Глава 23

– Ёжик, сиди смирно! – Алёна удержала, пытавшегося убежать следом за Анной резвого щенка.

– Да выйди прогуляйся с ним рядом. – уткнулся в телефон Эдуард.

Анна счастливо улыбаясь, поднималась по ступенькам высокого крыльца, ей хотелось поскорее увидеть сына и забрать домой.

– Здравствуйте, Ольга Николаевна. – поздоровалась с медсестрой, которая ухаживала за Димкой. – Я за выпиской.

– Ой, сейчас, – женщина вышла из сестринской и быстро дшла до постовой медсестры.– Люся, дай мне выписку на Розанова. – та чуть покопавшись в бумагах, достала двойной листок и протянула Анне.

– С выздоровлением! – девушки улыбнулись и переключились на разговор между собой.

Анна и прошла до палаты, где Димка находился последний месяц. Он встречал её у порога с радостными криками.

– Мама! Я уже собрался!

– Молодец! Проверим: ничего не забыл? – приблизилась к сыну и не удержалась от того, чтобы обнять своего малыша.

– Ёжик? – Димка удивлённо захлопал глазами, они уже были на улице и поджидали, пока Алена подойдёт ближе с щенком, радостно виляющим хвостом. – Его зовут Ёжик? Прикольный такой!

Он сел на корточки, стал гладить короткую шерсть, а пёс заливито заялал, очевидно, радуясь встрече с новым другом, пытался лизнуть в лицо.

– Фу, Ёжик! Нельзя! – скомандовала Алёна. – Пойдёмте. Димка, залезай назад.

Дома они торжественно разрезали торт и отпраздновали это маленькое событие.

А на следующий день раздался звонок от человека, которого Анна боялась потревожить напоминанием о себе.

Неизвестный номер звонил долго, пока запыхавшаяся Анна, одной рукой вытирая пол, а другой прижала телефон к уху, приводила ванную в порядок после купания Ёжика Димкой.

– Алло! Я слушаю!

– Анна? Аня это, правда, ты? – женский грудной голос раздавался сквозь помехи. Голос показался знакомым, но она не могла узнать его обладательницу.

– Да. Это я. Кто вы? – решила уточнить, потому что так и не пришло в голову, чей это может быть голос.

– Боже, Аня, это ты... – на том конце раздались всхлипы, а Анна опустилась на пол в ванной. Сдернула с вешалки халат и прижала его к груди.

– Ольга?

Возникшая пауза была не долгой. Голос внезапно охрип и Анна не осмеливаясь спросить ещё раз вслух, напряжённо вслушивалась в всхлипы.

– Я не могу поверить... Ты в Москве? Я хочу приехать к тебе, попрошу Пашу, чтобы отвёз. Аня! Я так рада, что это ты! Я думала... Я думала... Он сказал... О, боже! – снова раздался тихий плач. – Я так рада, что ты жива!

Послышались голоса и Ольга пролепетав что–то ещё о встрече отключилась. Анна, оглушённая воспоминаниями и всхлипывающим тихим голосом Ольги, так и осталась сидеть на полу, прижимая к груди халат и прикрыв глаза. С глаз, обжигая щеки, медленно скатывались прозрачные слёзы.

– Мама, ты чего? Мам, я больше не буду много воды проливать, не плачь, пожалуйста,

– Дим, – Анна притянула его к себе, а Ёжик уткнулся носом ей в бок, – Нет, всё хорошо, всё хорошо.

– Почему ты плакала?

– Мне позвонила старая подруга. Мы очень давно не виделись, вот я и расплакалась.

На следующий день, утром в дверь позвонили. Димка с Ёжиком ещё спали, нежась в мягких кроватях. Мальчик в своей, а щенок в плетённой корзине, выбранной специально для него.

Анна, недоумевая, кто бы это мог быть в такую рань, потуже затянула лёгкий халатик на поясе, пригладила рукой взлохмаченные после сна волосы и открыла дверь. На лестничной площадке стояли два амбала в чёрных костюмах и перед ними в инвалидной коляске сидела молодая темноволосая женщина. Она с тревогой смотрела на Анну, и Анна, встретившись с ней взглядом, шепнула:

– Ольга!

– Аня!

Бросилась к ней с объятиями. Столько лет прошло? Что с ней случилось? Амбалы тактично отошли в сторону и Ольга махнула им "Идите". С помощью Анны она заехала в квартиру подруги и уже за дверью обхватила её двумя руками и всхлипнула.

– А–а–ань...

Они долго сидели на кухне, пили чай и рассказывали, что с ними произшло.

– Это я виновата. – поникла Анна, опустив голову. Если бы я не выполнила приказ Давыдова...

– Ты ни в чём не виновата. Он всё равно нашёл бы способ. Я тебя не виню. Провалялась в больнице в Швейцарии полгода, потом годовая реабилитация, сейчас Паша нашёл врача, который мучает меня ежедневными тренировками. Они с Пашей сговорились и решили поставить меня на ноги. Я поэтому к тебе так рано, с девяти у меня плотное расписание. – провела грустным взглядом по кухонной обстановке. Ты давно тут живешь? Ремонт свежий.

– Недавно. Я жила в Михеево, и вот... решила вернуться.

– А сын твой, он спит? Вадим рассказал мне про аварию, что он нашёл тебя.

Анна глянула на неё с тоской.

– А Донской, он... Он что–то говорил? – чай уже остыл, а она всё вертела кружку в руках, так не отпив.

Ольга задумалась и печальным голосом ответила:

– Нет. Макс не говорит на эту тему. Знаешь, я так хотела увидеть Димку, Вадим сказал, он вылитый Макс в детстве.

Приглушив голос она тут же следом добавила:

– Он не бросит твоего сына.

– Да,он мне говорил, что обязан присмотреть за сыном Донского, но тот его не примет и не признает.

– А ты этого хочешь?

– Что? Оль, ты серьёзно? Нет! Никогда не хотела! Я не хочу чтобы его использовали как метод давления на Донского.

Ольга вздохнула и обречённо посмотрела на свои колени.

– Я бы хотела видеться с тобой, с вами... Ты не против, если мы будем встречаться? Только... только где–нибудь пониже пятого этажа. У вас нет лифта, и ребята все змокли нести меня сюда.

Анна прикрыла рот ладошкой. Она и не подумала о том, как Ольга добралась до её квартиры.

– Прости, я... Я не знала, что ты приедешь. Конечно, будем встречаться в другом месте.

Ольга посмотрела на свои часы и встрепенулась.

– Мне пора...

– Здравствуйте. – сонный Димка в пижаме пришёл на кухню и застал Ольгу, разворачивающей кресло. Он с удивлением уставился на неё. В глазах мелькнул восторг и смущение.

– Привет, Дима. – Ольга улыбнулась . – Я Ольга, подруга твоей мамы.

Она протянула ему ладонь, поздороваться "по–мужски" и он в ответ вложил свою ладошку.

– Привет. – и нерешительно добавил. – крутая у Вас коляска, она на автоматическом приводе? – любопытство загорелось в распахнутых голубых глазах.