Глава 19

Виолетта

- Это обалденно вкусно, - пробормотала Виолетта, доедая третий кусок пиццы.

Она проглотила кусок, прежде чем поднять бокал и сделать глоток.

- Кто бы мог подумать, что пицца с жареным яйцом будет восхитительной? Горячая, сочная, со сливочным соусом. Ты точно знаешь толк в извращениях!

Марк ухмыльнулся, его щека распухла от собственного большого куска.

- Я же говорил. И я еще попросил добавить побольше бекона. С беконом вообще ум отъешь.

Виолетта кивнула. С беконом вкуснее. С Марком все было вкуснее.

- Ну, как ты себя чувствуешь? - Он непристойно приподнял брови. - Еще не напилась?

Пальцы ног Виолетты в гостиничных тапочках покалывало. Она допивала третью порцию виски. Она чувствовала себя великолепно! Все идет даже лучше, чем она себе представляла!

Улыбка скользнула по ее губам, и она вытянула руки вперед, соединив запястья, как преступница, ожидающая, когда на нее наденут наручники.

- Свяжи меня. Делай со мной, что хочешь.

Глаза Марка вспыхнули ярким пламенем.

- Будь осторожна с такими заявлениями.

Она невинно подмигнула ему.

- Почему? Я доверяю тебе. Я знаю свое стоп-слово, и я знаю, что ты не сделаешь со мной ничего такого, что мне не понравится. Я согласилась на полное подчинение и всегда выполняю свои обещания.

Он поднял голову, и их глаза встретились. Она знала, что, если она повторит ему его же слова, это даст определенный эффект. Чего она не учла, так это того, каким именно будет этот эффект. Марк посмотрел на нее так, словно она уже была голой, связанной и с красной задницей. Ее соски заиграли жемчужинами под халатом, и она скрестила ноги и сжала их.

Рычание, вырвавшееся из его горла, заставило ее внутренности дрожать.

- Ты играешь с огнем, - хрипло сказал он.

- Разве я не говорила тебе, что я та еще зажигалка? - спросила она, подражая его серьезному тону. - Я больше всего люблю хороший, горячий секс.

Его сексуальная шея подрагивает.

- Ты уверена?

Она кивнула и снова протянула к нему руки, ожидая, что на нее наденут наручники.

- Я уверена в этом больше, чем в чем-либо другом в своей жизни. Мне это нужно.

Марк схватил свой стакан, залпом опрокинул его и осушил. Затем, по-прежнему не сказав ни слова и даже не встретившись с ней взглядом, он убрал коробку с пиццей и остатки еды в холодильник. Виолетта просто наблюдала за ним. Смотрела, как его большое тело греческого бога грациозно двигается по комнате, как перекатываются мышцы под тонкой белой футболкой. На нем еще были серые спортивные штаны. Нет ничего сексуальнее, чем крепкий мужчина в спортивных штанах и обтягивающей футболке. У нее внутри все затрепетало.

Наконец, его взгляд остановился на ней.

- Ещё выпить хочешь?

Она посмотрела на свой бокал. Она осушила его и встала, чтобы пойти ему навстречу.

- Пожалуйста.

- У меня здесь нет никаких игрушек или инструментов для наказания, - сказал он, снова наполняя ее бокал и передавая его ей. Он также налил и себе.

Сердце Виолетты упало. Она об этом не подумала. Означало ли это, что все ее фантазии теперь останутся только фантазиями?

Он поймал ее взгляд и улыбнулся.

- Но я думаю, что смогу немного поимпровизировать.

Одна бровь слегка приподнялась.

- Ты хочешь испытать все на себе?

Да! Именно этого я и хочу.

Виолетта кивнула.

- Снимай одежду. Вставай на колени, стой там, пока я не скажу тебе, что делать дальше.

Рот Виолетты приоткрылся от благоговения.

Вторая бровь поднялась вместе с первой, и Марк посмотрел на нее так, как будто она только что отказалась исполнять его приказ.

- Мне что, нужно тебя наказать? Тебе уже следовало бы стоять на коленях.

Да уж! Сейчас явно не время для неповиновения! Виолетта покачала головой, пытаясь стянуть одежду, одновременно опускаясь на колени.

- О, нет… Точнее да. Да, пожалуйста. Накажите меня.

Он наблюдал, как она опустилась на колени, и она отвела взгляд. Она изучала узор из веснушек на верхней части своих бедер.

- Хорошо. Я быстро. Но пока ты можешь оставаться здесь и думать, что я для тебя задумал.

- Да, хорошо …

Она опустила глаза, но почувствовала, что он покидает комнату. Тишина оглушительным ударом прозвучала в просторной гостиной номера люкс. Она не могла слышать его даже в спальне. Ни звука. Вскоре бешеный пульс в ее ушах заглушил тишину, и мысли и задумки беспорядочно пронеслись в ее голове. Она поерзала на коленях и почувствовала, как ее бедра скользят друг по другу. Она была мокрой, как после душа.

Он собирался импровизировать. Что именно это значило? Подвесить ее к потолку на простынях, а не на тросах? Что было под рукой в гостиничном номере, чтобы использовать в качестве инструмента сексуального наказания? Ее разум продолжал лихорадочную работу, и вскоре ее сердцебиение догнало его. Ее грудь вздымалась, когда она стояла обнаженная на коленях, ее соски были твердыми, ноющими, а бедра скользкими от возбуждения.

Она слегка покачала головой, не веря своим мыслям.

Он даже не прикоснулся ко мне, а я уже возбуждена как никогда и близка к оргазму. Как это может быть?