Глава 15

Несмотря на заверения Ганса, что мне полагается трапезничать в столовой, я отправилась на кухню. Даже если мой статус целительницы в этом доме отличается от статуса прислуги, разговаривать за чашечкой ароматного чая куда сподручней, чем восседая в кресле с шелковой обивкой, когда собеседница мнется перед тобой с подносом в руках.

Немаловажно было и то, что ни разу за все время пребывания в доме генерала, я не встретила никого из слуг, кроме вездесущего дворецкого. А они, несомненно, были. Кто-то отвратительно ухаживал за розами в саду, заливая их целым озером воды, кто-то готовил так, что от одного аромата слюнки текли, а кто-то нехотя гонял пыль по углам. И это, определенно, был не Ганс, искренне считающий своим долгом или провожать меня из комнаты в комнату, или подслушивать.

В своей правоте я убедилась, едва ступила на порог кухни. В огромной кастрюле бурлило что-то умопомрачительно вкусное, а над ней колдовала с половником пышнотелая кухарка в чепце и белоснежном некогда передничке, теперь заляпанном красноватым соусом.

При виде меня женщина неловко взмахнула руками и... упустила половник, который тотчас с чавканьем утонул в кастрюле.

- Я вас напугала, простите, - потупилась я. Ссориться с кухаркой в мои планы не входило.

- Крадешься, будто кошка, - беззлобно отмахнулась та. - Ты, никак, та самая целительница? Мари?

- Это я, - улыбнулась я. - А вы?

- Моника. Проголодалась? Или его высокопревосходительство чего изволит?

Пару мгновений я пыталась сообразить, о ком она. Лишь потом догадалась, что речь шла о Савьере. Я покачала головой и призналась:

- Хотела пообедать, если можно. Но не в столовой, там как-то одиноко.

- Еще бы, - понимающе хмыкнула Моника. - Поболтать-то не с кем. А из генерала собеседник такой, что с камнем говорить и то приятней. Ой, я тебе такого не говорила.

- На меня как раз в этот момент напала глухота, - хихикнула я. - А пока я все еще плоховато слышу, да и в памяти у меня вот именно сейчас провал, может, расскажете что-нибудь? О генерале?

- Чего попросту болтать, - мигом засуетилась кухарка, споро выставляя на стол посуду на троих. - Вот сейчас Глория обедать явится, потолкуем. И это, ты мне не "выкай", не привычная я к такому.

Глорией, как оказалось, звали совсем молоденькую горничную. На вид ей было лет пятнадцать, на самом деле девушка уже была совершеннолетней, просто детство выдалось тяжелое и голодное. На мир она смотрела глазами испуганного котенка.

При виде меня Глория охнула, попятилась, так что Монике почти пришлось ловить бедолагу, чтобы ненароком не сбежала в коридор без обеда.

- А Ганс здесь не обедает? - уточнила я. С ним беседы точно не получится.

- Этот-то? Таких снобов поди поищи, нет, он ходит в ресторацию напротив. Говорит, привык к изысканной пище. А у нас тут все просто: суп да каша. Генерал изысков не любит, - пояснила Моника.

- Зато Ганс за него умереть готов, - пискнула Глория. - А то, что характер тяжелый... Так и у генерала не сахар.

- И то верно, - согласилась кухарка. - Ну, Мариша, выспрашивай, чего хотела, не стесняйся.

Я улыбнулась. На кухне было тепло и уютно, в простых плошках дымился мясной бульон, а с Моникой и Глорией я неожиданно почувствовала, что можно немного расслабиться. И что ничего дурного не случится, если я и впрямь их немножечко расспрошу.

- Я хотела спросить про генерала, - осторожно начала я. - Он всегда был таким...

- Нелюдимым? - подсказала бойкая кухарка. - А вот как обезножел, так и стал. Хотя, положа руку на сердце, к нему и прежде гости не захаживали. Только лорд Бофер, да и тот... Ох, болтаю много, хороший человек Лерой, пальто мне зимнее справил, когда мое износилось...

- Генерал не платит вам жалованье? - удивилась я. Странная какая-то история, мне показалось, или Моника едва о чем-то не проговорилась?

- Платит, как не платить. Да я потратилась на снадобья для супруга. Вот и не хватило на пальто.

- А супруг где? - тихо спросила я.

- Так вона, - Моника махнула в окно. - Отобедал уже да в сад ушел, розы, говорит, не политы.

- Розы там утоплены, - хихикнула Глория.

- Чем бы мужик не тешился, - пожала плечами кухарка. - Его высокопревосходительство не слишком цветы жалует.

- А что он любит? Моника, милая, расскажи, пожалуйста, - взмолилась я. - Мне ведь вылечить его надо, а как лечить, если он сам того не желает? Может, хоть взбодрить его чем-то удастся.

- Шпагу подари, - хихикнула Глория. - Не ошибешься. Только удовольствие дорогое, но можно лорду Боферу намекнуть. Он мигом ради друга расстарается.

- Мы еще не на той стадии отношений, - фыркнула я, - чтоб подарками друг друга радовать. Может, пригласить кого-нибудь?

- Если ты про женщину, то даже не думай, - предупредила Моника. - Выгонит взашей. И ее, и тебя.

- Почему? - насторожилась я.

- Потому, - буркнула кухарка.

К счастью, Глория оказалась не прочь посплетничать на эту тему.

- У генерала раньше невеста была, - пояснила она. - Ну и, в общем...

- Теперь нет, - кивнула я.

- Нет... Она ему честно сказала, что замуж собиралась за генерала, а не за калеку. И что ни одна девица в здравом уме за него теперь не пойдет.

- А раньше очередь стояла? - недоверчиво поинтересовалась я, мысленно прикидывая, какой мерзопакостной гадюкой оказалась бывшая невеста Савьера.

- Очередь, скажешь тоже, - засмеялась Моника. - Такого поди выдержи. Хотя, говоря по чести, человек он хороший, сердце у него большое. Но коли чего не так, церемониться не станет. А мы же, женщины, ласку любим, мягкость.

- Он всегда в комнате? - допытывалась я. - Может, есть что-то, чтобы можно было его вывезти?

- Так полно всего, - с готовностью принялась перечислять Глория. - И кресло на колесиках, и кровать особая, и магические костыли. Было бы желания.

Я задумалась. Если в поместье такой арсенал разных приспособлений, значит, выволочь гулять генерала - задача достаточно простая. Технически, разумеется. А вот уговорить его на это будет куда сложнее. Может быть, Лерой что-нибудь подскажет? Но его еще дождаться нужно было...

- Засиделись мы, - вздохнула Моника. - Пора высокопревосходительству обед нести. Он завсегда в это время трапезничает. Лори...

- Я отнесу, - вызвалась я, ловко перехватывая у Глории поднос.

Порядки в доме царили странные. Но я здесь как раз для того, чтобы что-то изменилось. Желательно, в лучшую для угрюмого генерала сторону. Поэтому через пару минут я уже барабанила пяткой в дверь спальни Савьера с криком:

- Обед подан, ваше высокопревосходительство!