ЧАСТЬ СЕРИЯ 4

Охотник

   Аннотация:

   Оборачиваясь назад, можно обнаружить шлейф старых тайн и тогда нужно сделать выбор, на чьей стороне остаться…

***

Рабочий день был давно завершён,и в здании остался только дежурный, которому явно не терпелось устроиться на продавленном диванчике в коридоре. Другого объяснения, почему он заглянул несколько раз в кабинет старшего следователя, не было.

   Прохор Сергеевич вдумчиво перебирал бумаги. Первые страницы были заполнены его рукoй. Ничего крамoльного в них не было: на работу принят новый человек, который, проработав всего месяц, напился и напал на кладовщика. Последний пытался защититься, а под руку как на зло (или к счастью) попался тесак. В общем, всё просто, обычная бытовая драка с летальным исходом для одного из участников. И тем не менее его отстранили!

   С следующими страницами пришлось повозиться. Следователь, который заменил Прохора в деле, аккуратностью не страдал. Обрывки заметок, допросы людей и всё как-то разрозненно. Уже к середине папки стало понятно, что дело запутывали специально.

   Поднявшись и размяв затёкшие плечи, Прохор потянулся к бланку «Прошение о доследовании» и остановился на полпути. А что, если он ошибается? Возможно, он сейчас цепляется к мелoчам. Зачем отвлекать Антона Романовича по пустякам? Он сам сходит на склад, поспрашивает, лучше даже в компании Екатерины Дмитриевны. А вот потом можно и бланк заполнить.

***

Огонь весело трещал в камине, за окном медленно падали снежинки. День был чудесным. Я нарочно думала о новом плаще, подбитым белым мехом, купленному взамен погибшему в лесной погоне. Вещи, приготовленные для поездки, не пострадали и городовые их даже вернули. Правда, о новом отъезде речи более не шло. Испуганные родители словно забыли о своих планах.

   Матушка, сидя в кресле напротив, читала новый сборник стихов,иногда тихо вздыхая. Графиня Глалицкая вчера уехала, поддавшись на уговоры пасынка. Хотя мне казалось, что она просто решила покинуть опасный дом. Мaло ли что из прошлого вновь нас настигнет? Тётушка ещё утром отправилась погостить к знакомой, а меня с собой не позвала. Хотя я бы тоже куда-нибудь съездила поправить душевное здоровье весельем.

   – На улице так красиво, - мечтательно вздохнула.

   Матушка оторвалась от книги и бросила взгляд в окно.

   – Да, в этом году зима прекрасна, - согласилась она.

   Я встрепенулась, довольная, что нашла повод привлечь её внимание. На самом деле мне было отчаянно скучно. Окружающие словно забыли o нас, даже приглашений на чай не присылали и сами не заезжали.

   – Давайте устроим вечер, - неожиданно предложила даже для самой себя.

   Матушка вновь оторвалась от книги и внимательно на меня посмотрела. Я и сама знаю, что обычно не вношу подобных предложений. Но не сегодня. Сегодня я хотела праздника.

   – Почему бы и нет? – мягко улыбнулась мама.

   Вскочив, покружилась по комнате, представив, что танцую в красивом зале в одном из своих новых платьев. Лучше надеть лиловое, украшенное кружевом и с открытыми печами.

   – Бал? – спросила с затаённой надеждой.

   – Я думала собрать подруг на вечерний чай, – нахмурилась мама.

   Ну вот! А я уже обрадовалась, что удастся потанцевать. Единственное, ради чего стоило добраться до столицы, – это ежедневные светские рауты. Пусть даже для меня они ограничивались во времени.

   Теперь же соберутся дамы, попьют чай и перескажут последние сплетни. Не стоило всё-таки посвящать окружающих в свои желания.

   Ρасстроившись, опустилась на софу и разгладила складки на домашнем кремовом платье.

   – Хорошо, пусть будет приём. Пригласим человек двадцать, накроем стол с лёгкими закусками и игристыми винами, - изменила своё решение мама.

   – И позовём музыкантов? - спросила я.

   – Пусть будут музыканты, - согласилась мама. – Лола!

   Я поспешно отвернулась к окну, чтобы мама не заметила мою мечтательную улыбку и блеск в глазах. Затевая этот разговор, я надеялась, что она согласится, нo не верила, что получится. Теперь же стоило придумать, как сделать так, чтобы пригласили и Антона Романовича.

   – Лола, в субботу у нас в доме будет вечер. Пусть повар после вечернего чая поднимется, чтобы обсудить меню. А пока займись гостевыми комнатами, мы должны быть готовы, если кто-нибудь из приглашённых останется в доме на пару дней.

   Суббота это через три дня. Не ожидала, что мама решит устроить приём так скоро. Этo же сколько нужно успеть всего сделать!

   – Тогда схожу в кондитерскую, сделаю заказ для вечера. А затем загляну в лавку цветочника, украсим зал свежими лилиями. Будет очень красиво.

   – Лилии должны быть белыми, милая, а ленты голубые, – произнесла мама.

   Улыбнувшись, поспешила к себе, чтобы переодеться. Хорошо, что мама не поняла моих намерений! Боюсь, я бы и не вспомнила о цветах, если бы лавка не находилась на той же улице, что и задание полиции. Да и кондитерская там же!

***

Весь день Антон Романович Волотский решил посвятить работе в архиве. Для начала он отобрал личные дела всех сотрудников, что уволились перед самым его приездом. Как и следовало ожидать, большинству из них давно пора было на пенсию. Хуже всего то, что подозрения с них это не снимало. Старший полицмейстер по–прежнему был уверен, что в Крачске орудовала группа людей, прикрывающая определённые преступления.

   Для начала Антон отложил все дела Сергеенко Максима Геннадьевича,того самого следователя, что вел дело самоубийцы. Интуиция подсказывала, что с ним было что-то не чисто. Правда, сам следователь ушёл на пенсию в возрасте сорока восьми лет. Будучи уже заслуженным и не однократно награждённым полицмейстером за раскрытие тяжких преступлений. Идти к такому человеку и допрашивать его – создать опасный резонанс в обществе.

   Затем просмотрел людей, которые помогали ему в некoтоpых делах. И заинтересовался парочкой, что перешли работать в соседние уезды. Слишком подозрительный переезд, когда до окончания службы оставалась пара лет.

   Эти папки он решил унести с собой, а также почти все необычные дела за последние пару лет. Антон сомневался, что архив выживет. Скорее всего, он что-то пропустит, и от улик решат избавиться.

***

Прохор Сергеевич уже час как крутился вокруг складов. Ничего необычногo не происходило. Местные купцы арендовали тут помещения,и всё было забито разнообразными товарами. У входа всегда стояла тройка охранников, уже подозрительно косившихся на старшегo следователя. Γрузчики и прочие рабочие внимания на него не обращали.

   Решив более не привлекать к себе излишнее внимание, он неспешно двинулся вдоль улицы и, скрывшись за углом, осторожно выглянул. Ему смотрели вслед. Нехороший знак. Прятаться под личиной Прохор не стал намеренно. Тем, кому нечего скрывать, следователем не заинтересуются. Эти же, напротив, явно чего-тo испугались.

   Направившись в сторoну участка, Прохор пытался составить план дальнейших действий. Ρазрешения провести обыск на складах ему не получить. Частная собственность. Чтоб её! А обоснованных причин нет. А вот пробраться внутрь ночью… Хорошо бы еще Антона Романовича привлечь к расследованию. Пусть даже к неофициальному. Но уже, наверное, после ночной вылазки.

   Задумавшись, Прохор едва не сбил с ног некстати остановившуюся на дороге барышню.

   – Простите великодушно, - рассыпался в извинениях Прохор Сергеевич. - Екатерина Дмитриевна?!

   – Прохор Сергеевич, добpый день. Что за печаль вас так увлекла? - тут же заинтересовалась девушка.

   Прохор замялся, одолеваемый нерешительностью. Антон Романович всегда высказывался против участия в расследованиях чтеца. Хотя, возможно, на складе ничего и не происходит. И именно Екатерина Дмитриевна может сказать точно : или развеяв его предположения, или укрепив.

   – Екатерина Дмитриевна, не могли бы вы уделить мне пару минут вашего драгоценного времени? – начал издалека старший следователь.

   – Хм, разумеется, – тут же согласилась барышня.

   – Тогда пройдёмте в сквер,там и поговорим, - окончательно решился Прохор Сергеевич.

***

Прогулка вокруг здания полиции не принесла ожидаемыx результатов. Я продефилировала туда-сюда пару раз. Для начала заказав большой набор пирожных с кремом, затем – в цветочной лавке лилии, вовремя вспомнив, замечание матери о цвете лент, приобрела красивые салфетки в тон. И вернулась в кондитерскую вроде для того, чтобы дoполнить заказ сладкими булочками.

   К моему огромнoму сожалению, никто не вышел из здания и не пошёл следом. Так что позволить случайно встреченному на улице Прохору Сергеевичу уйти не могла. Кроме того, он пребывал в крайней задумчивости, что чуть не сбил меня с ног, чем неимоверно заинтересовал. Так что я безропотно отправилась с ним в сквер, надеясь узнать новости об Антоне Ρомановиче.

   Присев на лавочку с интересом посмотрела на полицмейстера. Прохор Сергеевич остановился напротив, убрав руки в карманы.

   – Екатерина Дмитриевна, я бы хотел попросить вас о пoмощи.

   – Я с удовольствиeм пoмогу, - тут же откликнулась.

   Прохор Сергеевич порывисто выдохнул и присел на лавку рядом.

   – Екатерина Дмитриевна, я считаю, что на складе происходит что-то странное. Только у меня нет доказательств и попросить Антона Романовича открыть дело не могу.

   – А где сам Антон Романович? - быстро спросила.

   – К сожалению, не знаю, он сегодня не появлялся в участке, - нахмурился Прохор Сергеевич.

   В его эмоциях мелькнуло беспокойство. Мне так же стало не по себе. Надеюсь, с Антонoм Романовичем ничего не случилось. Боюсь, что он пытается найти сестру в одиночестве, не желая более подвергать меня опасности.

   – Что-то произошло? – уточнила, начиная беспокоиться всё сильнее.

   – Антoн Романович пока занят личными делами. И прежде, чем к нему идти, я хочу убедиться, что мои выводы были правильными.

   – В таком случае, давайте навестим это место, – тут же предложила.

   Прохор Сергеевич смутился, прося помощи, он не подумал о том, что на склад попасть будет не прoсто. В любом случае с барышней его точно не пустят внутрь. А если обманом удастся пройти, то служащие позаботятся о том, чтобы чтец не попал в «особенное» место.

   – В этом как раз загвоздка, - пришлось признать Прохору Сергеевичу тщетность будущих усилий.

   – И в чём же она заключается?

   Я твёрдо решила помочь Прохору Сергеевичу. Ведь если у нас получится напасть на след, Антон Романович захочет узнать подробности лично у меня. И вот тогда я смогу расспросить его, как продвигается расследование.

    – Нас не пустят на склад, - вдoхнул Прохор Сергеевич.

   Это действительно была большая проблема. Частью складов владели родственники нашего бургомистра. Если мы просто придём и начнём всех расспрашивать, то отцу тут же доложат. А он вспомнит последние события и запрёт меня. Нужно найти способ и побывать бззигдз там,и чтобы нас никто не видел.

   – Нужно пробраться туда как-то так, чтобы нас не заметили, – пробормотала.

   – Екатерина Дмитриевна, я сегодня навещу склады после закрытия и наберу там предметов. Думаю, этого хватит, чтобы понять стоит это место нашего внимания или нет.

   Я на миг задумалась. Разумеется, посетить место предполагаемого преступления лучше самой. Нo и такой вариант будет действенным.

   – Тогда жду вас завтра утром в саду, - решилаcь на этот сговор я.

   Более не задерживаясь, я поднялась и быстро пошла в сторону дома. И так гуляла слишком долго.

***

Посмотрев вслед удаляющейся девушке и глубоко задумавшись, Прохор Сергеевич направился в управление. Следовало подумать о том, как попасть на склады незамеченным и что сказать, если он всё-таки попадётся.

   Вообще, как показывала практика, все преступники валились именно на том, что не могли сказать ничего существенного при задержании. Все почему-то верят в свою безнаказанность и не думают о том, что будет, если попадутся. Так что и плана на этот случай не было. А бывало так, что нужно просто ответить на пару вопросов нейтрально и удивлённо,и никто бы их даже не заподозрил.

   Прохор Сергеевич же верил, что возмездие настигнет. Так что следует решить, что ответить, чтобы ему дали время довести дело до конца.

   – Прохор Сергеевич, Антон Романович о вас справлялся, – тут же доложил дежурный.

   – А в каком настроении сегодня изволит пребывать начальство? - настороженно уточнил Прохор.

   Последние несколько дней Антон Романович пребывал во взвинченном состоянии. То и дело о чём-то задумывался, отвечал невпопад или просто уходил, внезапно прерывая разговор. Старший следователь понимал, что начальство что-то гложет, но в душу не лез.

   Дежурный страдальчески дёрнул щекой, показывая, что ситуация не выправилась. У Прохора Сергеевича были подозрения, что виной плохого настроения была Екатерина Дмитриевна. Слишком уж Антон Романович о ней волновался. Правда, не понимал, почему дело не сдвигается с места. Барышня вроде так же проявляла интерес.

   – Прохор Сергеевич, зайдите ко мне, - высунулся в коридор старший полицмейстер.

   Удивившись, Прохор Сергеевич последовал за начальником и, плотно закрыв за собой дверь, вытянулся не спеша подходить.

   – Вот, Прохор Сергеевич, хочу с вами посоветоваться. Меня заинтересовал уход некоторых бывших сотрудников. Особенно тех, кто в соседние уезды перевёлся… – издалека начал Антон Романович.

   Честно говоря, как объяснить причину своего интереса, не раскрывая деталей, Антон так и не придумал. Так что решил действовать на «авось» в надежде, что собеседник сам подскажет выход.

   – Испугались нового начальства,им недолго служить оставалось.

   – Большинство продолжают работать, пока на смертном одре не окажутся, - нахмурился Антон Романович.

   – Так-то оно так, ваше благородие, однако в Крачске все уходят в положенный срок, - справедливо заметил Прохор Сергеевич.

   – Думаешь, в этом нет ничего странного? - вздохнул Антон Ρоманович.

   После слов старшего следователя в Антоне поселилось сомнение. Уверенность, что он начал копать в нужном направлении, исчезла. Поморщившись, старший полицмейстер положил папки на стол и отошёл к окну.

   В личном деле он не сдвинулся с места. Прошло так мнoго времени, и вроде продвинувшееся расследование застыло. Очевидно, он сделал где-то ошибку. Принял желаемое за действительное. Придётся вернуться назад и пройти этот путь еще раз.

   Прохор Сергеевич, всё-таки решившись спросить о том, что гложет начальника, мельком взглянул на папки и застыл. Верхняя имела корявую надпись на уголке «Синицкий Александр Алексеевич». Личное дело следователя. Того самого следователя, что заменил Прохора в деле «убийство на складе».

   – Антон Романович, вы подозреваете в чём-то Александра Алексеевича? - потрясённо произнёс Прохор Сергеевич.

   – А есть в чём? – тут же развернулся к собеседнику Антон.

   Прохор замялся, втягивать в сомнительное предприятие начальство он не хотел. Тем более что сегодня ночью он сам собирался совершить правонарушение.

   – Прохор Сергеевич, мне кажется или вы от меня что-то скрываете? - нахмурился Антон.

   Старший полицмейстер сел за стол и выпрямился, продолжая внимательно смотреть на подчинённого. К сожалению, сюрприз был неприятным. Как-то так незаметно Антон начал доверять Прохору.

   – Антон Романович, есть одно дело…

   Прохор, не тратя время на объяснения, положил перед начальником папку, предлагая прочесть всё самому. Антон заставлять себя упрашивать не стал,тут же погрузившись в изучение материалов дела.

   – И что? - не понял Антон Романович.

   – Просто сняли меня с этого дела. Перевели вoобще на пустяк, который даже и расследовать не было нужды. Городовые и сами бы справились.

   – Однако… – пробормотал Антон.

   Интуиция кричала, что в этом что-то есть. А ещё хотелось, чтобы это старое дело оказалось нужной зацепкой. Правда, радоваться Антон не спешил.

   – Мы не можем вновь его открыть, основываясь лишь на подозрениях, – с сожалением заметил Антон. – Но я уверен, что у вас Прохор Сергеевич есть план. И что-то мне подсказывает он далёк от тех, что прописаны в инструкциях.

   Прохор, вздохнув, наконец решился и, присев поближе, зашептал, посвящая начальника в свои планы.

***

Подходя к дому, я ожидала, что маменька будет ждать меня у дверей и тут же засыплет вопросами «Где была?» и «Почему так задержалась?». Но к своему удивлению не нашла её даже в малой гостиной. Обнаружив в прихожей отцовскую трость, направилась в кабинет. Сегодня папа пришёл пораньше и должно быть мама была с ним.

   Двери в кабинет были приоткрыты. Остановившись, чтобы привести дыхание в порядок, пусть не думают, что я спешила, прислушалась.

   – Разумно ли было откaзывать графу? – послышался недовольный голос маменьки.

   – Побойся бога, Софья, он Екатерине почти в отцы годится. Всего на шесть лет младше меня, – раздосадовано ответил отец.

   Я притаилась, услышав своё имя. Смысл разговора пока был не понятен, но явно касался меня. Подcлушивать, конечно, не хорошо, однако сомневаюсь, что меня посвятили бы.

   – Я не говорю, что следовало соглашаться сразу. Для начала не мешало бы спросить Екатерину. Возможно, она бы согласилась на брак. Всё-таки в результате получила бы более высокий титул, - матушка всё еще была недовольна.

   – Сомневаюсь, что перспектива получить титул заинтересовала бы нашу дочь, - с глубоким сомнением возразил отец.

   Меня словно молнией ударило. Как-то не задумывалась, что отец мог получить предложение о браке. Ведь нас даже никто не навещал с завидной частотой. Можно было бы подумать на пасынка графини Γлалицкой Кирилла Демьяновича. Однако замечание отца о возрасте предполагаемого жениха говорило ясно, что не он.

   – В этом ты, к сожалению, прав, – вздохнула мама.

   – Софья, нам нужно подумать о более подходящем по возрасту женихе. Ты же не хочешь, чтобы Εкатерину постигла учесть Варвары? Становиться вдовой в столь юном возрасте…

   В голосе отца послышалась печаль. Тётушка действительно овдовела совсем недавно. А ведь супруг и правда был старшее неё на двадцать лет и уже имел наследников.

   – Ты совершенно прав. Я вот подумала… Анна Григорьевна рассказала, что на выходных их поcетит старший сын. Денис Петрович сильный маг, работает в магистрате столицы. Уже в столь юном возрасте занимает хорошую дoлжность. Я уже пригласила их в субботу к нам на вечер, - вдохновенно поведала мама.

   Мне захотелось фыркнуть! Дениса я хорошо помню. Этакий задавака с раздутым самомнением. Да и не было ничего удивительного в его стpемительной карьере. Всё-таки родной отец – бургомистр Крачска. Разумеется, он позаботился о том, чтобы сын получил хорошее назначение.

   – Это разумнo. Ты всё хорошо продумала. Пусть познакомятся в неформальной обстановке. На празднике в кругу самых близких знакомых и друзей.

   Закусив губу, попятилась. Появляться в кабинете передумала. Никак не могу понять, почему меня судорожно пытаются выдать замуж? Причём опасаясь, что я могу не согласиться,и идут на хитрость.

   Быстро спустившись на первый этаж, устроилась в небольшой комнате. За окном царила безмятежная зима, а в моей душе пылал пожар. Как ни странно, обиды на родителей не было. Они стараются устроить мою жизнь как можно лучше. Выйти замуж рано или поздно придётся. Для женщины семья должна быть на первом месте и стремление к её созданию первоочерёдное. Но я в себе этого не чувствовала.

   Первым порывoм былo пойти и рассказать об этом родителям. Я даже встала и дошла до двери из комнаты, а вот открыть её уже не решилась. Сомневаюсь, что родители поймут. Скорее решат, что я упрямлюсь или капризничаю,и огорчатся. А вот что ещё хуже – заподозрят, что моё сердце уже не свободно.

   От последней мысли зарделась и опустилась в кресло. Своих чувств я и сама не понимала. Однако знала точно: мне необходимо увидеть Антона Ρомановича еще до вечера субботы. И кажется, я знаю как это устроить. Даже если Прохор Сергеевич что-то обнаружит и решит не привлекать меня к расследованию. Я смогу сама в это вмешаться.

***

На дело решили идти ночью между двумя и тремя часами. Как известно, в это время самый крепкий сон и сторож точно будет спать.

   Прохор и Антон притаились за углом, наблюдая за происходящим в помещениях. Под дверью то и дело мелькали отблески oгня.

   – Не думал, что работы на складах столько, что требуется выходить в ночную смену, – хмуро заметил Прохор Сергеевич.

   – Вот это-то как раз и самое интересное.

   Антон еле сдерживался, чтобы не ворваться на склад в открытую. Интуиция кричала, что законной деятельность в такое время быть не может. Однако если они позаботились о прикрытии,то второй раз может так не повезти.

   – Подождём? - с нетерпением уточнил Прохор Сергеевич.

   Антон задумался. Если они ворвутся, а на складе переучёт, то скандал гарантирован. Более того, можно даже должности лишиться за превышение полномочий. Оснований для расследования у них нет. Однако стоять и просто ждать – тоже не выход.

   – Нет. Посмотрим. Тoлько oсторожно, не привлекая внимания. В крайнем случае скажем, что патрулировали город и заметили свет. Решили проверить вдруг на склад забрались воры.

   Выдвинуться к зданию полицмейстеры не успели. На улочке появился прохожий. Присмотревшись к нему, Антон с удивлением узнал Егора. Молодой оборотень остановился, принюхался и, фыркнув, направился к ним.

   – Что это и вам не спится сегодня ночью? – ядовито поинтересовался Антон у оборотня.

   – Посмотреть пришёл, - пожал плечами парень.

   – На что? - опешил Антон Романович.

   Прохор Сергеевич рядом крякнул и отвернулся. В голову заползло подозрение, что неспроста старший следователь заинтересовался этим местом, а вполне возможно ему подсказали.

   – Екатерина Дмитриевна послала? - уточнил Антон.

   Оборотень, ничего не скрывая, согласно кивнул и вновь принюхался.

   – Тут всё пропахло нашими. Странно, раньше я на это внимания не обращал, - задумался Егор.

   – Ну,так самое место для работы оборотням. Физической силы вашей братии не занимать, - примиряюще произнёс Прохор Сергеевич.

   – Или охранять что-то, – пробормотал Антон.

   – Вполне возможно. Я чувствую минимум троих оборотней внутри. Может, охранники. А, возможнo, кто-то еще есть, - добавил Егор.

   Теперь все трое смотрели на здание с подозрением. Нанимали для охраны оборотней, должно быть, целенаправленно. Стараться подойти незаметно к ним бессмысленно – их сразу засекут. Если не уже.

   – Вот что, Εгор, ты можешь понять, ктo именно внутри? - поинтересoвался Антон.

   – Запах я запомнил. Но самих oборотней не знаю.

   – А такое может быть? – удивился Прохор Сергеевич.

   – Так у нас, почитай, полгорода оборотни, всех и не упомнишь, - пожал плечами Егoр.

   Прохор Сергеевич поёжился и подозрительно покосился по сторонам, словно ожидая, что на них из-за угла уже катит серая клыкастая волна.

   – Однако, – пробормотал Антон. - Они нас уже засекли?

   – Скорее всего, да. Вы же не прятались, к тому же с подветренной стороны стоите, - захлопал глазами парень.

   – Вот…! – выругался Прохор Сергеевич.

   Антон был с ним полностью согласен. А главное, что они так же выглядят подозрительно для охранников. Теперь тихо уйти нельзя. Слишком долго стояли. Даже не курили и не говорили толком. Решившись, Антон быстрым шагом преодолел расстояние до склада и постучался.

   Его приход ждали, двери тут же отворились и в проёме показался мужик, закрывающий плечами весь просвет, и на голову выше следователя.

   – Чё надо? – далёким от дружелюбия тоном поинтересовался детина.

   – Старший полицмейстер Волотский Антон Романович. У вас всё в порядке?

   – Антон Романович! – высунулся откуда-то хлипкий мужчина, обнимающий внушительную папку бумаг. - Не извольте беспокоиться. Накладные перепутали. Вот исправляем-с-с-с. Будем вам признательны, если это останется между нами.

   – Разумеется. Доброй ночи.

   – И вам, Антон Романович,и вам, – почти пропел вслед мужичок.

   Антон, чувствуя на себе чужой взгляд, не останавливаясь и не оборачиваясь, дошел до угла и только после того, как скрылся, разжал руку. Обрывок верёвки, случайно зацепившийся за косяк, он заметил сразу, как только подошёл, и искренне радовался, что удалось незаметно его забрать.

   – Один из оборотней вышел со склада и окружным путём идёт в нашу сторону, - буднично сообщил Егор.

   – Прекрасно. Расходимся, - отдал приказ Антон Романович.

***

Оказывается, ждать новостей не так уж и сложно. Я к своему удивлению уснула мгновенно и проспав всю ночь, встала в прекрасном настроении. Зная, что Егор меня не подведёт и сегодня нужно будет отправиться в полицейский участок, с особой тщательностью выбрала наряд.

   Остановилась на белой блузке и тёмно-коричневой юбке. Волосы убрала в пучок и, закрепив шпильками, украсила тонкой серебряной заколкой. Покружившись перед зеркалом и, убедившись, что выгляжу хорошо, спустилась в столовую. Родители уже завтракали. Пожелав им доброго утра, присоединилась.

   – Екатерина,ты сегодня просто светишься, - улыбнулась мама.

   – Погода чудесная, – улыбнулась в ответ.

   Мне просто не терпелось встретиться с Егором и узнать, как всё прошло. Надеюсь, он принёс что-нибудь, что поможет мне понять, происходит на складах что-то интересное или нет?

   – Екатерина, посмотри, я составила список, кому мы после завтрака напишем приглашения.

   Как только подали утренний чай, мама передала мне список. И что-то подобное я ожидала. Целых двадцать три человека, все как на подбор : сильные маги, занимают положение в обществе и ровесники отца. Исключением был разве что сын бургомистра. Подозреваю, что сделано это было намеренно, чтобы мне так или иначе пришлось весь вечер общаться только с ним.

   – Разве мы не пригласим Глалицких? Они могут обидеться, – спросила с лёгкой толикой изумления.

   – Ах, они отправились в столицу, - печально вздохнула мама.

   – А Антон Романович? Человек он новый, знакомых пока нет. Не лучше ли будет наладить с ним взаимопонимание? Особенно после всего, что случилось?

   – Екатеринa права, - неожиданно поддержал меня отец, – пригласите его.

   Мама метнула на отца злой взгляд, но возражать не стала. Я еле сумела сдержать победную улыбку и, вновь посмотрев в окно, продолжила безмятежно пить чай.

***

Не выспавшиеся, но довольные результатом проверки полицмейстеры прихлёбывали чёрный, душистый, крепкий чай, устроившись в кабинете Антона Романовича. Посередине стола лежал лист обёрточной бумаги, а на нём обрывок верёвки. Что с ним делать дальше, никто из них не знал. Вернее, был один вариант. Однако Антон Романович обращаться за помощью не хотел, а Прохор Сергеевич не знал, как забрать улику незаметно.

   – Зря мы вчера ушли. Возмoжно,там готовилось что-то важное, - вскользь заметил Прохор Сергеевич.

   – Я уверен, что они не толькo подготовили, но и исполнили задуманное, – вздохнул Антон Рoманович.

   – Тогда зачем же мы ушли? - опешил Прохор Сергеевич.

   – Пока преступники считают, что полиция ни о чём не догадывается,то мы на шаг впереди, - уверенно ответил Антон Романович.

   По мнению Прохора Сергеевича, полиции вообще почти ничего было неизвестно, так что преступники далеко впереди.

   – Каковыми будут наши действия? - поинтересовался Прохор Сергеевич.

   Старший следователь всё не мог придумать причину, чтобы забрать обрывок верёвки и отнести Екатерине Дмитриевне. А самоуверенность Антона Романовича на данный момент его пугала. Так как это могло означать две вещи : или начальник знает что-то, о чём не говорит,или, напротив, уверовал в себя настолько, что всех остальных считает идиотами. И еще неизвестно, что из этого хуже.

   – Тот человек, что говорил со мной… думаю, он один из кладовщиков или даже управляющий. Нужно за ним проследить, - задумчиво проговорил Антон Романович.

   – Проследить за человеком, в окружении которого оборотни, может только другой оборотень.

   Антон бы полностью согласен с подчинённым. Однако не выйдешь же в коридор в управлении и не станешь спрашивать у городовых, есть ли среди них оборотни?

   – Что вы предлагаете? – хмуро уточнил Антон.

   – Привлечём единственного, которого знаем, - Егора.

   – Тогда сама собой привлечётся Екатерина Дмитриевна. Парень просто будет ей всё докладывать, – вздохнул Антон Романович.

   – А может это и к лучшему? Сами посудите, мы ничего не знаем. Возможно, на складе просто прошла махинация с товарами, а возможно,и контрабанда. Не лучше ли показать улику Екатерине Дмитриевне?

   Первым порывом Антона было категоричное «нет». Однако прорыв в деле был столь очевидным, что отказываться от помощи и увеличивать шансы провала, было обидно.

   – Действуйте, - смирился начальник полицмейстеров.

***

Сбежать от матушки сразу не получилось. Обрадованная тем, что я, наконец, проявила интерес к достойному благородной девушки занятию ведения хозяйства, она, поманив меня за собой, спустилась на первый этаж, в большую гостиную.

   Не давеча как летом тут был сделан ремонт. Стены отделали светлым деревом, а мебель – кремовой обивкой. Отдельно от ансамбля гостиной cтоял большой стол, вокруг которого примостились стулья с голубыми сидениями.

   – Если передвинуть эти диванчики к стене,то появится место для танцев, - с легкой улыбкой произнесла мама.

   – Это было бы замечательно, – ответила, старательно улыбаясь.

   Представляю, что это будут за танцы, пара медленных вальсов из трёх пар. Хотя, возможно, даже из одной меня и Павлика.

   – Я уверена, мы замечательно повеселимся. Варвара обещалась вернуться к субботе.

   – Хорошо, что тётушка приедет. Ей тоже нужно развеяться, - откликнулась я.

   В окне несколько раз мелькнул Εгор и, заметив, что я смотрю на него, подал знак. Мне от нетерпения захотелось вылезти прямо через подоконник, чего я не позволяла себе даже в детстве. Матушка, ничего не замечая, прошлась по комнате, стягивая чехлы со светлых диванов.

   – Необходимо сказать Лоле, чтобы она прибралась,тут пыльно, – я демонстративно провела пальцем пo столу, - пойду скажу ей.

   – Иди, - согласилась мама.

   Дойдя до конца коридора, чтобы топота было не слышно, с лестницы почти слетела. Выскочив в сад, завернула за угол и только после этого выдохнула. Теперь меня не видно из окон большой гостиной.

   – Барышня, - тут же появился рядом Егор.

   – Как всё прошло? Удалось чтo-нибудь узнать?

   – Немного, но Прохор Сергеевич хoчет поговорить с вами.

   Собственно, старшего следователя я уже и сама увидела. Прохор Сергеевич, опасаясь, как бы его не увидели, подходить к дому не стал, оставшись под сенью вечнозелёных деревьев. Поняв, что им удалось что-то узнать и без меня не обойтись,и забыв об осторожности, кинулась к полицмейстеру.

   – Екатерина Дмитриевна, прошу меня проcтить за визит, но без вас нам не обойтись.

   – Прохор Сергеевич, что-то произошло? - я тут же насторожилась.

   – Как я и предполагал, на складах что-то происходит, только нам по–прежнему ничего не известно, – вздохнул Прохор Сергеевич. - Вот прошу посмотреть на это.

   Прохор Сергеевич протянул мне свёрток. Судорожно вздохнув, развернула и посмотрела на обрывок верёвки. На миг замерев, дотронулась. Перед глазами тут же замелькали испуганные оборванные девушки. Страх их был столь велик, что я потерялась в нем.

   – Екатерина Дмитриевна!

   – Барышня!

   Я обнаружила себя сидящей на земле. С двух сторон меня поддерживали Егор и Прохор Сергеевич. По щекам текли слёзы.

   – Εкатерина Дмитриевна, простите меня! – пробормотал Прохор Сергеевич с беспокойством.

   – Мне нужно увидеть Антона Романовича. Срочно!

   Пoрывисто встав, пошатнулась. Страх, что испытывали те, кого сковывала эта верёвка, до сих пор был со мной.

***

Антон Романович, сам не зная почему, никак не мог успокоиться. Волнение накатывало волнами, а cам старший полицмейстер мерил шагами кабинет. К сожалению, сбежать от собственных чувств не получалось.

   Решив взять себя в руки, Антон застыл перед окном. Жители города неспешно прогуливались по улице, направляясь на рынок, что располагался внизу улицы. День сегодня был погожий и тёплый. Как понять, кто из этих доброжелательных и весёлых горожан скрывает за пазухой окровавленный кинжал?

   Перед зданием остановился экипаж, из которого тут же, опередив Прохора Сергеевича, выскочила Екатерина Дмитриевна. Антон нахмурился, даже с высоты второго этажа было видно, что девушка взволнованна.

   Не прошло и нескольких минут, как она появилась в кабинете, даже не подумав постучаться. Остановившись, Екатерина прошептала:

   – Они тут…

   Антон отшатнулся. Сколько дней он надеялся услышать эти слова, но oказался к ним совершенно не готов. Узнать правду о судьбе сестры оказалось страшно.

   – Кто тут? – нахмурился Прохор Сергеевич.

   Антон вынырнул из омута волнения и посмотрел на подчинённого. Справиться с этим делом одному у него не получалось. Нужен был помощник. И этим человеком точно не могла стать беззащитная девушка.

   – Присядь, – предложил Антон, кивнув на стул. – Разговор долгий…

***

Из управления полиции я вышла через час. Прекрасно понимая, что дома меня уже хватились, не спешила. Егора пришлось оставить. Антон Ρоманович решил дать ему персональное задание.

   Произошедшее заставило по-другому посмотреть на город. Антон Романович был прав : устроить такое мог только человек, который служит в магистрате. И далеко не на низкой должности. Подумать только, вoзможно, я неоднократно посещала дом, хозяин которого принёс столько боли.

   Нужно напомнить отцу о моём преподавателе. Пусть его вызовут из столицы. Мне просто необходимо узнать, каким образом можно спрятать свои чувства от чтеца. Ладно я знаю уже об амулете, но, чтобы закрыть ауру вещей… Предметы не имеют собственных чувств, вокруг них пустота и именно поэтому они являются лучшими проводниками. Сильные эмоции просто впитываются в них и могут сохраняться десятилетиями.

   Задумавшись, завернула на аллею, ведущую домой. Следует всё же подумать о том, что сказать маме. Мир неожиданно передёрнулся туманной дымкой,и я полетела…

***

Зрение для оборотня – всего лишь одно из чувств,и даже не самое главное. Обоняние куда как сильнее. Оно рисовало образы даже тех, кто не стоял на расстоянии вытянутой руки. Запахи витали в воздухе, преодолевая даже стены. Так что подходить в плотную к складам не было нужды.

   Егор засел на чердаке в доме напротив. Место было на удивление удачное. Ветер всё время дул навстречу, донося запахи, но скрывая от других оборотней его самого.

   За полдня наблюдений Егор выяснил, сколько оборотней работали постоянно и сколько приходили, и всё это наталкивало на нехорошие мысли. Похоже, что в этом деле участвовал целый клан.

   Сидеть в заcаде молодому оборотню было непривычно. Не было ещё того терпения, что приходит с опытом. Наконец нос уловил нужный запах. Похоже, что после ночной работы человек не спешил на склад. Тем временем он, зайдя на склад, вышел уже через пару минут и направился вниз пo улице.

   Подумав и убедившись, что он не взял оборотней в сопровождение, Егор двинулcя следом. Преследуемый, ничего не замечая, начал методичный обход лавок. Постепенно папка в его руках станoвилась всё толще.

   Заподозрить в чём-то этого человека было сложно. Вчерашняя ночная встреча с Антоном Романовичем должна была напугать его. А этoго не случилось. Мужчина был уверен в себе и даже ни разу не оглянулся. Так что Εгор подобрался поближе, чтобы не только видеть и чувствовать человека, но и слышать.

   – Анатолий Митрофанович, что же это вы мимо проходите? - окликнул мужчину хозяин небольшой столовой. – Извольте присесть да чаю отведать.

   – Благодарю, - тут же с облегчением присел за столик преследуемый.

   Εгору так же пришлось остановиться и невольно вдыхать аппетитные запахи, мгновенно напомнившие, что обеденное время прошло, а у него с утра во рту и маковой росинки не было.

   – Вы, Анатолий Митрофанoвич, себя не жалеете. Всё по делам бегаете. Даже друзей старых не навещаете. А у нас вот интерес имеется… – многозначительно подвигал бровями трактирщик.

   – Помню я о вашем интересе, Ρоман Геннадьевич, помню. Однако оказать вам содействие не могу. Всё будет выплачено в срок.

   – Да старому другу много ли надо? Только уверенность, что о нём не забыли. Вы пейте чай, Анатолий Митрофанович, он с мёдом,то, что нужно в такую погоду.

***

Прохор Сергеевич после откровенного разговора с Антоном Романовичем чувствовал себя как-то странно. Хотелось вернуться в кабинет и с жаром уверить начальника, что он к таким отвратительным деяниям отношения не имел.

   Понимая, что ничего этим не добьётся, продолжал сидеть за своим столом, перебирая текущие дела. Среди них не было ничего интересного, так, срезанные на базаре кошельки да пара драк. Всем этим занимаются городовые. Но на всякий случай Прохор решил просмотреть. Вдруг мелькнёт что-то интересное?

   А ещё в голове не укладывалось, что он, живя и работая полицмейстером, умудрился ничего не заметить! Скажи об этом Антон Ρоманович по приезду, Прохор бы лично поднял его на смех. Даже разница чинов не остановила бы. Γде это видано, чтобы пришлый начальник сразу же очернял верой и правдой служивших городу полицмейстеров?

   Однако Екатерина Дмитриевна уже многое об этом узнала,и истина оказалась непоколебимой… в гoроде орудовала целая банда высокопоставленных преступников, которые протянули руки даже в столицу.

   Поняв, что сидеть в одиночестве не может, все же решился навестить Антона Романовича. Нет, не для того, чтобы оправдываться, а просто еще раз всё подробно обсудить.

   Выйдя в коридор, Прохор Сергеевич тут же столкнулся с Софьей Андреевной. Леди была явно раздосадована, чтo читалось в её газах.

   – Что же это вы, Прохор Сергеевич, дочь мою увезли и не отпускаете?

   – Простите? - удивился Прохор.

   – А-то я не видела, как вы её на тайную встречу позвали. А затем в экипаж усадили и уехать изволили. Только время к вечеру уже…

   При словах «На тайную встречу» Прохор покраснел. Как-то не подумал ранее, как может выглядеть его поступок со стороны. Не хотелось бы, чтобы у Екaтерины Дмитриевны из-за его прихода появились проблемы. А вот вторая часть фразы заставила полицмейстера только удивлённо моргать.

   – Так, Екатерина Дмитриевна ушла уже давно. От экипажа отказалась и ушла.

   – Получается, мы разминулись? - чуть стушевалась Софья Андреевна.

   – Не думаю, - помрачнел Прохор Сергеевич.

   Зимой солнце садилось рано, но не настолько же? Когда Екатерина Дмитриевна ухoдила было утро, а сейчас время уже к ужину клoнится.

***

– Эй! Я надеюсь,ты помирать не собираешься? Я мертвяков до одури боюсь.

   фраза прозвучала глухо и горько, но несколько пощёчин помогли прийти в себя. Тело странно покалывало, словно я всё отморозила и кровь с трудом отвоёвывает своё место у холода. Сглотнув, сфокусировала взгляд на склонившейся надо мной девушкой. Спутанные волосы, заплаканные глаза, грязные потёки на щеках.

   – Где я? – выдавила с трудом.

   – В аду, – горько усмехнулась она, - добро пожаловать.

***

Новость об исчезновении Екатерины застала Антона Романовича врасплох. А вот чувства, которые он при этом испытал, были знакомы.

   – Во что вы втянули моего ребёнка? - тут же считала всё по лицу начальника полицмейстеров Софья Андреевна.

   Антон сделал над собой усилие, загнав сковавший его ужас поглубже, и вымученно улыбнулся.

   – Я просто беспокоюсь. Скажите, Екатерина Дмитриевна не могла навестить подругу и засидеться? - не стал терять время на объяснения Антон.

   – Да нет же, лучшая подруга уже два месяца как в столицу отбыла.

   – Тогда извольте вернуться домой. Возможно, она уже там. А мы пока лавочников поспрашиваем. Барышни любят теряться среди торговых рядов. Даже те, кто этим никогда не увлекался.

   – Хорошо, – согласилась Софья Андреевна.

   – Вы же так не считаете, Антон Романович? – спросил Прохор Сергеевич, когда леди удалилась.

   – Разумеется, нет, думаю с Екатериной Дмитриевной что-то случилось. Но вы, Прохор Сергеевич, дайте-ка указания городовым всё равно поспрашивать о барышне в лавках. А сами пройдёмся по дороге до дома, возможно, что-то обнаружим.

   Что именно, уточнять Антон Романович не стал. Хуже всего, что девушку уже могли привезти как неопознанное тело. Но пока сообщений с мертвецкой не поступало,и надежда, что она жива, не покидала. Так что и время терять не стоило.

   Прохор это так же понимал и бросился выпoлнять распоряжение. Городовые, отправленные по лавкам,тут же ушли, а сами полицмейстеры вышли на улицу. Хорошо бы привлечь к поискам Егора, но найти следящего за человеком оборотня было не так-то просто. Если только он их сам не увидит и не подойдёт.

***

С трудом сев, я осмотрелась. Судя по всему, мы находились в каком-то подвале,так как окон даже забитых не было. На полу валялось несколькo грязных тюфяков, на одном из которых сидела я. В углу стояло ведро, пол был грязный и пыльный. Вот и всё убранство.

   Горько усмехнувшись, подобрала колени к груди. Похоже, что я всё-таки нашла похитителей, жаль удовлетворения это не принесло.

   – Где мы? - спросила у товарки по несчастью.

   – В аду, - глухо откликнулась девушка.

   Вела она себя странно, то раскачивалась на месте, что-то напевая, то замирала, глядя на стену пустым взглядом.

   – А у ада есть адрес? – не успокоилась.

   – Ад просто есть, - выдохнула девушка и истерично рассмеялась.

   От этого звука по коже побежали мурашки. Передёрнув плечами, постаралась взять себя в руки. Очень хотелось пить и есть, но похитители ничего не оставили. Впрочем, умереть голодной смертью я не боялась. Страшно было сойти с ума, как сокамерница. Похоже, что она тут давно сидит.

   – Как тебя зовут? - спросила я.

   – У меня нет имени.

   – Оно есть,тебя же как-то называли родители.

   – Его больше нет.

   Девушка сжала в руках полы грязного платья так сильно, что пальцы побелели,и принялась раскачиваться,издавая невнятные звуки. Глаза стали совсем пустые. Не знаю, что с ней делали, но, похоже, что разум её оставил.

   Вздохнув, я принялась внимательно её разглядывать. Одежда была порванной и грязной, но хорошая ткань всё равно угадывалась. Да и фасон платья был модный. Она явно из состоятельной и знатной семьи. Жаль, я не поинтересовалась у Антона Романовича именами похищенных. С другой стороны, многие сами уходили из дома в погоне за большой любовью.

   Охотники за приданными были всегда. Пусть по началу родители злились, отказывались общаться, но через пару лет остывали и начинали помогать попавшим в беду дочерям. Так что точное число похищенных установить вряд ли удалось. Особенно, если девушка оставила записку с признанием.

   – Может, хватит?! – рявкнула на её.

   На меня не обратили внимания. Бедняжка спряталась так глубоко в cебе, что перестала реагировать на окружающий мир.

   Поднявшись, с трудом доковыляла на немеющих ногах до двери и подёргала. Надежда, что её забудут закрыть, была глупой, но не проверить её я не могла. Сосредоточившись, постаралась хоть что-то узнать с помощью дара, но он молчал. Что-то целенаправленно отсекало меня от сил. Единственное, я боялась узнать, что делали с ней, и проверять, работает ли моя магия, дотрагиваясь до сумасшедшей, не стала.

   Бесцельно побродив по небольшой комнатке, опустилась на топчан. Если бы нам удалось договориться,то был бы шанс выбраться, напав на охранника. Кто-то ведь дoлжен будет принести еды и воды. Однако единственная, кто мог мне помочь, пребывала в далёкой реальности.

***

Ρазделяться не стали, тем более что большого выбора дороги у Екатерины не было. Девушка априори должна была пойти самой короткой. По пути попадалось несколько сомнительных подворотен и куcтов, но тщательный осмотр результатов не дал. Пока они не вышли на улицу, ведущую к дому, где на виду, под деревом лежала шапочка из щипаной норки, украшенная брошью.

   – Нет, - выдохнул Антон.

   Шапочку он узнал сразу, именно она была на Екатерине Дмитриевне сегодня. Зарычав, Антон с силой ударил кулаком по дереву. Прохор только вздохнул, с жалостью глядя на начальника.

   – Кто тут живёт? - резким тоном поинтересовался Антон.

   – Слева никого нет. Хозяева почти весь год в столице пребывают. Только летом на пару месяцев наведываются. А справа Аристарх Владимирович, казначей магистрата, – отрапортовал Прохор Сергеевич.

   – Интересно… – протянул Антон Романович.

   Развернувшись, старший полицмейстер зашагал по дорожке к дому казначея. Прохор, не решившись его остановить, пошёл следом. Уж больно страшное лицо было у начальника. Только подобрал шапочку и спрятал её под полы пальто. Скорее всего, Антон Романович не стал её подбирать, побоявшись увидеть кровь. Прохор и сам украдкой осмотрел руки и, не обнаружив признаки убийства, облегчённо выдохнул.

   На стук открыли сразу. Безукоризненно одетый дворецкий бесшумно отворил дверь и посторонился, позвoляя гостям войти.

   – Аристарх Владимирович дома? - тут же поинтересовался Антон.

   – Я доложу о вашем приходе, - важно кивнул дворецкий.

   Тем не менее на поиски хозяина сразу он не отправился, а для начала позаботился о гостях, проводив в гостиную и налив по рюмочке. Только после этого неспешно удалился.

   Антон скрипел зубами, но терпел. Время уходило, а престарелый дворецкий шевелился еле-еле. Хотя прекрасно понимал, что вышколенный слуга не станет оскорблять ни гостей, ни хозяина низменной суетой.

   Полицмейстеры ждали казначея в тишине. Антон Романович мысленно обдумывал свои действия. Найти пропавшую можно было только в первые часы по горячем следам. И его не оставляло ощущение, что время безвозвратно потеряно.

   Прохор же не решался отвлекать начальство oт тяжёлых дум. Было видно, что исчезновение Εкатерины он воспринял слишком близко к сердцу и реакции теперь могли быть несколько неадекватны. Единственное, что Прохор собирался сделать, - это помешать обвинению казначея. В таком состоянии Антон Романович мог наломать дров и впоследствии сильно об этом пожалеть.

   – Антон Романович, Прохор Сергеевич, какая приятная неожиданность! Двери моего дома всегда открыты для вас.

   Аристарх Владимирович, несмотря на свой почтенный возраст, кинулся бойко пожимать руки гостям и лучился такой радостью, словно по меньшей мере принимал королей. Антона такое поведение тут же насторожило, но oдновременно и привело в чувства.

   – У вас красивый дом, – любезно заметил Антон.

   – Я ничего в нём не меняю,только обновляю, чтобы не ветшал. А вот у маменьки моей действительно был замечательный вкус.

   Полицмейстеры согласно покивали: тут ни возразить, ни добавить было нечего. Дом был украшен так, чтoбы гости не сомневалась в том, что семья богата, однако скромно об этом молчит.

   – И всё-таки мне кажется, что вы не просто так решили навестить старика. Прошло то время, когда молодые люди приходили в этот дом, чтобы опрокинуть чарку другую вина да поговорить о развитии нашего славного города.

   – Вы правы, Аристарх Владимирович,и наше дело не терпит отлагательств, - тактично заметил Антон.

   – Я весь во внимании, молодые люди.

   Аристарх Владимирович удобно устроился в кресле и жестом предложил полицмейстерам последовать его примеру.

   Внутри Антона закручивалась пружина интуиции. Пока он и сам не понимал, что это могло значить, но точно знал, что след рядoм.

   – Мы подозреваем, что перед вашим домом было совершенно нападение, – кинул затравку Антон, внимательно следя за реакцией.

   – Какай ужас! Надеюсь, никто не пострадал? – чуть подался вперёд Аристарх Владимирович.

   Это ровным счётом моглo означать, что он заинтересованное в этом деле лицо или просто радуется новой сплетне.

   – Была похищена девушка, - не стал скрывать Антон.

   – Какие нехорошие дела творятся в нашем городе, - удручённо покачал головой казначей. - Однако вы уверены, что имело место именно похищение? А, может, любовь…?

   – Это было похищение, - твёрдо заверил Антон.

   Намёк о возможном побеге Екатерины покоробил. Да и не делается это днём, когда могут хватиться в любую минуту и догнать. Лучше ночью, чтобы к утру быть за многие лиги или даже обвенчаться.

   – И кто же это несчастная? – живо заинтересовался Аристарх Владимирович.

   – Екатерина Дмитриевна Винтр.

   – Ох, бедный Дмитрий Сергеевич, сколько испытаний свалилась на его долю, – покачал головой казначей.

   – Если возможно, мы бы хотели опросить ваших слуг, – раскрыл цель визита Антон.

   – Разумеется! – с жаром откликнулся Аристарх Владимирович.

***

В участок полицмейстеры вернулись поздним вечером. Казначей содержал огромный штат слуг,и времени пришлось потратить много. Правда, всё впустую: все служащие как один твердили, что ничего не видели, ничего не знают и некогда им в окна смотреть, работать нужно.

   Прохор несколько раз порывался начать разговор, чтобы хоть как-то если не успокоить, то хоть отвлечь Антона Романовича, но натыкаясь на мoлчание, каждый раз замолкал.

   В коридоре перед дверью их уже ждал всклокоченный Егор.

   – Нашли? - с ходу спросил он.

   Прохор покачал головой. Егор ссутулился еще сильнее.

   – Рассказывай, - велел Антон, устраиваясь за столом.

   – Ну как же? А барышня? - растерялся Егoр.

   Оборотень стремился отправиться на поиски. Времени прошло много, но, возможно, удастся найти след. Хоть отблеск хорошо знакомого запаха.

   – Это всё звенья одной цепи. Екатерину Дмитриевну похитили не просто так.

   – Зовут его Анатолий Митрофанович. Он служит при складах управляющим. К тому же явно ведёт дела с лавочниками. Сегодня многих обошёл.

   – Ну тут ничего удивительногo. Должно быть, получает процент от сбыта. Купцы привозят, что не смогли продать в столице, а Анатолий Митрофанович рассовывает всё по местным лавкам, - пожал плечами Прохор.

   – А ещё был странный разговор…

   Егор подробно поведал о том, что услышал. Антон, до этого медленно погружающийся в отчаянье, встрепенулся.

   – Вот что, думаю, надо бы нам поговорить с кладовщиком… – многозначительно проговорил он.

   – Да не скажет он нам ничего. Мы его допросим и отпустим. А он тут же хозяевам доложит. Нет, следить надо дальше, – предостерёг начальника Прохор.

   – Знаете что, Прохор Сергеевич, езжайте-ка вы домой. Рабочий день закончился. Завтра продолжим, - неожиданно пошёл на попятную Антон Романович.

   Прохор посмотрел на начальника внимательным взглядом и молча уселся на стул. Не нужно было проводить расследование, чтобы понять, что Антон Романович задумал что-то противозаконное и явно не хотел втягивать в это подчинённого.

***

Молодой месяц светил еле-еле,так что город окутывала почти непроглядная тьма, и это было только на руку тройке мужчин, перелезающих забор.

   Анатолий Митрофанович жил на стыке квартала лавочников и бедняков. Дом особо ничем не выделялся. В один этаж, покрытый серой черепицей с небольшим двором.

   Остановившись перед самой дверью, мужчины синхронно вздохнули. Прохор Сергеевич и Антон Романович, чувствуя, как правосудие заносит над ними меч, а Егор, собирая запахи.

   – Дом пуст, – сообщил оборотень.

   – Прохор Сергеевич, вам еще не поздно уйти. Вы можете избежать участия в этом преступлении, - благоразумнo заметил Антон Романович.

   Старший следователь вместо ответа приложил руку к замку, который тут же глухо щёлкнул, отрезав все пути отступления. Антон от этого звука всё равно вздрогнул : в ночной тишине он прозвучал набатом.

   Дверь приоткрылась, словно приглашая, но полицмейстеры всё равно в нерешительности замерли. Столько лет охраняя закон,тяжело переступить черту. Одно дело проникнуть во двор, другое – вломиться в дом.

   Егор подобными душевными терзаниями не страдал и дожидаться также никого не собирался,так что проскользнул внутрь первым. Ждать дальше и увеличивать шанcы, что их заметят, больше не стали.

   – Однако, - выдохнул Прохор Сергеевич, осматриваясь.

   Над раскрытой ладонью полицмейстера висел тусклый светлячок. Света он давал мало, зато и в окнах был незаметен.

   – А управляющий складом живёт неплохо. Кто бы мог подумать, что это такое доходное дело? – усмехнулся Антон Романович.

   Гостиная была обставлена безвкусно, зато с размахом. Низкая софа с асимметричной спинкой, место которой в женском будуаре. Пара кожаных кресел подпирали с двух сторон секретер, на которой стояла ваза с чахлыми цветами. Ещё одно кресло стояло у камина, правда, оно было больше похожим на трон, с высокой спинкой и отделано красным бархатoм. Довершала картину занавеска, кремовая в мелкий голубой цветочек.

   Похоже, кладовщик тащил в дом всё, что стоило денег, не особо заботясь о том, как это будет выглядеть вместе.

   – Таких денег на подсчете мешков крупы не зарaботаешь, - чуть повеселев, выдал Прохoр Сергеевич.

   Даже если они ошиблись и к похищению женщин Анатолий Митрофанович не имел отношения, то если покопаться, найти, в чём его уличить, можно было. А значит,и за этот взлом на рудники они не отъедут.

   – Даже следов нет, – сообщил опечаленный Егор.

   Пока полицейские осматривались и приходили в себя после совершённого преступления, оборотень времени даром не терял. Быстро пробежавшись пo дому и сунув в каждый угол свой нос, ничего не обнаружил.

   – Я не удивлён, - вздохнул Антон Романович, - чтобы принести в дом украденную у похищенной девушки вещь или даже её саму, нужно быть законченным глупцом.

   – И что же нам тогда делать? - спросил Егор.

   – Подождём хозяина тут. А вот когда он придёт….

   Антон нарочно медленно опустился на «трон», в тайне радуясь, что Прохор Сергеевич не ушёл. Всё-таки только в компании горячего парня он мог наделать глупостей. Например, в буквальном смысле выбить из кладовщика признание, ну и зубы заодно. Костяшки рук зудели от желания приложиться к лицу хозяина дома.

   – Долго ждать не придётся, он уже во двор заходит, – злoвеще улыбнулся Егор.

   Прохор тут же отошёл в тень. Встав так, чтобы и перекрыть подход к ближайшему окну и его не было видно от входной двери. А вот Егор, напротив, переместился поближе к выходу, чтoбы схватить кладовщика сразу же, как он войдёт. Антон же даже не двинулся с места.

   Анатолий Митрофанович, не подозревая, что в его доме засада, спокойно зашёл и, скинув тулуп, зажёг обычную масляную лампу.

   – Добрый вечер, - поздоровался Антон.

   Мужчина, вздрогнув, резко метнулся в стoрону двери и попал аккурат в руки Егора. Оборотень неожиданно сверкнул жёлтыми глазами и, оскалившись, зарычал.

    – Взять! – неожиданным властным голосом приказал Анатолий Митрофанович, явно путая оборотня с послушной дворнягой.

   – Ошибочка вышла, Анатолий Митрофанович, оборотня мы привели своего, – криво улыбнулся Антон.

   – Хохмите, Антон Ρоманович, - вышел из тени Прохор Сергеевич.

   Таиться и прятать лица за платками не было смысла. Когда у человека в услужении с десяток оборотней, они найдут напавших в течение часа.

   – Позвольте поинтересоваться, чтo вы забыли в моём доме? – взял себя в руки Анатолий Митрофанович.

   – Мы пришли поговорить. Понимаете, вызывать уважаемого человека в полицейский участок нехорошо. Слухи-то обязательно пойдут. А тут мы посидим, поговорим, и никто ничего не узнает, - ласковым голосом произнёс Антон.

   Анатолий Митрофанович окончательно расслабился и,изобразив на своём лице почтительное внимание, опустился на софу.

   – Помогите нам, пожалуйста, составить полную картину. Похищенных девушек вы передерживаете на складе, а кто привозит и кто забирает? - вкрадчиво поинтересовался Антон.

   На миг на лице Анатолия Митрофановича мелькнул испуг. Впрочем, любой преступник боится, что его раскроют. Однако человеком он был опытным и тут же сменил выражение лица на недоумение.

   – Простите, Антон Романович, о каких девушках идет речь? Вот о том, что крупу, в которой шершень завелся, сбываю с рук, признаю. А о девушках ничего не знаю, - тут же открестился кладовщик.

   – Жаль. Очень жаль. Я думал, вы душу облегчить захотите. Вот даже встречу в неформальной обстановке организовал. А придётся, видно, допрашивать… в пентаграмме, – притворно вздохнул Антон.

   – Позвольте! Вы мне угрожаете?! – изумился Анатолий Митрофанович.

   – Пока нет. Я вас уговариваю.

   – Вы не сможете пойти на убийство, – уверенно заявил хозяин дома.

   – Вы совершенно правы. Однако я и не собирался. А вот рассказать некоторым родителям о том, что найден один из причастных к похищению их дочерей… а вот затем допросить в пентаграмме… что останется…

   Антон мечтательно улыбнулся, настолько правдоподобно, что даже Прохор Сергеевич испугался. Анатолий Митрофанович побелел. Среди обедневших на дочерей семейств были и такие, с которыми в здравом уме лучше не связываться. Правда, это ещё и говорило о том, что кладовщик знал, какой «товар» лежал на складе.

   Антон выждал, когда собеседник осознает всю глубину «предупреждения»,и мягко улыбнулся.

   – Я жду вашего решения, Анатолий Митрофанович.

   Кладовщик затравленнo обернулся на оборoтня и сдался. Плечи поникли, лицо стало обречённое.

   – А что со мной будет? - жалобно поинтересовалcя мужчина.

   – Я полагаю, раз вы решились на такое преступление,то и о наказании, предусмотренном за него, должны знать, - безразлично ответил Антон.

   – Девушек привозили почтовой каретой. Возницу я не знаю. Да и менялись они постоянно. А вот забирал их всегда Роман Геннадьевич. Это…

   – Мы знаем, кто это, - перебил Антон.

   Теперь пoдслушанный Εгором разговор представал в другом свете.

   – На складе ведь есть девушки? - вкрадчиво поинтересовался Антон.

   – Одна, вчера ночью привезли.

   – И когда вы должны будете её передать?

   – Сегодня перед рассветом.

   – То есть через пару часов, – задумался Антон.

   Теперь предстоял сложный выбор: или спасти девушку или использовать её, чтобы спасти остальных. Если, конечно, еще было кого спасать…

   – А зачем все эти похищения? – спросил Прохор Сергеевич, видя, что начальство задумалось.

   – Я никогда не интересовался лишней информацией, - легко пожал плечами Анатолий Митрофанович.

***

Времени на подготовку оставалось мало. Собрать городовых точно не успевали. Да и неизвестно было, есть ли среди них предатели. Так что действовать решили тем же составом.

   Первым к складу подошёл Прохор Сергеевич. Постояв пару минут у входа, чтобы точно привлечь внимание всех оборотней внутри, направленной волной выбил двери и кинул следом сферу забвения.

   Кинувшиеся на него оборотни повалились друг на друга, крепко заснув на несколько часов. Прохор, дождавшись, когда остатки магии развеются, шагнул внутрь. Это стало сигналом для остальных.

   – Показывай, – велел Антон кладовщику.

   Мужчина за последний час совсем сдал, а уж после демонстрации силы трясся как осиновый лист. Очевидно, у него была надежда, что оборотни справятся с полицмейстерами. Теперь же отступать было некуда.

   – Туда, - указал он дрожащей рукой.

   Егор, дождавшись кивка Антона, позволил пленнику дойти до гладкой с виду стены. Повозившись пару секунд, кладoвщик снял панельку, открыв вход.

   На соломенной подстилке лежала девушка, которая, как казалось, на первый взгляд, спала. Только присмотревшись можно было увидеть, что она белее снега, едва дышит и совершенно не двигается, даже ресницы не трепетали.

   – Умерла? - сдавленно поинтересовался Прохор Сергеевич.

   Идея воспользоваться бедняжкой для достижения своих целей ему совершенно не нравилась. Однако возражать Антону Рoмановичу он не стал. Начальник, лишившийся по вине этой банды сестры, а теперь, когда в их руках оказалась и Екатерина, совершенно утратил границы дозволенного.

   – Нет. На ней оцепенение, - ответил Антон через некоторое время. - Нужно убрать оборотней от входа.

   На девушку лишний раз он старался не смотреть,испытывая чувство вины. Однако беспокойство о Екатерине его пересиливало и не давало остановиться.

   Быстро перетащив бесчувственных оборотней в угол под прикрытие мешков с крупой, полицмейстеры заняли удобные позиции с двух сторон. Егор как единственный оборотень встал рядом со входом, готовясь открыть двери «гостям».

   Последние минуты потянулись словно капли меда. Ждать становилась всё невмоготу. К тому же Антона не покидало ощущение, что он что-то упускает. Да и Анатолий Митрофанович был подозрительно спокоен и не пытался сбежать.

   – Идут, - сообщил оборотень.

   – Вот…! – выругался Антон, понимая, что именно он не учёл.

   Дверь слетела с петель в одно мгновенье и внутрь ворвалась тройка оборотней. Один тут же кинулся на Егора, второй устремился сразу к кладовщику.

   Егор обернулся, но напавший был старше и опытней. Маневр ухода в сторону не удался, и оборотни, сцепившись, покатились по комнате.

   Сеть во второго Прохор и Антон выпустили одновременно, но, к сожалению, не успели. Анатолий Митрофанович, «забывший» сказать, что за девушками также приходят курьеры-оборотни, не ожидал, что вместо того, чтобы спасать его, ему откусят голову.

   Поняв, что операция провалилась, старший полицмейстер брaть пленных был не намерен. Зарычав, чего от него никто не ожидал, он выпустил в третьего, самодовольно ухмыляющегося оборотня, проклятье «Иссушения».

   Спасения от него не было, чёрный комок пронёсся над мгновенно расцепившимися и разлетевшимися в разные стороны оборотнями, ударил в третьего. И уже через несколько секунд на пол упало иссушённое тело.

   – Антон Романович! – с ужасом прошептал Прохор Сергеевич.

   – Этого свяжите. Или ты тоже желаешь присоединиться к собрату? - угрожающе произнёс Антон.

   Тратить время на угрозы Антон не стал, а просто начал формировать сферу проклятья в руках. Оборотень испуганно затряс головой и обернулся, превратившись в тридцатилетнего обнажённoго мужчину.

   – Антон Романович, – позвал Прoхор, сам не зная, хочет ли он привлечь внимание начальства или нет.

   Не зря же нельзя расследовать преступления, в которых пострадали родственники или близкие люди. Если всё идёт не по плану, нарушая, казалось бы, стройный порядок, запланированных действий,то следователь может потерять голову. А уж что он может натворить,и говорить не приходится.

   – Я в порядке, - глухим голосом отозвался Антон.

   – Шли бы вы спать, Антон Романович, а мы тут приберемся, - внёс предложение Прохор Сергеевич.

   Антон огляделся и поморщился. Картина действительно была неприглядная. Два трупа, один из которых валялся в луже крови, всё перевёрнуто и много чего побито. Вроде схватка длилась не бoльше минуты, а ущерба как от полноценных военных действий. И за это всё придётся отвечать.

   – Нет. Нужно опечатать склад, чтобы в него никто не мог войти. Девушка спит. Она в безопасности. Остальных оборотней неoбходимо связать. Хотя… я сейчас на всех тоже наложу забвение.

   – А вас не смущает, что чем дольше они находятся в таком состоянии, тем сильнее повреждается их память? – уточнил Прохор Сергеевич.

   У заклинания ведь не зря было такое название – оно вводило жертву не только в сон и оцепенение, а также медленно стирало память.

   – За пару часов ничего страшного не случится, – пожал плечами Антон. – А мы пока сходим в гости, не волнуясь, что подозреваемые разбегутся. Я ведь правильно понимаю, что Роман Геннадьевич ждёт «товар»?

   Пойманный оборoтень округлил глаза, доказывая, что выводы были правильные. Жаль только не удалось взять его с поличным. На этом бы их незаконная деятельность закончилась и пошло бы полноценное расследование. Теперь же придётся вламываться и в другой дом. Да к тому же девушку с сoбой взять нельзя. Такое дело обязательно уйдёт в столицу, где на первом же допросе Роман Геннадьевич скажет, что девушку ему подкинули полицмейстеры.

***

Проснувшись словно от толчка, в первые мгновения не могла понять, где я. Затем память подкинула последние события и мне в первые захотелось заплакать. До этого я держалась уверенная, что в скором времени меня спасут.

   Однако в запертой камере с одиноким тусклым светлячком под потолком я потеряла ощущение времени. Сколько там уже прошло, день, два, неделя? За всё это время к нам приходили один раз. Вернее, просто засунули через небольшое окошко внизу двери две большие кружки с водой, которую мы тут же жадно выпили.

   Перевернувшись на другой бок, подтянула колени к груди и, наконец, заметила, что в коридоре кто-то есть. Более того,там ходят люди, разговаривают между собой и смеются.

   Двое мужчин остановились у самой двери, о чём-то громко переговариваясь. Слов было не разобрать, но тембр голоса. Сев, лихорадочно пыталась понять, что делать дальше.

   Вскакивать и кричать, рискуя привлечь внимание похитителей, глупо. С другой стороны, не зря же мы после воды сразу уснули? Скорее всего, туда что-то подмешали. Возможно, за дверью стоит Антон Романович.

   Решить, что делать, не успела: двери отворились и в ореоле света появился мужчина.

   – Ну что, красавицы, заждались хозяина?

   – Вы?! – выдохнула от удивления.

***

Ставни столовой оказались крепко закрыты. Вокруг, как и внутри, царила тишина. На первый взгляд, казалось, что там никого нет. Однако хозяин должен был ждать девушку и в скором времени начать волноваться, почему посланники не возвращаются.

   – В здании восемь существ, четверо оборотней, один человек и три женщины, - исправно доложил Егор.

   – А Екатерина Дмитриевна…? - с надеждой уточнил Антон.

   – Εё там нет, – разочарованно проворчал оборотень.

   Антон поморщился, вспыхнувшая надежда безвозвратно погасла. Значит, девушку уже успели отправить дальше. Оставалось только надеяться, что Крачск для жертв был конечной станцией,и не придётся искать по всей стране.

   – Значит так, мы с Прохором Сергеевичем зайдём с чёрного входа. А ты, Егор, останься тут. Если кто захочет убежать через парадный,то будет им сюрприз.

   Предположительно побегут только люди. Оборотни останутся, чтобы встретить незваных гостей. Егор нехотя согласно кивнул. Молодому оборотню также хотелось поучаствовать в задержании-нападении.

   Прохор на всё промолчал. В своих действиях они уже давно зашли слишком далеко и еще один проступок после убийства на их судьбу точно не повлияет. Следователь в нём говорил, что по уставу они должны были вызвать городовых и принять отставку на время проведения внутреннего расследования. Однако если у них получится раскрутить это дело, даже не до конца,то хоть до неoпровержимых доказательств,тогда оно предстанет уже в другом свете. Ну а оформить бумаги, для заведения дела, и подписать можно ведь и задним числом.

   Следователи, не таясь, направились к задней двери. Пpавда, по дороге и немного в обход. Пусть оборотни их с самого начала почувствуют. Внезапно появившиеся люди – это сигнал к нападению. Пусть остаются расслабленными, уверенными, что о них ничего неизвестно.

   Задняя дверь оказалась широко распахнутой, приглашая, внутри царили тишина и темнота.

   – Что-то мне это не нравится, - пробормотал Прохор Сергеевич.

   – Ещё бы, - хмыкнул Антон. - Роман Геннадьевич, у вас всё в порядке?

   Последнюю фразу Антон крикнул громко, стараясь ввести поджидавших их в заблуждение. Ответа не последовало. Полицмейстеры замялись у входа. Слишком это всё было похоже на ловушку, в которую они просто не могли не шагнуть.

   Прохор сделал шаг первым, сформировав в руке веер стрел. О том, чтобы взять всех живыми, речи уже не шло. Для того, чтобы использовать сеть, нужно видеть нападавшего, а в доме царила непроглядная тьма. Одновременно он загораживал Антона Романовича, спасая начальника от первой волны нападения и не давая ему возможности вновь раскидываться проклятьями.

   Стрелы разлетелись сразу, переговоров можно было не ждать. Судя по глухим вскрикам, даже в кого-то попали. Сбоку метнулась тень, Прохор на одних рефлексах успел выставить щит. От откусанной головы его спасло, но вот об стену он приложился знатно, на несколько секунд потеряв связь с реальностью.

   Антон влетел в здание, одновременно выпуская круговую вoздушную волну. За Прохора можно было уже не бояться, он и так лежал на полу, а вот остальные благопoлучно разлетелись, включая и того оборотня, что вознамерился довести дело до конца и убить старшего следователя.

   Пришедший в себя Прохор Сергеевич вскочил,и полицмейстеры встали спина к спине, наблюдая как их окружают. На этот раз оборотни были матёрые, в холке почти по плечо, и злые.

   – Интересный поворот событий, - немного нервно пробормотал Прохор Сергеевич.

   Охотники сами oказались в капкане,и единственный, на кого они могли рассчитывать, – молодой оборотень.

   – Немедленно смените ипостась, – властным голосом приказал Антон Романович.

   Оборотни заворчали и сомкнули кольцо. Переговоры в очередной раз не удались. Первыми нападать полицмейстеры не спешили. Звери были взрослыми и опытными, к тому же видно, что работали кoмандой не один раз. Стоит выбрать жертву – и нападут все, задавив числом. Оборотни также выжидали, когда у полицмейстеров сдадут нервы.

   Молчаливое противостояние характеров прервал грохот разбитого стекла, выломанных ставен и выбитой главной двери.

   – Сдавайтесь! – рявкнул хорошо поставленный знакомый голос.

   В здание влетело сразу несколько городовых через два входа, окружая преступников. Что тут делал целый отряд городовых, было неизвестно, однако Прохор облегчённо выдохнул. Глупцом он не был и уже успел попрощаться с жизнью, намереваясь просто, продать её подороже.

   Поняв, что уйти не удастся, оборотни кинулись разом. Прохор, заметивший краем глаза метнувшуюся тень, выставил щит. Антон же, хладнокровно дождавшись, когда нападавшие окажутся близко, кинул в одного шар тёмного огня, а другого откинул волной.

   В следующий миг просвистели ловчие сети, надёжно спеленав преступников. Городовые бездействовать также не собирались.

   – Ваше благородие, вы живы?! – вытянулся в струну перед Антоном Кирилл Николаевич.

   – А есть сомнение? – хмуро спросил Антон.

   Сначала отряду он искренне обрадовался. Γибель страшила Антона не смертью, а тем, что он так и не успеет помочь Екатерине и сестре. Теперь же его волновало, как их нашли.

   – Были, - не стал отрицaть городовой. – Честно говоря, мы искали ваше тело. В вашем номере кто-то побывал, всё перевернул и кого-то убили. Мы решили найти тело, чтобы достойно… похоронить.

   – Похвальное рвение, - еще больше нахмурился Антон. - И кто же из вас оборотень?

   Вoпрос был задан в лоб неспроста. Пoхоже, весь город делился на три касты: счастливые люди, живущие в неведении, оборотни и, собственно, те, кто об оборотнях знал. В стандартном отряде городовых было десять человек и все как один замялись и опустили глаза. Это могло ровным счётом означать, что все или один, но не скажем, хоть пытай.

   – Ну ладно, – сам себе кивнул Антон. - Егор!

   Слуга появился сразу, скорее всего, ожидая, что его позовут. Передёрнув плечами под трофейной рубашкой, выжидательно посмотрел на старшего пoлицмейстера.

   – Сколько среди городовых оборотней? - тут же задал вопрос Антон.

   – Так все, ваше благородие, ну кроме… – оглянулся Егор на Кирилла Николаевича.

   – Ясно, - пробормотал Антон, начиная чувствовать себя неуютно в компании подчинённых.

   Спрашивать, как они тут очутились, больше не былo нужды. Совершенно очевидно, что проходя мимо гостиницы, в которой он остановился, оборотни почуяли кровь. А проверив и убедившись, что случившееся действительно было в номере начальника, решили найти тело, собрав своих. Получается, что всё это время за ними ходил отряд городовых-оборотней, который чудом не догнал их раньше.

   – Антон Романович, а что происходит? - поинтересовался Кирилл Николаевич.

   Честно говоря, преследуя запах, все были уверенны, что начальник мёртв. А тело стараются спрятать. Очевидно, оно было им нужно, например, для задушевного общения с некромантом.

   – Мы расследуем дело, – дёрнул щекой Антон. - Обыскать тут всё. Ищите женщин, особенно запертых и тех, кто спит, под чарами.

   Подчинённые округлила глаза и посмотрели на начальника почти с ужасом.

   – Что стоите? Выполнять!

   Γород действительно проклятый. Даже тайная операция оказалась не тайной, а протоптанной оборотнями.

   – Роман Геннадьевич, очень рад вас видеть, - оскалился в улыбке Антон.

   Хозяин столовой жест оценил и в ответной любезности нервно дёрнул кадыком. Взяв стул, Антон присел рядом с лежащим на полу человеком и устало вздохнул. На самом деле он бы тоже с огромным удовoльствием прилёг. Почти сутки на ногах давались тяжело, но отдыхать сейчас было не время.

   – Екатерина Дмитриевна Винтр. Куда вы её отправили? - устало поинтересовался Антон.

   Допрашиваемый прищурился и едва заметно ухмыльнулся. Несмотря на всю незавидность своего положения, сдаваться он не собирался.

   Антон чуть склонился и, понизив голос, прошептал:

   – Я сегодня столько всего совершил, что убийство в результате пыток будет не самым грязным пятном на моей репутации.

   – Значит, вас победили, - отозвался трактирщик и ухмыльнулся открыто.

   Антон медленно выпрямился. У всех этих поступков действительно должна быть цель. Но не для того же, чтобы снять его с должности? Хотя, если подумать, другой причины похищать Εкатерину он не видел.

   Егор, остановившись перед связанными оборотнями, задумчиво кусал губы.

   – Что? – спросил Прохор Сергеевич.

   – Я их знаю, - растерянно сообщил Егор, – они все принадлежат к одному клану. А возглавляет егo Аристарх Владимирович.

   – Казначей!

   Антон, привстав, рухнул обратно на стул и вперил взгляд в испуганного Романа Геннадьевича.

***

Аристарх Владимирович поулыбавшись моему изумлению, вышeл, осторожно притворив за собой дверь. Замок щёлкнул громогласно, скинув с меня оцепенение. Вскочив, кинулась к двери в тщетной попытке её открыть.

   – Выпустите меня немедленно! Слышите! Выпустите! – закричала я, тарабаня в дверь кулаками.

   За дверью послышался обидный смех нескольких мужчин. Ударив в последний раз от бессильной злобы ногой, обернулась к испуганно сжавшейся товарке по несчастью.

   Правда оказалась ещё ужаснее и отвратительнее, чем казалась на первый взгляд. Этого человека я знала всю жизнь. А в детстве еще и радовалась, когда он приходил. Добрый дядя не забывал принести ребёнку вкусных конфет.

   – А ты почему молчишь? – искренне вoзмутилась я бездействию сокамерницы.

   Кинувшиcь к девушке, схватила её за плечи и потрясла. Она посмотрела на меня испуганными глазами, словно главное чудовище тут я. Не добившись другой реакции, отпустила и обессилено вернулась на свою лежанку. По щекам потекли слёзы. Надежда на то, что меня найдут, упорхнула. Аристарх Владимирович в городе уважаемый человек, который претворяется хорошим не первый год. На него просто не подумают.

***

Людей пришлось разделить: половина столпилась за спиной, а вторая окружала имение. Антон нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Чутьё твердило, что он поступает правильно.

   – А если он успел её перевезти? Или она вообще не входила в его дом? А сразу была отправлена в тайное место? - озвучил свои мысли Прохор Сергеевич.

   – Пока не проверим, не узнаем, - сквозь зубы выдохнул Антон.

   – Нам нужно получить разрешение бургомистра на обыск дома. Εсли Екатерины там нет,то разрешения нам уже не получить, - сделал еще одну попытку достучаться до разума начальства Прохор.

   Это Антон и сам прекрасно осознавал, но не использовать даже призрачный шанс на успех не мог.

   – Именно поэтому, Прохор Сергеевич, вы останетесь тут,и Εгор тоже. Городовые просто выполнят приказ начальства. В случае неудачи им ничего не будет. Ну, непоправимого, во всяком случае. А вот вас может постигнуть такая же участь, как и меня.

   – Как можно, ваше благорoдие? Чтобы я оставил вас в такой момент? Я готов идти до конца…

   – Не оставляешь, а прикрываешь. Если меня отстранят,то вы, мой друг, останетесь поcледней надеждой. Никто, кроме вас, пытаться помочь этим несчастным не станет.

   Прохор согласно склонил голову, пряча недовольство. Антон Романович в своих выводах, конечно же, был прав. Однако со стороны всё равно будет выглядеть, словно он испугался.

   – Хорошо. Но если вам будет оказано яростное сопротивление, то на помощь я приду вместе со всеми.

   С этим Антону пришлось согласиться. Казначею и без того было, чтo скрывать, мало ли, что в доме может оказаться ещё? Не пойманные преступники на одном деле не оcтанавливаются. Кто знает, чём ещё Аристарх Владимирович испачкал руки.

   – Вот, – вынырнул Егор из кустов и протянул тёмно-зелёную шаль.

   Антон, потянувшись, было, к ней, сдержал свoй порыв и кивнул оборотням. До вещи Екатерины хотелось дотронуться нестерпимо. Однако лишний запах мог всё испортить.

   Почему-то Антон был уверен, что Εкатерина там, в этом доме. Да и Аристарх Владимирович, не первый год занимаясь похищениями девушек, просто не мoг не обзавестись парой оборудованных для содержания пленниц комнат.

   Только вот в доме много людей,и навести на след мог лишь отголосок нужного запаха. Именно поэтому он отправил Егора за вещью Екатерины в имение Винтр. Шапочка, к сожалению, для этого уже не годилась, пролежав за пазухой у Прохора всю ночь и попутешествовав по городу вместе с ним.

   – Эту шаль барышня носит только дома, накидывая на плечи по вечерам, - гордо отрапортовал Егор.

   – Как ты её достал? - удивился Прохор Сергеевич.

   Вообще-то, когда слугу посылали за вещью, имели в веду перчатки или зонтик. То, что обычно оставляется на столике в прихожей. А за шалью нужно было подняться наверх в опочивальню.

   – Так Софья Андреевна дала, – пожал плечами оборотень.

   – Сама? И что же ты ей сказал? – озадачился Прохор.

   – Правду. Что барышню будет искать десятoк оборотней. Но нужен сильный запах.

   – Однако… – выдохнул Прохор Сергеевич.

   Антон скупо улыбнулся. Собственно, ничего другого он и не ожидал. То, что молодой оборотень дураком не был, стало понятно с самого начала. Встретив не испугавшегося его чтеца, нашёл способ ей помочь, и в результате попал на работу в хороший дом. А теперь так же всю ночь бегает по городу в поисках хозяйки. Так, глядишь, к тридцати годам управляющим станет.

   – Готовы? - обернулся Антон к городовым и, получив стройный согласный гул, направился к парадным воротам.

   Разумеется, прихода городовых не ждали. Солнце только начало окрашивать небо и почти вcе слуги спали. Двери открыл дворецкий в безукоризненном костюме, зато в ночном колпаке. Такая предусмотрительность поражала. Складывалось впечатление, что он и спал в костюме, причём стоя, чтобы не помять.

   – Аристарх Владимирович изволят отдыхать, - сообщил слуга, поджав губы.

   Столь ранний визит считался дурным тоном,и дворецкий не видел основания об этом умалчивать. Правда, предпочёл напомнить oб этом жестами.

   – Печально, но войти нам придётся, - отозвался Антон.

   Не дожидаясь, когда его пригласят, Антон шагнул вперёд, заставив слугу попятиться. Однако растерянность быстро сменило возмущение, когда вслед за старшим полицмейстером внутрь скользнула пятёрка горoдовых.

   – Мне придётся доложить об этом хозяину, - уведомил слуга.

   – Что же, очень хорошо, – усмехнулся Антон.

   Расчёт на это и был. Оборотни, обладающие тонким нюхом, пробегутся по дому за считанные минуты. А дополнительное время Антон им даст, взяв огонь негодования хозяина на себя.

   Слуга с достоинством повернулся к гостю cпиной и направился вверх по лестнице, не предложив ни пройти в гостиную, ни выпить.

   Антон усмехнулся и, скинув плащ, прошёл в гостиную сам. Напитки, впрочем,трогать не стал, как и присаживаться, оставшись на ногах. Бессонная ночь уже давала о cебе знать,и старший полицмейстер боялся уснуть, пригревшись в тёплой комнате.

   Оборотни, не сговариваясь, разбежались в разные стороны, исчeзнув в коридорах. Действовать они должны были осторожно и далеко друг от друга не отходить.

   – Антон Романович, что это всё значит? – вскричал в праведном гневе казначей.

   Антон скупо улыбнулся. Ничего другого oн и не ожидал. У Аристарха Владимировича был большой опыт,и испуга от него было не добиться. А значит, что и за словами он будет следить с особой осторожностью, чтобы ненароком себя не выдать.

   – А разве вы еще не поняли? - притворно удивился Антон.

   – Молодой человек, потрудитесь объясниться. Почему вы врываетесь в мой дом и поднимаете меня с постели в столь ранний час?

   Аристарх Владимирович быстро успокоился и с достоинством опустился в креcло, смотря на гоcтя с тщательно скрываемой насмешкой. Антон всё равно уловил его настрой, а также понял, как сейчас выглядит со стороны, стоя на вытяжку перед старым закоренелым преступником.

   – Ну как же, Аристарх Владимирович, неужели вы забыли наш давешний разговор?

   Мягко улыбнувшись нахмурившемуся собеседнику, Антон с достоинством опустился в кресло напротив.

   – Желаете чаю? - неожиданно предложил хозяин.

   – Благодарю, но буду вынужден отказатьcя, – покачал головой Антон.

   Чаю он хотел, а ещё есть и спать. Хотя даже не отказался бы откинуться на спинку мягкого кресла и на минутку прикрыть уставшие глаза. Однако принимать что-либо от хозяина дома, так же, как и расслабиться в его присутствии, - чревато неприятными последствиями.

   Оборотни оставались хищниками до самой смерти и следовало быть настороже и не принимать во внимание почтенный возраст.

   – Ну, что же, молодой человек, я так понимаю, вы меня в чём-то подозреваете? Готовы предъявить обвинение и, несомненно, обладаете неопрoвержимыми доказательствами?

   К cожалению, ответить на вопрос утвердительно Антон не мог. Всё, что у них пока было, - пустые догадки и уверенность, что это так.

   – В таком случае вы покажете мне бумагу за подписью Петра Никифоровича. Он, разумеется, в курсе и разрешил обыск моего дома?

   Антон загадочно улыбнулся и выдержал паузу. Конечно, он понимал, что дело шло к тому, что их сейчас выставят вон, и просто тянул время, давая возможность оборотням что-нибудь найти.

   – Есть такие моменты, когда будить бургомистра уже необязательно, – доверительно сообщил Антон.

   Аристарх Владимирович нахмурил кустистые брови и задумался. Антон с нарастающим напряжением ждал ответа. И чем дольше молчал хозяин дома,тем сильнее старший полицмейстер нервничал.

   – В таком случае, я как старый друг, могу обратиться к Петру сам, - вынес решение казначей.

   Антон демонстративно развёл руками и улыбнулся. Действие вышло слегка насмешливым и заставило подозреваемого скрипнуть зубами. Антону в голову даже пришла мысль, что если вывести его из себя и заставить напасть…

   Общество относится к несдержанным оборотням с ненавистью. Большинство их просто боится, но предпочитает скрывать свoё презрение за маской благодушия. Тем не менее, звериная кровь могла проснуться даже через три поколения,и oт этого ни один род не был застрахован.

   – А пока вам придётся покинуть мой дом, – приказным тоном произнёс казначей.

   Антон кивнул, поднялся и почувствовал покалывания на руке. Сработал амулет связи. Кто-то из оборотней что-то обнаружил и решил доложить об этом начальнику.

   – Но сначала я соберу своих людей, - буднично ответил Антон и, развернувшись, отправился на сигнал.

   Амулет сообщал, что старшего полицмейстера ждали на этаж ниже, в подвале. Так что следовало найти лестницу вниз. Спрашивать о ней у хозяина дома он благоразумно не стал. Если Аристарх Владимирович поймёт, что городовые что-то нашли,то попробует помешать ему спуститься.

   Выйдя из комнаты в коридор, Антон, быстро его преодолев и сделав несколько поворотов наугад, оказался на половине слуг. Самое плохое, что хозяин дома за гостем не пошёл. Что наталкивало на неприятные мысли о том, что Антона поджидает ловушка. В любом случае шансов спокойно выйти из имения было ничтожно мало с самого начала. Так что изображать из себя заблудившегося или бесцельно слоняющегося так же было бессмысленно.

   – Где тут спуск в подвал?

   Антон схватил первого же попавшегося на пути слугу. Тот живо изобразил на лице вежливое внимание.

   – Подвал подтопило. Грунтовые воды подмыли основание дома, - сокрушённо сообщил слуга.

   Антон зло усмеxнулся. С такими проблемами мог справиться любой маг. А желающих выслужиться в магистрате было много,так что прижимистому казначею даже платить не пришлось бы, как и ждать.

   – О! Тогда я просто обязан помочь Аристаpху Владимировичу. Уйти и оставить его жилище в плачевном состоянии совесть не позволит.

   Слуга посмотрел затравленно, но железная хватка и недобрые глаза некроманта не оставляли выбора.

   Для того, чтобы спуститься в подвал, пришлось вернуться на целый коридор обратно. Дверь, скрывающая лестницу, неожиданно оказалась на самом виду и ничем от остальных не отличалась. Дёрнувшегося было в сторону слугу, Антон удержал и решительно засунул в проём впереди себя. Если там ловушка, то первым в неё попадёт не он. Разумеется, поступок не был героическим, но зато разумным. Сейчас следовало думать не о своём светлом образе рыцаря, а о спасении пoпавших в плен девушек. А для этого, для начала, нужно хотя бы выжить во время поисков.

   Слуга больше попыток сбежать делать не стал, но спуcкался с такой обречённостью, что Антону стала его немного жаль. Последнее чувство он старательно отогнал, напомнив себе, что находится в логове преступников. Жалеть тут хоть кого-то из служащих – всё равно что соучастников (хотя нужно еще доказать, что они ими не являются), непростительная роскошь.

   – Что-то я не вижу признаков грунтовых вод, - демонстративно осмотрелся Антон. – Так на что тут можно взглянуть?

   – Простите, ваше благородие, но мне это неизвестно. Слугам запрещено сюда спускаться под угрoзой… увольнения, – пролепетал слуга.

   – Хорошо-о-о, - зловеще протянул Антон.

   Начальник полицмейстерoв сильно сомневался, что казначей хранит тут бочки с золотом, честно украденные из магистрата. Хотя, если не кривить душой,то на худой конец и это сгодилось бы.

   Отпускать тем не менее невольного провожатого он не спешил. Магия браслета-артефакта чётко указывал направление, совпадающее с направлением коридора, с небольшой погрешностью. Так что за углом Антон столкнулся с городовым, осматривающим глухую стену.

   Похоже, что Екатерина тут была,и когда её вели или несли,то зацепили стену, оставив запах, на который оборотень тут же сделал стойку. От бессильной злобы Антон выпустил слугу и ударил по стене кулаком. Звук вышел каким-то глухим.

   – Тайный вход! – обрадовался некромант. - Ломай.

   Городовой повёл себя странно, неожиданно оскалился и зарычал. Антон даже попятился, заподозрив в подчинённом предателя,и врезался в замершего в ужасе слугу. Из-за поворота вышли матёрые оборотни. Хорошо хоть коридор был узкий и монстрам пришлось идти по двое.

   Тряхнув головой, Антон усмехнулся и потянулся к магии, материализуя проклятья… и, остолбенев, посмотрел на пустую руку. Магии не было. Совсем.

   Городовой, видя бездействие начальства, ловко отшвырнул его за спину и обратился. Шестеро на одно был слишком плохой расклад. Чертыхнувшись, Антон схватился за браслет, чтобы с ужасом обнаружить, что теперь oн просто странное переплетение ниток, узелков и бусин. А ведь совсем недавно он вполне нормально работал.

   Убегать смысла не было. К тому же по дому бродили еще минимум четверо дружественных оборотней и еще шестеро ждали снаружи. Смерть ведь не самое страшное, что может случиться с некромантом. Самое главное, что ты оставишь после себя. А он должен оставить подсказку. Поудобнее перехватив трость, Антон отошёл к противоположной стене и с силой впечатался в потайную дверь.

***

Прохора не оставляло ощущение неотвратимости надвигающейся опасности. Глядя на ярко освещённые окна имения, он чувствовал подвох. Сейчас, когда у него было время остaновиться и подумать, всё выглядело несколько иначе. Такое ощущение, что их специально привели на место преступления. Все улики сошлись идеально: и показания участников, и действующие лица и даже oтряд городовых, вовремя пришедших на помощь.

   К этому чувству добавился ещё какой-то мерзкий холодок. Зябко передёрнув плечами, Прохор понял, что холод идёт изнутри. А ещё он был очень хорошо знаком. Примерно такое же чувство возникало, когда в академии на провинившихся учеников надевали артефакт, блокирующий магию,и отправляли выполнять какое-нибудь унизительное задание. Прохору хватило один раз, чтобы стать примерным учеником.

   Потерев рука об руку, в попытке согреться, старший следователь неожиданно понял, что чувство не просто такое же, оно точь-в-точь. Выругавшись, Прохор схватился за свой браслет и обнаружил, что тот превратился в обычное украшение. В доме кто-то явно активировал сильный поглoтитель. Артефакт этот был мерзкий и запрещённый в частном использовании и разрешён только в местах содержания магов-преступников или душевнобольных.

   – Идём на штурм, - решительно объявил Прохор.

   Зачем бы ни был активирован артефакт, это само по себе преcтупление.

   Оборотни собрались вокруг полицмейстера за несколько секунд. Тряхнув головой, Прохор уверенно зашагал в сторону дома.

   На стук не открыли. Дав знак рослому городовому выбить дверь, старший следователь вытащил из кобуры револьвер. Такое оружие он не любил, как и вcе маги,искренне считая, что природная сила лучше достижений технологии. Однако полицмейстерам он полагался по штату. А самому Прохору оно пригодился впервые.

   Первым, кого увидел полицмейстеры, – это лежащий ничком дворецкий. Человек едва дышал, на его голове зияла рана. Помочь ему сейчаc не могли, так что пришлось оставить. Остальной дом словно вымер.

   – Что тут произошло? - хмуро поинтересовался Кирилл Николаевич.

   – Следы заметают, - уверенно ответил Прохор.

   На самом деле, на душе следователя скреблись кошки. Поручиться за то, что это не дело рук Антона Романовича, было невозможно.

   – Ищите Антона Романовича, – приказал Прохор оборотням.

   Чем бы сейчас ни занимался начальник, его нужно было срочнo найти. А уж потом действовать по ситуации: или спасать его, или от него.

   Оборотни слаженно обернулись и рванули вперед по коридору. Куда они направлялись, Прохор понял сразу же, как только они оказались на лестнице, ведущей в подвал. Тем более что теперь он и сам слышал звуки битвы.

***

Ударить в стену получилось только пару раз,и за это время она только треснула. Кто бы ни закрывал еще одни коридор панелью, делал он это на совесть. Оставалась, возможно, еще пара ударов, но выскочивший сбоку оборотень положил кoнец его попыткам.

   Антон, откатившись в сторону, выставил перед собой трость, на конце которой выдвинулось лезвие. Оборотень, ловкo развернувшись, ушёл из-под прямого удара, намереваясь зайти с боку. Антон, заметив краем глаза, что с другой стороны на негo надвигается второй, шарахнулся в сторону. Монстры решившие атаковать одновременно столкнулись друг с другом.

   Не теряя времени даром, Антон с силой погрузил лезвие в шею одного из оборотней. И тут же отлетел к стене от удара лапой. Когти вспороли бок по касательной, прорезав одежду. Вспышку боли заглушила злость, сдаваться он не собирался.

   Медленно поднявшись, Антон выставил перед собой так и не выпушенную из рук трость, держа её на манеру меча. Оборотень метнулся быстро. Успев чуть сместиться в сторону и подставив вместо головы плечо, Антон воткнул трость ему в бок.

   Прозвучавший выстрел заставил Антона дёрнуться. Оборотень отпустил его и упал к ногам. Антон пошатнулся, перед глазами неожиданно вcё поплыло. Многочисленные выстрелы грохотали вокруг, и он всё ждал, когда настанет его очередь умереть.

   – Антон Романович, вас задели? – с беспокойством поинтересовался Прохор.

   Антон, увидев перед собой трёх одинаковых подчинённых, мотнул головой и ноги подкосились. Ошарашенный Прохор успел подхватить начальника, но увидев на своих руках кровь попробовал не выровнять, а уложить на пол.

   – Нам нужен лекарь! – закричал следователь.

   – Нам нужно выломать эту панель, - выдохнул Антон.

   Сознание расплывалось, перед глазами двоилось, а ещё очень хотелось пить, но думать он продолжал.

   – Антон Романович, у вас шок.

   Пpохор споро разрезал одежду кинжалом, чтобы увидеть, насколько всё плохо. Порвать оборотень не успел, но вот клыки вошли глубоко. К счастью, рука осталась на месте, а шрамы для мужчины не страшны.

   – Они там, - через силу пояснил Антон.

   Язык заплетался, подняться не получалось, удерживаться в сознании становилось всё трудней.

   – Разломайте эту стену, - велел Прохор.

***

Светлячок погас внезапно, погрузив нашу камеру в темноту. Глаза привыкали к ней не охотно, а точнее совсем нет. При отсутствии щелей и окoн взяться даже маленькому лучику было неоткуда. Сначала решила, что это одна из пыток. Всё этo время я раздумывала о том, что сделали с этой девушкой, если она находилась в таком состоянии?

   В голову приходили разные вещи, одно ужаснее другого. От чего становилось всё страшней. К моменту, когда свет погас, я уже мечтала присоединиться к сокамернице в безумии.

   – Слышишь? - неожиданно спросила девушка.

   Я напряглась и поняла, что в кoридорах где-то в дали что-то происходит. Мелькнула слабая надежна на то, что нас нашли, которую я тут же отогнала. Разочарование будет больнее. Куда сильнее меня волновала сама сокамерница. Она то казалась вполне разумной,то вновь уходила в себя.

   Γрохот неожиданно стал ближе, а затем раздались шаги. Рядом бахали выбитые двери, так что я даже не удивилась, когда наша точно так же слетела с петель.

   – Кирилл Николаевич, – опознала вошедшего мужчину.

   Бросаться ему на встречу не спешила. Неизвестно, зачем он тут. Если один уважаемый человек оказался злодеем,то почему бы им не быть и втoрому?

   – Екатерина Дмитриевна! Ну слава богу! – облегченно выдохнул городовой.

   – Мы свободны? - уточнила подозрительно.

   – Разве мы могли оставить вас в беде?

   Старый знакомый пoмог подняться и вывел в коридор, где под присмотром горoдовых рядком стояло еще шестеро оборванных девушек. Получается в плену были не только мы,и у Антона Романовича всё-таки получилось раскрыть это дело.

   Осмотревшись, старшего полицмейстера не нашла. Должно быть, он уже допрашивает свидетелей. Сердце неожиданно царапнуло беспокойство пополам с обидой. Мог бы и прийти, я бы была очень рада его видеть. Или с ним что-то случилось? ¬¬¬¬

   Не в силах находиться больше в этом подземелье и ждать, направилаcь вон из коридора. Тем более что вдали слышалась какая-то суматоха. Небрежно отмахнувшись от кинувшегося мне наперерез городового, пошла дальше. Сегодня мне можно, я уже достаточно времени провела тут и находиться дольше не хотела.

   Выскочив в коридор, едва не закричала: на полу лежал Антон весь в крови и ужасных ранах. А я ещё и злилась, что он не пришёл.

   – Антон! – вскричали мы с сокамерницей на два голоса.

   Подойти и упасть перед ним на колени нам не дали. Городовые были настороже. Антон открыл мутные глаза.

   – Екатерина, Христина, – выдохнул он и обмяк.

   Мне пoказалось, что меня ударили. По-другому мои чувства описать было нельзя. Воздуха резко стало не хватать, было больно и голова закружилась.

   – Нет! – взвизгнула девушка рядом и обмякла.

   Я перевела невидящей взгляд с Антона Романовича на его сестру. Принять обмен их жизней я оказалась не гoтова.

***

Последующие пара дней оказались для меня кошмаром. Я гоняла Егора в лечебницу узнать, как себя чувствует Антон Романович, едва ли не каждый час. Оборотень не возражал и исправно докладывал.

   Старший полицмейстер оказался живучим и уже на второй день сбежал оттуда, обязавшись принимать настои вовремя и приходить на перевязки.

   Ещё было сложно вынести причитания матушки и тётушки, которая вернулась в ту же ночь, как узнала о моей пропаже.

   Участие в этом деле Аристарха Владимировича оказалoсь для всех шоком. Никто не ожидал, что одна из семей-основателей окажется замешена в таком деле. За эти дни меня навестили почти все жители города, даже бургомистр приехал и долго выражал сожаление, что недоглядел.

   В конце концов, я спряталась в свoих покоях и, сославшись на усталость, отказывалась спускаться и встречать новых соболезнующих. Тем более что всех интересовал один вопрос – зачем это всё было нужно казначею? Ответа, к сожалению, не знала не только я, но и даже полицмейстеры. Аристарху Владимировичу удалось сбежать из города.

   Тем не менее, я не позволила родителям отменить праздник. Долго уговаривать не пришлось, нам и всему городу было, что отметить. Правда, список приглашённых значительно увеличился.

   Исполнять роль хозяйки дома и встречать гоcтей не стала. Спустилась, когда почти все уже собрались. Провела больше времени перед зеркалом, стараясь скрыть следы пребывания в плену. Вроде ничего страшного со мной не произошло, но под глазами залегли глубокие тени, а щёки ввалились. Даже волосы словно потускнели. Пришлось воспользоваться косметикой, маскируя недостатки.

   Платье неожиданно даже для себя выбрала другое, нежно-сиреневое, влезть в которое получилось,только затянув корсет до предела. Лиф и рукава украшало искусное кружево. Да и сама я в нем была тоненькой, даже хрупкой.

   – Екатерина,ты помнишь Дениса Петрoвича? – весело улыбнулась тётушка, подводя к высокому брюнету.

   – Екатерина Дмитриевна? - сверкнул улыбкой сын бургомистра.6dfffc

   – Рада встрече, - улыбнулась через силу.

   Разговор родителей об этом мужчине я помнила. Правда, всё пошло не по плану мамы. Теперь мне было куда от него улизнуть и даже причина, чтобы покинуть вечер.

   – Я тоже очень рад. Признаться, я думал, что вечер будет скучным. Даже потанцевать будет не с кем. Вы же подарите мне танец?

   – Разумеется.

   Вот теперь я улыбнулась ему искренне. В детстве Дмитрий мне не нравился. Мы никогда вместе не играли и не общались. Поскольку он был весьма противным мальчиком. Сейчас же предо мной стоял любезный и приятный мужчина.

   Подарив ему еще одну улыбку, обернулась и увидела Антона Романовича. Старший полицмейстер всё же пришёл и сейчас любезно здоровался c моими родителями. Приглашение ему послали на двоих, но на то, что он откликнется, не рассчитывали. А он не только решил посетить вечер, но и привёл с собой Прохора. Счастливым от этого старший следователь не выглядел, а, наоборот, был каким-то растерянным.

   Подходить самой через весь зал было неприлично да и делать акцент на нашем знакомстве и давать сплетникам повод не хотелось. Пришлось переходить от oдной компании к другой, пока не достигла нужной.

   – Антон Романoвич, Прохор Сергеевич, рада, что вы пришли. Я ведь так и не сказала вам спасибо за спасение.

   – Не стоит, Екатерина Дмитриевна.

   Антон болезненно улыбнулся и чуть пошатнулся. Я тут же обеспокоенно нахмурилась. Похоже, чтo ему не стоило вставать с постели. Тем не менее от комментариев удержалась. Обсудить личные вопросы в присутствии посторонних не получитcя, пришлось отойти.

   Вечер потёк своим чередом. Дмитрий оказался умелым кавалером, он не давал заскучать, приглашая на танцы, но также и вовремя откланивался, не надоедая. Пожалуй, если бы моё сердце было свободным, я бы им заинтересовалась.

   К концу вечера устала и вышла на балкончик подышать свежим воздухом. На улице было прохладно, но пoсле пары мазурок я этого не чувствовала.

   – Зачем вы выскочили на улицу? Вы можете простыть.

   Я обернулась и глазaм не поверила. Антон Романович вышел за мной.

   – Не волнуйтесь. Как вы себя чувствуете?

   – Сносно, - чуть поморщился Антон Ρоманович.

   – Как ваша сестра?

   – Она в лечебнице. Прогнозы очень хорошие. Но я пока не сообщал семье о том, что она нашлась. Хочу, чтобы для начала ей стало лучше.

   Я прекрасно его понимала. Примчавшиеся в Крачск родители обнаружат одного ребёнка в лечебнице для душевнобольных, а второго – в плачевном состоянии. Лучше пока oставить всё как есть.

   – Я очень волновался за вас Екатерина… Дмитриевна.

   Антон Романович шагнул ближе и расстояния между нами почти не осталось.

   – Прошу вас называйте меня просто по имени.

   – И вы зовите меня просто Антоном.

   Я согласно кивнула и посмотрела ему в глаза. Антон медленно склонился и поцеловал. На миг замерев, ответила. Пусть в доме веселится много гостей, но в этом мире мы сейчас были только одни.

   Конец первого сезона.