Глава 19

Два последних месяца, пролетевших снаружи за пару дней, я посвятила отдыху, подготовке к родам и систематизации того, что сделала за пять месяцев одиночества. А успела я немало, учитывая горы бумаги, исписанной убористым почерком, куда по памяти перенесла информацию из учебников академии и древних текстов. Однако помнить — не значит уметь пользоваться. Информацию следовало освоить, испробовать на практике и адаптировать под существующие реалии.

Отдельной гордостью служил дневник, где я описывала тварей, встреченных в Иринтале и подземельях Зельдарина. Эйдетическая память помогала еще и зарисовать хищников так подробно, что у неподготовленного человека картинки вызывали оторопь. Мои пояснения указывали, как разделать монстра, какие полезные органы извлечь первыми и как их использовать. Без ложной скромности могу утверждать, что более полного описания не давал еще ни один автор подобных изысканий. А ведь я упомянула далеко не всех обитателей Гиблого леса. Я даже до края третьего уровня не дошла и на севере не бывала. А там, как утверждал наставник, живут не менее опасные хищники.

Тэбан сур вцепился в записи, как только понял, что за информация в них содержится. Даже у Шалсей не получилось отвлечь мужа, пока тот не дочитал до последней страницы. Для травницы я тоже припасла полезную тетрадочку. Помимо сборника с бестиарием составила подробный справочник по растениям. Тоже с рисунками и рецептами зелий, в которые они добавлялись.

Не меньшей ценностью обладали записи по древнеэльфийскому языку и рунописи. Я на себе испытала, с каким трудом давались знания по этому предмету. В академических учебниках содержалась сухая информация, без пояснения, примеров и транскрипции. Я же указывала, какой длительности должны быть звуки, как их правильно сочетать и произносить, почему меняется смысл фразы, если перед ней стоит артикль, и какими последствиями грозит неправильный перевод.

Дневник Калло Херумора, где описывался путь Плетущейся лозы, я изложила в ином видении, заранее предупреждая, к чему приводят последствия. Эльфы массово привлекали неофитов со слабым даром, жаждущих обрести силу. Некоторых ведь бесчеловечные требования ничуть не смущали. И я бы не хотела, чтобы знания попали к тем одаренным, которые способны принести в жертву любого человека, подходящего под жесткие критерии выбора. Я бы уничтожила дневник, чтобы никто больше не проходил через такие испытания. Однако подлость Плетущейся лозы заключалась в том, что для перехода к завершающему этапу необходимо было обзавестись хотя бы одним учеником. Неизвестно, получится ли у меня достичь последнего уровня, ведь я еще не нашла жертву для предпоследнего ритуала, но не желала оставлять знания древних в первоначальном виде.

Однако ведение записей — далеко не все, чем я занималась в свободное время. Я изучала собственные зарисовки плетений, создающие пространственные карманы, штудировала магические книги, вникала в структуру управляющих панелей. Не сразу, но мне удалось понять принцип их работы. С собственными секретами эльфы расставались неохотно, ведь каждое необычное направление в магии — это чье-то открытие или даже озарение, как комбинировать существующие руноглифы и плетения. На правильную мысль натолкнула напутственная фраза в учебнике по основам эльфийской магии, найденном в Зельдарине.

«Магия и сильная воля одаренного едины. Только осознав эту простую истину, вы достигнете могущества».

Я уже использовала схожий принцип, когда мысленно изменяла течение времени внутри пространственного убежища. Почему бы не применить его и к другим вещам? Например, к построению объемной схемы руноглифов? Человек двадцать первого века искушен всевозможными образами и движущимися картинками, и легко представит объемную модель предмета. Если же с воображением возникали проблемы, то подспорьем служили основы черчения. В прошлом я не уделяла внимание этому предмету, но абсолютная память — полезная штука, а навыки — дело наживное. Потренировалась на простых примерах, постепенно усложняя задания, и в итоге шаг за шагом научилась создавать пространственные карманы. И расширять их по собственному усмотрению, и открывать проходы в другие места, о существовании которых я знала и изучила внутреннее строение плетений.

Каждое пространство неуловимо отличалось друг от друга. В подземельях я не увидела похожих ловушек, потому что в природе не встречалось двух одинаковых камней. Внешний вид и внутренняя структура зависели от условий, в которых камни образовались. Пространственная магия воздействовала на материал и видоизменяла его, навсегда вплетаясь в структуру. И камень застывал, запоминая новую форму, поэтому со стороны казался мертвым. Если же внутренние связи разрушались, они притягивали к себе магическую энергию, пытаясь восстановиться. Из-за этого эффекта и возникал антимагический эффект. Жаль, времени для исследований «мертвого камня» не хватило, но такой задачи я перед собой не ставила. Зато порадовал факт, что для создания пространственного кармана не потребуется искать что-то особенное. Подойдет любая ровная поверхность без сколов и инородных включений.

Тэбан сура и Шалсей, переваливающуюся уточкой, я заметила издали. Провожал пару Наур, заботливо поддерживая травницу под локоток. За эти годы Тэбан не только для меня стал отцом. Я видела, что и к ребятам он относится с любовью, которую не сразу разглядеть за суровой внешностью. Держался наставник строго, не давал спуска и использовал все свободное время для обучения. Только рядом с Шалсей взгляд охотника теплел, а на лице появлялась улыбка. Ученики побаивались наставника, и в то же время знали, что за каждого Тэбан сур будет стоять горой. Мне повезло, что такой человек встретился на пути.

— Лаисса! — Охотник заметил, как вырос живот, только, когда подошел поближе и захотел обнять. — Да как же это?.. — покачал головой. — Я еще не привык к мысли, что стану отцом, а ты уже дедом хочешь сделать. Как такое возможно? Там, — указал взглядом на землянку, — действительно время бежит быстрее?

— Когда находишься внутри, этого не замечаешь, — я обняла Шалсей и погладила ее животик, внутри которого бодрствовал малыш. — Как вы? Как себя чувствуете? Тошнота не возвращалась?

— С тех пор, как ты подарила накопитель, недомогания сразу прекратились. Сил прибавилось на двоих.

— Вот и замечательно! Готовы? — пытливо посмотрела на Тэбан сура и Шалсей. — Нас ждет непростое испытание. Я не подозревала, что на последних сроках магия будет выходить из-под контроля. Мой сорванец постоянно устраивает бурю, когда играется.

— Не замечала ничего подобного, — с улыбкой ответила травница. — Надеюсь, мы справимся. А почему сорванец? Думаешь, будет мальчик?

— Уверена в этом! Впрочем, не так уж много времени осталось. Мы обе скоро увидим наших детей.

Перед уходом Тэбан сур в очередной раз проинструктировал Наура и моих ребят, чтобы следили за порядком и не давали спуску ученикам, а также не прекращали работу по пополнению запасов. Мне одной на пять месяцев понадобилось немало еды и воды. А сколько потребуется заготовить пищи, чтобы прокормить всех обитателей ущелья? Зверье, заполонившее первый уровень, облегчало задачу. Только успевай разделывать туши и засаливать мясо. Но подобная работа требовала времени, которого катастрофически не хватало.

— Вы захватили мебель? Посуду? Вещи, которые потребуется для детей? — уточнила перед тем, как открыть проход.

— Проще сказать, чего Шали не запихнула в твое чудо-хранилище, — фыркнул наставник. — Даже если что-то забыли, не в тюрьму же отправляемся. Можно выйти на секундочку и передать ребятам, чтобы раздобыли необходимое.

— И то верно, — покивала я.

Уютная комнатка, в которой провела последние месяцы, для одного человека была тесноватой. Мне она служила кабинетом, лабораторией, кухней и спортивной площадкой. Тэбан скептически осмотрел помещение и озадаченно почесал затылок.

— Не понял, а зачем мебель, если тут только в спальных мешках поместишься?

— Ну, я подумала, вы захотите устроить в своей комнате привычную обстановку, — смущенно потупилась и шаркнула ножкой.

— В смысле? Своей? — оторопела Шалсей. — А разве здесь есть еще помещения?

Вместо ответа протянула женщине костяной артефакт размером с ладошку. Внутрь я вплавила осколочек накопителя и каплю собственной крови. Если поместить предмет на панель управления, откроется проход в другое помещение, что и произошло, когда подсказала травнице последовательность действий.

Соседний карман я строила с расчетом на большое количество людей. Там спокойно разместилась бы мебель, перегородки, если надумаем их поставить, столовая и мыльня. Даже теплица влезет, если придет в голову ее разбить. Тут по три урожая в сезон можно собирать, если придумать, как обеспечить постоянный приток и отток воды. Имелись кое-какие мысли на этот счет, но я еще не приступала к этому проекту. А пока перед семейной парой открылся вид на пустое пространство площадью двести квадратных метров.

— Да, как же это? Откуда взялось? — ахнула Шалсей. Вместе с телохранителями она осматривала найденную Дафной ловушку древних перед моим уходом. — Ничего подобного здесь в прошлый раз не было.

— А теперь есть и будет еще, если понадобится, — я лукаво улыбнулась. — Надо же было чем-то себя занять? Я изучала магию, экспериментировала и вот, что из этого получилось.

— Впечатляет! — одобрил Тэбан. — А ведь сколько пользы ты бы принесла, если бы тебе дали доучиться.

— Кто знает? — я пожала плечами.

Не все знания я почерпнула в Эльфирской академии магии. Большую часть раздобыла, путешествуя по Иринталу и подземельям Зельдарина. А еще принесла информацию из другого мира.

Единственное, о чем не рассказала наставнику, что в теле найденной им девочки поселилась душа девушки с Земли. Зачем его тревожить? И без того новостей хватало. А я уже давно не Лариса Агеева. От землянки остались только воспоминания, обостренное чувство справедливости и желание создать дружную любящую семью. Прежде я стремилась найти ответы, кто такая и откуда взялась, но теперь не уверена, хочу ли это узнать. Я встретила людей, которые стали ближе кровных родственников, допустивших, чтобы беззащитный ребенок оказался один в Гиблом лесу. Хотела ли я отыскать дом, где родилась настоящая хозяйка этого тела? Чем больше я узнавала эльфиров, родство с которыми не вызывало сомнений, тем сильнее крепло желание не иметь с ними ничего общего. И тем более я не собиралась отдавать остроухим своего малыша. Ради ребенка я старалась и осваивала пространственную магию. Чтобы у него и моих близких был шанс выжить независимо от того, вернусь ли я из Иринтала после схватки с темным королем или нет.

Последние сроки беременности у большинства женщин связаны с обустройством безопасного гнездышка, где вскоре появится потомство. В этом стремлении мы с Шалсей ничуть не уступали другим мамочкам. Когда Тэбан сур с иронией говорил, что супруга прихватила с собой все, что только можно, он не шутил. В запасах травницы хранились рулоны ткани и кружев, из которых мы пошили пеленки, распашонки и прочие милые вещички. Нашлась там корзина пряжи из тонкой шерсти домашних животных, из которой получились крохотные носочки и теплые костюмчики. И даже пух, которым набили подушечки и одеяльца. Наставник тоже занимался делом, выстругивая из дерева колыбельки, игрушки и погремушки. К рождению детей мы полностью подготовились, и схватки у нас с Шалсей начались с разницей в сутки.

Я отмучилась первой, шесть часов подряд испытывая невероятную боль, разрывающую изнутри. Однако страдания моментально забылись и ушли на второй план, когда впервые увидела своего малыша и взяла его на ручки. Белоснежная шелковая кожа, ангельское личико с огромными синими глазками, острые ушки и густые темные волосики, топорщащиеся смешным ежиком.

— Привет, мой родной, — прошептала, приглаживая непослушные локоны на маленькой головке. — Наконец-то, мы встретились после долгих месяцев ожидания. Представляешь, знакома с тобой всего минуту, и уже безумно люблю! Ты такой кроха. Только появился на свет и еще ничего не знаешь об этом мире. Как бы я хотела сама обо всем рассказать и научить всему, что умею. Надеюсь, у нас еще будет время, чтобы побыть вместе. Раньше я сомневалась, хватит ли сил, чтобы бороться со злом, жаждущим уничтожить этот мир. Но теперь я пойду до конца, лишь бы у тебя было счастливое будущее.

Сынишка цепко ухватился за мой палец, прислушиваясь к звуку моего голоса. Говорят, у новорожденных расплывчатое зрение, и они до полугода не способны сфокусировать взгляд. Но с моим малышом было иначе. Он смотрел осмысленно серьезными синими глазками, а потом улыбнулся самой очаровательной улыбкой на свете. Сердце защемило от затопившей нежности. Сокровище мое!

— Ого! У тебя уже и зубки прорезались? — Заметила проступившие через десна ровные, белоснежные бугорки.

— Чудесный малыш! — прослезилась Шалсей. — Никогда не видела новорожденных эльфирских младенцев. Невероятно красивые дети.

— Лаисса, ты уже придумала имя? — Тэбан обнимал жену за плечи, поддерживая после нелегкой работы. Травница шесть часов провела рядом, облегчая боль и отслеживая наше состояние.

— Я долго думала над именем. Как вам Эльдарион?

— Мне нравится, — одобрила Шалсей, и наставник с ней согласился.

— Звучное, почти, как королевское. Ему подходит.

А вот малыш, похоже, был несогласен. Наморщил лобик, скуксился и громко заплакал. В этот момент мебель вдруг взлетела в воздух и закружилась по комнате. Тэбан с Шалсей тоже оторвались от пола, но не взлетели, потому что учитель крепко вцепился в спинку кровати и закрывал собой жену.

— Эй! Ты чего, мой маленький? Испугался? — изумилась я. — Все хорошо, не плачь. Прекрати, пожалуйста. Шалсей нельзя…

— А-ах! — травница болезненно вскрикнула и схватилась за живот. — Кажется, началось! Воды отошли.

Эльдарион, как нарочно, разошелся еще сильнее.

— Что же делать? Как это остановить? — я растерялась, как будто и не было в прошлом опыта общения с младенцами.

— Дай ему грудь. Скорее всего, малыш проголодался, — посоветовала Шалсей.

Я последовала совету, хотя кормить пока было нечем. Обычно молоко приходит на второй или третий день после родов. Однако моя шумная кроха тут же замолчала и усердно зачмокала, удовлетворенно прикрыв глазки. Столы и стулья с грохотом бухнулись на пол, а приемные родители с облегчением выдохнули. Но расслабляться было рано. Для Шалсей все только начиналось.

— Тэбан, помоги добраться до нашей кровати. Затем ставь кипятиться воду. Побольше воды. И готовь чистые тряпицы, — командным тоном распорядилась травница.

— Сейчас все будет, Шали, — засуетился наставник. — Ты только не нервничай. И дыши. Ты же знаешь, как правильно дышать? А я сделаю, что скажешь. Может, помощь позовем? Тану Велари, например? Она троих родила. Знает, что делать.

— Я тоже знаю! Никого звать не надо. Пока будешь ходить, я рожу. Да быстрей же! Кажется, у меня процесс быстрее происходит.

Тэбан сур подхватил жену на руки и понес к себе в комнату. Затем я только и слышала, как Шалсей раздавала приказы в перерывах между схватками, а бедный учитель носился между комнатой и кухней как угорелый. Я при всем желании не могла помочь. Порывалась пару раз, когда Дар засыпал. Но стоило оставить его на секундочку, как малыш тут же просыпался, начинал плакать и устраивать в помещении бурю.

Прошло около трех часов таких метаний, как вдруг из соседней комнаты раздался пронзительный вскрик роженицы, а следом через мгновение звонкий детский плач. Эльдарион, казалось, не замечал чужих воплей и грохота, с каким падала мебель. Однако на новый звук отреагировал и удивленно распахнул глазки. Уставился изумленно. Мол, что такое? Откуда еще младенец?

— Похоже, твой дядя появился на свет, или тетя, — пояснила я. — Идем, посмотрим?

Накинув поверх сорочки домашний халат, тихонько соскользнула с кровати и направилась к счастливым родителям. Сразу после родов я приняла укрепляющий эликсир и сжевала кусочек печени. Как раз восстановилась за несколько часов и чувствовала себя сносно. Тэбан сур уже прибрал окровавленные тряпки, обтер младенца и закутал его в пеленки. Измученная и взмокшая от пота, Шалсей счастливо улыбалась, баюкая на руках крохотный комочек.

— Кто? — поинтересовалась, подбираясь поближе, чтобы посмотреть на ребенка.

— Девочка! — с гордостью похвастал Тэбан, при этом он будто светился изнутри. — Еще одна дочка. Я так рад. Красавица, вся в маму.

В ворохе кружев и пеленок, в которые учитель укутал малышку, я рассмотрела красноватое личико с носиком-кнопкой и губками, сложенными бантиком. Волос было поменьше, чем у Дара, они вились кольцами и цветом напоминали расплавленную медь. В темных глазках тоже отражались медные искорки. А если присмотреться магическим зрением, то такие же всполохи окружали яркую звездочку в груди девочки. Кстати, у моего малыша источник выглядел крупнее и сиял серебристо-голубым цветом с фиолетовыми прожилками.

— Познакомься, Эльдарион, — присела на краешек кровати так, чтобы сыну было видно девочку. — Твоя тетя. Или сестренка, а то тетя слишком по-взрослому звучит. И зовут ее… — вопросительно посмотрела на Тэбан сура, а тот перевел взгляд на Шалсей.

— Скажи, на что похож ее дар? Он сильный? — прежде чем ответить мужу, обратилась ко мне травница, догадавшись, что я рассматривала.

— На сверкающую звезду, — ответила честно. — За сиянием не рассмотреть сразу, какого она цвета.

— Значит, будет сильной магичкой. Не верится даже! Что ж, такой дар определяет судьбу и требует особенного имени, — Шалсей задумалась и посмотрела на меня. — Может, ты подскажешь? Мои варианты не подходят.

— Могу предложить древнеэльфийское имя, которое подобрала на тот случай, если родится девочка. Рильянна, что в переводе означает сверкающий дар.

— Благородно звучит. Тэб, как тебе?

— А что? Мне нравится, — кивнул мужчина. — Подходит малышке. Я хоть и не владею магией, но вижу, каким счастьем сияют твои глаза, когда смотришь на нашу дочь.

— Тогда, нарекаю тебя Рильянной Ангрин! — торжественно произнесла травница и поцеловала дочку в лобик.

Что-то не так было с наречением имени, потому что девчушка тоже заплакала. А следом Дар ударился в рев. Предметы в комнате снова поднялись в воздух. Но я уже знала способ, как угомонить крикуна. Шалсей тоже последовала примеру. И вот, когда кружащаяся мебель бухнулась на пол, оказалось, что на деревянных ножках столов и стульев проклюнулись зеленые почки. А на колыбельке появились даже побеги. Мы удивленно переглянулись. Рильянна уступала по силе Эльдариону, но заставить прорасти лакированную деревяшку сумеет не каждый маг.

— И что делать? — беспомощно посмотрела на наставника и травницу. — Нам нельзя выходить отсюда. Младенцы часто плачут. Представляете, сколько тварей сбежится, когда они устроят подобный концерт в ущелье?

— Значит, останемся здесь столько, сколько потребуется, чтобы дети научились контролировать магические всплески, — пожал плечами Тэбан сур.

— А как же… — осеклась, понимая, что мы не имели права рисковать жизнями тех людей, которые нам доверились. Но главное, я не стану подвергать опасности ни собственного сына, ни маленькую сестренку. — Ты прав. Эти крохи не виноваты, что родились с даром. И это наша проблема, как устранить угрозу.

Иного решения, кроме того, какое предложил Тэбан сур, я не видела. И не представляла, сколько лет уйдет на то, чтобы дети подросли и осознали, чем грозит бесконтрольное использование дара. С другой стороны, меня радовала возможность подольше побыть рядом с сыном. Ведь он такой маленький и беззащитный. Одна мысль о разлуке вселяла ужас. Не меньше пугало понимание, что я понятия не имела, как воспитывать маленького мага. Одна надежда была на Нимерниса и Нелринью, которые сами росли одаренными детьми и на себе прочувствовали особенности развития.

Помимо законных переживаний за наши маленькие сокровища, нависли и другие серьезные проблемы. Как обеспечить себя пищей на длительный период? Допустим я вдвое ускорю бег внутреннего времени по отношению к наружному. Тогда тот запас еды, что рассчитывался на месяц, потребуется растягивать на два, а то и больше. Тем, кто останется снаружи, придется трудиться не покладая рук.

Тэбан сур отправился в ущелье, чтобы поговорить с людьми и прояснить ситуацию. Для учителя я сделала артефакт, позволяющий открывать двери в убежище. Вместо себя в помощь он прислал Нелринью. Мы бы и сами управились, если бы не разница с течением времени. Там, где охотник потратит пару часов, у нас пройдет два-три дня. А мой сорванец ни на минуту не желал оставаться без мамы. Его источник тесно переплетался с моим и подпитывался от вживленного в тело накопителя. Я пробовала оставлять рядом другие камни, но тогда магия шла вразнос, и мы наблюдали летающую мебель. А вот если я «заряжалась» от «Сияния гор», то такую магию сынулька с удовольствием поглощал. Умудрялся вытягивать ее вместе с молоком. Пришлось пошить перевязь и работать над поисками решения проблемы вместе с Эльдарионом.

В связи с новыми обстоятельствами, нам требовалось еще больше пространства. Значит, следовало создать еще одну комнату. Затем реализовать идею с доставкой воды и придумать, как организовать бесперебойные поставки пищи без участия внешних сил. Разделывать туши мы могли бы и здесь, а для тварей не помешало бы создать ловушку, в которую они бы набивались сами. Нет ничего невозможного, когда на кону вопрос безопасности ребенка. Пока я работала над поставленной задачей, во внешнем мире происходили горячие обсуждения.

Тэбан объявил, что Шалсей родила двойню, мальчика и девочку, чтобы избежать ненужных вопросов. Позже, когда дети подрастут и выйдут к людям, разницу заметят сразу, но мы к тому времени лучше подготовимся. А пока взрослеть одновременно с нами изъявила желание Велари Габброн вместе с дочками Дейми и Табби, пяти и четырех лет. В условиях изоляции у них был шанс пожить в мире и спокойствии, подрасти и научиться многим полезным вещам. Айка с Науром тоже загорелись идеей, чтобы их ребенок родился в безопасном месте, и спешно готовились к переезду.

На первое время мужчины договорились, что будут по очереди сменять друг друга, чтобы не прерывать охоту и следить за тренировками учеников. А после, когда реализуем вариант с ловушками на тварей, ограничатся регулярными визитами во внешний мир. На осуществление плана ушло два месяца, после чего желающие присоединиться попрощались с обитателями ущелья.

Новый пространственный карман я создала в пещере рядом с домом, так что теперь не было необходимости дежурить в землянке. Вместительный карман соединила дверью с помещением, которое занимала семья наставника, а уже через них оставила проход к себе. Саму лабораторию изнутри защитила рунами и завесила шкурами тварей, чтобы те не пропускали магические всплески.

В итоге удобное место получилось для создания будущей сети проходов. Несколько пространственных карманов, не связанных друг с другом, мне потребовались, чтобы установить внутри разное течение времени. Иначе не получалось оставить Эльдариона под присмотром нянек. Выдерживал малыш пять минут, после чего капризничал и поднимал бурю в помещении. Ради того, чтобы сходить на второй уровень Иринтала к пещере с муридами, три месяца потратила на подготовку. Но оно того стоило! С прямым доступом в Гиблый лес не приходилось тратить время на дорогу. Воспользовался «пропуском», и уже на месте. Таких артефактов я сделала семь штук: для Тебан сура и Шалсей, сендаров, Эрметта, Калима и Наурчика. Мужчины, за исключением Нимерниса, по очереди дежурили снаружи и следили за порядком в ущелье.

На плечи старшего сендара легла нелегкая обязанность по воспитанию будущего мага. Дар побаивался той силы, которую демонстрировал Ним, и не капризничал в его присутствии. А из Нелриньи веревки вил, заставляя выполнять нехитрые детские прихоти. Эльдарион легко сделался общим любимцем. Рильянна ничуть не уступала мальчишке, но брала хитростью и очарованием самой шустрой непоседы, которую я только встречала. Вместе эта парочка создавала невероятно много шума и суеты. От них постоянно исходил бурный коктейль эмоций и, если они вдруг затихали, то обязательно творили какую-нибудь шалость. Маленький Хас, названный так в честь погибшего брата Наура, не сразу присоединился к неразлучной парочке, опережающей сверстников в развитии. Упрямый карапуз еще ходить толком не научился, а уже умудрялся разыскивать Дара и Льяну везде, где бы те не прятались. Умный не по годам Эльдарион решил, что лучше уж пусть мальчишка будет с ними, чем раньше времени выдаст их старшим.

Я не заметила, как быстро в убежище пролетели пять лет беззаботной жизни. Казалось, я недавно взяла на ручки крохотного сынишку, и вот уже мы празднуем первый маленький юбилей. Его и Рильянны, разумеется. За эти годы малышка обзавелась копной густых медных волос, но вздернутом носике проступила россыпь веснушек, а в медных с рыжиной глазках появилась болотная зелень. В новеньком платьице изумрудного цвета она была чудо, как хороша. Только почему-то терпеть не могла кружева и оборки. Пока Шалсей не видела, проказница уже оторвала клок от подола и теперь держалась позади Эльдариона, гордо задравшего голову и сложившего руки за спину. Когда он так делал, то наверняка прятал что-то от меня или Нимерниса.

Тэбан как раз закончил поздравительную речь, когда в столовой, где собрались близкие друзья и родственники, погас свет. Из соседней комнаты Нелринья выкатила двухъярусный торт, который мы с Дейми и Велари готовили весь вчерашний вечер. На верхушке горели пять свечек, которые полагалось затушить именинникам. Только они отчего-то не радовались этой перспективе и поглядывали друг на друга с возрастающим волнением.

— Вы можете загадать желание и задуть свечи. Ну, же, смелее! — приободрила малышню, делая вид, что не замечаю их тревоги. — Или не справитесь?

— Справимся, — буркнул Дар и забрался на стульчик, специально подготовленный для этого.

— Я тоже хочу! — Льяна сначала замешкалась, позволяя мальчишке действовать первому. Но потом спохватилась и полезла следом. — А что загадывать?

— Не знаю, — пожала плечами. — Загадайте то, чего никто из нас не исполнит. Только никому не говорите, иначе не сбудется. И да, необходимо с первого раза задуть свечи.

Дети смерили друг друга заговорщическими взглядами, опять покосились на торт и задумались. В тот момент, когда они набрали полную грудь воздуха, в убежище ворвался незваный гость. Эрметт оставался снаружи, чтобы следить за порядком. Позже Нимернис собирался его сменить. Но раз зельг появился так неожиданно, значит, что-то случилось. Мы все напряглись и замерли в тревоге.

— Прошу прощения, что испортил праздник. Тай, ты говорила, чтобы я не медлил с новостями. Так вот, докладываю, хорбы замечены на подступах к Рамалоху!

В этот момент свечки прогорели больше, чем на половину. Раздался громкий «бум-с». Верхнюю часть торта разметало по столу и размазало по гостям вместе с копотью и сажей. Эрметт моргнул, наблюдая, как со лба отваливается сладкий кусочек и падает на щеку. Дети втянули головы в плечи и уставились в пол, делая вид, что они тут совершенно не при чем. Понятно, что кое-кто добрался до лаборатории и стащил экспериментальный образец пороха, который на днях испытывала на полигоне. Не будь ситуация такой серьезной, я бы непременно отругала любопытную малышню, что влезли, куда не следует. Потом похвалила бы за сообразительность и прочитала лекцию о технике безопасности. Но, увы, период мирной жизни, вырванный у судьбы, закончился. Настало время сражений.

— Эрметт, готовь людей к переезду. С завтрашнего дня начинаем усиленные тренировки. Нас ждет поездка в Мелисин, после которой состоится Турнир пяти королевств.

Конц пятой книги.