Глава 33

Кристин Ле Скар С пальцев Сойера сорвалась магия – и я почувствовала, что больше не принадлежу самой себе. Грудь едва вздымалась при каждом медленном, поверхностном вдохе. Ресницы опускались сами собой, а голова безвольно опустилась набок. Салливан стал серьёзным и сосредоточенным. Он начал создавать сложное плетение, притягивая силу со всех сторон. Моё тело так сильно расслабилось, что я невольно начала видеть потоки, но не испытывала по этому поводу никаких эмоций, лишь отстранённо наблюдала и отмечала, что в этой пещере, куда приволок меня Сойер, тянулись потоки магии нескольких стихий. Да, конечно. Это ведь известно всем, кто отучился в академии хотя бы год. Тьма – это переплетение сил земли, воды и огня. Это сожжённое заживо и превращённое в пепел. Он не просто так выбрал место. Ему нужно было переплести три конкретных стихии, чтобы получить тьму. Всё это стало так очевидно, что если бы я была хоть немного в себе, то нашла бы смешным то, что безопасники Виригии, зная о тёмном культе, не сделали ничего с этим местом. Всё ведь так очевидно! На поверхности! И тем не менее, Сойер довёл дело до конца. Пещеру залило светом пламени. Поток магии огня забурлил, усилился и проявился в воздухе, отчего я смогла разглядеть несколько алтарей рядом и обнаружила неожиданно знакомое лицо в одной из лежащих поблизости женщин. Я уже видела это лицо. В газете под грифом о пропавших без вести. Псих. Маньяк. Сколько дней они провели в этой пещере без сознания? Я не была уверена, остались ли в них хоть какие-то отголоски сознания и были ли они живы вообще. Вполне могло статься, что Сойер оставил этих людей живыми лишь условно, сохранив только основные процессы в теле, но практически убив мозг. Ведь они нужны были ему только как резервуары для хранения и переработки магии. – Время пришло! – торжественно воскликнул он, и я услышала шаги где-то в отдалении. Носа коснулись слабые ароматы драконов. Если они и были мне знакомы, то я слишком плохо ощущала ароматы, чтобы определить конкретных личностей. Однако, догадывалась: это те самые фанатики, которые повиновались каждому слову Салливана, совершенно не соображая, что они вытворяют на самом деле. Множество потоков магии направилось к алтарям, а от алтарей, из глубины тел – к Сойеру. Я и сама ощутила движение силы внутри себя. Это происходило само собой, без моего участия. Мне оставалось только бессильно наблюдать. Постепенно Салливан собирал всё больше и больше силы в завихряющийся поток прямо перед собой. Этот поток становился всё мощнее, а магия – всё более плотной и проявленной. Вода, огонь, земля – все они будто пытались уничтожить друг друга, гоняясь по кругу. Как злобные голодные псы, стремящиеся схватить другого за хвост. Чем мощнее становился поток, тем громче становился создаваемый им гул. А потом начал слышаться треск, и с потолка посыпались маленькие камешки. Ещё через несколько минут раздался грохот, который сопровождался землетрясением. Я смотрела на это и ничего не чувствовала. Внутри меня что-то умерло, оставив пустоту. В ней не было страха. Не было надежды. Не было любви. И лишь одно чувство острой болью сковало сердце, и по щеке побежала крупная слеза. Чувство потери. Мне казалось, что ничего не изменится. Так теперь будет всегда. Я никогда больше не почувствую страстной любви и блаженной нежности. Никогда больше не почувствую, как в груди разливается это тепло. Никогда больше не замрёт моё сердце от улыбки, взгляда любимых мужчин. В голову пришла мысль, что это конец. Пегас во мне погиб. Я навсегда останусь лишь пустой оболочкой. И опустила веки, погружаясь во тьму. Усилившийся гул наполнил мою голову и тело, заменив всё, что наполняло меня раньше. Сила, которая входила в меня и выходила, очищаясь, словно через фильтр, стала единственным, что ещё заставляло меня чувствовать себя живой. Надолго ли? Вдруг гул стих. Сила продолжала наполнять меня, но недолго. Я открыла глаза и нахмурилась, пытаясь понять, что происходит. Неужели всё кончилось? Сойер довёл дело до конца? И только тогда осознала, что ещё минуту назад я не могла шевелить даже бровями. К тому же, в груди вдруг поселился жуткий, животный страх. – Крис! Крис, ты в порядке? Голос Кристиана казался одновременно близким и отдалённым. Но силы уже возвращались ко мне, и я медленно повернула голову, чтобы увидеть прямо перед собой растрёпанные ярко-алые волосы и прозрачные, словно чистейший изумруд, зелёные глаза. – Ты пришёл, – прошептала я, потому что голос ещё плохо слушался, а по щекам покатились слёзы. Кристиан помог мне сесть, и первым делом я посмотрела туда, где должен был находиться Сойер. Он лежал на каменном полу прямо перед воронкой силы, которая не остановилась, несмотря на то, что её создатель лежал бездыханным телом. Я подняла взгляд на Криса: – Что с ним? Он жив? – Жив, я его отключил на время. Потом разберёмся, нужно срочно вернуться к Эрошам! – В чём дело? – нахмурилась я. Радость встречи сменилась тревожным предчувствием ещё до того, как я успела дать себе волю и выразить всё то, что накопилось мне с момента нашего последнего расставания. Как бы мне ни хотелось прямо сейчас признаться Кристиану во всех своих чувствах, сначала стоило покончить с источником. – Тео позаботился о том, чтобы мы не помешали ему воплотить в жизнь свой план. Идти можешь? – Я кивнула, и Кристиан повёл меня в один из переходов пещеры, поддерживая под руку. – Он вплёл в структуру путов-кровососов элемент тьмы, и путы стали не просто опасны, а смертельны. Если мы не успеем… Я вырвалась из его рук и бросилась бегом в пещеру, почти не разбирая дороги. Сердце билось неистово, и я была уверена, что чувство собственной смерти, которое охватило меня несколько мгновений назад, было ничем иным, как наша с керри связь. И мне не нужно было спрашивать у Кристиана дорогу. Я чувствовала, где они находятся, словно оба брата были частью моего собственного тела. – Ты точно в порядке? – озабоченно спросил догнавший меня Кристиан, но я не ответила и только припустила быстрее, чтобы уже через пару минут увидеть их обоих прикованными к стене. Светляки, созданные Кристианом, плавно подлетели к их лицам, и я не смогла сдержать крик. – Что это?! – воскликнула я, подбегая к братьям. Они были прижаты к каменной глади какими-то чёрными путами, которые своими концами врывались им прямо в плоть, разорвав одежду. Путы чуть шевелились и казались живыми. В отличие от керри: их лица казались мертвенно-серыми. – Путы-кровососы, – повторил Кристиан. Он провёл ладонью вдоль Рона, и я успела заметить всполохи магии, что сорвались с его пальцев. Но это никак не повлияло на путы. Я до боли закусила губу. Салливан оказался с сюрпризом. Он был слишком хорош, и в своём безумии шёл до конца. А я, я находилась к нему так близко, но не знала ничего о том, как управлять тьмой! – Нам нужен Салливан! – воскликнула я. – Если кто и может избавиться от этого, то только он! – Не только, – Кристиан тяжело вздохнул. – Я уже вызвал подмогу, среди них точно будут специалисты по части тьмы. Но, боюсь, уже в любом случае поздно. Я поднесла дрожащую руку к лицу Кроу и убрала свисавшую белую прядь за ухо. Пучок, который он обычно туго завязывал на затылке, растрепался, и волосы закрывали его лицо. Казалось, я вот-вот умру вместе с ними. Просто ослабеют ноги, подкосятся колени, я упаду, и сердце, не выдержав боли, остановится. Я облизнула пересохшие губы, но горло всё равно сдавило, будто кто-то сжал его ледяной рукой. Кожа Кроу была холодной. Слишком холодной. Неестественно бледной, будто вся жизнь, вся энергия растворилась, оставив вместо сильного и жизнерадостного керри лишь оболочку. Я дотронулась до его щеки. Провела пальцами по шее, пытаясь хоть что-то почувствовать – тепло, слабый пульс, любое подтверждение, что он ещё жив. Но ничего. Ни движения, ни малейшего отклика. – Нет… – выдохнула я, а затем снова, тише, еле слышно: – Нет, нет, нет… Отчаянные слова срывались с губ, крупные слёзы покатились по щекам, но они ничего не могли изменить. Я повернулась к Рону. Его голова была опущена, чёрные волосы беспорядочно падали на грудь. Длинные ресницы опущены, скрывая его всегда настороженный взгляд, а тело, такое сильное, такое живое, теперь безвольно висело, как сломанная кукла. Мир сжался до двух неподвижных фигур. В груди сдавило так, что дышать стало невозможно. Я провела пальцами по руке Кроу, по пальцам, которые столько раз касались меня с заботой и теплом. Они теперь были холодными и жёсткими, словно мрамор. – Как же так? – мой голос дрогнул, превратившись в хриплый шёпот. Они ушли. Ушли, а я осталась. Осталась одна. Я уронила голову Кроу ему на плечо, сжав ткань его рубашки в кулаках, и разрыдалась. Путы вдруг разжались и втянулись в стену, а парни безвольно упали на холодный влажный пол пещеры. Кристиан попытался подхватить Рона, но не успел, и тот завалился на брата. Я тоже потеряла равновесие, рухнула, сев рядом с ними, и рыдала, сжимая одной рукой ладонь Кроу, а другой – Рона. Если бы только слёзы могли помочь! – Здесь вот-вот будут спасатели, – тихо сказал Кристиан, положивший ладони мне на плечи. – О них позаботятся. Я не могла ответить. Только сжала их руки крепче, будто боялась, что, стоит мне разжать пальцы, они окончательно исчезнут, растворятся в холоде этой мёртвой пещеры, заберут с собой последние крохи света. – Ты слышишь меня? – Кристиан слегка сжал мои плечи, но я едва ли его чувствовала. Всё, что существовало сейчас, – это холодные пальцы Кроу, не дрогнувшие ни разу тёмные ресницы Рона, и пустота, которая росла внутри меня, затапливая грудь липким ужасом. Они не могли уйти. Это было неправильно. Я смотрела на них, но не видела. Лёгкое подрагивание светляков, которые покачивались в воздухе над моей головой, слабый звук отдалённых шагов – ничего не имело значения. – Они не могут умереть, – хрипло прошептала я. Слова ломались, будто треснувший лёд. – Они не могут просто… оставить меня одну. – Ты никогда не останешься одна, – отчаянно прошептал Кристиан, сильнее сжимая мои плечи. Я медленно провела пальцами по щеке Кроу, по его неподвижным губам. Он всегда был таким тёплым, живым, а теперь… теперь он просто лежал, и я чувствовала, как внутри меня что-то рушится. Казалось, сердце сейчас разорвётся, и тогда всё кончится. Тогда станет легче. Но оно упрямо продолжало биться. И тогда я зажмурилась и закричала. Не просто от боли. От безысходности. От ярости. От ужаса. Воздух задрожал, и я открыла глаза. Светляки вспыхнули ослепительно-белым светом, а затем погасли, оставив лишь призрачные мерцающие линии в темноте. Руки Кристиана разжались, и сам он повалился наземь. Мгновенно забыв о слезах, я обернулась… и обмерла. Передо мной стоял Салливан. Его губы скривились в усмешке. – Ты… – только и смогла прошептать я. Вокруг Сойера клубилась тьма. Настолько концентрированная, что её можно было увидеть и, казалось, даже потрогать. И от этой тьмы кровь стыла в жилах. – Думала, сбежишь от меня, недотрога? – усмехнулся он, медленно приближаясь. Мой взгляд метнулся к Кристиану, сердце которого пожирала тьма. – Отпусти его! – заорала я. – Нет! Отпусти! И, вскочив на ноги, бросилась на Салливана без какого-либо плана. – Отпусти его, и я помогу тебе! Сделаю всё, что скажешь, только отпусти! Сойер, который теперь казался совершенно безумным, усмехнулся шире, склонил голову набок и смотрел на меня испытующе, словно хотел проверить, как далеко я готова зайти. – Всё, что скажу? – протянул он, медленно делая шаг вперёд, и тьма вокруг него дрогнула, словно живая. – Сладкое предложение, Ле Скар. Что же ты можешь мне предложить? Я чувствовала, как дрожь охватила всё тело. В груди, где-то в глубине бурлила магия, словно искала выход наружу, но сердце сковало льдом ужаса. Воздух в пещере становился всё гуще. И если бы не Кристиан, я бы, наверное, поддалась искушению и бежала бы без оглядки. Но я не могла его оставить. Кристиан задыхался. Глаза его потемнели, а сам он вздрагивал в судорогах, словно магия разрывала изнутри. Магия, которая не была знакома никому из нас. Магия, которую я ненавидела. Магия, которая уничтожала всё живое. – Я отдам тебе свою силу, – прошептала я, сжимая кулаки. – Всю, до последней капли. Даже если линии силы порвутся, и я никогда больше не смогу ею воспользоваться. Салливан приподнял бровь. – Ты? Отдашь мне силу? – Он хохотнул и оценивающе оглядел меня. – Как благородно. Но слишком скучно. – Что тебе нужно? – процедила я, сжав зубы. Дракон вздохнул и покачал головой. – Мне нужна ты. Вся. Целиком. Я задержала дыхание, чтобы не позволить себе сделать или сказать лишнее. Но какой у меня был выбор? Кристиан издал страшный, душераздирающий хрип, и я вскинула голову: – Только если они будут жить. Все. – Все – это вряд ли, Ле Скар, – нарочито печально проговорил Салливан. – Если только рыжий. Кристиан снова испустил хрип и замер неподвижно. – Я согласна, – поспешно проговорила я и отвернулась. – Делай со мной, что хочешь, но оставь жизнь Кристиану. Тьма сгустилась, обволакивая мои руки, словно окутывая меня невидимыми путами. А через мгновение я ощутила, что погрязла в ней полностью. – Ты уверена? – почти ласково переспросил Салливан, остановившись всего в одном шаге от меня. Он коснулся моего подбородка, заставляя меня взглянуть ему в глаза. – Скажи мне "да". – Да, – прошептала я. – Жаль, – он отстранился. – Мне казалось, ты будешь более сильной. И строптивой. А ты оказалась покорной и податливой, стоило только чуть припугнуть. Слезы стояли у меня в глазах, и я боялась моргнуть, чтобы не дать им покатиться по щекам. Без Рона и Кроу всё теряло смысл. И если оставался ещё хотя бы шанс сохранить жизнь Кристиану, я должна была это сделать. И верить, что он успеет. Успеет прийти в себя, успеет догнать меня до того, как станет слишком поздно. Тьма потянула меня вперёд, по просторному пещерному переходу, обратно в тот зал, где гудела сила, собранная в невообразимый поток. Туда, где несколько десятков людей положили свои жизни на то, чтобы какой-то сумасшедший провёл самый опасный в истории Виригии эксперимент. Я пыталась украдкой призвать силу и освободиться от этих пут, но ничего не выходило. Чем сильнее я сопротивлялась, тем крепче они обхватывали мои запястья, впивались в них, словно в попытке вытянуть из меня все соки. Наверное, что-то подобное испытывали Эроши, когда оказались в ловушке пут-кровососов. Тьма – это погребённая жизнь. Она лишает жизни всего, чего коснётся. А драконов, которые решаются управлять ею, сводят с ума. Звуки наших шагов отражались от стен и возвращались. Я потеряла чувство реальности происходящего. Потеряла связь с собственным сердцем. Перестала чувствовать что-либо. Должно быть, в одно мгновение я просто умерла внутри. И всё стало не важно. Мы вернулись в зал. Зачарованные адепты, которые помогали Салливану, стояли вокруг воронки и удерживали её своей силой. Когда они пришли в себя и собрались, чтобы не дать усилиям пропасть зря – этого я не знала. Но сейчас они стояли, сбросив капюшоны, и на лицах не было масок. Я узнавала некоторых из них и не могла поверить, что простые учащиеся академии находились здесь и делали то, что делали. Но от реальности не уйти. Должно быть, Салливан оказался умнее и хитрее, чем мы могли ожидать. Мы остановились на возвышении, у самого обрыва перед клубящейся воронкой будущей бездны. Тьма продолжала удерживать меня, так что не было никакой возможности убежать. Да и не стала бы я. Сойер встал позади, так близко, что я кожей чувствовала его присутствие. Склонился к моему уху и тихо спросил: – Уверена, что не хочешь остаться со мной и построить новый мир? Мне бы пригодился такой соратник, как ты. – Ты псих, – ответила я с презрением. – Лучше умру, чем останусь с тобой. – Что ж, я уважаю твой выбор, – произнёс он, и голос его прозвучал как-то странно. Я резко обернулась, не зная, чего ожидать, но в этот самый момент он просто столкнул меня с края обрыва. Крик сорвался с моих губ прежде, чем я успела осознать, что произошло. Удара не последовало. Тьма, что сковывала мои руки, рассеялись, а я начала какое-то необычно медленное падение к центру воронки. Мне приходилось видеть устройство бездн на картинках в учебниках. Говорят даже, что некоторые группы старших курсов ездят на источники разных стихий и изучают настоящие воронки. Но эта выглядела не так, как обычно. Это были вихри, всполохи, вспышки самых разных цветов и оттенков, а в глубине этих всполохов можно было заметить каменные стены, пробуренные магией. А ещё, этот источник не наполнял меня. Напротив. Чем дольше длилось падение, тем больше он вытягивал из меня силу. Если бы так продолжилось дальше, то сначала меня покинула бы магия, а потом и сила жизни, вызвав магическую кому, а после – смерть. Я сделала резкий вдох, осознав, что падение продолжается, и потолок пещеры отдаляется медленнее, чем можно было ожидать. Нужно было что-то делать. Драконица внутри меня панически ревела, и я позволила ей проявиться, распахнув крылья. Рубашка с треском порвалась от частичного оборота, но это было последнее, о чём я могла думать. С силой хлопая крыльями, я пыталась выбраться из бездны, но она продолжала тянуть меня вниз, хоть и медленнее. Резервуар постепенно пустел. Моя драконица взревела, и я услышала этот рёв так явственно, что заложило уши. Быстрее. Сильнее. Выше. Не помогало. Потолок отдалялся, а выход из бездны становился всё уже. Отчаяние охватывало меня, и я продолжала бить крыльями всё сильнее. Если бы только я умела управлять магией. Если бы только владела воздушными потоками. Если бы… На глазах проступили слёзы, и я почти перестала видеть свою цель. Выход из бездны выглядел просто тёмным пятном посреди разноцветных всполохов, и когда тёмное пятно стало ещё уже, я поняла, что это всё. Конец. Перестав хлопать крыльями, я позволила себе опуститься спиной вниз и просто начать свободное падение. От резкого толчка слёзы сорвались с моих глаз. Я моргнула и опустила веки. Кристиан не успел. Меня некому было спасать. Несколько мгновений продолжалось это падение. Отпустив ревущую драконицу, я позволила крыльям пропасть, чтобы ускорить приближение конца. И вдруг что-то резко подхватило меня и начало толкать в другую сторону. Вскрикнув от неожиданности, я распахнула глаза и увидела по обе стороны от себя взметнувшиеся в воздух белые крылья. Перевернувшись, я чуть не свалилась с мягкой спины огромной кошки. Белый тигр тянул меня наверх, а чёрный керри, расположившись ниже, толкал его, чтобы ускорить продвижение. – Кроу, – выдохнула я. Острые белые уши дрогнули. – Кроу! – уже закричала я и обхватила сильную шею. – Лучше помогай, – прорычал тигр. – Мы едва двигаемся, а силы надолго не хватит. Обычно поддержание оборота не требует большого запаса силы, но бездна вытягивала магию не только из меня. Быстро кивнув, я попыталась было призвать драконицу, но что-то помешало. Голос её стал тише. Едва слышен. Я испуганно посмотрела на собственные руки, которые ещё несколько мгновений назад были покрыты чешуёй. Что-то вытесняло драконицу, хотя магии в моих жилах было ещё предостаточно. – Нет, – выдохнула я, и слезы снова появились на глазах. – Нет, нет, нет… только не это… – В чём дело? – рыкнул тигр. – Я не могу обернуться! – Просто передавай мне силу. Как на полигоне. Мы тренировались. – Да, – выдохнула я. Крепко обняла тигра, прижалась к нему всем телом, чтобы увеличить поток, и позволила силе течь свободно. Что-то странное происходило. Меня наполняло нечто чужеродное. Незнакомое. Плотной силы становилось тем больше, чем крепче становилась наша незримая связь. – Что это? – услышала я голос Рона. Чуть отпрянув от Кроу, я заметила необычное золотое сияние, но не смогла понять, откуда оно исходит. – Не важно, – напряжённо сказала я. – Продолжаем. И усилила поток между нами. Сила наполняла меня. Так не должно было происходить. Словно я не отдавала свою магию Кроу, а наоборот, забирала у него. Я даже испуганно посмотрела на его линии силы, и хотя я не очень хорошо справлялась с этой задачей, оценить степень наполненности резервуара труда не составляло. И он был полон. Полон неестественно золотой силы. А потом мой резервуар заполнился настолько, что магия выплеснулась наружу резкой вспышкой. Вскрикнув, я выпустила шею Кроу. Меня отбросило в сторону, а потом я ощутила, что за спиной материализовались крылья. Но драконица всё ещё тихо рычала где-то глубоко внутри. Парни, с силой размахивая крыльями, смотрели на меня, но по кошачьим лицам сложно было оценить их эмоции. – Нам надо объединить усилия! – крикнула я. – Вы можете сделать полуоборот? Керри переглянулись, а потом сменили ипостась, став людьми с широкими перепончатыми крыльями. – Мы не сможем держаться за руки! – крикнул Рон. – Крылья будут мешать! – Но мы можем создать общий воздушный поток! – ответил Кроу, правильно поняв мою мысль. – Крис! Расположись левее! Рон, сюда! Повернитесь к центру! Машем крыльями по моей команде! Раз! Раз! Раз! Мы начали синхронно работать крыльями, устремляясь выше, а золотое сияние, теперь явно исходившее от меня, не позволяло потокам чужеродной силы приближаться к нам и утягивать глубже. – Раз! Раз! – продолжал командовать Кроу. Я смотрела только наверх, стремясь как можно быстрее добраться до выхода. И тут у меня перед глазами появилась красная фигура. Это огненный дракон пикировал в бездну прямо к нам. А за ней ещё один. И ещё. И ещё. Пятеро огненных драконов встроились в наш круг и тоже начали изо всех сил взмахивать крыльями. Поток воздуха снизу усилился, подталкивая нас к выходу. И через несколько бесконечно долгих минут я, словно пробка из бутылки, вылетела в пространство пещеры. Один из драконов вовремя сбил меня, уберегая от удара о потолок, и повалил на землю, прижав к себе. В последний момент он перевернулся на спину и, продолжая удерживать меня, проскользил по каменному полу, пока не врезался в стену. Судя по ещё нескольким ударам, остальные тоже пережили не самую мягкую посадку. Я скатилась с дракона и, тяжело дыша, испуганно огляделась в поисках цветной головы Сойера. Однако, ни одной подобной в округе не было. Зато была другая незнакомая мне фигура. Скованная кандалами высокая фигура черноволосого дракона с блестящими серебряными глазами. Даже издалека они были заметны, потому как хорошо отражали свет множества светляков. Он смотрел на меня, сощурившись, и хотя прическа, цвет глаз и волос отличались, по чертам лица и одежде я могла определить в нём Салливана. – Ты в порядке? – спросил меня дракон, перевоплотившись в человека. – Кристиан, – выдохнула я, бросилась ему на шею и, наконец, дала себе волю разрыдаться. – Ш-ш-ш, – он крепко обнял меня и начал гладить по спутавшимся волосам. – Всё. Всё кончилось. Прости, что не успел раньше. – Я думала, что вы все умерли-и-и, – взвыла я, не в силах больше сдерживаться. – Я думала, что умру-у-у!.. – Все живы, – раздался голос Рона. Я обернулась, и он тоже обнял меня. – Эй, а мне-то место осталось? – насмешливо спросил Кроу, обняв нас всех поверх. – Это было то ещё приключение! И мы все нервно рассмеялись. Даже я, хотя рыдания быстро перехватили свою власть надо мной. – Кажется, малышке нужна помощь, – заметил Кристиан. Он осторожно отстранился, вытащил из поясной сумки маленький пузырёк, резким движением выдернул пробку и протянул его мне. – Успокоительное. Выпей. Оно не горькое, обещаю. Я улыбнулась и, не переставая всхлипывать, одним глотком опустошила пузырёк. – Я бы мог использовать магию, – проворчал Рон. – Поберёг бы силы, мы все почти пусты, – хмыкнул в ответ Крис. – Уж для неё мне силы хватило бы! – Ой, да заткнитесь, – вклинился Кроу. – Мы только что из бездны вылезли, а вы уже снова спорите. – Пусть спорят, – выдохнула я, заметно успокоившись. – Так даже лучше. Значит, жизнь продолжается… Кстати, – я посмотрела на каждого из братьев по очереди. – Разве путы не вытянули из вас жизнь? – Вытянули, – уверенно сказал Кристиан, тоже заинтересовавшись вопросом. – Я лично проверил, сила прекратила движение в линиях жизни. – Как прекратила, так и начала, – пожал плечами Кроу. А Рон посмотрел на меня проницательным, гипнотизирующим взглядом тёмных глаз. – Видать, пегас всё-таки пробудился. Потом он расстегнул верхние пуговицы чёрной рубашки и продемонстрировал метку на груди, которая больше не казалась эфемерной, лёгким сиянием, а скорее напоминала татуировку или шрам, покрытый тёмным золотом. – Что это значит? – нахмурилась я. – Что ты всё ещё в опасности, – проговорил Кристиан и тоже расстегнул верхние пуговицы. Все переглянулись. – И у тебя тоже? Кристиан пожал плечами: – Пегасы склонны быть однолюбами. А драконы – сменить в течение жизни несколько десятков или даже сотен партнёров. Видимо, наша малышка способна на большее, чем оба вида. – Я не понимаю, о чём вы, – почти жалобно простонала я. – Объясните нормально! – Позже поговорим, – отрезал Кристиан, посмотрев на свой вещатель. – Нас вызывает мистер Саймон для отчёта. Спецназ тут всё зачистит без нас. С этими словами он призывно махнул рукой и направился к установленному в нескольких шагах от нас телепортатору. – Откуда он здесь взялся? – удивилась я. – Саргоны установили, пока мы тебя успокаивали, – усмехнулся Кроу и первым шагнул в переливающуюся гладь перехода.