69

Говорят, как утро начнешь, так и день проведешь. Мое утро началось приятно. Я проснулась в кровати любимого, всю ночь нежась в его объятиях, и получила сладкий поцелуй на удачу.

Может поэтому, мой день сложился весьма удачно. Все пошло, как по маслу: результаты в клинике оказались утешительными и наконец я услышала заветную фразу. Я здорова.

От счастья я не знала, куда деться. Первым делом мне захотелось набрать Себастьяна и сообщить ему об этом, но я все же сдержалась. Нет, я сообщу ему об этом вечером. Лично, когда вернусь. У брата я действительно осталась надолго. Заехав к нему из клиники, я и не заметила, как пролетело время и я просидела с ним почти до позднего вечера. Несмотря на лёгкое ворчание и недовольство (что в его стиле), Джер и сам не хотел меня никуда отпускать.

"Ты где?" — прилетело мне сообщение, когда часы показывали уже половину восьмого. Мне показалось странным, что он об этом спрашивает. Себастьян ведь и так знает, разве нет? Да, пусть водитель перестал за мной таскаться на каждом шагу, охрану Себастьян тоже убрал, но я уверена, что водитель все ещё докладывает своему хозяину обо всем. Но я все же ответила:

"Я у Джереми. Как раз собиралась уходить."

"Не торопись. Можешь остаться там ночевать."

Меня охватил ступор. Ладно, а вот сейчас не поняла.

На всякий случай я перечитала два раза. Но нет, мне не показалось. Меня вдруг охватило какое-то странное чувство. Первой мыслью было ему перезвонить, но что-то сдержало меня. Может быть, я все ещё не до конца привыкла, что теперь я для него не просто объект желания. С каждой минутой странное волнение усиливалось, а потому не прошло и полчаса от последнего сообщения, когда я не выдержав, всё-таки позвонила.

Себастьян сбросил трубку. Я распрощалась с братом и попросила водителя отвезти меня к его дому. Где-то в глубине души я побаивалась, что он мне откажет, объяснив это тем, что получил от хозяина указание, но мужчина удивительно быстро согласился.

К дому я приезжаю примерно через двадцать минут. Заходя в дверь, я даже не успеваю как следует прийти в себя, потому что прямо с порога меня огорошивают новостью:

- Агнесс здесь.

Я стою, чувствуя, как немеют мои ноги, как медленно телом овладевает самый настоящий паралич. Не так и совершенно не сейчас я представляла свою встречу с ней. А то, что я с ней встречусь, я не сомневалась.

— Мисс... — Гретта взволнованно оглядывает меня, заметив мой болезненный ступор. — Вы в порядке?

— Как давно? — деревянным голосом произношу я.

Гретта осторожно сглатывает.

— Часа три назад приехала. Хозяин пригласил ее к себе, они заперлись и... С тех пор она ещё не выходила из его кабинета.

Три часа? Боже. У меня вдруг подкашиваются коленки. Гретта подлетает ко мне, вовремя удержав от падения.

Я втягиваю глубокий прерывистый вдох, чувствуя, как кровь мгновенно отливает от лица, сжимаю ее руку, а затем делаю твердый шаг к лестнице. Гретта неуверенно остаётся на месте.

— Мисс... Может, не надо? — доносится до меня несмелое.

Я замираю, несколько секунд глядя на длинные ступеньки впереди.

— Нет, Гретта, — мой голос звучит сдавленно, но уверенно. — Я хочу пойти наверх.

И мои ноги сдвигаются с места. Я слышу позади сдавленное оханье, но Гретта не осмеливается меня остановить.

Поднявшись на второй этаж, я целенаправленно двигаюсь к его комнате. В моих движениях уверенность, спешка и нетерпение, но внутри творится черти что. Чем ближе я подхожу, тем сильнее чувствую дрожь в ногах. Что-то обрывается внутри меня, когда я останавливаюсь напротив двери. Я замираю, чувствуя невероятно сильную пульсацию своего сердца.

За дверью тишина.

Я не могу понять, что там происходит.

Затаив дыхание, я закусываю губу и приближаюсь, вслушиваясь в мучительно гробовое молчание. И только тогда я начинаю различать звуки.

Мне слышатся голоса. Сначала женский, но он слишком приглушенный, как будто звучит по ту сторону бетонной стены. Себастьян что-то отвечает, но я не понимаю значение слов. Его голос спокойный и хладнокровный, и это вселяет в меня слабую долю уверенности. Они перекидываются ещё несколькими фразами, по контексту вполне спокойными, хотя в промежутках разговора я различаю пару негромких всхлипов. А затем раздается какое-то эмоциональное движение и резкий стук каблуков по полу. Я отступаю в полшага и, едва до меня это доходит, — дверь передо мной резко распахивается и я встречаюсь лицом к лицу с ней.