Глава 47

Мы спускались по бесчисленным лестницам, уводящим всё глубже под землю, а Рэйв продолжал рассказывать.

— Моих родителей нашли не сразу… Да и чего их искать, если все работники знали, что господин Грег своей супруге сюрприз готовил. Лишь поздно вечером нанятые в столице садовнике зашли в оранжерею и увидели их… Некоторые из растений требовали не только бережного обращения, но и магической составляющей в уходе, потому отцу и пришлось искать специалистов в Эртайле, владеющих не только знаниями, но и магией. Они-то и освободили отца. Тот сразу же бросился за целителем в Рокстоун, само собой, за самым лучшим, который, как назло, был приглашён на ужин к градоначальнику… нет, не к лорду Орусту, в то время эту должность занимал совершенно другой человек и отказался пойти с моим отцом, боясь обидеть своим быстрым уходом первого человека в Рокстоуне. Господин Герш, так звали целителя, которого сами Стихии обязали помогать людям, подарив дар, и который обрёк на смерть мою мать. Червь, который поставил расположение градоначальника выше человеческой жизни. Отцу пришлось искать помощи у других, менее одарённых, но было потеряно слишком много времени и, несмотря на все их старания, моя мать умерла. Отец попробовал добиться справедливого наказания для тех ублюдков, что сотворили с ней такое, но и в этом он не добился успеха…

— У кого-то из этих двоих оказались слишком серьёзные связи? — мне было безумно жаль того мальчика Рэйва, который потерял свою маму. — Сколько вам было лет, Рэйв? Шесть? Семь?

— Почти девять, — лицо Блэйвурда-младшего хранило всё ту же вежливую отстранённость. — Вы правы, Эйлана, один из тех двоих оказался племянником какой-то шишки в Департаменте безопасности Вэрхайла и, само собой, они не понесли никакого наказания… отцу выплатили компенсацию и дело закрыли «по обоюдному согласию сторон». То золото, в которое оценили жизнь дорогого ему человека, отец швырнул им в лицо. Он написал жалобу в канцелярию самого Императора, но у аристократов ведь везде свои друзья и родственники… жалоба осталась без ответа, точнее, она просто исчезла без следа, словно её никогда и не было.

— И тогда ваш отец решил имитировать свою смерть и призвать к ответу негодяев лично?

Судя по всему, мы уже спустились на самый нижний уровень этого подземного Храма. Сырой, затхлый воздух ударил в нос, едва Рэйв повёл меня по бесконечному полутёмному коридору. Каждый наш шаг отдавался глухим эхом, растворяясь в безнадёжной тишине подземелий.

Стены, пол, потолок — всё было из грубого, необработанного камня. Словно мастера потратили все свои силы на оформление верхних ярусов, а здесь решили особо не утруждаться — для пленников и так сойдёт.

По обе стороны коридора, словно зубы чудовища, зияли решётки. Тяжёлые, кованые, они немыми стражами отгораживали вверенных их заботам от мира живых. За каждой из них — такая же каменная коробка, моя новая комната… господин Рэйв Блэйвурд не перестаёт удивлять: то лучшие покои предложит, то в аскетичную камеру отправит — исключительный талант играть на контрастах.

По непонятному принципу Рэйв выбрал одну из десятка одинаковых решёток, нажал на какое-то углубление в стене, и решётка отъехала в сторону с оглушительным грохотом, открывая вид на моё будущее… это была даже не камера, это была какая-то каменная клетка. Голый и холодный камень — вот и всё, что здесь было… никакой грубо сколоченной кровати, ни куска тряпки, или прелой соломы… один лишь камень, на котором предстояло сидеть, спать, жить… камень, который будет впитывать тепло моего тела, но никогда не согреет в ответ, и не успокоится, пока не заберёт у меня последние капли жизни. А в углу, словно в насмешку, было небольшое отверстие, вырубленное прямо в полу.

— Да, отец решил исчезнуть, но его цель была куда благородней, чем просто месть, — Рэйв, словно показывая мне, что бояться нечего, первым вошёл в камеру и если бы я знала как, то без малейших раздумий захлопнула бы за ним решётку. Я даже невзначай оперлась рукой на тот участок стены, в который он тыкал, он успеха мой маневр не принёс. Рэйв только улыбнулся, наблюдая за мной, скинул свой плащ и, сложив его в несколько раз, жестом мне зайти предложил. Повременю пока. — Понимаете, Эйлана, отец ведь даже ничего особо не выдумывал. Просто разбил свой экипаж, использовал несколько артефактов, и никто не стал ничего выяснять — всем было выгодно, что он исчез. От него ведь одни проблемы были, а так всё утихло.

— Он ведь бросил вас, Рэйв, бросил одного…

— С чего вы это взяли, Эйлана? — удивлённо посмотрел он на меня. Так и не дождавшись, что я воспользуюсь его заботой, он сам уселся на свой плащ. — Отец всегда был рядом со мной, направлял, поддерживал, обучал. Он считался погибшим в следствии непредвиденного выхода из строя защитного артефакта, никто не обыскивал наши владения, и отец спокойно перемещался между домом и этим местом.

— Рэйв, мне действительно очень жаль, что с вашими родителями произошла такая трагедия, и что ваша семья не смогла добиться справедливого наказания для преступников, но, по-моему, ваша жажда возмездия перешла разумную черту, если месть — это, вообще, разумно. Вы ведь уже действуете против всех, у кого есть магия, Рэйв. Вы же не осознаёте последствий…

— Если вы знаете о Храме, значит, вам известно и о «Равноправии», я прав? — я молчала. Это был риторический вопрос, он ведь слышал мой разговор с господином Грегом. — Наша семья испокоин веков хранила эту тайну, передавая её в наследство, как дар или проклятие. Некоторые Блэйвурды принимали весьма активное участие в деятельности культа, некоторые выступали в роли простых Хранителей и посредников. Храм ведь не просто найти, а с наших владений туда легко переместиться как порталом, так и подземными ходами…

— А ваши термы отличное прикрытие, у вас же постоянно кто-то уезжает, кто-то приезжает…

— Совершенно верно. Отец никогда не разделял этих идей, он был счастлив в семейной жизни и не хотел вмешиваться во все эти интриги, но обстоятельства сложились так, что он увидел в «Равноправии» ту цель, достижение которой принесёт благо очень и очень многим людям, Эйлана. Культ никогда не прекращал своей деятельности, за многие столетия его численность значительно увеличилась, равноправцы занимают высокие должности во всех департаментах Вэрхайла, и у многих из них есть магия. А уж сколько талантливых, даже гениальных мастеров в наших рядах, вы даже представить себе не можете. Все эти силы и знания объединены одной целью — положить начало новому порядку, в котором закон будет действовать для всех одинаково, а не избирательно из-за статуса и положения.

— Рэйв, ну вы же должны понимать, что прежде чем вы установите этот новый порядок, в Империи воцарится хаос на некоторое время и могут пострадать совершенно невинные люди…

— А моя мать была в чём-то виновата, Эйлана? Почему пострадала она? Почему умерла?

— Рэйв… — мне нечего было ему сказать. У меня не было весомых аргументов, чтобы переубедить его, а даже если бы они и были — он бы их не услышал.

— Мне казалось, что именно вы, Эйлана, поймёте нас, — качнул головой мужчина, словно заранее отметая все мои слова, и поднялся со своего места, — но я ошибся… жаль. Хотя ещё не всё потеряно. Я верю в ваше благоразумие, и у вас будет достаточно времени, чтобы обдумать всё, как следует… без постороннего влияния.

Блэйвурд намекал, что мне пора в камеру, но мне категорически не хотелось туда заходить.

— Рэйв, вы же умный, прозорливый человек…

— Эйлана, не заставляйте меня применять к вам силу.

— Вы не сможете этого сделать, пока кольцо лорда Ирвута не потеряет своей силы.

— Ваша защита истает очень быстро, — усмехнулся он, — чем сильнее чувства дракона, тем сильнее действие таких артефактов… а вы и сами знаете, что лорд Ирвут преследовал исключительно свои цели. Проходите, Эйлана. Я распоряжусь, чтобы вам принесли одеяло и горячую еду.

— Здесь есть ещё люди? — а вот это было новостью.

На моё искреннее удивление Рэйв рассмеялся, легко так, беззаботно. Действительно, чего ему переживать — это не его в камеру запихивают.

— Конечно, и достаточно много.

— Почему же вы, имея такое огромное защищённое пространство, оборудовали лабораторию не здесь?

— Эйлана, а чего вы не знаете? — усмехнулся Рэйв.

— На вопрос ответите?

— Мы пробовали, но зелья, произведённые здесь, теряют все свои свойства, когда их выносишь за границы Храма. А вот артефакты — нет. Так что нам пришлось разделить производство…

— Оружие вы в кузнях Рокстоуна делали, да? — пока он отвечает на мои вопросы, надо было пользоваться моментом.

— Мне действительно нравится с вами беседовать, но сейчас мне пора. Продолжим наш разговор чуть позже. Я ещё хочу успеть переговорить с отцом до возвращения в Рокстоун. Заходите, Эйлана. Даже если вы сейчас попробуете убежать, то просто потеряетесь в этих лабиринтах, поверьте мне. Я уже дал вам слово, что с вами ничего плохого не случится. Очень скоро всё решится и вам здесь будет безопаснее, чем где-либо.

Верила ли ему? Ни разу! Но он был прав в одном: в этих бесконечных коридорах можно бродить вечность. С самым несчастным видом вошла в каменную клетку. Блэйвурд тут же приложил ладонь к другой стене, и решётка с грохотом стала на своё место.

— Рэйв, а Фэлия и офицер Овирст, что вы сделаете с ними? — вцепилась я в металлические прутья решётки.

— Ничего ужасного мы с ними не сделаем, Эйлана, — удивлённо вскинул бровь Рэйв, — вы за кого нас принимаете? Мы же не чудовища какие-то! Ваши друзья выпьют зелье, мы немного подкорректируем им последние воспоминания и отпустим. В их памяти отложиться совершенно другая картинка реальности: как вы втроём отправились на гиблые земли проверить свою очередную теорию, и вы потерялись… своими силами они не смогли вас найти и отправились за помощью, но вас так и не найдут, Эйлана… мне очень жаль.

— Подождите, вы что, никогда меня не выпустите отсюда? — с его слов именно так и получалось.

— Не в ближайшее время, Эйлана. Отдыхайте, я постараюсь вернуться как можно раньше и устроить вас в более удобном месте.

— Рэйв, ваш отец не в себе, вы же это знаете! Вы представляете, что будет, если вы добьётесь успеха и он станет во главе? — не отчаивалась я достучаться до мужчины.

— Конечно, представляю. Во главе стану я, Эйлана.

Шаги мужчины затихли, и я осталась в полной тишине. Осветительные кристаллы едва мерцали, окутывая коридор тусклым светом, словно здесь и так недостаточно безнадёжно и страшно было. Отчаиваться и ждать милости от судьбы, в данном случае от Блэйвурда, я не собиралась. Мне, вообще, непонятно было, почему они меня в камеру заперли, а не убили… единственное разумное объяснение — это то, что они попытаются обменять печати у лорда Ирвута на мою жизнь… но с другой стороны — сами ведь сказали, что у них везде свои люди.

Блэйвурдов мне действительно было жаль, ужасная и несправедливая трагедия, но это всё равно не давало им права ломать тысячи других жизней… возможно, их цель и можно было бы назвать в некотором роде даже благородной, но вот решать, кто достоин владеть магией, а кто нет — уж точно не их право. Тогда чем они будут лучше благородных лордов, против которых борются с таким упоением? Да и неужели Блэйвурды в самом деле думают, что их высокопоставленные сторонники вот так просто уступят свои места простым людям с улицы, насколько бы они достойны ни были? Больше чем уверена, что их союзники из «верхов» используют равноправцев для достижения своих целей, и как бы вся эта ерунда не вышла потом боком самим Блэйвурдам — сделают из них козлов отпущения в нужный момент…

Несмотря на то что мы всё-таки нашли этот древний Храм, и даже узнали, кто стоит во главе, вопросов у меня меньше не стало.

Гордо игнорировать мужской плащ я не стала и постаралась с максимальным удобством на нём устроиться. Сидеть мне здесь предстояло долго.

Попыталась вновь обратиться к своей силе — безрезультатно. Я чувствовала её глубоко внутри, тёплую пульсирующую искорку, которая не могла прорваться наружу. Почему? Магия ведь есть в этом месте? Или здесь исключительно работают только те артефакты, которые были созданы в этих стенах?

Как равноправцы собираются вернуть магию своим сторонникам? Или, скорее, сохранить её, в то время как Стихия Разрушения будет уничтожать магию и артефакты Вэрхайла? Артефактами… определённо артефактами! В Храме сила самих Стихий, которая буквально пропитывает здесь каждый камень, поэтому и производство артефактов они наладили именно в этом месте! И материл для этих артефактов, тоже берут здесь… разбирая на мелкие кусочки каменные стены!

Возможно, это мысль была и бредовой, но ничто не мешало мне её проверить!

Я подхватилась со своего тёплого гнёздышка и принялась тщательно исследовать пол на наличие мелких камушков… ну, в самом деле! Они здесь что, ежедневную уборку проводят? Исследовательский интерес заставил меня переползти выше, и мои труды были вознаграждены крошечным осколком, который мне удалось отколупать из выемки для прутьев решётки… не больше ногтя мизинца, но мне и этого было достаточно… знать бы ещё, как эти самые артефакты создаются.

Аккуратно положила свой трофей на ладонь и произнесла первое, что пришло в голову.

— Фос… – едва слышно выдохнула я со слабой надеждой, и сила уверенно рванула к ладони, точнее, к камушку, который служил проводником и ключом, и небольшая сфера ярко вспыхнула в этом мрачном месте. — Да я просто гений! — чуть не завопила от радости, а потом внимательно прислушалась… вроде всё тихо было.

Быстро развеяла сферу, зажала камушек в кулачке и села ждать обещанного Рэйвом посланника с дарами, перебирая в уме выученные заклинания и прикидывая, какое именно поможет мне свободу получить.

Ждать пришлось долго… или просто время так тянулось, но Рэйв не соврал, и какая-то женщина, в сопровождении мужчин-охранников принесли мне и несколько плотных шерстяных одеял, и поднос с тарелкой горячего супа, заботливо прикрытой сверху крышкой, несколько ломтей хлеба и кувшин с каким-то ягодным отваром.

Вежливо поблагодарила их и попыталась разговорить, но те хранили гробовое молчание. Молча просунули сквозь прутья одеяла, поставили поднос на пол возле решётки и ушли. Есть и пить ничего не стала… они здесь зельями вовсю промышляют, откуда я знаю, что и в еду ничего не подмешали? Вот так съем крошку хлеба и побегу к золотоволосому дракону нежностью и лаской печати выманивать!

Выждав ещё немного времени, я зажала камушек между пальцев, и направила ладонь на решётку.

— Аэропорикки эпитхэсси! — с моих уст сорвалось то самое заклинание сквозняка, точнее, воздушного удара, которое также входило в арсенал стражей.

Решётка дрогнула, но сдаваться не собиралась… ладно… попробуем под другим углом! Камушек раскалился, заклинание отскакивало от зубов, я вся взмокла, но смогла сдвинуть решётку с места.

Пригладила волосы, одёрнула форменный камзол, поправила плащ, настороженно вслушиваясь в царившую тишину, и выскользнула из камеры.

Ха! Запереть они меня вздумали! Ну-ну…