Глава 11.

Сначала я действительно думала пойти домой, но почему-то развернулась и отправилась в квартал фейри, где находятся лучшие кофейни города. Эти полуночные относятся к вкусной еде примерно так же, как феи к алкоголю, а оборотни к дракам, то есть жить без нее не могут.

В голове была пустота, и ни о чем думать не хотелось. Слишком я устала за это время, а от нового расписания и темпа жизни просто сходила с ума, ведь когда сидела за конторкой, у меня был более-менее размеренный график. Только пару недель назад, когда перевели, я стала дежурить сверхурочно, совсем не бывая дома из-за дела ведьм и оборотней. А до этого были полицейские курсы, где училась всего пять часов в день. Не говоря про то, что живя в клане, я тоже особо не напрягалась и все время просиживала в библиотеке, пытаясь за учебой забыть, что я не человек.

Хотя забыть больше чем я, наверное, все же нереально, но от одной мысли об этом было очень грустно. К тому же со мной никто не хотел общаться, почему-то недолюбливали, просто игнорировали, сразу уходили. Без понятия ― почему, кстати.

Наверное, за это расслабленное время я отвыкла не только от тяжелого графика, но и от постоянного общения с ровесниками. Они меня напрягали. А еще очень раздражало, что я должна быть везде и сразу ― и учиться, и следить за преподавателями, и попытаться подружиться с ведьмами, и как-то втереться в доверие, но не вызвать подозрений у декана. А еще библиотека ― я помню о просьбе Катла. Причем, сдается мне, придется перерыть очень много литературы, потому что я не знаю, что именно ищу.

Кажется, от обилия задач у меня голова кругом. А нет, это от скотча в кофе. Я нашла чудесную фейрийскую кафешку с вкусным стейком и не менее вкусным кофе, в который попросила добавить две чайные ложки алкоголя.

Все, чувствую, тело уже можно выносить. Ладно, вру, еще нельзя, но большего я себе не позволю. Тем более что я не переодела китель, а надирающийся полуночный полицейский ― это не только ценный скальп на стене руководства этого самого полицейского, но вынесенный напрочь мозг и усиленная переподготовка с вдалбливанием этики, эстетики и еще чего-нибудь не менее жестокого.

Не то чтобы никто из нас не пил, тот же Донахью Ши за свой скальп, например, не боится. Но не при посторонних ― надо блюсти честь мундира, так сказать.

Я неосознанно провела по волосам, проверяя их наличие. Хихикнула. Что-то мне уже больно весело, мда… надо взять себя в руки.

Как только закончила со стейком и немного пришла в себя, тут же в голову опять стали лезть противные мысли. Значит, Катл считает, что Ши меня подставляют. Не то, чтобы я не верю его опыту и знаниям, но информация про то, как часто уходят из клана обращенные, нуждается в проверке. Не хотелось бы наломать дров из-за неосведомленности.

Могли ли они меня действительно использовать? О да! Я насмотрелась, как в клане относятся к обращенным, мы ― второй сорт, но…

Я даже остановилась, не донеся салфетку до губ, от внезапно пришедшего осознания: плохо обращались в клане с очень многими, но не со мной. Да, меня жестко учили, тренаж молодого вампира ― это вообще не для слабонервных, но никогда не переступали черту, за которой я могла взбрыкнуть или сломаться. И тут вопрос: то ли Гарольд такой хороший психолог, то ли получил определенные указания на мой счет? И почему мне кажется, что второе?

В клане было очень много жестокости и грязи, но, опять же, не со мной. Никто даже не пытался заявить на меня права или купить, но и общаться не желали. Я была невидимкой ― жила одна в отдельном блоке. Мне тогда сказали, что других мест нет. Училась одна, гуляла одна. И еще один момент: Гарольд похож на кого угодно, но не на учителя для молодежи. Нет, это не доказательство, и его к делу не пришьешь, но все же, как сказал напарник, вампирскую интуицию нельзя сбрасывать со счетов.

Где были мои глаза и извилины раньше? Или мне для открытия истины не хватало скотча в кофе?

Вампиры всем магическим и немагическим существам кажутся самыми сильными, недосягаемыми, гордыми, свободными. Мы умеем создавать видимость для других, но в клане царит настоящее рабство.

Может, они почувствовали, что я не смогу так жить, поэтому отпустили? Да ну, бред! Плевать они хотели на мои эмоции, так что Катл прав: им от меня что-то нужно. Вопрос только в том, это “что-то” ― Даркнелл или нет? Ведь возможно же, что сейчас они меня только проверяют?

На этой грустной ноте мои размышления прервала официантка, сказавшая, что заведение закрывается ― ночные фейри ложатся спать. Я расплатилась и поплелась домой. Мне тоже нужно отдохнуть, завтра тяжелый день.

Поспать я толком не успела. Точнее, поднялась ни свет ни заря, чтобы зайти в библиотеку, здраво рассудив, что утром там народу будет меньше, чем после занятий. Если нам, первокурсникам, дополнительные книги пока ни к чему, то старшие студенты, скорее всего, там днюют и ночуют.

Так что я, обильно намазавшись маслом Оганы, поехала в Академию. Яркое солнце и погожий жаркий день явно не способствовали пешему путешествию ― припекало, еще чуть-чуть, и никакие противоожоговые средства не помогут. Утрирую, конечно, они для того и создавались.

В библиотеку я вошла за два часа до начала занятий. Она была огромна ― трехъярусные стеллажи, сверху донизу заставленные книгами, столы для работы, мягкие диванчики и кресла в отдельном уголке для тех, кому важен комфорт, а не строгая рабочая обстановка, непонятные механизмы в некоторых закутках и за кафедрой.

Я наткнулась взглядом на библиотекаря, и он мне кивнул, подзывая. Оказалось, студенты могут самостоятельно брать книги только из фонда этого зала, если нужно что-то более серьезное ― приносит библиотекарь, но бывает, что книги приходится заказывать в хранилище, и это требует времени и письменного разрешения декана.

Ладно, попробуем пока обойтись без дополнительной литературы, хотя, конечно, закрадывается подозрение, что если где и искать, то там. И вообще, записку от декана мне явно сейчас не получить.

А еще непонятно, как бы поточнее сформулировать свой запрос этому явно умному и проницательному старику. Хотя...

― Подскажите, а где я могу посмотреть информацию по лунной железе оборотней?

― Анатомические справочники ― сектор "Б", третий ярус, вторая полка, справа. ― Эм... ― с чего-то, конечно, надо начинать, но вряд ли там написано то, чего не знает мастер Шах.

― А есть ли справочники по магическим ритуалам, в которых используется эта железа?

― Для чего вам? ― нахмурился библиотекарь.

― Готовлю исследование по редким ритуалам с использованием частей тела. Очень интересная тема, перспективная, ― врала я без зазрения совести и воодушевленно. А что еще оставалось делать?

― Ритуалы… посмотрите в секторе ритуалистики, это вон тот стеллаж, ― он указал на огромный шкаф, перетянутый защитными рунами, впрочем, уже давно выдохшимися и служащими просто замысловатым украшением. ― Но, честно говоря, вряд ли вы там что-то найдете. Такая литература выдается только по личному разрешению руководства Академии, если я, конечно, правильно понял, что вам нужно.

Кажется, Катл меня подставил. Ну не мог он не знать, что в общедоступном фонде такого нет. С другой стороны, все равно нужно проверить.

― Я пока тут посмотрю, спасибо! Если не найду, тогда пойду к декану. Мне нужно где-то записаться?

― Выберете книги ― подходите, ― дернул уголком губы старикашка.

Исследовав указанный стеллаж, я выбрала четыре книги постарше. Хотя прошлый век был не так уж и давно, но все же откуда-то надо начинать. Отметилась у библиотекаря ― то, что я учусь на первом курсе, и мы еще ничего такого не проходили, он не прокомментировал. Села изучать материал, попросив меня предупредить, когда до начала занятий останется полчаса. А то еще книги нужно сдать, встретиться с Мартой и найти нужную аудиторию.

Я действительно увлеклась чтением ― информация была обширной и разнообразной, правда, не той, что нужно. Углубившись в исследование особенностей определения смертельных ритуалов, не сразу заметила, что надо мной кто-то нависает. Подняла глаза, уже подсознательно зная, кого увижу.

Разумеется, это был декан Даркнелл собственной персоной. Причем, он придвинулся настолько близко, что стало даже как-то неприятно. Я вообще не люблю, когда кто-то посягает на мое личное пространство, да еще так бесцеремонно.

Мы в упор смотрели друг на друга ничего не выражающими вампирскими взглядами, а между тем пауза затягивалась.

― Добрый вечер, милорд! ― я очнулась первой, а то молчание становилось уже просто неприличным.

― Что это вы с таким усердием изучаете, Шир? ― он проигнорировал мое приветствие и, мне показалось, выглядел не слишком довольным.

― Да вот, решила почитать. Говорят, очень интересная тема…

Декан практически силой вырвал брошюру по особенностям определения смертельных ритуалов у меня из рук.

― Интересная, очень, ― задумчиво проговорил он, перелистывая страницы. ― И что вы планировали тут найти?

― Ничего конкретного, просто из разговора каких-то старшекурсников слышала, что это очень познавательная брошюра.

― Старшекурсников, значит? Зачем же соврали библиотекарю про доклад?

― Ну, не буду же я ему говорить, что мне просто стало интересно, ― м-да, дурацкая отговорка, я знаю. А еще надо сделать себе пометку, что почтенный ведьмак-библиотекарь “стучит” декану.

― Похвальная тяга к знаниям, Шир. Я могу быть уверен, что вы не собираетесь применять их на практике?

― Магистр Даркнелл! ― вот сейчас я просто не знала, что сказать. Да, вампиры не самые душевные существа, но кровавые ритуалы с жертвоприношениями?!

― Что вы с таким возмущением на меня смотрите? ― декан усмехнулся. ― В истории полуночных земель подобные ритуалы проводили все народы, и до сих пор кое-кто проводит. Мы, вампиры, считаемся цивилизованной расой, хотя, если это действительно необходимо, не брезгуем и такими методами. Но для тех же василисков, джинов, фейри такое в порядке вещей. Особенно для последних.

― Но ведь это незаконно! ― проблеяла я срывающимся голосом.

― И что? Думаете, это кого-то останавливает, когда на кону здоровье потомства, например, или месть? Не стройте из себя наивную, Шир, вам не идет.

― Я просто не думала, что до сих пор…

― Не верите? ― Даркнелл нахмурился.

― Верю, ― ответила я, ― еще как верю, просто не хочется как-то думать, что мы с темного времени недалеко ушли в развитии.

Темное время или темные века остались в памяти у нас, потомков, как период вопиющего беззакония и оживших кошмаров. Воевали все против всех. Тот же народ фей чуть не погиб полностью, планомерно уничтожаемый оборотнями. Это теперь они бьют друг другу физиономии в пьяных драках, а тогда выжили очень немногие. Феи винят блохастых, но по факту фейри просто использовали своих рабов в качестве пехоты, покусившись на земли вервольфов. Правда, силы не рассчитали.

Раса лесных эльфов в эти века была уничтожена полностью. Против них было применено магическое оружие, выкосившее их ряды якобы от страшной болезни в течение пары недель. Не выжил никто. То же случилось и с джинами, но те смогли найти противоядие, хотя их численность, и без того невеликая, уменьшилась в десять раз. Погибло много простых людей. Зато на вершине пищевой пирамиды оказались вампиры и ведьмаки. Кстати, уничтожение целых рас приписывают именно им, но доказательств нет.

Зато появились новые существа, которых невозможно отнести ни к одной из существующих рас. Более того, ученые вовсе не уверены, что большинство из них разумны, а вот то, что они агрессивны и очень сильны магически, не подлежит сомнению.

Их планомерно уничтожают, но эта борьба ведется с переменным успехом. Именно поэтому так велик престиж профессии военного, хоть никаких крупных конфликтов не было уже больше четырех столетий. Даже с Полуденными государствами у нас мир и крепкая такая дружба. Нет, подгадить друг другу по мелочи ― это святое, но ничего серьезного. В конце концов, соперничество между вампирскими кланами порой бывает жестче, а уж о постоянных войнах в самих полуденных землях я не говорю.

― Раз у вас такая тяга к знаниям, Шир, ― выдернул меня из раздумий голос декана, ― то почему бы вам, и правда, не написать доклад на эту тему? Мы должны были проходить это только на третьем курсе, но вы сами вызвались, так сказать.

“Кто вызвался, я?” ― изумилась и возмутилась про себя, но внешне это не проявилось, лишь стеклянный взгляд и приятная улыбка. С другой стороны, это можно использовать.

― Магистр Даркнелл, тогда могу ли я получить разрешение на доступ к дополнительной литературе?

― Шир, не думал, что когда-нибудь скажу это студенту, но ваша тяга к знаниям меня пугает, ― декан обозначил улыбку. ― Но раз вы просите, разрешаю. Сейчас напишу записку библиотекарю.

Я улыбнулась в ответ, принимая завуалированный комплимент. Параллельно я размышляла над тем, чем мне грозит вся эта история. В конце концов, Даркнелл мне явно не поверил, а наказать написанием доклада решил, чтобы посмотреть, как я буду выкручиваться. То, что я попросила больший доступ, уверена, навело его на определенные мысли.

С другой стороны, я очень сомневаюсь, что декан замешан в пропаже ведьм и уж тем более ― в сумасшествии оборотней. Вот просто не укладывается такое в голове, и все. Какой из этого вывод? Ну, предположим, узнает он, что я офицер полиции и расследую похищение девушек. И что дальше? Максимум ― он обидится, что руководство Академии не поставили в известность. Все. Это если я права насчет его невиновности, конечно. А вот у него, в свою очередь, повода подозревать меня еще в чем-то совершенно нет.

Декан мне показался совершенно адекватным полуночным, который не считает, что из-за него звезды падают с неба и все вокруг касается его персоны. Ну, послали вампира разбираться с делом ведьм, этому есть логичное объяснение, так что…

Правда, информация о сложностях с уходом из клана может существенно спутать карты. И о чем только Ши думали? Ну, какой из меня разведчик с такой подозрительной историей.

Из этого два вывода. Первый: слова Катла все же надо проверить и попытаться выяснить, почему меня так легко отпустили. Вопрос только в том, как? Не пойду же я к Гарольду со своими умными мыслями.

Второй вывод: нужно постоянно быть начеку. Еще неизвестно, что себе там надумал декан на самом деле, к каким заключениям он пришел и что собирается делать.

Тем временем Даркнелл написал разрешение библиотекарю, кивнул растерянной мне, предупредил, чтобы я не опаздывала, и исчез.

Вот интересно, его старик-библиотекарь вызвал, или декан просто проходил мимо, и тот ему между делом сказал? Учитывая то, что мне придется часто посещать эту обитель книг и пыли (хотя вру, пыли-то как раз тут и нет), хорошо бы, если второе. Вот только я почти уверена, что первое. М-да, кругом враги.

Мои размышления прервали самым непотребным образом. С гомоном и воплями в зал влетела группа ведьм. В библиотеку. С воплями. Никакого уважения!

Тем не менее, вот с ними мне хорошо бы подружиться. Первый и второй курс ― в самый раз. Похищенные тоже были не со старших курсов.

Но с другой стороны, что я выиграю от того, что попытаюсь пролезть в их компанию? Все же Катл прав, нужно сосредоточиться на взрослых, и не только на преподавателях и сотрудниках, но и на студентах.