Глава 48
Бывают моменты, когда изо всей окружающей нас картины запоминаются только мелкие детали.
Вот как сейчас. Заштопанный карман на Лидином плаще, когда она поднялась, чтобы уйти. Как давно она ходила в таком виде и почему он этого прежде не замечал?..
Разбитая мидия на тарелке перед ним. Острые мелкие осколки, способные причинить чудовищную боль - олицетворение того, что стало с его жизнью и семьей.
Паук, притаившийся в верхнем углу… так похож на него самого. Он годами плел свою паутину, считая себя всесильным, а в итоге был раздавлен одним движением. Одним словом.
Пошатываясь, но не от белого, он поднялся на ноги. Не глядя кинул на стол несколько крупных купюр - внезапно стало безразлично все на свете… Неверным шагом направился к выходу, ничего перед собой не видя. Только те самые мелкие детали так и стояли перед глазами…
Карман. Осколки. Паук.
Внутри было неспокойно. Муторно. Горько. Он представил пустую квартиру, в которую должен вернуться. Оглушающую тишину холодных стен. Отсутствие жизни и смысла там, где прежде было тепло и уют…
Он считал Лиду мелкой шестеренкой в механизме своей жизни, а она оказалась самой важной деталью. Той, без которой он не мог вообще функционировать…
Почему он не сказал ей всего этого там, в ресторане? Почему не признался, что тоскует по ней так, что готов выть? Что все то, что принимал не более, чем за привычку, что считал не более, чем своим собственным планом и творением, было, на самом деле, той любовью, которую он искал в совсем ином месте?..
Возможно, он просто боялся дать ей над собой власть. Признать свою слабость. Стать… обычным человеком, а не тем, на кого она годами смотрела, как на божество…
Рука сама нащупала в кармане телефон. Он дрогнувшим пальцем набрал ее номер, сделал глубокий вдох, готовясь сходу выпалить все то, что в нем болело…
Но услышал лишь обрывистые гудки. Она его заблокировала?..
Это разозлило. Задело. Ранило. И он не нашел ничего лучше, чем попытаться залечить, залепить, заткнуть эту рану…
Там, где его всегда ждали.
Если еще ждали…
* * *
Открыл дверь своими собственными ключами.
Вошел, невольно принюхался… Запах был таким знакомым, но одновременно - совершенно чужим. Пахло как-то… неправильно. Не так, как дома, когда там была Лида…
Послышались торопливые шаги. Агния выбежала в прихожую, застыла напротив него, неверяще глядя…
- Думала, больше никогда тебя не увижу…
Он шагнул к ней. Протянул руки, порывисто впечатал ее тело - в свое, в поисках близости, утешения, покоя…
Вдохнул ее запах. Она пахла сладко, тягуче, томно. Ему так нравилось это прежде. Прежде - не теперь…
Просто она не Лида. Не Лида. Не Лида…
С этим внутренним голосом, набирающим мощь в его голове, нарастала и боль там, в груди, слева. Он сжимал в своих руках тело, которое когда-то так хотел, так вожделел долгими ночами в супружеской постели, и ничего не мог поделать с тем, что хотел бы ощущать рядом совсем другую женщину…
Как же так вышло, как же они поменялись местами в его сознании, его душе?..
- Артем спит? - выдохнул хрипло ей на ухо.
- Да…
- Пойдем.
Он крепко сжал ее руку, решительно потащил прямиком в спальню. Быстро, на ходу, стал сбрасывать с себя одежду, коротко приказал:
- Разденься.
В темной спальне послышался шорох одежды, падающей на пол. Покорная, послушная, тихая… Ему так нравилось это раньше. Нравилось смотреть на нее, наблюдать, как она обнажается для него одного - душой и телом…
Но сейчас отчего-то видеть ее он не мог... Темнота спасала, позволяя обмануться…
Он шагнул ближе, властно толкнул ее на кровать. Навис над нежным, податливым телом, на грани грубости потребовал:
- Скажи, что любишь меня…
- Люблю…
Слушал, прикрыв глаза. Пытаясь вобрать в себя эти слова, как бальзам, нанесенный на ноющие раны. Не помогало. Не спасало… Не трогало…
Он склонился к ней, злясь на себя самого, грубо, требовательно поцеловал. Пробежался руками по телу, пытаясь ощутить…
Ощутить хоть что-то. Но душа вопила, а тело молчало.
Он беспомощно откатился в сторону. Прикрыл рукой глаза, словно пытаясь отгородиться от всего мира этим жестом…
- Что-то не так?
Ее голос дрожал, в нем звучали испуг и обида. Он умудрился сделать несчастными сразу двух женщин… и что еще хуже - собственных детей…
Как же он пал так низко? Как опустился до того, от чего всю жизнь так отчаянно бежал?..
- Извини. Прости…
Поднялся с постели одним резким движением. Нащупал свои вещи, быстро оделся…
Нашел приют на кухне. У окна, где Агния, как он прекрасно знал, ждала его каждый вечер…
А чего ждал он?.. Не знал и сам. Просто понимал, что ему некуда больше идти. Он сам себя загнал в ловушку, а теперь ясно ощущал, что выбраться из нее - невозможно…
И никто не мог помочь ему заполнить этот провал, что образовался в душе…
На том месте, где совсем недавно была его семья.