Глава 3. Беседа магов

Магистр Сандар шел по извилистым коридорам академии, задумчиво сжимал в руке бороду и тихонько ее подергивал. Тому, кто хорошо его знал, этот жест мог бы сказать о сильнейшей озабоченности старика.Происшествие с призывом иномирной души сильно выбило его из колеи. Оно таило в себе множество скрытых неизученных возможностей, но не меньше и опасностей. И не в последнюю очередь его занимали мысли о том, что сберечь эту тайну будет крайне сложно. И как бы ему ни хотелось утаить эту информацию, но по ряду причин он этого сделать не мог, как и принять единоличное окончательное решение о том, что делать дальше.Приемная ректора оказалась пуста — секретарь, видимо, отправился по какому-то поручению. А потому магистр постучал и, выждав для приличия несколько секунд, вошел в кабинет. К счастью, ректор оказался на месте и вопросительно взглянул на вошедшего.Магистр прошел вперед, поморщился при виде ближайших кресел и сел в самое дальнее в углу. Он уже давно знал, что в ближних креслах невозможно высидеть и пяти минут, настолько они неудобные, и предназначались эти «орудия пыток» – иначе и не скажешь — для различного рода просителей и нежелательных гостей.Ректор — высокий худой мужчина с крупным носом, изборожденным морщинами лицом и все еще черными волосами, стянутыми на затылке в хвост — сидел за своим монструозным столом и смотрел, как обычно невозмутимый декан лекарского факультета не может сдержать эмоций.– Арнуэл, что случилось?Магистр пожевал губами, подергал бороду, вздохнул и все же ответил:– Иномирная душа у нас случилась. Вот что.– На территории академии действует Запрещенный орден?! – не поверил своим ушам ректор и тут же напрягся.– Если бы, друг мой, если бы… — удивил его еще больше магистр и рассказал историю адептки Фрэй.Разговор мужчин затянулся на несколько часов. Срочные дела были отложены, а дорогая запылившаяся бутылка крепкого Сартанского распита.– …Что ж, Арнуэл, постараемся помочь девочке. Но ты действительно уверен, что она справится, и не подставит тебя еще больше?– Я все равно смогу оправдаться, – махнул рукой старик. – Да, придется некоторое время побыть под подозрением тайной канцелярии и пройти тьму проверок, но не первый раз, сам знаешь, – и внезапно добавил. – Жалко мне ее.– Кого именно? – вздернул бровь ректор. – Иномирянку или здешнюю?– Обеих, – вздохнул старик. – Ты бы видел, как она смотрела на меня — в душу заглядывала. И знаешь, чувствуется, что пришлось ей очень нелегко, но она все еще не разучилась верить.Теперь уже вверх взметнулись обе брови ректора:– Кто из них не разучился верить?– А какая сейчас разница?– Что-то ты на старости лет становишься излишне сентиментальным, Арни.– Может быть, друг мой, может быть… Но если тебе так будет легче, то понаблюдать за таким феноменом, как переселившаяся иномирная душа, проследить ее полную интеграция в ментальную составляющую и влияние на развитие дара будет очень нелишним!Ректор хмыкнул и покачал головой, узнавая исследовательскую натуру друга:– В таком случае действуем, как решили.