Глава 21

Просыпалась тяжело, пытаясь понять, где я, но все, что увидела — рыжую шерсть котяры рядом. Странно, но сейчас он казался мне несколько ближе и словно бы понятнее. Зарылась в густую шерсть, еще немного пахнущую клубничным шампунем, и тут же словно бы услышала очередной образ в голове о том, что мне надо встать и поесть. Удивления не было, но ощущение, что в голове кто-то хорошо прошёлся с кувалдой, в висках стучало.

Села, осматривая приличную комнату, больше похожую на какое-то общежитие. Одноместная койка, палас на полу, небольшое зеркальце на стене и пустой шкаф. Чисто, опрятно, но скупо. Рядом с кроватью тубма с кувшином воды и одиноким стаканом. Набросилась на воду, ощущая, что пить я и вправду очень хочу. Стало немного лучше, хотя голова все еще была тяжелая и побаливала, словно я не спала несколько ночей подряд.

— Где мы? — наконец нашла в себе силы спросить у Рыжего, глядя в умные глаза, так похожие на глаза его хозяина.

Сердце кольнуло, стоило только вспомнить произошедшее вчера, но раскисать не время. Мне надо найти способ понять, куда я опять вляпалась.

В комнату влетел Уголек, тихо тяфкая, но вместо его тява я почему-то «слышала», что он просит меня спуститься на первый этаж — там завтрак.

Очень странно, раньше я не понимала, что хотят от меня эти двое. Собака и кот. А теперь почти даже поверила, что они разумны. Только вот общаются как-то иначе, чем люди. Кстати, способ общения очень похож на тот, с помощью которого я слышала тех драконов, навредивших моему теперь уже супругу… Пристально посмотрела в умные глаза сверхов. Кот показал таким же странным способом образ дома друга. И понимай как хочешь. Вздохнула, тяжело вставая.

На мне по-прежнему то заляпанное платье, в котором я была в храме — видимо, кто-то не стал меня раздевать, чтобы уложить в кровать, так что душ бы не помешал. Душ… в средневековье… Смешно.

И тут же заметила, что на спинке кровати болтается что-то типа мужских брюк и рубашки. Кинулась к ним, щупая ткань, что явно лучше крестьянской. К тому же это все же брюки, а не эти их платья, в подолах которых можно запутаться. Джинсы бы мои сюда…

— А где тут можно умыться? — Я отчаянно гнала мысли о том, что Джонель мог не выжить. Что все это время я тащила труп. Рыжий же тут? Значит, и мой дракон тоже, и он жив! Жив!

Мне показали комнату дальше по коридору.

Вздохнула, сжимая свежие вещи, и потопала куда сказано, попутно глядя на стены коридора. Чисто, свежо. Но все равно ощущение какого-то общежития — ни намека на личность хозяина. Ни картин, ни портретов… только ничего не значащие обои в цветочек и деревянная обшивка.

Уголек топал след в след, но убедившись, что привел меня куда надо, он сел рядом с дверью, не заходя внутрь. И ладно.

С удивлением отметила подобие унитаза и даже что-то похожее на душевую лейку! Правда, вода льется, как в водопаде, единым потом, но это все равно лучше, чем плескаться в тазу.

Быстро ополоснулась, сделала все свои дела, даже найдя нечто похожее на тот полоскательный бальзам, который мне давал, кажется что уже целую вечность назад, Оринель. Почистила с помощью него зубы. Пальцами прочесала волосы, укладывая их на одну сторону, переоделась в чистое.

Вот теперь можно идти есть. Желудок тут же подвело от голода, и я поторопилась. В коридоре меня уже ждал Рыжий котяра, а Уголька нигде не было. Неважно.

Сглотнула, боясь спросить про Джонеля. Но когда-то же надо.

— Рыжик, ты… твой хозяин жив? — уточнила, а сама даже зажмурилась от напряжения.

В голове возникла четкая картинка бледного Жона в подобной моей комнате. Его бок перевязан свежими бинтами, крови уже не видно. На столе рядом какой-то дурно пахнущий настой.

Облегченно выдохнула, ощущая, как по щекам катятся слезы. Значит, жив, я успела. Все было не зря!

Едва не упала на дощатый пол, но именно этот момент выбрал незнакомец, чтобы показаться мне на глаза.

Высокий мужчина с темными как смоль волосами. Внешне он чем-то напоминал Оринеля, но сходство отдаленное. Только я вот помнила, что сделал мне черный дракон, так что шарахнулась в сторону.

— Спокойнее, золотая, — устало сказал он, подхватывая меня под локоть, не давая сбежать.

Заглянула в добрые глаза, отчаянно желая поверить, но… Я ведь уже ошиблась однажды? И не могу допустить этого снова, тем более теперь, когда отвечаю не только за себя, но и за моего огненного дракона, или как тут называют красных. Странно, что у них нет стихийной разбивки.

Заметила и внушительный возраст подхватившего меня дракона. Почему-то в том, что это дракон, я даже не сомневалась. Внутри все горело от трепета и странного уважения к незнакомцу. Совершенно ничем пока не вызванного, кстати. Но расслабляться рано.

— Вы кто? — Я старалась не нервничать. Неужели это какие-то особые драконьи инстинкты? Не припомню за собой подобных «озарений» ранее.

— Можешь называть меня Дин. Идем вниз, тебе следует подкрепиться. Первый оборот всегда энергозатратно.

— Валерия.

Спорить не стала. Я понятия не имела, затратно это или нет, а вот есть очень хотелось. Так что, когда передо мной поставили тарелку с мясной похлебкой, сметелила только в путь, даже толком не ощутив вкуса пищи. Перед носом тут же оказалась добавка. Стало неудобно, я чуть замедлила работу ложкой и только потом задумалась о том, что если еда отравлена, то я наверняка уже труп. Проклятье! Почему я так доверилась этому незнакомцу?!

— Приборами пользоваться умеешь, значит, из развитого мира, — наблюдал за мной Дин, пока я соображала, что делать дальше.

Невольно покраснела. Он прав — где мои манеры? Впрочем, сейчас не до них.

— Объясните мне, где мы? — начала потихоньку допрашивать, пытаясь понять, во что вляпалась в очередной раз.

— В столице, — дракон улыбнулся, — инстинкт золотых привел тебя верно.

Ага. Был бы только это инстинкт, а не банальный страх за жизнь Жона. Летела куда пришлось, вот и все.

— На нас напали, и я… просто летела, — сказала как есть, отламывая ароматный хлеб и наслаждаясь его непередаваемым вкусом. Живо прожевала. Если уж меня отравили, то сделали это еще первой порцией блюда, так что волноваться поздно — можно только наслаждаться вкусом пищи. — Как Джонель? Он скоро поправится? — спросила главное.

— Твой супруг жив, но очнется ли… — Мужчина покачал головой. В его взгляде мелькнуло сожаление, словно он знал что-то, чего не знаю я.

Сердце тут же сжалось от страха.

— Но ведь вы перевязали его раны? Значит, есть шансы! — Мне искренне хотелось в это верить.

— Да. Но все же ранение было слишком серьезно. И ладно бы его потрепали только когтями — физическую оболочку можно восстановить, но против него использовали магию…

— Это плохо, да? — помрачнела. Я ведь совсем ничего об этом мире не знала.

— Весьма. Время покажет. — Дин не спеша наполнил мне тарелку в третий раз. И только тогда сел напротив. До этого он предпочитал стоять у небольшого окна на кухне, что-то осторожно помешивая в небольшом котелке, откуда исходил тошнотворный запах. Теперь, когда я насытилась, в полной мере смогла осознать все вокруг происходящее. — Сверх твоего мужа показал мне, что вы обручились с Джонелем, но пока еще не провели ритуал окончательной связки.

Я удивленно сдвинула брови. Мне казалось — мы пара, на нас же даже эта их любовь сошла. Или нет?

Все же я не чувствовала бездумной привязанности. Жалость, зарождающееся чувство уважения, понимания, симпатии — да. Но можно ли это назвать любовью?

— Что за ритуал?

Я поглядывала на котелок, который продолжал стоять на окне. От него валил дым. Надеюсь, не яд? Хотя я что-то слишком много думаю о ядах. Если бы хотели отравить — уже давно бы отравили. Да и Джонель тут… И вроде живой.

— Драконы, образуя пару, должны переспать сначала на земле, потом в воздухе — тогда их брак становится окончательно завершенным. Я вижу на вас благословение богини, значит, процесс уже был начат.

Икнула. В воздухе? Это как вообще?

— А если мы не подтвердим?

— Ничего страшного не произойдет, но брак считается заключенным только после всех процедур. Благословение богини действует около месяца, и если в это время вы не завершите ритуал, то потом придется жениться заново. Сейчас же вы женаты как люди, а не как драконы. Такой брак котируется лишь месяц, как я уже сказал.

Фух. Я-то уж подумала, что случится что-то непоправимое. А получается, мне даже оставили возможность передумать. Только вот почему опять не предупредили о такой подставе? Нельзя? Или это личные заморочки Жона?

— А что насчет «снизойдет любовь»? Джонель говорил, что это происходит в момент бракосочетания.

— Да. Но процесс не мгновенный, и включает закрепление намерений.

Я немного помолчала, просто жуя суп с хлебом. Голод потихоньку отступал, так что я уже не так сильно торопилась.

— Если вы знаете, что я золотая. То… что мне теперь делать? — спросила. — Я не знаю ваш мир. Не понимаю, как вы живете. Джонель обещал помочь, но он ранен. Оринель предал. Вы ведь его родственник, правильно понимаю?

Я сникла. В самом деле, быть попаданкой не так уж замечательно, как мне казалось, когда читала фэнтези.

— Я его дядя, — кивнул мужчина. — Оринель занял мое место, когда пришло его время встать у трона. Я уступил ему свою должность.

— Жалеете? — уточнила словно бы невзначай.

— Нет. Он хороший безопасник, только слишком юн и не сумел вовремя сообразить, как отделаться от дурной клятвы служения липовому королю.

— У него любимая во дворце… — протянула, вспоминая это его оправдание.

— Избалованная принцесса? Знаю, — хмыкнул дядя Рина. — Дурная партия для него, найдет потом получше.

Удивленно вскинула брови.

— Разве у вас не одна пара на всю жизнь? — изумилась.

— Пара? — Мужчина улыбнулся. — Наши браки нерасторжимы, если их подтвердить, — это да. Но он еще не вступил в брак, а значит, найдет себе кого-нибудь другого, и все.

— Но он любит ее.

— Жизнь длинная, — философски заметил Дин.

Я слегка разозлилась.

— А вы когда-то любили? — задала весьма бестактный вопрос.

— Конечно. Я был женат на самой прекрасной женщине этого мира, — мечтательно улыбнулся дракон.

А я уцепилась за главное.

— Был?

— Она умерла от старости. Была человеком, — пояснил он слегка грустно. Заметно, что он уже давно смирился с данным фактом, но мне все равно стало неловко. И вот чего полезла? — Не для всех из нас любовь одинаково сладка, милая Валерия. Но это были самые лучшие семьдесят лет в моей жизни. А повторно после выбора пары дракон жениться не может, так что советую беречь своего супруга, золотая.

Дурдом.

— Но мы ведь не подтвердили брак! Вы сами сказали!

— Богиня дает чувства лишь раз. Это великое счастье — любить, — протянул Дин, а затем резко встал, возвращаясь к котелку и что-то помешивая там. В комнате вновь дурно запахло. — Поела? Поднимайся наверх, тебе надо восстановить силы, если хочешь бороться за трон, — сказал он, словно это было само собой разумеющееся.

— А если я не хочу бороться? — уточнила.

— Тебе придется. — Темные глаза задумчиво скользнули по мне. — Пророчества даются лишь раз в тысячу лет и всегда исполняются. Тебе суждено сесть на трон — это я знаю точно. Но только твои действия определят, сядешь ли ты на него счастливой и будет править справедливо, или перед этим весь мир умоется в крови последователей золотых.

Стало тревожно. Но почему-то спрашивать пока что ничего больше не тянуло. Неужели мне станет лучше, если узнаю еще какой-то кусочек того предсказания? Думаю, нет. А значит, действительно стоит сначала просто прийти в себя, а потом уже думать о будущем.

Тем более что Дин прав — я бы действительно еще отдохнула. Голова ужасно тяжелая.