Глава 3

Прислоняюсь к зеркальной стенке лифта и спиной чувствую её холод. В голове всё ещё звучат слова коллег. Трясу головой, чтобы убрать из неё всякие глупости.

Я пришла сюда, чтобы работать, развиваться и добиваться результатов, а не заводить друзей! Слова этих неудачников не играют никакой роли! Почему тогда так сложно их забыть?

Губы сами собой сжимаются в тонкую полоску, но я вижу свое отражение боковым зрением, и усилием воли заставляю мышцы расслабиться.

Выхожу на нашем этаже, прямо на ходу стаскиваю туфли. Каблук действительно отклеился. Ну что ж, гарантия у меня ещё действует. Завтра же пойду и верну их в магазин. Толкаю дверь в кабинет, она никогда не запирается. Попасть на этаж никто из посторонних не может, к тому же здесь много камер и краж мы не боимся.

Спасибо нашему ГАДу, позаботился о безопасности, а заодно о производительности сотрудников. Под таким надзором сильно не расслабишься и полдня на кофе не потратишь. Те, кто этого не понимают, недорабатывают даже испытательный срок до конца.

В платяном шкафу стоят мои сапожки. Да, в них будет жарковато, но рабочие балетки к этому наряду совершенно не подойдут. В шкафу висит кашемировое пальто Адриана. Ангорская шерсть, ручная работа. Эта вещица стоит целое состояние.

За год работы в одном кабинете я уже поняла, что он любит дорогие, качественные вещи. Тянусь к рукаву и провожу кончиками пальцев по мягкому полотну. Такой тёплый и нежный!

Дверь за спиной хлопает, но я даже не оборачиваюсь. По звуку шагов понимаю, что пришёл второй хозяин кабинета. Незаметно убираю руку с его имущества. Не хватало, чтобы он ещё заметил моё любопытство!

— Шаришь по моим карманам? – насмешливо бросает Адриан.

— Мне не нужна пожёванная жвачка и пустые надежды. – отвечаю в тон ему и достаю обувь.

Стоять на холодном полу в одних тоненьких колготках неприятно.

— Этого добра у тебя самой навалом?

Наши препирательства стали одним из извращённых развлечений. Иногда после тяжёлого рабочего дня, я лежу в постели и прокручиваю эти реплики.

— У меня много чего есть. Тебе и не снилось! – я запрыгиваю на стол, оголяю ноги и с удовольствием смотрю на ошарашенные глаза Адриана.

Что? Не ожидал? Я мило ему улыбаюсь, натягиваю один сапожок, веду рукой по ноге, затянутой в чулок. Адриан опускает ресницы, прячет глаза и с трудом сглатывает. Его пальцы добела впились в столешницу, а костяшки вот-вот вспорют кожу.

Вот так-то! Теперь у него не повернётся язык назвать меня несексуальной! Натягиваю второй, молния оглушительно «вжикает» и это стирает границу реальности. Адриан отталкивается от своего стола, обхватывает моё лицо и целует!

Жадно и как-то отчаянно, забирая у меня волю и дыхание! И я позволяю этому поцелую продолжаться! Позволяю его языку скользнуть в мой рот! Это просто невозможно!

Когда поцелуй заканчивается, мы тяжело дышим. Смотрим друг другу в глаза, и я вижу в его медовых глазах насмешку.

— Хороший ход, Ягодка, но слишком предсказуемый! Думаешь, своими прелестями отвлечь меня от повышения?

— Дурак! – рычу я, отталкиваю его и, подхватив вещи, сбегаю из кабинета.

Как же стыдно! Это ведь только игра, чтобы выбить меня из колеи! Это он хочет отобрать моё повышение! Только и всего! Нельзя позволять ему шокировать меня! Это может плохо кончиться!

Спускаюсь обратно в зал, но перед этим заскакиваю в туалет и поправляю макияж губ. Помада размазалась, напоминая о поцелуях. Я безжалостно её стираю и наношу вновь. Вот так, теперь ничего не заметно и можно идти.

Пролетаю по залу и чуть не врезаюсь в танцующих Светлану Геннадьевну и Антона, он кажется из аналитиков. Последний в стельку пьян и висит на нашем главбухе. Если взглядом можно было убивать, Антон валялся бы уже у ног нашей неприступной королевы. Но он вполне себе жив и что-то нешёптывает своей партнёрше.

Вижу Адриана в зале, он пробирается ко мне сквозь толпу, но я не даю ему шанса насолить мне ещё больше. Хватаю под руку первого попавшегося коллегу и тащу танцевать. Как раз медленный танец.

Чуть полноватый мужчина из архитекторов методично оттаптывает мне ноги. И похоже, даже этого не замечает! Всего минута танца, а кончики пальцев уже воют в сапожках.

Рядом вырастает Адриан, намёков он, похоже, не понимает.

— Извините, могу я украсть вашу партнёршу? – вежливо интересуется он у архитектора.

Тот бедный уже покрылся испариной, всё, чего он хочет, это пойти за столик и поэтому с радостью соглашается на замену.

Обкладывать Адриана при всех трёхэтажным я не хочу, ведь играю роль милой и компанейской девушки. Приличной, чтоб его! Рука заклятого коллеги ложиться на талию, и я чувствую исходящее от неё тепло.

Мы одновременно делаем шаг и чуть не падаем.

— Алина, давай вести всё же буду я?

— С какого это перепугу?

— Потому что обычно мужчина ведёт, и в нашей паре это я.

Тоже мне!

— Не аргумент! – отрезаю я.

— Сомневаешься!? Могу доказать!

Так, что-то наш разговор не туда идёт. Коллеги, мы просто коллеги, Алина. Вот давай в таком ключе и беседовать. Но от последней шпильки не отказываюсь.

— Меня это не касается. Мне всё равно кто ты, мужчина или драный кот в сапогах, который по помойкам шарится. – фыркаю я и перехожу к главному – Чего тебе надо?

Ему не терпится ответить на мой выпад, но Адриан резко выдыхает, и мы всё же начинаем танец. К моему удивлению, он умело ведёт меня сквозь танцующих. Ведущий объявляет белый вальс и мы, не размыкая рук, продолжаем танцевать.

Адриан делает шаг, я следую за ним. Его рука тесно прижимает мой живот к его животу, под пальцами чувствую ткань его пиджака. Пальцы другой руки лежат в его руке.

Никогда ещё вальс не казался мне таким интимным танцем. Чувствую, как наши дыхания смешиваются.

— Прошу прощение за то, что было в кабинете. Если ты считаешь, что это было недопустимо, то можешь обратиться в отдел кадров и заявить на меня за сексуальное преследование.

Перед вами когда-нибудь извинялись за поцелуй? Со мной это впервые и, надо сказать, звучит это очень унизительно.

— Чтобы потом вся компания обсуждала, что таким образом я избавилась от главного конкурента? Не дождёшься, Адриан! Ты проиграешь мне в честной борьбе!

— С чего ты вообще взяла, что я проиграю?

Музыка гремит и нам приходится почти по губам читать слова, но я отлично его понимаю.

— Я работаю в этой компании уже три года! А ты объявился всего год назад и уже хочешь повышения? За какие заслуги?

Он вежливо улыбается. Так, как он это обычно делает, прежде чем сказать мне что-то гадкое.

— Ягодка, всем плевать, сколько ты работаешь в фирме, главное какими качествами обладаю я, а какими ты. Вот и всё. У меня есть идея, как вывести маркетинг компании на новый уровень. И именно за это я заработаю «золотую медаль».

Адриан говорит насмешливо, словно общается с маленькой девочкой. А это его «ягодка». Бесит! На ногу ему чтоли, наступить? Но душа танцора во мне не даёт совершить такое кощунство.

Когда же этот чёртов танец закончится? В мешанине звуков и запахов я всё же чувствую его аромат. Неповторимый, ни с чем не сравнимый. Запах луговых трав, солнца и реки. Свежий, чистый.

Украдкой в танце наклоняюсь и почти впечатываю свой нос в его шею. Не прикосновение, но почти. Адриан вздрагивает, но не отстраняется, а машинально прижимает меня к себе.

От этого нарушается равновесие и ритм танца. Мы сталкиваемся с другой парой, где оба едва стоят на ногах. Я удерживаю равновесие, а мой партнёр падает.

Мне не доставляет это никакого удовольствия, но месть есть месть. Я наклоняюсь к нему, мило улыбаюсь.

— Чем выше забираешься, тем больнее падать, Адриан.

Его глаза мечут молнии. А я заворачиваюсь и бегу к выходу из зала. Здесь максимальную выгоду для себя я уже получила.

На улице валит снег. Пальто натянуть я не успеваю, так быстро бегу. Прямо со всех ног.

К моим чёрным волосам прилипают снежинки, касаются щёк. Холод немного остужает разгорячённое тело. Я оглядываюсь по сторонам, вроде ещё должно работать метро. Мимо меня проносится полицейская машина, провожаю её взглядом, пытаясь разглядеть, кто сидит на заднем сидении, но меня отвлекают.

Кто-то хватает меня за руку, и я вздрагиваю, оборачиваюсь. Адриан зол, очень зол, но ведь я не виновата в том, что он опозорился на всю компанию! Подножку ему не подставляла.

— Ну что ещё!?

— Оденься, Ягодка, а то заболеешь.

Я морщусь, накидываю пальто на плечи и разворачиваюсь к нему. Он стоит в одном костюме и тонких ботинках, видимо, вышел вслед за мной.

— Я не закончил. Хотел извиниться ещё за то, что сказал про тебя коллегам. Наши…трудности никого не касаются кроме нас с тобой.

Вот теперь я окончательно перестаю понимать, что происходит. Может у Адриана раздвоение личности? Или он выпил лишнего. Встаю на цыпочки, нюхаю. Но кроме запаха снега ничего не чувствую.

— Ты странно себя ведёшь, Адриан.

Он пожимает плечами.

— Это всё корпоратив и Новый год. Пора ненужных подарков, веселья и глупостей. Всё, что было на корпоративе, остаётся на корпоративе?

Я смотрю на него широко распахнутыми глазами и просто не знаю, что сказать. Гирлянда на здании, наряжённая ёлка у входа и белый тёплый снег. Всё это нереально.

Словно мы перенеслись в какой-то рождественский фильм.

Адриан так и не дождавшись ответа, ведёт меня к подъехавшему такси. Открывает дверь и сажает внутрь.

— Назови адрес водителю, Алина. И прости, если обидел.