Глава 31
Это была уже не боль.
Слишком уж короткое, скупое слово для того, что я испытывала в тот момент, когда дочь уходила от меня под ручку с любовницей мужа. Это была… маленькая смерть. Что-то внутри меня мучительно умирало, агонизировало и вместе с тем - восставало против…
Меня буквально разрывало на части от двух полярных желаний: догнать Алину, одернуть, заставить себя выслушать любой ценой. Сделать, в конце концов, хоть что-то, чтобы окончательно ее не потерять! И вместе с тем… какая-то часть разума говорила в этот момент: отпусти. Отпусти, потому что все равно ничего не изменишь. Это не в твоих силах… Не сейчас.
Но сердце рвалось, протестовало, кровоточило. Я смотрела им в спины: упрямо-прямую Алины и какую-то неловкую, будто бы сломанную - Агнии. Я всматривалась в них в глупой надежде, что дочь обернется, одумается, опомнится… Но вся ее поза ясно давала понять: этого не будет.
И все же я… вдруг поймала себя на том, что автоматически следую за ними. Что не могу просто так сдаться, что еще не все сказала, что могла…
Очнулась я только уже у самого подъезда. Глядя на то, как дочь открывает дверь, отчаянно выкрикнула:
- Алина!
Она даже не повернула головы. Но, по крайней мере, замерла на месте, словно ждала, что я скажу, что стану делать…
Но что я могла в этой ситуации, когда у меня были лишь секунды на то, чтобы попытаться достучаться до нее? И вдруг осознала: я могла сказать правду. Единственную на свете правду.
Горло сжало, как клещами, но я себя преодолела. Через силу, через боль вытолкала наружу слова:
- Я люблю тебя. Если передумаешь - позвони мне. Просто позвони… Я всегда тебя приму. Всегда, слышишь?
Секунда напряженного ожидания - и дверь за ними молча захлопнулась.
* * *
Никогда не думала, что буду проходить через такой ад. Никто, наверно, об этом заранее не думает, никто не бывает к такому готов…
Мне хотелось где-нибудь схорониться, остаться наедине с самой собой, позволить себе попросту сорваться… бить кулаками стены, реветь раненым зверем… просто дать выход всему тому, что бурлило внутри, отравляло, убивало…
Но я не могла. В чужой квартире меня ждала младшая дочь. Дочь, которую мне пришлось оставить одну на то время, что я искала ее сестру, которая во мне, как она старательно это показывала, вовсе не нуждалась.
Но я ведь знала ее, как никто. Я ведь помнила ее совсем малышкой, с которой мы столько пережили вместе…
Я, наверно, просто не хотела верить в необратимость того, что сейчас происходило.
Сделав глубокий вдох, я заставила себя собраться и, нащупав в кармане мелочь, решительно направиться к автобусной остановке.
Потому что было еще место, где меня по-настоящему ждали.
* * *
Лена вернулась из командировки вечером того же дня.
Ворвалась в квартиру порывистым сгустком энергии, вызывая невольную улыбку и ощущение, будто у меня самой - бесконечно усталой, отчаявшейся, надломленной - вдруг прибавилось сил в тот момент, как она только появилась на пороге.
- Ну как вы тут? - поинтересовалась она, проходя на кухню и на ходу небрежно скидывая с себя туфли. - Смотрю, ты постаралась… не узнаю собственный дом!
Это заставило меня почувствовать себя немного неловко.
- Прости, я просто… пыталась слегка навести порядок… привычка, наверно…
Я попыталась улыбнуться, но из этого вышло откровенно жалкое зрелище. Даже губы задрожали, выдавая слабость. Интересно, я хоть когда-нибудь смогу ощутить себя кем-то еще, кроме поломойки?..
Лена вдруг оказалась рядом, притянула меня к себе одним резким, решительным движением…
- Ну-ну… делай все, что хочешь. Просто не считай, что ты обязана здесь прибираться только потому, что вы у меня живете.
Я сделала глубокий вдох, упираясь носом в ее пушистый свитер. От подруги пахло стылым осенним воздухом и почему-то кофе. Все это, вкупе, успокаивало бесконечно расстроенные нервы. Ощущение, что на кого-то можно опереться, даже вот так, чисто физически, привносило в душу хоть какое-то подобие спокойствия и уверенности.
- Мне нетрудно, - ответила ей после паузы. - И… ты прости, ведь мы с Яной, наверно, тебя сильно стесняем… не всем понравится жить в обществе чужого ребенка…
Лена слегка отстранилась и я тоже подняла голову, встречая ее удивленный взгляд.
- Ты шутишь? Яна сознательнее, чем некоторые взрослые! По крайней мере, я помню ее именно такой.
- Она не изменилась, - улыбнулась я и следом, к своему ужасу, всхлипнула.
- Так… - бодро проговорила Лена. - Вы хоть ели? У меня тут было шаром покати…
- Яна отдала мне свои сбережения, - ответила, смахивая с лица упрямую влагу, текшую из глаз против воли. - А еще приходила свекровь… тоже оставила нам денег.
- Это что-то новенькое, - откровенно присвистнула подруга. - Я тут купила кое-что… Яна уже спит?
- Читает…
- Ну, значит, тем более не помешает, - хмыкнула Лена, кивая на бутылку в пакете. - Сейчас мы с тобой расслабимся и все обсудим… В том числе - как жить дальше и всякое такое прочее.