Глава 65

Вот только отвернуться я не могла. Взгляд приковывали мертвецы. Страшные нечесаные мужики самого разбойничьего вида. И наверное, не стоило им сочувствовать, но…

Но я не могла не пожалеть человека, которого так зверски убили.

Здесь точно была бойня. Облизнув пересохшие губы, я высунулась из телеги. Зачем? Сама не понимала. Что-то настораживало. И сильно.

Лица мертвых мужчин как будто бы были знакомы. А может, мне это просто казалось.

Руни и торговцы, сопровождающие обоз, осторожно обходили горящую небольшую деревеньку. Пламя стремительно перекидывалось с заборов на деревья, жадно облизывая сухую кору.

— Тушить надо, — выкрикнул кто-то из людей.

— Зайдется лес — туго будет. Дорога петляет, можем в огненную западню попасть.

— А дождь непонятно когда будет…

— Сейчас все потушим, — а это уже кричал Руни.

Аккуратно сев на лавку, я следила за ним не отрываясь. Откровенно переживала. Вдруг там есть еще кто живой из нападавших. Дым ведь. Наверняка он отбивает оборотню нюх.

От волнения у меня вспотели ладони.

Я никогда прежде не видела пожаров. И это оказалось настолько жутко, что у кишки сводило. Но при этом моя собственная магия буквально вскипала. Рвалась наружу. Сцепив пальцы, я тяжело задышала.

— Как с этим справиться? — долетело до меня.

— Мне не мешать! — прорычал Руни.

Он обошел пылающие дома, не приближаясь к огню, и остановился между ними. Мое сердце забилось как бешеное. Внутренний голос шептал: отвернись, но я не могла. Сделав взмах рукой, мой волк выпустил магию, да такую, что я замерла на месте. Гигантский вихрь взвился в небо и... прогремел гром. Такой силы, что, вскрикнув, я пригнулась.

Раскаты молний.

Лошади заржали с перепугу. Мужики понеслись их успокаивать. Ор, гам. Гром. И по земле застучали тяжелые капли…

— Ты что такое, волк? — в ужасе вопил самый рослый мужик. — Не способны на такое простые перевертыши! Уж я их повидал.

— А теперь ты повидал еще и сильного ведуна. Гордись, человек!

Руни опустил руки и взглянул на меня, проверяя, на месте я или нет. Кивнув ему, попыталась улыбнуться, но ничего не вышло.

Дождь хлестал струями по листве, траве, кустам. Огонь стремительно затихал под натиском куда более мощной стихии. Белый дым тяжело прибивало к земле. Слышно было шипение. Жуткое.

Пламя сдавалось нехотя. И всё же

— Касси, быстро в телегу! — закричал на меня Руни. — Не вздумай промокнуть.

Только сейчас я сообразила, что попадаю под ливень. Настолько сильным было потрясение. Я развернулась, чтобы забраться обратно, но мой взгляд зацепился за нечто странное.

Не веря себе, я ослушалась своего волка и спустилась с повозки. Аккуратно ступая по земле, старательно обходила мертвецов. Вода стекала по их восковым лицам и впитывалась в землю, смешиваясь с кровью. Их глаза неотрывно смотрели на небеса.

— Касси! — раздалось гневное. — Ты что творишь?

Кивнув Руни, я всё же продолжила идти. Один дом, второй… От них остались лишь дымящиеся головешки и почерневшие каменные печи.

— Касси, — послышалось прямо за моей спиной. — Дождь. Простынешь!

Я закивала, приблизилась к тому, что меня так заинтересовало.

— Это ведь карета? — я указала на обгоревший экипаж.

— Да, — Руни снял свою куртку и набросил мне на голову. — Дорогая... Лакированная... Интересно, что она здесь делает?

Он обошёл её по кругу и дёрнул за обгоревшую дверь. Она вывалилась, что-то заскрипело, и задние колёса просто осыпались в пепел. Поднялось облако и тут же грязными водяными пятнами осело на коже. Я заглянула внутрь. Почти всё выгорело. Но… потянувшись рукой, взяла клочок ткани. Со всех сторон опалённый, но в центре сохранился рисунок.

— Это мой любимый плед, — повернувшись к Руни, показала ему. — Это карета… Она моя. Вернее, отец нанял её, чтобы меня доставили на границу. Я… Я сделала ужасную вещь, Руни, и за неё меня могут даже казнить. Но я… — от волнения у меня заплетался язык, — просто хотела спасти сестренку. Ей всего семнадцать, а её хотели отправить пустынникам как живой товар. Как невесту, у которой даже не спросят, люб ей мужчина или нет. Я поменялась с ней местами и села вот в эту самую карету. А теперь она здесь…

Он нахмурился. На его переносице залегла тяжёлая складка.

— Скорее всего, это та самая разбойничья банда, которой продали твои вещи. Ведь у тебя они были?

Я активно закивала.

— Два сундука с платьями. Не то чтобы очень дорогими, отец всегда скупился, но выручить за них можно было неплохо.

Руни снова осмотрел карету. Заглянул внутрь, повёл носом и чихнул.

— Совсем нюх отбило. Не переношу дым. Ничего не чувствую, кроме него, — он отошёл от телеги и взглянул на дома. — Вещи, если и были, то либо продали, либо сгорели. Иди в телегу, Касси. Накинь на плечи одеяло и постарайся согреться.

— Но… Это ведь странно, ты не находишь?

— Разбойники, моя дорогая, живут там же, где и промышляют. На этом самом тракте. За что с ними поквитались, нам неизвестно. Но явно положили всю банду. Что здесь твоя карета, конечно, странно, но легко объяснимо. Не мокни, я тебя прошу.

— Хорошо, — кивнув, я отправилась к телеге.

Дождь только усиливался. Торговцы, смачно ругаясь, натягивали на телеги дополнительные навесы. Никого уже не волновали ни мёртвые, ни оставшиеся печи на месте домов.

Обходя очередного покойника, я невольно взглянула на его лицо и остановилась. Мужчина был мне знаком. Я его видела, правда, мельком. Один из тех, кто охранял мою карету в пути. Так, может, все они были заодно… И отец по незнанию нанял разбойников?

Выдохнув, я, совсем ничего не понимая, заспешила вперёд. Всё происходящее откровенно пугало.