Глава 47

Мой друг обиделся не на шутку, и побежал куда-то вглубь леса. Я махнула рукой, преспокойно доедая шашлык. Еще вернется, как перебесится. Куда он денется? А если честно, действительно смешно, неужели Томаш втюрился в меня? Ни о какой взаимности не могло идти и речи. Я никогда не встречалась с друзьями. Тем более мой товарищ Томаш всегда ассоциировался у меня с мямлей и хлюпиком. То ли из-за внешности, то ли из-за высокого роста и худобы, то ли из-за больших очков, которые он все никак не желал сменить на линзы. То ли дело Адриан… я сама не поняла, в какой момент провалилась в воспоминания о том, где Адриан касался моей руки, и…

Перед внутренним взглядом у меня вдруг мелькнула вспышка, окрашенная красным. Видение? Чем-то напомнившее мне тот «незабываемый» вечер около книги в запретной части библиотеки. Только тогда книга удерживала меня у себя, а сейчас, будто… кто-то звал, или нуждался во мне. Кстати, а где же Томаш? Пора бы ему вернуться. Непонятный страх сжал мое сердце клещами, и я побежала в ту же сторону, где исчез Томаш. Забыв об опасности, которой могла подвергнуться и сама.

Рядом с нашей полянкой, только чуть в стороне пробегала быстрая речка. Я бросилась туда, помня, что Томаш ушел в ту сторону. Хорошо, что я надела удобные кроссовки. Иначе не смогла бы бежать так быстро, приминая траву, по течению реки. Лес скоро должен был сойти на нет, когда я увидела обрыв, заканчивающийся небольшим, но бурным водопадом. И услышала крик… это был Томаш. Судя по всему, он поскользнулся, упал в реку и не успел сориентироваться. А бурное течение несло его все ближе к обрыву. И я с ужасом понимала, что я не успею… не успею его поймать, подхватить, спасти!

— Нет! — Крикнула что есть сил я и еще ускорила бег. Перед глазами уже плыли цветные пятна от перенапряжения.

— Томаш!

— Тьяна! — Он увидел меня! Услышал! Но это было уже бессмысленно. Его относило все дальше к краю обрыва. Расстояние между нами росло. Я остановилась, в бессилии упершись руками в колени. Мое сердце стучало так быстро, что готово было выпрыгнуть из груди. Неужели он умрет и я потеряю своего единственного настоящего друга?! Нет, я не должна этого допустить!

В голове, словно сами собой, начинали складываться слова и образы. Я словно род гипнозом начала шевелить пересохшими губами, повторяя, словно попугай, слова древнего заклятья. Того самого, которое прочитала в последний день в Книге. У меня хорошая память, почти фотографическая. Я даже не задумывалась, что произойдёт, если я совершу ошибку или собьюсь. Я не боялась, что заклинание ударит по мне, как по неопытной колдунье, и убьет нас обоих с Томашем. Я рисковала ради спасения его жизни… и… у меня получилось!

Вокруг меня по мере того, как я произносила заклинание, начинал разворачиваться сиреневый вихрь. Сначала медленно, потом все быстрее, охватывая большую площадь вокруг себя, засасывая пространство. Я прекрасно понимала, что этот вихрь — явно магического происхождения. И что такие заклятья нам никто и никогда не преподаст в Академии. Это какая-то другая, запретная магия, доступная избранным. Вот только причем здесь я?!

Вихрь добрался до Томаша в последний момент. И как только он утянул парея, уже срывающегося с обрыва, в свою фиолетовую воронку, я почувствовала, как нестерпимо звенит в ушах. И цвет исчез, словно все краски мира стекли с него под проливным дождем. Я оставалась на месте, как бы в эпицентре событий, а вокруг меня мир изменялся. Будто я смотрела фильм на обратной перемотке. Черно-белый фильм…