21

Матвей

Никогда еще так сильно не любил выходные. Это время когда можно не торопиться, не спеша наслаждаться близостью и ее шикарными формами не выходя из дома.

Алёна ещё спит. Её светлые волосы разметались по подушке, лицо расслабленно, мысли скрыты за вуалью глубокого сна. Интересно, что ей снится? Хотел бы я оказаться там, вмнсте с ней, чтобы не разлучаться даже во сне. Эта любовь наравне сильной зависимости. Я не могу без неё и минуты. Она мой самый желанный наркотик, моя паранойя, мой рассвет. Все краски целого мира, сила великой вселенной, красота природы и тайны далёкого космоса— в ней одной. От этой любви ломаются кости. Я чувствую боль из-за того что моя душа проростает в ее теле множеством корней. Её теперь от туда не вырвать, даже при самом сильном шторме, она сохранит свое место удерживаемая корнями, как могучее дерево на берегу реки. Это навсегда. На всю жизнь и даже дольше.

Стягиваю с нее одеяло. Как мне нравится ее привычка спать голой. Пышная грудь с розовыми сосками, такими чувствительными и нежными, невероятно манит. Рот наполняется слюной, и я хочу её ласкать, ощущать её вкус, запах. Целую один сосок, всасываю, провожу языком по всей ореоле, закатываю глаза от удовольствия. Безмятежное лицо Алены трогает нежная улыбка. Она ещё спит, но её тело уже получает удовольствие. Целую грудь и ласкаю пальцами её киску, которая дарит мне свою влагу.

— Кот, ещё слишком рано, — протяжно стонет, не хочет просыпаться.

— Ты можешь спать, я тебе не мешаю. — отвечаю и зарываюсь лицом в ее пышную грудь.

— Кот…— открывает глаза и запускает пальцы в мои волосы, прижимает мою голову к своей груди. — Я хочу сзади.

— Как скажешь, Зайчик. Давай сюда свою попку. — Поднимаюсь чтобы она перевернулась на живот. Целую её ягодицы, кусаю, сжимаю в руках.

— Да, Кот, так хорошо…— стонет повернув голову. На её сонном лице выступил розовый милый румянец. Почти в цвет её сладкой розовой киске. Раздвигаю ягодицы и провожу языком от клитора до ануса. Лижу её маленькую гладгую дырочку.

— Давай в попу? — предлагаю, представив как было бы охуенно завладеть ещё и этим отверстием.

— Если бы мои ноздри были больше, ты бы трахнул меня в нос! — возмущается. — Никакого анала. Эта дверь работает только на выход.

— Ладно, потом, так потом, — улыбаюсь и снова щекочу языком её анус. Запускаю в него указательный палец.

— Кот, иди в жопу! — одергивает мою руку и угрожающе рычит.

— Я пытаюсь, но ты не даёшь!

Ладно, в другой раз. Заставляю её встать на четвереньки и шлепаю по попе. Сзади вид просто шикарный. Все прелести перед глазами. Вставляю член и шлепаю ещё раз.

— Ссссс, ах, — шипит от удовольствия, кусает край подушки опустив на неё голову. — Ммм, Боже, как хорошо…

В таком положении её киска ещё уже, с трудом пропихиваю член глубже закрывая глаза от удовольствия. Стенки влагалища сжимает его, как будто хотят задушить, я чувствую её каждым сантиметром.

Мелодия звонка разносится по комнате. Мой телефон светится и вибрирует на тумбочке.

— Возьми трубку, — Алена напрягается и дергает тазом чтобы вытащить член.

— Потом перезвоню. — Снова вставляю, зажимая ее ягодицы.

— Нет, я так не могу. Ответь. — Ложится и перекатывается на спину.

Со психом беру телефон, готовый послать на хрен любого кто находится на том конце мобильной связи. Вижу номер отца и впадаю в ступор. Он никогда не звонит мне просто так. Только для того чтобы поздравить с днем рождения. Всю информацию о моей жизни он получает от Николаса.

— Это отец. — Сообщаю Алёне и выхожу из комнаты чтобы поговорить.

Его речь была короткой, холодной, в приказном тоне. Отключаю звонок и возвращаюсь в спальню.

— Что он хотел? — Интересуется Алёна

— Он в Бостоне, прилетел по делам сегодня утром и ждёт меня в ресторане прямо сейчас. — Отвечаю напряжённо. Пытаюсь предугадать цель нашей встречи. Неужели простил меня и решил наладить общение? С трудом, но мне хочется в это верить.

Бреюсь, расчесываю волосы уложив их набок. Иду в гардеробную, надеваю хорошие шмотки, новые и хорошо отутюженные. Чтобы ему не к чему было придраться. Тороплюсь, так как отец не приемлет опозданий. Там же в гардеробной обуваю новые кроссы, чистые, ещё ни разу не касающиеся городской пыли и безумно дорогие.

Алёна заходит в гардеробную, голая.

— Ты точно едешь к отцу, а не на свидание? — ревностно спрашивает, осматривая меня с головы до ног.

— Зайчик, тебе не о чем волноваться. Я весь твой и только для тебя. Дождись меня и мы продолжим. — Обнимаю её за талию и целую в губы.

— Ты волнуешься. — не спрашивает, а утверждает.

— Мы не виделись с нового года. — Объясняю свое напряжение.

Она опускается на колени, совершенно голая и совершенно прекрасная. Указывает рукой на губы.

— Я помогу тебе снять напряжение.

— Зайчик, я итак опаздываю.

— Десять минут роли не сыграют. — Обещает, расстегивая мой ремень. — Пока не кончишь, я тебя не выпущу, — пытается угрожать.

Мой дружок тут же встаёт по стойке смирно, признав в ней своего генерала.

— Да, Зайчик, возьми глубже, — прошу, держа её за голову.

Такого в моей жизни ещё не было. Чтобы девушка стоя на коленях умоляла о минете для того чтобы мне стало легче.

Еду на встречу к отцу заряженный позитивом, в отличном настроении. Мне стало совершенно плевать на цель этой встречи. Плевать на все, если дома меня ждёт такая малышка.

Отец уже заждался, о чем свидетельствует суровый взгляд и резкие движения. Но он сдержан, как и всегда при общении со мной. Никаких любезностей, проявления радости от встречи. Только сухое рукопожатие и приказ занять место за столом.

— Зачем звал? — бросаю взгляд на уставленный блюдами стол. Для двоих здесь слишком много еды. От моего внимания не уходит и тот факт, что стол сервирован на четверых. — К нам присоединится кто-то ещё?

— Я хотел поговорить с тобой до того как они приедут. Но ты слишком долго собирался. — Кидает претензию.

— Прости, я был занят. У меня могут быть и свои дела, если ты не знал. — Отвечаю копируя его интонацию. Примирение не планировалось и я это уже понял. Но его взгляд вдруг смягчается, как и голос.

— Матвей, ты мой сын, и я люблю тебя. — Не верю что это слышу. Хочется прочистить уши и переспросить. — Не смотря ни на что, я думаю о твоем будущем и о компании, которая отойдет тебе по завещанию когда меня не станет.

— Почему мне? — удивляюсь. В мои планы не входило управление отцовской фирмой. Нефть и автозаправки меня не привлекают. — Завещай все своим детям, Богдан к тому времени подрастёт. К тому же, у тебя есть ещё один старший сын, или ты забыл? Я говорю о Марке!

— Прекрати паясничать! — отец на долю секунды выходит из себя. — Ты прекрасно знаешь, что твой брат неисправим. Ему котенка нельзя доверить, не то что нефтеперерабатывающую компанию.

— От котенка, Марку будет больше пользы, чем от твоей компании. От него он хотя бы сможет получить любовь и ласку. — Моя обида на отца за то что он бросил женщину которая меня воспитывала и любила, поднимается из недр души.

— Я здесь не за тем чтобы слушать о Марке! Я итак все знаю от Николаса. Как и о том, что месяц назад он ограбил одну из моих заправок.

— Парадокс, не правда ли? — смеюсь. Я не знал, что та заправка принадлежала отцовской сети, и эта информация меня рассмешила.

— Матвей, я настроен на серьёзный разговор. Ты же серьёзный парень! Ты мой первенец, наследник! Моё предложение не шутки, не просьба, а приказ, если тебе будет угодно. Сейчас сюда придёт мой друг и его дочь—твоя будущая жена. Будь вежливым и веди себя нормально!

—Чего? Какая ещё жена? — от шока натягиваю брови на лоб. — Ты спятил?

— Ваш союз — это уже принятое решение. Это нужно для слияния наших компаний.

— Да плевать я хотел, на ваши компании! Поищи другого дурака! У тебя есть еще сыновья!

Мое возмущение прерывает подошедшая к столику пара. Мужчина средних лет с округлым животом и совсем юная девушка. Поверить не могу! Вот черт! Пока отец здоровается за руку с ее отцом, мы с Камиллой смотрим друг на друга, как два барана на новые ворота.