Глава 15

Игнат отпустил меня. Замолчал. Охладел. Отвернулся к окну. Оставшуюся дорогу мы ехали молча, каждый погружён в свои мысли. Я, честно, не понимаю, что нас ждёт дальше? Лучше бы каждый пошёл своей дорогой – это было бы правильно. Ну кому нужны такие мучения? Автомобиль начал сбавлять скорость и въехал на платную парковку для вип-персон. Из окна открылся впечатляющий вид на огромный торговый центр, сияющий подобно гранёному алмазу. До сих пор и после развода я не интересовалась жизнью Игната, поставив на всё, что связанно с ним блок, чтобы было легче и быстрее его забыть. Обходила стороной его объекты в том числе и «Ривьеру». Увидев центр сейчас, не представляла, что он вырастет до таких внушительных масштабов. Водитель заглушил мотор, затем вышел на улицу. Первым делом, открыл дверь Игнату, а Игнат, обойдя машину спереди, открыл дверь с моей стороны. И подал мне руку… Суровым взглядом на меня смотрел, чуть сведя брови на переносице, ждал, когда я снова ему подчинюсь. А я медлила. Медлила, напряжённо кусая губы, не зная как быть. От Исаева Игната продолжало веять Арктикой. Я всё же протянула вперёд руку, коснувшись кончиками пальцев его большой, широкой ладони лишь слегка. И резко отдёрнула, выйдя на воздух, будто он мог на полном серьёзе меня заморозить, превратив в статую из льда. – И что дальше? – выйдя, оглянулась. – Устроим шопинг, после поужинаем в ресторане. Какой шоппинг? Какой ресторан? Как у него всё просто. Я выжата, истощена и вообще сильно хочу спать. – Игнат, я… – набрала побольше воздуха в лёгкие, чтобы снова возмутиться, а он перебил. – Хочу что-то сделать для сына, внести свой вклад в заботу о нём: одежда, игрушки, принадлежности по уходу, и прочее приданое для Кирилла, – хочу выбрать на свой вкус, в качестве подарка. Для начала. Хотела опять взбрыкнуть, но сил, правда, нет, чтобы с ним спорить именно сейчас. Ладно, пусть! Лишь бы побыстрей этот день закончился… Лишь бы он меня отпустил. Пока мы разговаривали с Игнатом, охранник отстегнул люльку со спящим сынишкой, передал её своему боссу лично в руки. Взволнованно заглянув туда, я отметила, что Кирюша всё ещё спит. Наверно скоро проснётся, обязательно нужно будет его покормить и заглянуть в подгузник. – Давай мне его, – выдохнула, потянув руки к крохе, но Игнат не спешил отзываться на мою просьбу. – Расслабься и отдохни! Честно слово, Лида, я волк что ли какой-то? Не трясись ты за младенца, не съем я его, буду носить переноску сам, она нелёгкая, да и мы, между прочим, договорились. По контракту, да? Я имею на сына законные права. Я опять устало выдохнула, опустив плечи. Мне нечего сейчас сказать. Пока. Перепалки, выяснение отношений – в край надоели. – И да, я приготовил для тебя сюрприз, – неожиданно добавляет, меняя тон голоса, накрывая ладонью мою поясницу. – Скоро ты его получишь. Опять этот дьявольский жар его тела во время даже самого малейшего прикосновения! Заставляет вытянуться по струнке и чаще задышать, покрываясь дрожью. Сюрприз? Надеюсь, не встречу с Инессой и его дочкой. * * *Двигаемся к главному входу изысканного, высококлассного объекта с множеством этажей, бутиков, самых ярких, креативно-оформленных вывесок, кафешек и заведений развлекательного типа. Масштабы проекта невероятно впечатляют! Первая мысль – я попала в другую вселенную. Что ж, должна признаться, бывший зря времени не терял. Теперь я вижу результат его дотошной, кропотливой работы: поздние приходы домой, длительные командировки, частые важные встречи с партнёрами. Он точно прыгнул выше своей головы, добился поставленной цели, как и всегда хотел. Поневоле я призналась самой себе, что это лучшее торгово-развлекательное заведение, что я видела в своей жизни. Игнат продолжает меня касаться, по-собственнически расположив ладонь на моей пояснице. Он ведет меня вперёд, в сторону лифтов, держась важно, непоколебимо, с видом человека, знающего себе цену. На пути нам встречаются заядлые модники и модницы, по завязку гружёные пакетами с логотипами известных брендов. Люди оборачиваются на нас… Под их пристальными, любопытными взглядами я понимаю, что я точно не вписываюсь в эту среду, вспомнив о своих колготках, зверски порванных этим властным варваром. На мне пиджак Игната, а под ним то, что осталось от любимой блузки. Причёска растрепалась, потёки от туши… Сейчас я ненавижу его ещё и за то, что загнал меня в неловкое положение. Может он это делает специально? Боже, какой же козёл. Лифты здесь стеклянные, расположены в главном зале, левее огромного роскошного фонтана, с неоновыми подсветками и лазурной водой. Когда поднимаешься на лифте вверх, вдоволь им любуешься. Это что-то невероятное! Мы подошли к лифту, неожиданно набежал народ. Так получилось, в кабину мы вошли вместе с кучкой других покупателей и нас с Игнатом случайно разделили. Между Исаевым и мною вальяжно вклинился незнакомый толстый мужик с щеками как у хомяка и костюмом за пару миллионов, возможно. Наверно, это местный депутат вышел на прогулку. Его, кстати, сопровождала длинноногая, сисястая шпала – пепельная блондинка, в коротком кожаном платье, на изящные плечики которой была наброшена меховая накидка. Девица звучно жевала жвачку и смотрела на всех остальных, включая меня, как на кучку сброда. Это он нас растолкал и совсем не заметил, что задел меня плечом, когда вклинился в кабинку. Жиртрест держал свою пухлую лаптю на заднице подружки и что-то непристойное бубнил ей на ухо, а она хихикала, изображая, что млеет как девственница. Вообще блондинке приходилось наклоняться к своему кавалеру, дабы что-то сказать, ростом он был ниже её на целую голову. А она, шпала, выперлась на свидание на огромных каблуках. – Моя тигрица, рррр! Хочу быть сегодня дрессировщиком и завалить строптивую хищницу! Девушка хихикнула: – Только после того, когда купишь мне ту самую сумочку из бутика «Прада»! Я за ней полгода гонялась, представляешь? – О чём речь вообще, куплю конечно. Я же люблю твой большой рот, он творит чудеса! – А твоя жена когда из Майами возвращается? – Поедем в отель! – Надо было ещё на недельку сплавить. Шептались они, меня внезапно затошнило. Лифт остановился, дверки открылись. Пора выходить. Толпа двинулась в сторону выхода, неся меня за собой, кто-то опять пихнул меня в плечо и я совершенно случайно наступила на ногу мордовороту. – Извините пожалуйста. Резко затормозил, глянув на меня с отвращением. Видимо не понравился мой уставший внешний вид, а может дырки на колготках. Мне совсем-совсем стало грустно, ком из боли и слёз поднялся по пищеводу комком, напирая мощным порывом. Я долго держалась, но я не робот, не железная. В купе всё вместе накопилось, вот-вот сорвусь! – Вытирай, – высокомерно указывает. – Курица невнимательная! Его молодая шалава с накидкой из норки недовольно кривит губы, тут же поддакивает. – Оглохла что ли? Он сказал, вытирай! Да ты хоть знаешь, лимитка, кто он такой?! – Что ты сказал? Из-за спины бахнул разъяренный, будто гром, голос. Миллион мурашек пронеслись по коже, заставляя тело на миг застыть, как перед опасностью. Из лифта вышагнул Игнат, впритык замерев напротив хама. – Повтори! Мужчина нервно сглотнул, принявшись млеть подобно глупой овце. Его маленькие, рыбьи глазки бегали то вверх, то вниз, рассматривая того, кто возвышался сейчас перед ним и был на две головы его выше, крепче, сильней. Могущественней, однозначно, раз его сальное, круглое лицо то бледнело, то зеленело под ураганным прицелом орехово-зелёных глаз. – Что она… Она н-невнимательная… Этот урод теперь понимает, что на мне пиджак Игната. Значит, я вместе с ним. Значит, он совершил ужасную ошибку. – Отойдем. – Игнат держится холодно, но мне кажется, внутри него буйствует мировой пожар. – З-зачем? – Поговорить. Депутат мнется, нервно дергая себя за воротник рубашки. На лбу, висках, сальном подбородке выступили капли пота. – Шагай! – толчок в спину, кто-то из охранников помог взбодрится. Я совсем не понимаю, что делать дальше и как себя вести. Да бог с ним! Всего лишь перед девчонкой решил выпендриться. Неужели из-за меня сейчас начнётся драка? – Извинись перед девушкой, – доносится чуть поодаль. Продолжает топтаться на месте и глупо мычать, будто правда язык проглотил. Дальше обстановка накаляется! Боже! Игнат совершает отточенное, ловкое движение, хватает пухляша за руку, за спину её выворачивает, я слышу хруст. – Игнат, на надо! – Извини, извини!!! – кричит, глядя на меня теперь уже с щемящим чувством вины и раскаянием. Исаев отпускает грубияна, разглаживает складки на своей безупречной рубашке, направляется ко мне. Глубоко выдыхаю, припадая спиной к стене, прикрываю глаза. Какой ужасный день… Когда он уже закончится? – Узнай кто это, – доносится рычащий шёпот, Игнат даёт приказ охраннику, – и приземли, чтобы это животное не зазнавалось. * * *– Лида! – тёплые, сильные ладони легли на плечи, встряхнули. – Плохо тебе, да? Выныриваю из ледяного оцепенения, а потом чувствую, меня жадно вжимают в твёрдую мужскую грудь, пахнущую дорогим парфюмом. – Иди ко мне… Опять едва не уносит в ностальгию прошлого, в тот период, когда отношения у нас были как в сказке. До первых ссор, до появления бизнес-партнёра Инессы, как какой-то чумы, за считанные секунды убившей всё. – Что этот урод ещё тебе сказал?! Его глаза полны льда и пламени одновременно. Зол. В ярости. Такой дикий и опасный! Он правда переживает за меня? Сердце пропускает удар. Что-то ёкает внутри. Цепляет. Колет душу. Будоражит. Сейчас я вижу того самого Игната! Ту его сторону, тёплую, нежную, заботливую, которую мечтала видеть в нём всегда. Идеальную. Нас обоих накрывает. Дико. Безумно. Эмоции почти за грань. Что происходит? Игнат испытал мощный метаморфоз. Стоило только ему увидеть ситуацию, в которой меня обидели. Его это зверски зацепило. – Пусти, пожалуйста… – Ответ отрицательный, – в противовес моих слов сжимает в объятиях сильней. Пальцы в волосы на затылке запускает, сжимая мягко, так приятно. Правой рукой он начинает массировать мою шею и немного выше, расслабляя. Царапает чувствительные зоны у корней волос, почти заставляет предательски обмякнуть и всхлипнуть. Господи, как хорошо становится… Какие умелые у него руки. Жёсткие, но умеют быть до невозможности чувственными, мягкими. Я вспоминаю это! Скучаю… Грустно. Больно до слёз. Душа на разрыв, снова и снова. – Только скажи, одно твоё слово, – губы Игната вдруг оказались у моего уха. Прижались. Зашептали горячо, так сладко! – Я в порошок сотру. Новые мурашки тело атаковали. Бороться с собой всё сложней и сложней, когда он так близко. Здравый разум затмевает его присутствие, касание, доминирующий взгляд, энергия сильного мира сего. Всё это действует на меня как какое-то проклятье и наваждение. Хочется плюнуть, забить, отдаться мучительным грехам, лишь бы унять сумасшедшие кипение на губах, в груди, в нижней части живота. И будь, что будет! Лишь бы отпустило, не терзало, не рвало на куски. Потому что мои запреты – хуже пыток. Хочется видеть с собой надёжного, сильного, заботливого мужчину. Плакать у него на груди, когда грустно или плохо, делиться своими проблемами. Быть спокойной и уверенной, что ты в безопасности, ты за непробиваемым щитом. Как было с ним… Раньше было. Ни с кем другим так не будет, как с ним, я в это абсолютно уверена. Он мой первый, мой особенный, один такой во всей вселенной. Стоп! Вдох. Выдох. Это красный, Лида. Вернись за черту и приди в себя. Вспомни, через что ты прошла! Сколько слёз выплакала, сколько нервов убила, сколько осколков собрала, пытаясь склеить свой разбитый внутренний мир. – Любое имя? Я могу назвать любое имя? – дёрнулась назад, отстранившись, чтобы увидеть его лицо, особенно глаза. – И ты сотрешь этого человека в порошок? Властно ухмыльнулся, насквозь прожигая. Ответил уверенным кивком. – Что ж, – выпутавшись из жаркого, властного плена его крепкого тела, твёрдым тоном произнесла: – Исаев Игнат.