубо вытащили наружу. Амбал сжимал мое запястье до синяков.

— Двигай задницей, — рявкнул он, когда я остановилась осмотреться.

На улице было темно и ничего не видно. Меня завели на какой-то старый заброшенный склад, здесь воняло сыростью и плесенью, дышать невозможно. Урод, державший меня, толкнул на какой-то мешок и приказал не двигаться с места.

Я и не двигалась. Мне было страшно. Я мельком осматривала пространство вокруг, прикидывала, что может послужить оружием и можно ли сбежать отсюда.

— Босс сказал, будет через час. Погони за нами не было. Этот тупой кретин выбрал не ту машину, — сказал один из громил.

Я вся превратилась во внимание, она начали общаться на русском. Он говорит о Тае? Он жив? Сердце забилось чаще, и я почувствовала такое облегчение. Я так переживала об этом засранце! Если мой муж жив, то он обязательно найдет меня, почему-то я в этом не сомневалась. Сама не заметила, как начала улыбаться.

— Слышь, че лыбишься? — гаркнул один из уродов.

Улыбка тут же испарилась с моего лица. Я посмотрела на него, а потом просто отвернулась. Не нужно вступать с ними в диалог.

— Эй, киска, — я слышала, как он подошел ко мне. — Я к тебе обращаюсь. Посмотри на меня.

Я отказываюсь выполнять его требование.

— Дикий, отойди от нее, — прикрывает один из верзил.

— Я хочу, чтобы эта сука посмотрела на меня. Посмотри. На. Меня. — я чувствую его дыхание на своей щеке.

— Иди к черту, — тихо отвечаю.

— Что ты сказала?

— Проблемы со слухом? — я поднимаю глаза и смотрю на него, как он и хотел. — Иди к черту.

Как только эти слова слетают с моих губ, он бьет меня наотмашь по лицу, цепляя губы, я чувствую, как те лопаются и с них начинает течь кровь.

— Эй, ты что творишь! — кричит кто-то из его подельников.

А этот бугай хватает меня за волосы и швыряет словно тряпичную куклу на бетон. Я бьюсь коленями о грязный пол. Он снова тянет меня за волосы, заставляя встать на колени.

— Отпусти ее!

— Нам сказали доставить ее живой… по возможности, и все. У этой суки слишком дерзкий рот, как раз для моего члена.

— Ты что, собрался ее насиловать??

— Да она сама хочет, течная шл*ха. Я с ней закончу и поделюсь, — ржет больной ублюдок.

Никто не собирается вступаться за меня. Я вижу, как лица других мужчин загораются похотью. Они реально готовы пустить меня по кругу.

Дикий расстегивает ширинку, спускает штаны, и перед мои лицом появляется его маленький, коротенький член. Я настолько в шоке от происходящего, что превращаюсь в памятник самой себе.

— Соси! — дергает меня за волосы, практически вдавливая в себя.

К горлу подступает тошнота, мне кажется, меня сейчас вырвет. Тело содрогается в отвращении. Я не могу поверить, что все происходит на самом деле. Какой ужас. Я не боюсь боли, но насилие…

— Рот открыла и начала сосать, сука! — бьет по лицу.

Я делаю глубокий вдох и беру его отросток в руку. Отвращение прокатывается по мне. Я хватаюсь за основание, а второй рукой за мошонку. Этот ублюдок издает удовлетворенный звук, а потом… Потом я с силой сжимаю его причиндалы, я вцепилась в них, как питбуль. Этот урод начинает визжать фальцетом, пытается отцепить мои руки, но я не сдаюсь. Я сжимаю все сильнее, чувствую, как у самой руки начинает сводить судорогой, вонзаю ногти.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Вскоре меня отцепляют от похитителя. Двое мужиков, просто швыряют обратно на мешок. А я смеюсь. Может, я и не кастрировала мудака, но детей у него точно не будет.

— Живая или мертвая.

Смех мой обрывается, когда один из похитителей берет пистолет и направляет на меня.