Глава 25

Марк

Год спустя …

- Дамы и господа, пожалуйста, установите спинки кресел в вертикальное положение и пристегните ремни безопасности. До посадки в аэропорту города Сочи остается примерно тридцать минут. От имени авиакомпании NW Airlines мы хотим поблагодарить вас за полет с нами и надеемся, что полет вам понравился.

Марк вынул наушники из ушей и выпрямился в своем кресле, поправляя его и ставя столик на место. Он громко фыркнул, выглянув в окно. Он был рад, что возвращается в Сочи. Он никогда так надолго не расставался с мамой. Даже когда он поступил в университет в Москве, а она все еще жила в Сургуте. Даже тогда он взял за правило приезжать домой по крайней мере каждые три месяца. Но на целый год - никогда.

Он покачал головой и вытер глаза. Он проспал почти весь полет, и хорошо отдохнул. Он уже несколько месяцев не спал так долго и крепко. Виновата работа, или, скорее, его требовательный брат Антон. Особенно сейчас, когда Антон стал отцом и сам лишился сна. Он был вечно на нервяке и нервировал всех вокруг. Марк дал слабину, и теперь тоже недосыпал. Но теперь все. Ему нужен был этот отпуск. Нужно было отвлечься и расслабиться. Но свадьбы... разве свадьбы расслабляют? Это вечный стресс и суета. Не говоря уже о том, что это будет свадьба его матери…

Его мать Алла никогда не была импульсивной женщиной, и все же в последнее время она стала немного такой, что не было на нее похоже. Сначала переезд через всю страну к морю, а теперь замужество всего через полгода после знакомства. Это что-то дерзкое и неожиданное. Это были риски, на которые Марк сам бы, скорее всего, не смог пойти, а его мать пошла. И, вроде, все получилось. У нее была новая жизнь, новые друзья, насыщенный интересный график и жених. Он пытался звонить маме хотя бы несколько раз в месяц, и каждый раз, когда они разговаривали, она казалась все счастливее и счастливее, он никогда раньше не видел ее такой. Он вспомнил телефонный разговор, который состоялся у него с мамой пару месяцев назад, когда она объявила, что выходит замуж.

- Ну и насколько хорошо ты знаешь этого мужчину, мам? - спросил он, после того как ему пришлось сесть и взять пиво, чтобы осознать эту новость.

- Я знаю о нем все. У него есть дочь Веля и внучка Ева, так что теперь у меня будет не только самый невероятный мужчина в моей жизни, который безумно любит меня, но и дочка и внучка. Она совсем малышка. Ей всего три недели, и она просто невероятная красавица.

- А как вы с ним познакомились? - спросил Марк, допивая пиво и глядя из своего окна на темный ночной замерзший город.

- На дегустации столовых вин на одной из местных виноделен.

- Я надеюсь, у него нет пагубных пристрастий к алкогольным напиткам? - вежливо поинтересовался Марк.

- Конечно же нет, - ответила она, явно невпечатленная его шуткой. - И да. Он заметил меня среди множества людей в переполненном дегустационном зале и подошел прямо предложить, угостить меня ужином.

- А ты что сказала?

- Я, конечно, сказала “нет". Я была со своими подругами. Я не собиралась бросать их ради какого-то мужика. Но потом он предложил угостить ужином нас всех. Сказал, что даже может не присоединяться к нам, а просто оплатит наш ужин.

- Ну, это звучит странновато, мам ...

- Ой, успокойся. В любом случае, это было мило, а не странновато. Конечно, мы согласились. А потом я спросила его, чего он хочет взамен. Меня-то не проведешь. Я точно знаю, чего вам мужикам надо. Ну и, честно признаться, я тоже был не против… у меня уже так давно никого не было!

Марк застонал и скорчил гримасу. Последнее, о чем он хотел думать, - это то, что у его матери есть мысли, чтобы сексом расплатиться за ужин с мужчиной, которого она только что встретила. Он уже собирался остановить ее, когда она пресекла его протест.

- Он сказал, что хочет пригласить меня на ужин еще раз в другой день. Оказалось, что мы живем неподалеку друг от друга. Мы обменялись телефонами, и на следующих выходных он пригласил меня в такой невероятный ресторан, Маркуш. Называется "Инжир". Мы вместе туда пойдем, когда ты снова приедешь. У них обалденная кухня.

- Ты снова сворачиваешь не туда, мам, - проворчал Марк. Он встал с кресла и лег на мягкий диван.

- Точно! - Пропищала Алла. - В любом случае, с тех пор мы неразлучны. Он действительно хороший, добрый мужчина. Милый, заботливый. Очень балует меня и любит больше, чем другие до него.

Марк, конечно, не из тех, кто обычно впадает в сантименты или наслаждается романтическими историями, но он должен был признать, что эта история довольно милая. И когда он услышал счастье в голосе матери, в груди у него все сжалось еще сильнее. Все, чего он когда-либо хотел, - это ее счастья, и если этот Пётр мог ей его дать, то он не мог быть плохим человеком. Личная жизнь самого Марка в последнее время просто отсутствовала. Из-за работы и того, что он не мог выбросить Виолетту из головы в течение последнего года, успехи Марка в любовном плане была практически нулевые.

Они закончили разговор обсуждением свадебных планов и о тем, что Марк обязательно приедет в этот особенный день. Он просто обязан быть рядом со своей матерью на свадьбе.

Мать расспрашивала его о работе и новостях из личной жизни, но он был уклончив в обоих вопросах. Он ненавидел хранить секреты от матери. Она всегда настаивала, чтобы они были честны друг с другом; раньше они были только вдвоем против целого мира, поэтому ей нужно было, чтобы он был честен с ней. Он всегда был таким. Но несколько лет назад, когда он обнаружил огромные секреты, которые были у его матери от него, все изменилось, и внезапно Марк тоже перестал делиться с ней самым сокровенным. Но ему все еще было необходимо выяснить, почему она скрывала то, что скрывала. Не то чтобы эта поездка была подходящим временем для этого, но он не мог долго скрывать свои собственные секреты и хотел поделиться. Рано или поздно ей пришлось бы узнать, над чем работают он и его братья.

Марк снова выглянул в иллюминатор самолета. Его мысли тут же переключились. Она сказала, что он может позвонить ей, когда в следующий раз будет в городе, и по мере того, как самолет приближался к Сочи, телефон буквально нагревался в его ладони, а пальцы покалывало от необходимости набрать ее номер. Помнила ли она его? Была ли она все еще одинока? Хотела ли она его видеть? Боже, пожалуйста, пусть будет да.