Глава 12

Боже, спасибо! Огромное спасибо! Он здесь, и мы одни! Мои глаза сверкали, горели от счастья! Алекс будто прочитал мои мысли и пришел! Во мне бушевал восторг, и, не в силах его сдержать, я несколько раз подпрыгнула. Вытирая волосы, я мысленно перебирала наряды. В ванной комнате выбор был небольшой: халат или сиреневая футболка с короткими шортами… То, что нужно! Я быстро натянула на себя одежду и подкрасила ресницы. Ну, держись, дорогой! Влюбленная и коварная кошка вышла на охоту! Алекс, сложив руки за спиной, стоял возле окна и смотрел на улицу. Я тихо подошла и прикрыла руками его глаза. – Ни за что не догадаешься, кто здесь! Он медленно повернулся и поцеловал мои ладони. – Поверь, я давно чувствую тебя даже за километр, – Азаров глубоко вздохнул и натянуто улыбнулся. – Обожаю запах жасмина. Как бы мне хотелось всю жизнь наслаждаться этим ароматом… – Разве что-то может помешать? – я поднялась на цыпочки и нежно прикоснулась губами к его щеке. Неожиданно он отстранился, отпустил мои руки и сделал полшага в сторону. – Милана, мне нужно серьезно поговорить, точнее, рассказать что-то очень важное. Ты не могла бы сесть на кровать? Нет… лучше на стул. Когда ты рядом, сложно сосредоточиться. Ладно, первый раунд проигран, но впереди еще много времени. Я очень кстати вспомнила сцены из романтических фильмов и грациозно прошла по мягкому ковру. – Так пойдет? – Я села на краешек стула и прогнула спину. – Вполне, – Алекс пробовал собраться с мыслями, не отрывая от меня взгляда. – Понимаешь… моя семья не такая, как все, я другой… – Уверяю, это очень заметно, – я поднялась на цыпочки и достала жасминовое масло с верхней полки компьютерного стола. – Не возражаешь? – Да, то есть, конечно, нет, – смутился он. – Так вот, мы не выбираем своих родителей, у каждого из нас свой путь, свое предназначение. Мы с тобой очень разные… – Твои родственники против наших встреч? – мои руки медленно скользили по коже, втирая масло. Я была уверена, что его родня не может противиться нашим чувствам. Что во мне плохого-то? Поэтому по наивно-книжному продолжила соблазнение. Краем глаза я наблюдала за реакцией Алекса. Он завороженно следил за моими движениями. Это вызвало торжествующую улыбку на моих губах. – Милана, – его лицо вытянулось, глаза наполнились болью. Алекс отвернулся к окну и сильно сжал ладони за спиной. – Я бы все отдал, лишь бы видеть тебя, быть с тобой, но мы абсолютно разные, и, боюсь, нам придется… Тяжелый ком подкатил к горлу. Я испугалась продолжения фразы и, не желая больше сдерживать эмоции, подбежала к нему. – Почему? Я что-то сделала не так? – Дело в другом. Мы не должны быть вместе. – Почему? Алекс, скажи… Я все еще нравлюсь тебе? – я замерла в ожидании ответа. – Конечно да! Каждую секунду ты вызываешь нестерпимое желание быть с тобой рядом. Одна твоя улыбка, одно прикосновение… – его взгляд вспыхнул, но уже в следующее мгновение наполнился печалью. – Но я боюсь напугать и оттолкнуть. Боюсь, что ты изменишься и исчезнешь… В эту минуту трепет его пальцев и чуть слышный голос жгучим желанием отозвались внутри меня. Я снова встала на носочки и, еле дыша, прошептала: – Мне все равно, кто ты! Я люб… Он не дал мне договорить поцелуем, за которым последовала череда других. В страстном порыве Алекс поднял меня и посадил на подоконник. Его губы были то нежными, то грубыми, то снова нежными. От трепетных касаний сильных рук я разучилась думать. Слова Алекса о его семье и необходимости расстаться были моментально забыты. Да! Я словно падала с огромной высоты, впервые в жизни давая волю чувствам. Я уже не помнила, как мы оказались на кровати и куда делся его свитер. Вокруг смолкли звуки, было слышно лишь наше прерывистое дыхание. И только когда он прикоснулся к моей груди, я немного пришла в себя. – Алекс… В это мгновение окно резко распахнулось и мне показалось, что я задыхаюсь. Воздух будто ожил и превратился в желейную массу. Она плотной непроницаемой оболочкой окутала лицо и тело. Я попыталась оттолкнуть, разорвать ее, но пальцы не двигались. – Алекс! – только и смогла крикнуть я. Он резко соскочил на пол. Страсть все еще бушевала в нем, но в глазах был испуг. – Прости, я сделал больно? В ту же секунду мое видение исчезло, растворилось, будто его и не было. – Нет, не ты. Это что-то совсем другое, но мне страшно, – я никак не могла выровнять дыхание, в глазах блестели слезы ужаса. Что это было?! Неужели на меня так действует возбуждение? Может, мне нельзя находиться рядом с мужчиной? Что случилось с воздухом в конце концов?! Азаров встал на колени и взял в ладони мое заплаканное лицо. – Все будет хорошо, я рядом и никому не отдам тебя! Смотри, что у меня есть… – он коснулся руками своей груди и, сложив ладони домиком, поднес их к моим глазам. – Это любовь. Она, как бабочка, каждым взмахом крыла будет оберегать тебя. У нее голубые крылья, как твои глаза, и длинные усики, как твои ресницы. Она слышала все, о чем шептало ей мое сердце. В любую минуту, когда захочешь, она расскажет о моей любви и защитит тебя. Ты сохранишь ее? Я согласно улыбнулась, вытирая слезы, и накрыла его ладони своими. На мгновение мне показалось, что внутри действительно трепещут нежные крылья… – Я постараюсь, обещаю…