Глава 37

Катрина включила свой диктофон, осматривая тело:– Жертва – женщина. От двадцати до тридцати лет. У тела отсутствуют обе руки. Судя по порезам и кровотечению, их удалили, когда жертва была ещё жива.К моему горлу подступила желчь, поэтому, стараясь отвлечься, я посмотрела на детективов Кола и Алариса. Неужели они оба так же встревожены, как и я? У них больше практики в подобных вещах. По позе Алариса я смогла определить его волнение. Хотя отчасти его поведение могло быть связано с близостью к сопернику. Я до сих пор не поняла, что происходит между этими двумя. Не думаю, что они так часто пересекаются по работе.– Можем ли мы установить расу женщины? – вдруг спросил детектив Кол.– Пока нет, – кратко ответила Катрина.– Как насчёт обоснованного предположения? – настаивал детектив Кол, постукивая карандашом по блокноту.– Я не люблю гадать, детектив, – резкий щелчок выключенного диктофона свидетельствовал о раздражении Катрины из-за вмешательства детектива в её работу.– Обоснованное предположение, – как попугай повторил детектив Кол.Хм. Кажется, я начинаю понимать, почему Аларис терпеть его не может.Катрина хмыкнула и произнесла:– Трудно сказать. Нам придётся подождать лабораторного анализа, чтобы узнать наверняка. Я думаю, она может оказаться ведьмой, магичкой, феей…, обладательницей магии.– Как ты можешь предполагать, что она обладает магией? – выпалила я, когда моё любопытство победило скромность.– Обладатели Магии обладают определённым… следом. Даже когда существа умирают, я чувствую следы магии, оставленные ими, – объяснила Катрина.Наверное, сила некроманта, как сила фей. Я ведь тоже могу чувствовать следы от применения волшебных палочек. Возможно, я чему-нибудь научусь у Катрины, которая тем временем снова включила диктофон, недовольно посмотрев на Кола.– Раз вопросов больше нет, продолжу. На задней части шеи есть небольшой след от укола, который может свидетельствовать о том, что жертве ввели, какой-то препарат. Возможно, успокоительное. Мне нужно взять образец и отправить его в лабораторию. Других признаков борьбы или того, что жертва была связана, нет, – она выключила диктофон и положила его на поднос вместе с остальными инструментами. – А теперь я собираюсь начать вскрытие. Если вы желаете покинуть комнату, то свободны поступить так. Я обязательно предоставлю каждому из вас подробные заметки… Позже.Возможно, я плохо знаю Катрину, но, судя по интонации голоса, ясно, что она требует, а не просит. Но ей и не нужно повторять дважды. Я сразу же направилась к двери. Ни Кол, ни Аларис тоже не выглядели особо расстроенными из-за того, что им указали на дверь.– Так что же нам теперь делать? – спросила я, прислонившись к холодной двери.– Полиция прочёсывает район, где была найдена жертва. Мы проверим отчёты о пропавших женщинах, чтобы посмотреть, сможем ли мы установить личность. Аметист, ты можешь идти домой, сейчас консультанту здесь делать нечего, – машинально проинструктировал Кол.– Но я хочу помочь, – начала протестовать, не желая уходить на самом интересном и пропустить результаты.– Иди домой, Аметист. Я сообщу тебе, если что-нибудь узнаю, – тихо произнёс Аларис, а потом быстро добавил: – Я довезу тебя, хорошо?– Предатель, – одними губами прошептала, неохотно кивая. Я доверила бы ему свою жизнь. И если мой детектив думает, что мой уход – лучшее, что я могу сделать в данный момент, то я так и поступлю. В конце концов, я хочу помочь, а не препятствовать им своими детскими, эгоистичными потребностями.