Эмма

Вдруг резко становится пусто и свободно. Глеб почему-то лязгает зубами и прикусывает мою губу до крови. Во рту появляется ее металлический привкус, и меня начинает тошнить.

Я поворачиваюсь на бок, чтобы малышу поступал кислород, и он перестал так брыкаться. И только тогда пытаюсь сфокусироваться на происходящем.

Сначала мне все кажется сном. Потому что, когда Глеб пытался…я даже в мыслях не могу произнести то, что он хотел сделать…Я мечтала, чтобы меня кто-нибудь спас. Вернее, кое-кто конкретный.

Кадыров.

И вот он здесь. И такого Тимура я не знаю.

Он вне себя от ярости. Нет, он не кричит, не издает ни звука, но его гнев, он ощущается в воздухе, осязаем. Его состояние выдают резкие четкие движения.

– Я же…тебя…предупреждал! – Тимур буквально вколачивает кулаком каждое слово в Глеба. Тот лежит на полу и даже не шевелится. Кажется, без сознания.

Металлический запах крови усилился, и я уже не в силах сдерживать тошноту.

– Тимур…– выходит слабо, потому что Кадыров не слышит меня. Он поднимается на ноги и…

Боже, он же сейчас добьет его!